Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 27 октября 2020 года №33-14370/2020

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 27 октября 2020 года Дело N 33-14370/2020
27 октября 2020 года N 33-14370/2020 (2-2117/2020)
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:
председательствующего Алексеенко О. В.,
судей Индан И. Я.,
Фахрисламовой Г.З.,
при секретаре Нафикове А.И.,
с участием прокурора Фахретдиновой Ю.Ю.,
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Уфа Республики Башкортостан гражданское дело по иску Юсупова Н.Ш. к Управлению Федеральной службы судебных приставов по Республике Башкортостан, Федеральной службе судебных приставов Российской Федерации о защите трудовых прав
по апелляционным жалобам Юсупова Н.Ш.,
представителя Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Башкортостан, Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации Поляковой С.Б.,
представлению и.о. прокурора Октябрьского района города Уфы Республики Башкортостан Воробьева А.С. на решение Октябрьского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 26 июня 2020 года.
Заслушав доклад судьи Алексеенко О.В., судебная коллегия
установила:
Юсупов Н.Ш. обратился в суд с иском к Управлению Федеральной службы судебных приставов по Республике Башкортостан, Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, взыскании задолженности по заработной плате. Исковые требования мотивированы тем, что с 07 апреля 2007 года он работал на различных должностях в УФССП по Республике Башкортостан, с 24 июня 2019 года назначен на должность федеральной государственной службы судебного пристава по ОУПДС Орджоникидзевского РОСП г. Уфы. 23 декабря 2019 года он уволен с занимаемой должности в связи с расторжением трудового контракта по собственной инициативе, по пункту 3 части 1 статьи 33 Федерального закона то 27 июля 2014 года N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" на основании приказа от
20 декабря 2019 года N 1621-К. 20 декабря 2019 года посредством почтовой связи им подано заявление об отзыве заявления об увольнении. В связи с плохим самочувствием он обратился за медицинской помощью и находился на больничном листе с 23 декабря 2019 года по 06 февраля 2020 года. С приказом об увольнении ознакомлен 07 февраля 2020 года. Период вынужденного прогула с 24 декабря 2019 года по 17 июня 2020 года - 177 дней, размер компенсации вынужденного прогула составляет 300 467 рублей. Кроме того, за весь период работы с ним не производился расчет заработной платы в полном объеме. Работодатель не оплачивал заработную плату исходя из фактически отработанного времени и не производил оплату труда в ночное время, в выходные и праздничные дни. Нарушение трудовых прав истца по невыплате заработной платы в полном объеме связано с тем, что по табелю учета использования рабочего времени закрывалось меньше фактически отработанных часов, указанных в графике несения службы, а также журналах учета выдачи оружия и боеприпасов, что следует из табелей и графиков несения службы за период с 01 января 2013 года по 31 декабря 2013 года, за январь, февраль и декабрь 2014 года, с 01 января 2018 года по 30 июня 2019 года. Таким образом, не оплачены: работа в выходные и праздничные дни в сумме 15742 рубля, работа в ночное время в сумме 17708 рублей. Разница между фактически отработанными часами и данными табелей учета рабочего времени составляет 199 703, 45 рубля. Кроме того, просит взыскать оплату по листку нетрудоспособности за период с 23 декабря 2019 года по 06 февраля 2020 года, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.
Решением Октябрьского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 26 июня 2020 года постановлено:
удовлетворить частично исковые требования Юсупова Н.Ш. к Управлению Федеральной службы судебных приставов по Республике Башкортостан, Федеральной службе судебных приставов Российской Федерации о признании незаконным приказа об увольнении, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и иных выплат, компенсации морального вреда.
Признать незаконным приказ Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Башкортостан об увольнении Юсупова Н.Ш. от 20 декабря 2019 года N 1621-к.
Восстановить Юсупова Н.Ш. с 23 декабря 2019 года в должности федеральной государственной гражданской службы судебного пристава по обеспечению установленного порядка деятельности судов Орджоникидзевского районного отдела судебных приставов г. Уфы Управления Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации по Республике Башкортостан.
Взыскать с Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации в пользу Юсупова Н.Ш. заработную плату за время вынужденного прогула за период с 23 декабря 2019 года по 26 июня 2020 года в размере 316 421 рублей, оплату по листку временной нетрудоспособности за период с 24 января 2020 года по 06 февраля 2020 года в размере 16 128, 7 рублей, компенсацию морального вреда 1000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований Юсупова Н.Ш. отказать.
Взыскать с Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 6 825, 50 рублей.
Решение суда в части восстановления в должности федеральной государственной гражданской службы подлежит немедленному исполнению.
В поданной апелляционной жалобе Юсупов Н.Ш. оспаривает законность и обоснованность судебного постановления в части отказа в удовлетворении требований о взыскании заработной платы за сверхурочную работу, работу в ночные и праздничные дни. Кроме того, полагает, что определенный судом размер компенсации морального вреда в размере 1 000 рублей явно занижен.
В апелляционной жалобе представитель Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Башкортостан, Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации Полякова С.Б. не согласна с решением суда в части восстановления истца на работе, указывая, что судом не принято во внимание злоупотребление истцом права на своевременное обращение к работодателю с заявлением об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию.
В апелляционном представлении и.о. прокурора Октябрьского района города Уфы Республики Башкортостан Воробьев А.С. также просит отменить решение суда в части удовлетворения исковых требований Юсупова Н.Ш.
Проверив материалы дела, решение суда в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе согласно части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав стороны и их представителей, заключение прокурора, судебная коллегия приходит к следующему.
Согласно статье 11 Трудового кодекса Российской Федерации на государственных служащих и муниципальных служащих действие трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права, распространяется с особенностями, предусмотренными федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации о государственной службе и муниципальной службе.
В соответствии со статьёй 36 Федерального закона от 27 июля 2004 года "О государственной гражданской службе Российской Федерации" N 79-ФЗ гражданский служащий имеет право расторгнуть служебный контракт и уволиться с гражданской службы по собственной инициативе, предупредив об этом представителя нанимателя в письменной форме за две недели (часть 1).
В случае, если заявление гражданского служащего о расторжении служебного контракта и об увольнении с гражданской службы по собственной инициативе обусловлено невозможностью продолжения им исполнения должностных обязанностей и прохождения гражданской службы (зачислением в организацию, осуществляющую образовательную деятельность, выходом на пенсию, переходом на замещение выборной должности и другими обстоятельствами), а также в случае установленного нарушения представителем нанимателя законов, иных нормативных правовых актов и служебного контракта представитель нанимателя обязан расторгнуть служебный контракт в срок, указанный в заявлении гражданского служащего (часть 2).
До истечения срока предупреждения о расторжении служебного контракта и об увольнении с гражданской службы гражданский служащий имеет право в любое время отозвать свое заявление. Освобождение гражданского служащего от замещаемой должности гражданской службы и увольнение с гражданской службы не производятся, если на его должность не приглашен другой гражданский служащий или гражданин (часть 3).
В соответствии со статьёй 73 Федерального закона от 27 июля 2004 года "О государственной гражданской службе Российской Федерации" N 79-ФЗ Федеральные законы, иные нормативные правовые акты Российской Федерации, законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, содержащие нормы трудового права, применяются к отношениям, связанным с гражданской службой, в части, не урегулированной настоящим Федеральным законом.
Как следует из материалов дела и установлено судом, 07 апреля 2004 года истец принят на государственную гражданскую службу на должность судебного пристава по ОУПДС Октябрьского РОСП города Уфы ГУ МЮ по Республике Башкортостан, последняя замещаемая должность федеральной государственной гражданской службы Российской Федерации - судебный пристав по обеспечению установленного порядка деятельности судов Орджоникидзевского районного отдела судебных приставов города Уфы УФССП по Республике Башкортостан с 24 июня 2019 года.
20 декабря 2019 года истцом было подано заявление об увольнении по собственному желанию с 23 декабря 2019 года.
Приказом от 20 декабря 2019 года N 1621-к служебный контракт с Юсуповым Н.Ш. был расторгнут, и он уволен с федеральной государственной гражданской службы 23 декабря 2019 года по инициативе гражданского служащего.
Также установлено, что 20 декабря 2019 года Юсуповым Н.Ш. направлено по почте заявление об отзыве ранее поданного им заявления об увольнении по собственному желанию от 23 декабря 2019 года, в редакции заявителя (лист дела 29, том 1).
Возражая относительно заявленных требований, ответчик утверждал, что заявление истца об отзыве заявления об увольнении получено работодателем лишь 25 декабря 2019 года, после издания приказа об увольнении Юсупова Н.Ш.
Разрешая спор, удовлетворяя исковые требования Юсупова Н.Ш. и восстанавливая истца на работе в прежней должности, суд исходил из того, что до окончания рабочего дня 23 декабря 2019 года Юсупов Н.Ш. имел возможность отозвать заявление об увольнении при наличии такого желания. Согласно представленной истцом квитанции об оплате услуг почтовой связи, 20 декабря 2019 года в 19 часов 19 минут истец сдал в почтовое отделение связи 450068 заявление об отзыве заявления об увольнения. Таким образом, Юсупов Н.Ш. до истечения срока, с которого просил себя уволить и с которым согласился работодатель, сдал в отделение почтовой связи заявление об отзыве своего заявления об увольнении. При этом суд указал, что истец вправе бы самостоятельно выбрать - сдать ли заявление об отзыве ранее поданного заявления в канцелярию ответчика либо воспользоваться услугами почтовой связи, что он и сделал. Также суд указал, что ответчиком не представлено каких-либо доказательств тому, что на место истца в письменной форме не приглашен другой работник, которому в соответствии с Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора. То обстоятельство, что работодателем уже был издан приказ об увольнении истца правового значения не имеет, поскольку заявление об увольнении было отозвано в установленный срок и приказ об увольнении в таком случае подлежал отмене.
Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, так как они основаны на нормах действующего законодательства и фактических обстоятельствах дела.
Проверив произведенный судом расчет заработной платы за время вынужденного прогула, судебная коллегия находит его математически верным, основанным на законе.
Довод апелляционной жалобы ответчика о том, что суд необоснованно пришел к выводу об удовлетворении иска, поскольку при увольнении истца были соблюдены положения статьи 36 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ, является несостоятельным, поскольку, как указано ранее, в силу статьи 73 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" предусмотрено субсидиарное применение норм трудового законодательства к отношениям, связанным с государственной гражданской службой, в том числе статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации.
В этой связи, при отсутствии иных оснований для увольнения, учитывая, что расторжение трудового договора не обусловлено ненадлежащим исполнением работником своих обязанностей, ему не может быть отказано в отзыве заявления об увольнении по собственному желанию по формальному основанию со ссылкой на получение данного заявления после издания приказа об увольнения, так как в случае продолжения трудовых отношений для работодателя не наступает негативных последствий.
Доводы апеллянта - ответчика о недобросовестности со стороны истца, выразившейся в направлении работником заявления об отзыве заявления об увольнении по почте, злоупотреблении правом не принимаются судебной коллегии, как не основанные на законе.
Далее. Отказывая в удовлетворении заявленных истцом требований о взыскании с работодателя недоплаты по заработной плате за период с января по декабрь 2013 года, январь, февраль, декабрь 2014 года, с января 2015 года по июнь 2019 года в сумме 199 703, 45 рублей, включая доплату за работу в ночное время в сумме 17 708 рублей, оплату праздничных дней в сумме 15 742 рублей, процентов за задержку причитающихся работнику выплат в размере 116 402, 56 рублей, суд со ссылкой на статьи 97, 99, 101, 149 Трудового кодекса Российской Федерации, статьи 45, 50, 51 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации", должностной регламент судебного пристава по обеспечению установленного порядка деятельности судов Орджоникидзевского отдела судебных приставов УФССП по Республике Башкортостан от 31 июля 2019 года N 687 исходил из того, что Юсупову Н.Ш. установлен особый режим работы и в связи с этим повышенные, по сравнению с трудовым законодательством, меры социальной защиты, в том числе по предоставлению отпуска, доплаты за особые условия государственной службы, в связи с чем права на оплату за исполнение своих должностных обязанностей за пределами нормальной продолжительности служебного времени он не имеет. При этом суд указал, что работа в условиях ненормированного рабочего дня подразумевает переработку, то есть работу за пределами продолжительности рабочего времени. Из статьи 97 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что такая переработка по своей природе совпадает со сверхурочной работой, однако у работников с ненормированным рабочим днем сверхурочной работой она не является. В отличие от сверхурочных работ оплата переработки при ненормированном рабочем дне ТК РФ не предусмотрена, как и обязанность работодателя вести учет времени такой переработки. Таким образом, подписывая трудовой договор, содержащий условие о ненормированности рабочего дня, истец дал свое согласие на выполнение трудовой функции за пределами продолжительности рабочего времени, установленной для него трудовым законодательством и трудовым договором. Также суд указал, что письменного приказа УФССП России по Республике Башкортостан о привлечении истца к работе в сверхурочное время и его письменного согласия на привлечение к сверхурочной работе не имеется.
В этой связи, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что права истца работодателем по невыплате заявленных истцом денежных средств нарушены не были, в связи с чем отсутствовали основания для удовлетворения требований истца о взыскании недоплаты по заработной плате и процентов за задержку причитающихся работнику выплат.
Приводя в апелляционной жалобе доводы о работе сверхурочно, Юсупов Н.Ш. не учитывает, что хотя ненормированный рабочий день связан с переработкой сверх нормы рабочего времени, она не рассматривается как сверхурочная работа, поскольку сам характер работы (ненормированный служебный день) предполагает возможность переработки. Поэтому специальным правовым регулированием рабочего времени федерального государственного гражданского служащего установлена компенсация переработки при ненормированном рабочем дне не по правилам о сверхурочных работах, а путем предоставления дополнительного отпуска, часы работы за пределами нормальной продолжительности рабочего времени отдельно не оплачиваются.
Доводы апеллянта - истца об обратном основаны на неправильном толковании норм материального права.
В том числе, вопреки доводам жалобы приказ Федеральной службы судебных приставов России N 476 от 24 ноября 2008 года, на который ссылается апеллянт, определяет условия оплаты труда работников территориальных органов Федеральной службы судебных приставов, осуществляющих профессиональную деятельность по профессиям рабочих, к каковым Юсупов Н.Ш. по роду своей трудовой деятельности не относился.
Вместе с тем, судебная коллегия полагает необходимым отменить решение суда в части взыскания с ответчика в пользу истца денежных средств по оплате листка временной нетрудоспособности за период с 24 января 2020 года по 06 февраля 2020 года в размере 16 128, 7 рублей, поскольку судом произведен расчет за указанный период как время вынужденного прогула.
В абзаце 4 пункта 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету. Однако при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, а также пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула.
С учетом изложенного, при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок не подлежит уменьшению на сумму пособия по временной нетрудоспособности, выплаченного истцу в пределах срока оплачиваемого вынужденного прогула за период с 24 декабря 2019 года по 26 июня 2020 года. При этом судебная коллегия отмечает, что пособие по временной нетрудоспособности за период, заявленный истцом при рассмотрении настоящего иска, с 24 января 2020 года по 06 февраля 2020 года работодателем не выплачивался, в связи с чем повторное взыскание за период, определённый судом как вынужденный прогул, по мнению судебной коллегии, не является верным.
Кроме того, заслуживает внимание довод апелляционной жалобы Юсупова Н.Ш. о несоразмерности определенной судом суммы компенсации морального вреда нравственным страданиям.
Так, порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Согласно части 16 статьи 70 Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации" в случаях освобождения от замещаемой должности гражданской службы и увольнения с гражданской службы по основаниям, не предусмотренным настоящим Федеральным законом, или с нарушением установленного порядка освобождения от замещаемой должности гражданской службы и увольнения с гражданской службы либо в случае незаконного перевода на иную должность гражданской службы суд вправе по письменному заявлению гражданского служащего вынести решение о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда. Размер возмещения определяется судом.
Определяя размер подлежащей взысканию с работодателя Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации в пользу Юсупова Н.Ш. компенсации морального вреда в соответствии с приведенными выше правовыми нормами, суд первой инстанции исходил из фактических обстоятельств дела, а также требований разумности и справедливости, посчитав достаточной сумму компенсации морального вреда в размере 1 000 рублей.
Вместе с тем судом не учтены следующие обстоятельства, а именно: характер допущенного работодателем нарушения трудовых прав истца и длительность такого нарушения, значимость для Юсупова Н.Ш. нематериальных благ, нарушенных ответчиком, а именно его права на труд, которое относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека и с реализацией которого связана возможность реализации работником ряда других социально-трудовых прав, в частности права на справедливую оплату труда, на отдых, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др., а также степень вины ответчика, не представившего доказательств наличия обстоятельств, объективно препятствовавших исполнению возложенной на него обязанности по надлежащему оформлению приказов, связанных с трудовой деятельностью истца, степень причиненных истцу нравственных страданий. При этом судебная коллегия учитывает позднее получение работодателем заявления истца об отзыве заявления об увольнении.
Поскольку материалами дела установлен факт нарушения трудовых прав истца, в силу указанных выше положений закона с Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации в пользу Юсупова Н.Ш. подлежит взысканию компенсация морального вреда, размер которой, с учетом вышеизложенного, судебная коллегия полагает возможным определить в размере 5 000 рублей.
В указанной части решение суда надлежит изменить.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Октябрьского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 26 июня 2020 года в части взыскания с Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации в пользу Юсупова Н.Ш. оплаты по листку временной нетрудоспособности за период с 24 января 2020 года по 06 февраля 2020 года в размере 16 128, 7 рублей отменить.
В отменённой части принять по делу новое решение, которым в удовлетворении названного требования отказать.
Решение суда в части размера компенсации морального вреда изменить.
Взыскать с Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации в пользу Юсупова Н.Ш. компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.
В остальной части решение того же суда оставить без изменения.
Председательствующий О. В. Алексеенко
Судьи И. Я. Индан
Г. З. Фахрисламова
Справка: федеральный судья Зинова У.В.


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка