Определение суда Ханты-Мансийского автономного округа от 26 февраля 2020 года №33-1461/2020

СУД ХАНТЫ-МАНСИЙСКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 26 февраля 2020 года Дело N 33-1461/2020
Суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе:

председательствующей судьи Романовой И.Е.
при секретаре Олиярник Е.В.
рассмотрев в открытом судебном заседании заявление ООО "ТРАСТ" о процессуальном правопреемстве,
по частной жалобе ООО "ТРАСТ" на определение Сургутского городского суда от 10 июля 2019 года, которым в удовлетворении заявления отказано.
установил:
Решением Сургутского городского суда от 04.08.2014 года удовлетворены исковые требования ОАО "УРАЛСИБ" к (ФИО)1 о взыскании кредитной задолженности (л.д.63-65).
22.05.2019 года ООО "ТРАСТ" (далее - Общество) обратилось в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве, указывая на то, что между ОАО "БАНК УРАЛСИБ" и ООО "ТРАСТ" 26.01.2018 года заключен договор уступки прав (требований) N УСБ00/ПАУТ2018-19 от 26.01.2018 года, в соответствии с условиями которого к ООО "ТРАСТ" перешло, в том числе и право требования задолженности по кредитному договору, заключенному между ОАО "БАНК УРАЛСИБ" и (ФИО)1 Установление правопреемства необходимо заявителю для получения возможности предъявления исполнительного документа, срок предъявления которого истекает 24.06.2019 года. С учетом изложенного, ООО "ТРАСТ" просило суд произвести процессуальное правопреемство по решению Сургутского городского суда (номер) от 04.08.2014 года о взыскании с (ФИО)1 в пользу ОАО "БАНК УРАЛСИБ" задолженности по кредитному договору, заменив взыскателя ОАО "БАНК УРАЛСИБ" на его правопреемника ООО "ТРАСТ" и восстановить срок для предъявления исполнительного документа к исполнению.
Заявление рассмотрено в отсутствие заявителя ООО "ТРАСТ", представителя заинтересованного лица ОАО "БАНК УРАЛСИБ", с учетом положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с участием ответчика (ФИО)1, который в судебном заседании заявленными требованиями не согласился.
Судом постановлено вышеуказанное определение.
В частной жалобе ООО "ТРАСТ" просит определение суда отменить, принять новое, которым заявленные требования удовлетворить. В обоснование жалобы указывает, что исполнительное производство в отношении должника (ФИО)1 было окончено 24.06.2016 года в связи с невозможностью взыскания. Сведения об окончании исполнительного производства были подтверждены распечаткой с банка данных исполнительных производств. Так как исполнительное производство было окончено 24.06.2016 года, срок предъявления исполнительного документа на момент обращения Обществом в суд не был пропущен. Выводы суда о том, что причины пропуска срока предъявления исполнительного документа к исполнению не являются уважительными по причине того, что ООО "ТРАСТ" обратилось с заявлением о процессуальном правопреемстве за 1 месяц и 2 дня до окончания трехгодичного срока не имеют законных оснований, т.к. такая причина не является понятной и конкретной. Полагает, что заявителем предприняты все возможные меры для предъявления решения суда к исполнению, а именно в пределах срока обратился с заявлением о процессуальном правопреемстве, указав в ходатайстве о причине пропуска срока.
В соответствии с ч. 3 ст. 333 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, частная жалоба подлежит рассмотрению без извещения лиц, участвующих в деле, судьей единолично.
Проверив материалы дела, обсудив доводы частной жалобы, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в пределах доводов частной жалобы, суд апелляционной инстанции находит его подлежащим отмене в силу следующего.
Согласно ч. 1 ст. 44 ГПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.
В соответствии с п. 1 - 2 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.
Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.
В ст. 383 ГК РФ предусмотрено, что переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается.
Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты (п. 1 ст. 384 ГК РФ).
Проанализировав представленные по делу доказательства, нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных ООО "ТРАСТ" требований, поскольку указанное Общество с заявлением о процессуальном правопреемстве обратилось в суд только 22.05.2019 года, т.е. за 1 месяц и 2 дня до истечения срока предъявления исполнительного документа, в то время как договор уступки права требования датирован 26.01.2018 года, при этом, доказательств невозможности обращения с заявлением о процессуальном правопреемстве задолго до истечения срока предъявления исполнительного документа, не представлено, как не представлено доказательств уважительности несвоевременного обращения в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве.
Суд апелляционной инстанции с такими выводами суда первой инстанции согласиться не может ввиду следующего.
Из материалов дела следует, что решением Сургутского городского суда от 04.08.2014 года с (ФИО)1 в пользу ОАО "УРАЛСИБ" взыскана задолженность по кредитному договору (номер) от 01.04.2011 года в размере 162 325 руб. 71 коп. и расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 111 руб. 24 коп. (л.д.63-65).
26.01.2018 года между ПАО "БАНК УРАЛСИБ" и ООО "ТРАСТ" заключен договор уступки права (требования) N УСБ00/ПАУТ2018-19, в соответствии с которым ООО "ТРАСТ" приобрело право требования с (ФИО)1 задолженности по вышеуказанному кредитному договору. 05.04.2018 года в адрес должника Обществом направлено уведомление о состоявшейся уступке права требования (л.д.72-83).
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 года N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", статья 383 ГК РФ устанавливает запрет на уступку другому лицу прав (требований), если их исполнение предназначено лично для кредитора-гражданина либо иным образом неразрывно связано с его личностью. При этом следует принимать во внимание существо уступаемого права и цель ограничения перемены лиц в обязательстве.
Принимая во внимание, что задолженность по кредитному договору взыскана судом, уступка права требования после вступления судебного акта в законную силу не противоречит закону, поскольку личность кредитора не имеет значения для должника на стадии исполнения судебного акта. Федеральный закон от 02.10.2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" также не предусматривает ограничений прав взыскателя на заключение договора уступки права требования с любым лицом на стадии исполнительного производства.
Из материалов дела следует, что 24.06.2016 года исполнительное производство (номер)-ИП окончено судебным приставом-исполнителем в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 02.10.2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", исполнительный лист возвращен взыскателю в связи с тем, что у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными (л.д.84-85).
Согласно разъяснениям, данным в п. 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 года N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", в том числе осуществляя процессуальное правопреемство на стадии исполнения судебного акта, суд производит замену цедента цессионарием по заявлению или с согласия последнего в той части, в которой судебный акт не исполнен.
В соответствии с ч. 1 ст. 21 Федерального закона от 02.10.2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" исполнительные листы, выдаваемые на основании судебных актов, за исключением исполнительных листов, указанных в ч. ч. 2, 4 и 7 настоящей статьи, могут быть предъявлены к исполнению в течение трех лет со дня вступления судебного акта в законную силу.
В силу ч. 1-3 ст. 22 указанного закона срок предъявления исполнительного документа к исполнению прерывается предъявлением исполнительного документа к исполнению.
После перерыва течение срока предъявления исполнительного документа к исполнению возобновляется. Время, истекшее до прерывания срока, в новый срок не засчитывается.
В случае возвращения исполнительного документа взыскателю в связи с невозможностью его исполнения срок предъявления исполнительного документа к исполнению исчисляется со дня возвращения исполнительного документа взыскателю.
Согласно копии исполнительного производства (номер)-ИП, запрошенного судом апелляционной инстанции из ОСП по г. Сургуту УФССП России по ХМАО-Югре, на основании ст. 150 ГПК РФ, п. 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.06.2012 года N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", с целью объективного, полного и всестороннего рассмотрения спора, а также проверки доводов частной жалобы, 14.11.2014 года судебным приставом-исполнителем ОСП по г. Сургуту на основании исполнительного листа N (номер) от 17.09.2014 года, выданного Сургутским городским судом по делу (номер), предмет исполнения - кредитные платежи в размере 166 436 руб. 95 коп. в отношении должника (ФИО)1 в пользу взыскателя ОАО "БАНК УРАЛСИБ" было возбуждено исполнительное производство, которое было окончено 24.06.2016 года и возвращено взыскателю - ОАО "БАНК УРАЛСИБ", т.е. с 24.06.2016 года трехлетний срок для предъявления к исполнению начал течь вновь. Принимая во внимание дату обращения ООО "ТРАСТ" в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве - 22.05.2019 года, судебная коллегия приходит к выводу о том, что как на момент заключения договора цессии между ПАО "БАНК УРАЛСИБ" и ООО "ТРАСТ" (26.01.2018 года), так и на момент поступления в суд заявления от ООО "ТРАСТ" (22.05.2019 года) (л.д.72-73) о правопреемстве срок предъявления исполнительного документа к исполнению указанным Обществом не был пропущен.
При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для отказа в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве.
Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции полагает, что определение суда первой инстанции нельзя признать законным и обоснованным, в связи с чем, оно подлежит отмене, а заявление ООО "ТРАСТ" о процессуальном правопреемстве подлежащим удовлетворению.
Руководствуясь статьями 333, 334 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
определил:
Определение Сургутского городского суда от 10 июля 2019 года отменить и разрешить вопрос по существу.
Произвести замену взыскателя с ОАО "БАНК УРАЛСИБ" на ООО "ТРАСТ" по требованиям о взыскании задолженности по кредитному договору с (ФИО)1 на основании решения Сургутского городского суда от 04 августа 2014 года, принятого по гражданскому делу (номер).
Председательствующий: Романова И.Е.


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка