Дата принятия: 01 октября 2020г.
Номер документа: 33-1449/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САРАТОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 1 октября 2020 года Дело N 33-1449/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда в составе:
председательствующего Паршиной С.В.,
судей Аракчеевой С.В., Зотовой Ю.Ш.,
при секретаре Смогуновой Е.А.,
с участием прокурора Медведевой З.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Егорова И.В. к обществу с ограниченной ответственностью "Компания по ремонту скважин "Евразия" о взыскании компенсации морального вреда, установлении факта несчастного случая на производстве по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью "Компания по ремонту скважин "Евразия" на решение Пугачевского районного суда Саратовской области от 09 октября 2019 года, которым исковые требования удовлетворены частично.
Заслушав доклад судьи Паршиной С.В., объяснения представителя ответчика по доверенности Родионова В.Ю., поддержавшего доводы жалобы, заключение прокурора Медведевой З.А., полагавшей решение оставить без изменения, исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражения на жалобу, судебная коллегия
установила:
Егоров И.В. обратился в суд с исковыми требования (с учетом их уточнения) к обществу с ограниченной ответственностью "Компания по ремонту скважин "Евразия" (далее - ООО "Евразия") о взыскании утраченного заработка за период с 21 июня 2019 года по день закрытия последнего листка нетрудоспособности, исходя из размера 90000 руб. в месяц, компенсации морального вреда в размере 500000 руб., установлении, что событие, произошедшее около 17.00 час. по местному времени 20 июня 2019 года в цехе капитального и подземного ремонта скважин N 5 ООО "Компания по ремонту скважин "Евразия", в результате которого Егоров И.В. упал с кузова автомобиля КАМАЗ и получил перелом рукоятки грудины со смещением, является несчастным случаем на производстве. В обоснование требований указал, что состоит в трудовых отношениях с ответчиком. 20 июня 2019 года около 17.00 час. по местному времени Ханты-Мансийского автономного округа (далее - ХМАО) в г. Когалым на Тевлино-Рускинском месторождении, находясь на своем рабочем месте на площадке автомобиля КАМАЗ, залез отцеплять автовымотку, оступился и упал на песок, в результате чего получил производственную травму - перелом рукоятки грудины с небольшим смещением на ширину кортикального слоя. Полагает в причинении ему вреда здоровью имеется вина работодателя, который не обеспечил его средствами страховочных креплений. После полученной травмы истцу была оказана медицинская помощь, в период с 21 июня 2019 года до настоящего времени он нетрудоспособен, в результате чего лишен своего заработка, компенсация морального вреда ему также не выплачена. В результате полученной на работе травмы, истец претерпевал физические и нравственные страдания, был ограничен в передвижении, дыхании, лишен привычного образа жизни и заработка.
Решением Пгачевского районного суда Саратовской области от 09 октября 2019 года исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 110 000 руб., расходы на оплату услуг представителя по составлению искового заявления в размере 2000 руб. Установлено, что событие, произошедшее около 17.00 час. по местному времени 20 июня 2019 года в цехе капитального и подземного ремонта скважин N 5 ООО "Компания по ремонту скважин "Евразия", в результате которого Егоров И.В. упал с кузова автомобиля КАМАЗ и получил перелом рукоятки грудины со смещением, является несчастным случаем на производстве. С ответчика в доход соответствующего бюджета взыскана государственная пошлина в размере 600 руб.
ООО "Компания по ремонту скважин "Евразия" не согласилось с решением суда, подало апелляционную жалобу, в которой просило решение суда в части удовлетворения исковых требований отменить, принять в указанной части новое решение, которым в удовлетворении требований истца отказать в полном объеме. В обоснование доводов жалобы указано, что суд неправильно оценил имеющиеся обстоятельства по делу, без достаточных на то оснований применил к сложившимся отношениям п. 5 ст. 15 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", чем нарушил права и интересы ответчика. Анализируя нормы трудового законодательства, автор жалобы полагает, что суд фактически наложил на себя функции комиссии по расследованию или государственной инспекции по труду, и, как следствие, нарушил принципы равенства, справедливости и состязательности сторон в судебном заседании. Полагает, что поскольку истец своевременно не сообщил о несчастном случае, заявление о проведении расследования не написал, у ответчика не возникло оснований для проведения расследования по заявленному инциденту, а у суда отсутствовало право признавать произошедшее с истцом событие несчастным случаем на производстве. Поскольку требования о взыскании компенсации морального вреда производны от основных требований, автор жалобы полагает, что решение суда в указанной части также подлежит отмене.
В письменных возражениях по доводам апелляционной жалобы Егоров И.В. просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
На заседание судебной коллегии истец не явился, извещен о заседании судебной коллегии надлежащим образом, об отложении рассмотрения дела ходатайств в апелляционную инстанцию не представил, о причинах неявки не сообщил. При указанных обстоятельствах, учитывая положения ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося лица.
Поскольку решение суда обжалуется ответчиком только в части взыскания компенсации морального вреда, установления факта несчастного случая на производстве, судебная коллегия в соответствии с ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ проверяет решение суда только в обжалуемой части.
Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ), судебная коллегия полагает, что оснований для отмены судебного постановления не имеется.
Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 29 ноября 2018 года между Егоровым И.В. и ООО "Евразия" заключен срочный трудовой договор N 9239, согласно которому Егоров И.В. был принят на работу с 30 ноября 2018 года в цех капитального и подземного ремонта скважин N 5 в качестве помощника бурильщика капитального ремонта скважин 5 разряда.
На основании дополнительного соглашения N 2 от 04 марта 2019 года к трудовому договору от 29 ноября 2018 года, Егоров И.В. был переведен оператором по подземному ремонту скважин 5 разряда в цех капитального и подземного ремонта скважин N 3.
В этот же день между Егоровым И.В. и ООО "Евразия" заключено дополнительное соглашение N 3 к трудовому договору от 29 ноября 2018 года, в соответствии с которым трудовой договор заключен на неопределенный срок с 05 марта 2019 года.
В соответствии с табелем учета рабочего времени бригады ПРС N 110 Егоровым И.В. было отработано рабочее время с 10 июня 2019 года по 21 июня 2019 года.
Из объяснений истца следует, что причинение вреда его здоровью связано с получением им производственной травмы во время выполнения работы на территории работодателя на своем рабочем месте, находясь на площадке автомобиля "Камаз" для отцепления автовымотки, он оступился и упал на песок, в результате чего получил травму - закрытый перелом верхней трети (рукоятки) грудины с незначительным смещением отломков. Об этом событии истец работодателю не сообщил.
21 июня 2019 года Егоров И.В. обратился к травматологу БУ ХМАО-Югры "Когалымская городская больница", где ему был поставлен диагноз: "Перелом рукояти грудины с небольшим смещением", открыт больничный лист с 21 июня 2019 года.
Из материала проверки, зарегистрированного в ОМВД России по г. Когалыму в КУСП N 5443 от 21 июня 2019 года, следует, что 21 июня 2019 года в 12 час. 34 мин. в дежурную часть ОМВД из МСЧ поступило сообщение о том, что с Тевлинского месторождения в приемное отделение БУ КГБ г. Когалыма с производственной травмой был доставлен Егоров И.В. с диагнозом: "Закрытый перелом грудины".
По результатам проверки в возбуждении уголовного дела было отказано на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием события преступления, предусмотренного ст. 112 УК РФ.
При проведении проверки УУП ОМВД России по г. Когалыму был допрошен ФИО7, работающий в ООО "Евразия" ведущим инженером-технологом, который подтвердил, что 20 июня 2019 года Егоров И.В., находясь на своем рабочем месте на площадке автомобиля "Камаз", в результате работы оступился и упал, получив травму грудины, после чего 21 июня 2019 года был доставлен им в БУ КГБ г. Когалыма (т. 2 л.д. 116-117).
Согласно сообщению Государственной инспекции труда в ХМАО-Югре от 23 сентября 2019 года по вопросу неоформления работодателем в установленном порядке акта о расследовании несчастного случая, произошедшего 20 июня 2019 года с Егоровым И.В., была проведена проверка, в результате которой установлено, что с работником Егоровым И.В. 20 июня 2019 года произошло событие, в течение рабочего времени, в месте выполнения работы на территории работодателя, в результате которого Егоровым И.В. были получены телесные повреждения - перелом рукояти грудины с небольшим смещением, которые повлекли за собой временную утрату трудоспособности.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы N 3351 от 16 сентября 2019 года ГУЗ "Бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Саратовской области" у Егорова И.В. имелся закрытый перелом верхней трети (рукоятки) грудины с незначительным смещением отломков. Указанное повреждение возникло от действия тупого(-ых) твердого(-ых) предмета(-ов), возможно 20 июня 2019 года, причинило вред здоровью средней степени тяжести по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью более 21 дня.
Согласно статье 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
В соответствии со статьей 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.
Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: в том числе телесные повреждения (травмы) нанесенные другим лицом, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни (часть 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации)
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ и статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
В силу абзаца 2 статьи 229.1 Трудового кодекса Российской Федерации несчастный случай, о котором не было своевременно сообщено работодателю или в результате которого нетрудоспособность у пострадавшего наступила не сразу, расследуется в порядке, установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, по заявлению пострадавшего или его доверенного лица в течение одного месяца со дня поступления указанного заявления.
Исходя из приведенных положений закона для квалификации несчастного случая, связанного с производством, необходимо, чтобы производственная травма была получена работником на территории организации, в рабочее время и при исполнении трудовых обязанностей.
Разрешая по существу возникший спор и удовлетворяя исковые требования в части установления факта несчастного случая, руководствуясь указанными требованиями закона, исследовав представленные доказательства, суд первой инстанции исходил из доказанности истцом получения производственной травмы в рабочее время, при исполнении трудовых обязанностей.
В силу статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя.
В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Статьей 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" установлено, что возмещение морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, осуществляется причинителем вреда, то есть непосредственно работодателем.
Согласно статье 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред, требования разумности и справедливости.
Удовлетворяя частично требования Егорова И.В. о компенсации морального вреда, в связи с получением производственной травмы при исполнении трудовых обязанностей, суд исходил из того, что моральный вред, выразившийся в нравственных и физических страданиях истца, причинен в результате нарушения работодателем своих обязанностей в части обеспечения работнику безопасных условий труда, невыполнения работодателем обязанностей по охране труда. Суд учел, что доказательств отсутствия вины в получении истцом производственной травмы, ответчик в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представил.
Не представлено таких доказательств ответчиком и в суд апелляционной инстанции, при этом представитель ответчика в своих пояснениях в судебном заседании суда апелляционной инстанции утверждал, что в обязанности Егорова И.В. при демонтаже оборудования не входит работа, связанная с отцеплением автовымотки на автомобиле "Камаз".
Судебная коллегия полагает, что размер компенсации морального вреда в сумме 110000 руб. определен судом с учетом полученных Егоровым И.В. повреждений, которые повлекли за собой временную утрату трудоспособности, причинили вред здоровью, были связаны с физической болью, длительностью лечения; действий работодателя, со стороны которого отсутствует контроль за соблюдением работниками технологической и производственной дисциплины, правил и норм охраны труда, обеспечением безопасных условий труда; требований разумности и справедливости.
Судебная коллегия находит указанные выводы суда соответствующими нормам законодательства, регулирующего возникшие правоотношения, установленным обстоятельствам дела и представленным доказательствам.
Доводы апелляционной жалобы о том, что истец своевременно не сообщил о несчастном случае, заявление о проведении расследования не написал, следовательно, у ответчика не возникло оснований для проведения расследования по заявленному инциденту, а у суда отсутствовало право признавать произошедшее с истцом событие несчастным случаем на производстве, не являются основанием для отмены решения суда, поскольку у ответчика было достаточно времени после обращения истца в суд (через 20 дней после происшествия) провести проверку указанного события и установить наличие либо отсутствие несчастного случая на производстве. Кроме того, из совокупности представленных доказательств следует, что указанный несчастный случай произошел в течение рабочей смены на территории работодателя при совершении потерпевшим действий обусловленных трудовыми отношениями и обстоятельств, при наличии которых несчастный случай может квалифицироваться, как не связанный с производством, не установлено.
Неразрешение судом ходатайства ответчика о передаче дела по подсудности в Клявлинский районный суд Самарской области по месту жительства истца, не является основанием для отмены решения, поскольку прав ответчика не нарушает, к принятию неправильного решения не привело. Кроме того, указанное ходатайство не было поддержано представителем ответчика в суде апелляционной инстанции.
Иные доводы жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность решения суда.
Нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права судом допущено не было, в связи с чем судебная коллегия находит решение законным и обоснованным, не усматривая оснований для его отмены, как о том ставится вопрос в апелляционной жалобе.
Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Пугачевского районного суда Саратовской области от 09 октября 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Компания по ремонту скважин "Евразия" - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
