Определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 23 июля 2020 года №33-14510/2020

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 23 июля 2020 года Дело N 33-14510/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:







председательствующего


Шумских М.Г.




судей
при секретаре


Осининой Н.А., Мирошниковой Е.Н.
Лахтине Р.Д.




рассмотрела в открытом судебном заседании 23 июля 2020 года апелляционную жалобу ФСИН России на решение Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 5 февраля 2020 года по гражданскому делу N 2-151/2020 по иску Наумовича Д. В. к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФСИН России, Министерству Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда.
Заслушав доклад судьи Шумских М.Г., судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда
УСТАНОВИЛА:
Наумович Д.В. обратился в Колпинский районный суд Санкт-Петербурга с настоящим иском к ответчику, в котором просит взыскать с ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области компенсацию морального вреда в сумме 1 450 000 руб.
В обоснование доводов заявления указывал на допущенные ответчиком нарушения норм предоставления санитарной площади в камерных помещениях, отсутствие отдельной зоны для туалета, отсутствие горячей воды, вентиляции, низкое освещение, низкое качество питания, нарушение режима прогулок, несоответствие температурного режима в камерах, нарушение режима отдыха, отсутствие телефона для связи с родственниками и адвокатом.
Решением Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 5 февраля 2020 года исковые требования удовлетворены частично. Судом постановлено: взыскать в пользу Наумовича Д. В. с Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
В апелляционной жалобе представитель ответчика ФСИН России просит отменить решение суда, считая его незаконным и необоснованным, с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований.
На рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции ФСИН России, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Министерство Финансов Российской Федерации не явились, извещены о времени и месте судебного разбирательства, в соответствии с положениями ст. 113 ГПК РФ, указанные лица ходатайств и заявлений об отложении судебного разбирательства, документов, подтверждающих уважительность причин своей неявки, в судебную коллегию не представили.
Судебная коллегия на основании п. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Судебная коллегия, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, приходит к следующему.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Наумович Д.В. в период с 28.07.2015 по 12.11.2016 содержался под стражей в учреждении ФКУ СИЗО-1 в камерах N 2016, 218, 211 182, 673, 214, 383. Истец содержался в камерных помещениях, имеющих площадь 8 кв.м.
Согласно справке ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 11.11.2019 N 65/ТО/61/3-бн, в период пребывания Наумовича Д.В. в учреждении камерные помещения были оборудованы в соответствии с приказом МЮ РФ от 14.10.2005 N 189 п. 42 "Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы", а именно: одноярусными или двухярусными кроватями, столами и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере, шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы, урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (по возможности); вентиляционным оборудованием; тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией, пожарной сигнализацией.
Санитарный узел расположен на уровне пола, в удаленном месте камеры и отдален от стола на расстоянии не менее 2-х метров, огражден перегородкой изготовленной из древесно-стружечной плиты в металлическом каркасе, высотой 1 метр 50см., что обеспечивало приватность.
Для обеспечения дневного освещения с 6-00 до 22-00 в светильниках установлены лампы накаливания мощностью 75Вт.
В ночное время с 22-00 до 6-00 включается дежурное освещение, лампы накаливания мощностью 40Вт, что не мешает сну, содержащихся в камере граждан.
Светильники размещены в центре потолка камер, которые могут включаться в дневное время суток при недостаточном дневном освещении, вызванным плохими погодными условиями, а также такими же лампами, размещенными в специальных плафонах ограничивающих освещение спальных мест и установленных, как правило, у санитарных узлов для использования в качестве дежурного освещения.
Помывка столовых приборов после приема пищи осуществлялась подозреваемыми и обвиняемыми самостоятельно, для чего им ежемесячно предоставлялось моющее и чистящее средство со склада учреждения, в том числе получение моющих и чистящих средств в соответствии с приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.2005 года N... "Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы МЮ РФ" не запрещалось.
Уборка в камерах осуществлялась лицами, содержащимися в камерах самостоятельно. При необходимости проводилась дезинфекция и дезинсекция помещений, организациями с которыми заключались государственные контракты в спорные периоды.
За период содержания в учреждении ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области подследственному Наумовичу Д.В., в соответствии с Федеральным законом "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.2005 годаN 189 "Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы" не реже одного раза в неделю предоставлялась возможность помывки в душе, продолжительностью не менее 15 минут. Продолжительность помывки установленная приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.2005 года N 189 "Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы МЮ РФ" не менее 15 минут, с учетом возможности стирки личных вещей продолжительность помывки была увеличена до 45 минут.
Наумовичу Д.В. предоставлялась возможность осуществлять стирку личных вещей самостоятельно, (выдавались тазы, моющие средства).
Душевые оборудованы вешалками для переодевания, 5-ю кабинами, с 6-ю распылителями в каждой, и в течение всего периода пребывания заявителя в учреждении, находились в технически исправном и надлежащем санитарно-бытовом состоянии.
В соответствии с Федеральным законом "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.2005 года N 189 "Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы", подозреваемые, обвиняемые и осужденные обязаны проводить уборку камер и других помещений в порядке очередности, установленной администрацией учреждения.
Наумовичу Д.В., беспрепятственно предоставлялись встречи с родственниками, адвокатами и иными лицами предоставлялись в соответствии Федеральным законом от 15.07.1995 года N ЮЗ-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", и Федеральным законом "О содержании под стажей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.2005 года N 189 "Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы МЮ РФ".
В камерах имелась постоянная естественная вентиляция, которая обеспечивала доступ свежего воздуха через оконные проемы камер.
В камерах ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и
Ленинградской области, каждое окно было оборудовано форточкой для доступа свежего воздуха. Окна камер имели остекление, проверка целостности остекления окон камерных помещений производится ежедневно.
Окна снаружи заблокированы стационарными решетками диаметр стального прута решетки - 20 мм, размер ячейки решеток - 75мм X 75мм.
На окнах, в камерных помещениях отсутствовали какие-либо широкие металлические полосы, листы, иные предметы, препятствующие проникновению в помещения дневного света, что обеспечивало возможность читать и писать при дневном свете.
В период содержания, Наумович Д.В., в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, согласно приказу Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.2005 года N 189 "Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы МЮ РФ" был обеспечен индивидуальным спальным местом, которым пользовался только он. При поступлении в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области в соответствии с Приказом Минюста РФ от 09.06.2005 г. N 85 "Об утверждении норм вещевого довольствия осужденных и лиц, содержащихся в следственных изоляторах", получил норму вещевого довольствия а именно: одеяло полушерстяное -1 штука; матрац ватный - 1 штука; подушка ватная - 1 штука; простынь - 2 штуки; наволочки подушечные верхние - 1 штука; полотенца - 1 штука; столовые приборы по норме.
В период своего пребывания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН по г. Санкт-Петербургу, и. Ленинградской области Наумович Д.В., за медицинской помощью не обращался, на ухудшение состояния здоровья не жаловался.
Наумович Д.В. за период содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, обеспечивался, питанием в соответствии с действовавшим в спорный период Приказом Министерства Юстиции Российской Федерации от 02.08.2005 N 125 года "Об утверждении норм питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время".
Качество приготовления пищи соответствовало установленным стандартам и контролировалось руководителем подразделения и медицинским работником ежедневно, с отметкой в журнале "Контроль качества приготовления пищи", с отбором суточных проб приготовленных блюд на каждый прием пищи. Контроль за раздачей пищи в камерные помещения осуществлял сотрудник отдела режима (л.д. 36-39).
Согласно справкам ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 16.12.2019 N 65/ТО/61/3/2-573юр снабжение водопроводной водой производилось централизовано из городской сети на основании договора с ГУМ "Водоканал Санкт-Петербурга", соответствующей санитарным нормам и стандартам ГОСТ и СанПин. В виду отсутствия горячей воды в камерных помещениях в камерные помещения выдавались нагревательные приборы по заявлению лиц, содержащихся в камерах в порядке очередности.
ФКУ СИЗО-1 УФСИ России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области имелись 84 прогулочных двора, площадь каждого составляла 24 кв.м., Наумович Д.В. ежедневно имел возможность находится на свежем воздухе не менее часа времени (справка N 65/ТО/61/3/2-572юр).
Измерение микроклимата камерных помещений производилось ежеквартально с привлечением специалистов медицинской части учреждения с проведением замеров. Средняя температура в камерных помещениях в летний период составляла +22 С0, в зимний период - +18 С0, влажность воздуха находилась в пределах нормы, неприятного запаха в помещениях не ощущалось.
Камерные помещения находились в нормальном техническом состоянии (пригодны к использованию по функциональному назначению без проведения ремонта, имели незначительные дефекты отделки).
В камерах была оборудована принудительная вентиляция, которая работала круглосуточно.
Из представленных ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области справок о количественной проверке за указанный в иске период, следует, что в указанных истцом камерах действительно содержалось 2-4 человека, данные обстоятельства представитель ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области не оспаривает.
Судом установлено, что согласно представленным в материалы дела сведениям, в том числе отзыву ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в период времени с 28.07.2015 по 12.11.2016 при содержании истца в учреждении не соблюдалась санитарная норма площади камерного помещения, приходящихся на одного заключенного, предусмотренная ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".
Материалы дела доказательств о нарушении прав истца недостаточностью освещения, отсутствием горячей воды, отсутствием достаточных сантехнических удобств в помещениях ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу, отсутствием телевизора, холодильника, таксофона, в период пребывания истца в учреждении не содержат.
Между тем, судом установлено нарушение условий содержания истца под стражей в следственном изоляторе СИЗО-1, что явилось основанием для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.
Также судом установлено, что доказательств, подтверждающих прямое намерение оскорбить или унизить истца, материалы дела не содержат, однако факт того, что истцу пришлось жить, спать и использовать оборудование в одной камере с таким числом заключенных в ограниченном пространстве, сам по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания или переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий лишению свободы, и вызвать у истца чувства страха, страдания и неполноценности, которые могли оскорбить и унизить его.
Суд, принимая во внимание степень нравственных страданий истца, его личные особенности, учитывая отсутствие вины ответчика, недоказанность истцом иных обстоятельств, на которые он ссылался в исковом заявлении, а также то, что с исковым заявлением истец обратился спустя длительное время (3 года) после имевших место нарушений, полагал, что в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей.
Доводы истца о нарушении его прав при проведении этапирования, необеспечении 8-ми часового сна, несоблюдением продолжительности прогулок и иные доводы искового заявления, подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашли. Оспаривая представленные ответной стороной справки, доказательств их опровергающих истец не представил.
Разрешая по существу заявленные исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 151, 1069, 1071, 1099, 1101 Гражданского кодекса РФ, Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ в от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", оценив в совокупности представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, пришел к обоснованному выводу о частичном удовлетворении исковых требований.
Судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции правильными, основанными на нормах действующего законодательства РФ и соответствующими установленным обстоятельствам дела.
В доводах апелляционной жалобы ответчик ссылается на необоснованность выводов суда первой инстанции, ссылаясь на то, что на ответчика не может быть возложена обязанность по компенсации морального вреда, поскольку превышение нормы жилой площади не является виновным деянием ответчика.
Данные доводы жалобы подлежат отклонению в силу следующего.
Разрешая спор, суд исходил из того, что истец содержался под стражей в условиях, которые не соответствовали нормам, установленным законодательством, в том числе и Федеральным законом N 103-ФЗ от 15 июля 1995 г. "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".
Данный вывод суда является обоснованным, поскольку соответствует требованиям закона и установленным обстоятельствам дела.
Статьей 1 Федерального закона N 103-ФЗ от 15 июля 1995 г. предусмотрено, что указанный Федеральный закон регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.
Согласно статье 4 Федерального закона N 103-ФЗ от 15 июля 1995 г. содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией РФ, принципами и нормами международного права, и не должно сопровождаться действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым (обвиняемым), содержащимся под стражей.
Вопреки доводам жалобы, в силу статьи 15 Федерального закона N 103-ФЗ от 15 июля 1995 г., в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых (обвиняемых), а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.
Местом содержания под стражей являются изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел (статья 7 Федерального закона N 103-ФЗ от 15 июля 1995 г.).
В соответствии с пунктом 42 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД РФ от 22 ноября 2005 г. N 950 (далее - Правила) подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом.
Статьей 23 Федерального закона N 103-ФЗ от 15 июля 1995 г. установлена норма санитарной площади в камере на одного человека (подозреваемого и обвиняемого) в размере 4-х квадратных метров.
Организация и обеспечение режима в изоляторе временного содержания возлагается на соответствующего начальника органа внутренних дел, начальника изолятора временного содержания (пункт 3 Правил).
В названных выше Постановлениях Европейского Суда от 10 января 2012 г. по делу "А. и другие против Российской Федерации" и от 09 октября 2012 г. по делу "Колунов против Российской Федерации" установлено, что в связи с необеспечением заключенных достаточным личным пространством нарушаются положения статьи 3 Конвенции.
В Постановление от 17 октября 2013 г. по делу "Б. против Российской Федерации" (§ 30) Европейский Суд указывал, что при принятии решения о том, имело ли место нарушение статьи 3 Конвенции в части недостатка личного пространства, суд должен учитывать следующие три элемента: каждый заключенный должен иметь личное спальное место в камере; каждый заключенный должен иметь как минимум 4 кв. м личного пространства; общее пространство камеры должно позволять заключенным свободно передвигаться между предметами мебели. Отсутствие одного из этих элементов создает высокую презумпцию того, что условия содержания под стражей составляют жестокое обращение и нарушают положения статьи 3 Конвенции.
В Постановление от 17 января 2012 г. по делу "Ф. и другие против Российской Федерации" (§ 130) Европейский Суд признавал, что переполненность камеры (предоставление менее 3 кв. м личного пространства) сама по себе является основанием для признания нарушения статьи 3 Конвенции.
Тот факт, что заключенному приходилось жить и спать в переполненной камере, сам по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания или переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий лишению свободы, и вызвать у заключенного чувства тоски и неполноценности, которые могли оскорбить и унизить его (§ 68 Постановления Европейского Суда от 23 октября 2014 г. по делу "Мела против Российской Федерации").
Таким образом, нарушения личных неимущественных прав (в том числе права на достаточное личное пространство) обвиняемого (подозреваемого), выразившиеся в несоблюдение норм санитарной площади в камерах на одного человека, унижает его человеческое достоинство и порождает у него негативные чувства. Поэтому упомянутые ненадлежащие условия содержания заключенного под стражей объективно вызывают у него нравственные страдания (переживания), то есть причиняют ему моральный вред.
Из изложенного следует, что в данном конкретном случае сам по себе факт необеспечения Учреждением истца достаточным личным пространством в камерах является достаточным, чтобы стать причиной его нравственных страданий.
В соответствии со статьями 12 и 56 ГПК РФ, гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В связи с этим применительно к настоящему спору обязанность доказать факт нарушения личных неимущественных прав, а также незаконность действий (бездействия) органов ФСИН России и Учреждения, либо их должностных лиц, возлагается на истца. Также истец должен доказать наличие причинной связи между незаконными действиями (бездействием) ответчика и причинением ему морального вреда. При доказанности истцом перечисленных обстоятельств ответчик обязан доказать отсутствие своей вины в причинении истцу морального вреда.
Между тем, как следует из материалов дела, сам факт нарушения норм санитарной площади в камерах на одного человека ответчиком не оспаривался.
При таких обстоятельствах судом правомерно установлен факт содержания истца в камерах, где не обеспечивалась санитарная площадь на одного человека - 4 кв. м., вследствие чего в нарушение требований закона и прав истца имели место явно стесненные условия содержания под стражей.
Данные обстоятельства, подтверждаются исследованными выше доказательствами, которые сторонами не опровергнуты, а потому правильно признаны судом доказанными и установленными.
При таких обстоятельствах суд правомерно пришел к выводу о том, что содержание истца под стражей в условиях, в которых не была обеспечена норма санитарной площади камер на одного человека, безусловно, стало причиной нравственных страданий истца, а потому он имеет право на компенсацию морального вреда.
Принимая решение, суд взыскал в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.
По мнению судебной коллегии, данный размер компенсации морального вреда суд обоснованно определилв соответствии с правилами статей 151 (абзац 2) и 1101 ГК РФ.
Каких-либо допустимых и достоверных доказательств отсутствия вины ответчиков в нарушение условий содержания истца в Учреждении, а, следовательно, в причинении истцу морального вреда ни ответчиками, ни третьими лицами в силу статьи 56 ГПК РФ в суд не представлено.
Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что ФСИН России является ненадлежащим ответчиком, несостоятельны, так как по смыслу статей 125 и 1071 ГК РФ, пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, а также их должностных лиц, за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступают главные распорядители соответствующих бюджетных средств.
Абзацем вторым ч. 3 ст. 40 Гражданского процессуального кодекса РФ предусмотрено, что в случае невозможности рассмотрения дела без участия соответчика или соответчиков в связи с характером спорного правоотношения суд привлекает его или их к участию в деле по своей инициативе.
При этом в соответствии с подпунктом 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказания, утвержденного Указом Президента РФ от 13.10.2004 N 1314 (ред. от 08.09.2017) "Вопросы Федеральной службы исполнения наказаний" ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.
В данном случае суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что характер спорных правоотношений является основанием для привлечения в качестве ответчика ФСИН России главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций. В связи с этим судебная коллегия полагает, что положения процессуального закона судом первой инстанции в данном случае нарушены не были.
Данные выводы суда первой инстанции основаны на всестороннем и полном исследовании представленных доказательств, оценка которым дана в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и требованиям материального закона, регулирующем спорные отношения сторон. Оснований для признания их неправильными судебная коллегия не усматривает, заявителем в апелляционной жалобе не приведено.
Несогласие ответчика с оценкой суда представленных доказательств, самостоятельным основанием к отмене решения суда не является, поскольку правила оценки доказательств судом не нарушены.
Вместе с тем, судебная коллегия суда апелляционной инстанции находит, что указание судом в резолютивной части решения на взыскание компенсации морального вреда с Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации противоречащими действующему законодательству.
Согласно статье 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с ГК РФ причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступает финансовый орган, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо.
В соответствии со статьей 125 ГК РФ от имени Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов (пункт 1).
В случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, от имени Российской Федерации могут выступать государственные органы, а также юридические лица (пункт 3).
Статьей 158 БК РФ предусмотрено, что главный распорядитель бюджетных средств отвечает от имени Российской Федерации по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств (подпункт 12.1 пункта 1).
Главный распорядитель средств федерального бюджета выступает в суде от имени Российской Федерации в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, выступает соответственно главный распорядитель средств федерального бюджета (подпункт 1 пункта 3).
Подпунктом 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. N 1314, определено, что ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.
Поэтому в настоящем споре ответственность перед истцом должно нести само государство - Российская Федерация в лице ФСИН России (главный распорядитель средств федерального бюджета) за счет казны Российской Федерации.
При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для изменения решения суда в указанной части.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 5 февраля 2020 года изменить.
Абзац второй резолютивной части решения Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 5 февраля 2020 года изложить в следующей редакции:
Взыскать в пользу Наумовича Д. В. с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания России за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.
В остальной части решение оставить без изменения апелляционную жалобу ФСИН России - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка