Дата принятия: 23 октября 2020г.
Номер документа: 33-14286/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ СВЕРДЛОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 23 октября 2020 года Дело N 33-14286/2020
г. Екатеринбург 23.10.2020
Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:
председательствующего
Черепановой А.М.,
судей
Лузянина В.Н.,
Рябчикова А.Н.,
при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Ермакович Е.С., рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску страхового акционерного общества "ВСК" к Палкину Владимиру Ивановичу о возмещении ущерба в порядке суброгации,
по апелляционной жалобе истца на решение Новоуральского городского суда Свердловской области от 23.07.2020.
Заслушав доклад судьи Лузянина В.Н., объяснения представителя ответчика - Морозова Э.О., судебная коллегия
установила:
САО "ВСК" обратилось в суд с указанным выше иском к Палкину В.И. В обоснование своих требований указав, что 29.12.2018 в результате дорожно-транспортного происшествия (далее - ДТП), произошедшего по вине ответчика - водителя автомобиля Киа, г.н. ..., нарушившего требования п. 1.3, 9.1, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее - ПДД РФ), поврежден автомобиль Тойота, г.н. ..., принадлежащий Министерству физической культуры, спорта и молодежной политики Свердловской области.
Гражданская ответственность ответчика была застрахована в ГСК "Югория" по полису N ХХХ0055977107.
Автомобиль Тойота, г.н. ... был застрахован по договору добровольного страхования N 18440V5017435-00001 у истца. В связи со страховым случаем САО "ВСК" произвело Министерству физической культуры, спорта и молодежной политики Свердловской области страховую выплату в размере 1895000 руб., в связи с полной гибелью автомобиля, страхователь отказался от своего права на него в пользу САО "ВСК", годные остатки данного транспортного средства, были реализованы истцом за 1000000 руб.
На основании изложенного истец просил взыскать с ответчика в свою пользу сумму ущерба в размере 495000 руб. (1895000 руб. - 1000000 руб. - 400000 руб.), а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 8150 руб.
Решением Новоуральского городского суда Свердловской области от 23.07.2020 в удовлетворении исковых требований отказано. С САО "ВСК" в пользу ФБУ "Уральский региональный центр судебной экспертизы" взыскана стоимость затрат на производство экспертизы в размере 40000 руб.
Истец с таким решением не согласился, обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит назначить по делу повторную судебную экспертизу, решение отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований, взыскать в пользу САО "ВСК" расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в размере 3000 руб. В обоснование своих возражений указал, что заключение судебного эксперта, положенное судом в основу решения, не может являться доказательством, поскольку выполнено с нарушением положений ст. ст. 8, 16 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", в связи с чем просит назначить по делу повторную судебную экспертизу. Настаивает на том, что вывод эксперта о нарушении водителем автомобиля Тойота п.п. 1.5, 1.4, 9.1 ПДД РФ, противоречит собранным по делу доказательствам, а именно показаниям потерпевшего, очевидца, а также выводам приведенным в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела относительно того, что именно автомобиль Киа находился на полосе встречного движения.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, указывая на отсутствие правовых оснований, в том числе по назначению повторной судебной экспертизы.
Представитель истца, ответчик, третьи лица Усольцев М.В., АО "ГСК "Югория", Министерство физической культуры и спора по СО в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о дате, времени и месте слушания дела ответчик и третье лицо Усольцев М.В. извещены телефонограммами от 07.10.2020. Истец и третье лицо АО "ГСК "Югория", Министерство физической культуры и спорта СО извещены в соответствии с положениями ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. ст. 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 N 262-ФЗ "Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации", информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы размещена на интернет-сайте Свердловского областного суда www.ekboblsud.ru 30.09.2020, кроме того извещены судом первой инстанции о направлении дела в апелляционную инстанцию. Об уважительности причин неявки до начала судебного заседания указанные лица не сообщили, об отложении разбирательства дела не просили. С учетом приведенных обстоятельств, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определиларассмотреть дело при указанной явке.
Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность оспариваемого решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.
В силу закрепленного в ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Приведенное гражданско-правовое регулирование основано на предписаниях Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 35 (часть 1) и 52, и направлено на защиту прав и законных интересов граждан, право собственности которых оказалось нарушенным иными лицами при осуществлении деятельности, связанной с использованием источника повышенной опасности.
Положениями п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
Согласно ст. 965 Гражданского кодекса Российской Федерации к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования (суброгация). Согласно ст. 387 Гражданского кодекса Российской Федерации права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона или наступления указанных в нем обстоятельств: при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая.
Как следует из материалов дела и установлено судом, 29.12.2018 на 11 км. 870 м. ЕКАД г. Екатеринбург Свердловской области произошло ДТП с участием водителей Палкина В.И., управлявшего принадлежавшим ему автомобилем "КИА", г.н. ... и Усольцева М.В., управлявшего автомобилем "Тойота", г.н. ..., владельцем которого являлось Министерство физической культуры и спорта Свердловской области.
Согласно административному материалу и постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 01.11.2019, ДТП произошло по вине водителя Палкина В.И., который управляя автомобилем "КИА", г.н. ..., нарушил п. 1.3, 9.1, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. К административной ответственности Палкин В.И. привлечен не был.
Гражданская ответственность ответчика Палкина В.И. была застрахована в ГСК "Югория" по полису N ХХХ0055977107.
Автомобиль "Тойота", г.н. ..., на момент ДТП был застрахован в САО "ВСК" по договору добровольного страхования, полис N 18440V5017435-00001.
Согласно страховому акту от 20.06.2019 N 18440V5017435-00001-S000002Y и платежному поручению от 27.06.2019 N 10218 САО "ВСК" в пользу Министерства физической культуры, спорта и молодежной политики Свердловской области выплачено страховое возмещение в сумме 1895000 руб.
Согласно договору купли-продажи транспортного средства N 6450942 от 25.06.2019 годные остатки транспортного средства "Тойота", г.н. ..., переданные САО "ВСК" потерпевшей стороной, были реализованы за 1000000 руб.
Истец, полагая виновным в ДТП водителя автомобиля "КИА", г.н. ... Палкина В.И. просил взыскать с последнего ущерб в размере 495000 руб. из расчета: 1895000 руб. - 1000000 руб. - 400000 руб., из которых: 1895000 руб. - сумма страхового возмещения, выплаченная в пользу потерпевшей стороны, 1000000 руб. - сумма реализованных годных остатков, 400000 руб. - лимит страхового возмещения застрахованной ответственности виновника ДТП.
Поскольку между сторонами возник спор относительно вины Палкина В.И. в ДТП от 29.12.2018, судом по ходатайству ответчика была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой было поручено УрЦСЭ Министерства юстиции Российской Федерации.
Согласно выводам экспертного заключения N 941/08-02 от 11.06.2020, в рассматриваемой дорожной ситуации водитель автомобиля "Тойота" должен был руководствоваться требованиями п.п. 1.5, 1.4, 9.1 ПДД РФ. В рассматриваемой дорожной ситуации водитель автомобиля "КИА" должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 ч. 2 ПДД РФ. Установить экспертным путём скорости движения автомобилей "КИА", "Тойота" не представляется возможным. Предотвращение данного столкновения зависело не от технической возможности у водителя "КИА", а от соблюдения требований Правил дорожного движения водителем автомобиля "Тойота". К моменту столкновения, с учётом перекрытия автомобилей, установленного при использовании дополнительных фотоматериалов, автомобиль "Тойота" располагался с частичным выездом на левую (встречную) для него сторону движения, тогда как автомобиль "КИА" двигался по своей (правой) стороне проезжей части. Установить угол столкновения автомобилей не представляется возможным, поскольку отсутствуют фотоиллюстрации автомобиля "КИА", однако можно предположит, что при встречном столкновении он был близок к развернутому. По механизму столкновение автомобилей "Тойота" и "КИА" было встречным, косым (угловым) блокирующим для автомобиля "КИА". Анализируя повреждения транспортных средств, можно указать, что при первичном контакте автомобилей левый передний угол (бампер, крыло, блок-фара) автомобиля "Тойота" контактировал с левой передней частью (бампер, капот, крыло, блок-фара) автомобиля "КИА", при этом взаимное перекрытие составило около 0,5-0,6 м, далее при взаимном внедрении и деформации автомобилей были образованы остальные повреждения на автомобиле "КИА", так как данные автомобили имеют разные массы, далее происходило разворачивание автомобиля "Тойота" против часовой стрелки, а автомобиль "КИА" смещался назад относительно своего первоначального направления. Установить угол столкновения автомобилей не представляется возможным, поскольку отсутствуют фотоиллюстрации автомобиля "КИА", однако можно предположит, что при встречном столкновении он был близок к развернутому. В данном случае зафиксированное место встречи ТС располагается на расстоянии около 6,9 м от правого края проезжей части, относительно направления движения автомобиля "Тойота" (место столкновения указано со слов водителя автомобиля "Тойота" Усольцева М.В.), также в данном месте располагается решетка радиатора автомобиля "КИА" (протокол ОМП). К моменту столкновения, с учётом перекрытия автомобилей, установленного при использовании дополнительных фотоматериалов, автомобиль "Тойота" располагался с частичным выездом на левую (встречную) для него сторону движения, тогда как автомобиль "КИА" двигался по своей (правой) стороне проезжей части. Сам факт столкновения ТС, которое произошло на проезжей части, предназначенной для движения автомобиля "КИА", указывает, что действия водителя "Тойоты", с технической точки зрения, не соответствовали п.п. 1.5, 1.4, 9.1 правил дорожного движения РФ и именно его действия явились причиной рассматриваемого дорожного конфликта, с технической точки зрения. При соблюдении водителем автомобиля "Тойота" указанных требований Правил дорожного движения рассматриваемое ДТП исключалось. Несоответствий в действиях водителя автомобиля "КИА" требованиям ПДД РФ, которые, с технической точки зрения, могли находиться в причинно-следственной связи с произошедшим ДТП, эксперт не усмотрел.
Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с требованиями процессуального закона, действия участников ДТП на соответствие требованиям ПДД РФ, объяснения водителя "Тойота" от 29.12.2018, от 11.01.2019, показания свидетеля С от 19.03.2019 (опрошенных в рамках административного материала), схему места происшествия, суд пришел к выводу о виновности в ДТП водителя автомобиля "Тойота" Усольцева М.В., не усмотрев оснований для установления степени вины водителя автомобиля "КИА" Палкина В.И., в связи с чем, в удовлетворении исковых требований отказал.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда о виновности водителя автомобиля "Тойота", поскольку они соответствуют обстоятельствам дела и основаны на правильном применении ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Порядок получения, исследования и оценки доказательств по гражданскому делу регламентируется положениями главы 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В силу положений ст. ст. 56, 59, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд самостоятельно определяет какие обстоятельства, которые имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Объем относимых доказательств определен судом правильно, оценка представленным доказательствам, соответствует требованиям ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, положения ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом соблюдены.
Доводы жалобы в указной части не могут являться основанием для отмены постановленного судом решения, так как суд воспользовался правом, предоставленным ему ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
Как следует из материалов дела, до ДТП автомобили "Тойота" и "КИА" двигались на встречу друг другу, участок дороги по которому двигались транспортные средства имеет по одной полосе в каждом направлении, ширина проезжей части в месте ДТП составила 12,5 м.
В соответствии с п. 1.3 ПДД РФ, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.
В соответствии с п. 1.5 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.
Вина в ДТП обусловлена нарушением его участниками ПДД РФ.
Пунктом 5 ст. 22 Федерального закона от 10.12.1995 N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" и п. 1.4 ПДД РФ установлено, что на дорогах Российской Федерации устанавливается правостороннее движение транспортных средств.
По смыслу указанных норм, с учетом предписаний иных положений ПДД РФ, возможность движения по полосе, предназначенной для встречного движения, допускается лишь в качестве исключения из общего правила о запрете такого движения.
Необходимо отметить, что согласно основным понятиям и терминам, приведенным в п. 1.2 ПДД РФ "Опасность для движения" - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения ДТП, а именно ситуация, которую водитель в состоянии обнаружить.
Таким образом, с целью доказанности вины в рассматриваемом ДТП необходимо установить, кем из участников ДТП была создана опасная дорожная ситуация, а именно смещение транспортного средства на полосу встречного направления, то есть нарушение п.п. 1.4, 9.1 ПДД РФ.
Как было указано выше, согласно выводам судебной экспертизы столкновение транспортных средств произошло на проезжей части, предназначенной для движения автомобиля "КИА".
Судебная экспертиза в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из представленных в распоряжение эксперта материалов, указывает на применение методов исследований, основывается на исходных объективных данных, выводы эксперта обоснованы документами, представленными в материалы дела. Выводы эксперта мотивированны, не содержат неясностей, противоречий, исключают вероятностный характер заключения, основаны на результатах проведенного трассологического исследования следов и повреждений, зафиксированных на фотоматериалах, и обстоятельств заявленного ДТП (механизм их образования, локализацию повреждений). Моделирование заявленного истцом столкновения было произведено при помощи компьютерной программы "PC-Crash" ver. 10.1.0.22а, учитывающей в том числе вес автомобилей.
Судебная коллегия считает, что оснований сомневаться в заключении судебной экспертизы не имеется. Судебная экспертиза была проведена в соответствии с требованиями Федерального закона N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" на основании определения суда, заключение содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы, ссылки на методическую литературу, использованную при производстве экспертизы, эксперту разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, он также был предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Заключение составлено экспертом, имеющим право на проведение такого рода экспертизы.
Судебным экспертом был смоделирован механизм заявленного истцом события (по стадиям: сближения, столкновения, отбрасывания), с учетом информации содержащейся в: сведениях о водителях и транспортных средствах участвовавших в ДТП от 29.12.2018; схеме места ДТП от 29.12.2018 (подписанной одним участником ДТП Усольцевым М.В., ответчик был госпитализирован в медицинское учреждение); протоколе осмотра места совершения административного правонарушения от 29.12.2018; телетайпограмме адресованной начальнику УГИБДД ГУ МВД России по СО о состоявшемся ДТП; объяснениях участника ДТП Усольцева М.В.; фотоматериале фиксирующем степень и локализацию повреждений на автомобиле "Тойота". Согласно приведенному в экспертном заключении моделированию расположения транспортных средств в момент столкновения, с учетом взаимного перекрытия автомобилей 0,5-0,6 м., при ширине проезжей части 12,5 м. и месте столкновения 6,9 м. от правого края проезжей части, относительно направления движения автомобиля "Тойота", установлено, что автомобиль "Тойота" располагался с частичным выездом на левую (встречную) для него сторону движения, тогда как автомобиль "КИА" двигался по своей правой полосе.
Вопреки доводам автора жалобы выводы судебного эксперта не находятся в противоречии с выводами изложенными, в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 01.11.2019. Как обоснованно указано представителем ответчика, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела основано на показаниях одного участника ДТП Усольцева М.В., без проведения экспертных исследований. Кроме того вышеуказанное постановление от 01.11.2019, отменено постановлением заместителя прокурора Октябрьского района г. Екатеринбурга от 18.12.2019.
Не усматривается каких-либо противоречий в выводах судебного эксперта, с показаниями свидетеля С как на том настаивает автор жалобы.
В соответствии с ч. 1 ст. 69 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Не являются доказательствами сведения, сообщенные свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности.
Из смысла данной нормы следует, что свидетели по делу в результате стечения обстоятельств воспринимают факты, имеющие значение для правильного разрешения спора, и являются носителями информации об этих фактах. Свидетели не высказывают суждения, включающие субъективную оценку относительно данных фактов.
Согласно исследованных в суде апелляционной инстанции показаний С от 19.03.2019, сам факт ДТП свидетель не видел, кто из водителей виноват пояснить не смог, так как не видел всех обстоятельств ДТП, со слов водителя автомобиля "Тойота" автомобиль "КИА" выехал на полосу встречного движения. В связи с этим, показания свидетеля не содержат указания на какие-либо факты, изложенные им обстоятельства ДТП сводятся изложению объяснений водителя Усольцева М.В.
Объяснения водителя автомобиля "Тойота" Усольцева М.В., противоречат совокупности установленных по делу доказательств, в том числе: выводам судебной экспертизы, а также сведениям содержащимся в схеме ДТП, протоколе осмотра места совершения административного правонарушения, согласно последним столкновение автомобилей зафиксировано на полосе движения автомобиля "КИА".
По вышеприведенным основаниям полежат отложению доводы жалобы о несоответствии экспертного заключения, положениям ст. ст. 8, 16 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" (предъявляющих требования к эксперту о полном, объективном и всестороннем исследовании, определяющих обязанности эксперта). Более того, автор жалобы не раскрывает в чем именно выражено нарушение экспертном требований ст. ст. 8, 16 указанного Федерального закона.
Критическая оценка представителем истца заключения судебной экспертизы, с указанием на его неполноту, сомнения в правильности составленного заключения, не является основанием для выводов о порочности указанного заключения, поскольку ни истец, ни его представитель не являются специалистом в данной области, а сомневаться в компетентности эксперта, имеющего специальное образование и стаж работы, оснований не имеется.
Поскольку именно действия водителя автомобиля "Тойота" создавшего опасную дорожную ситуацию находятся в прямой причинно-следственной связи с последствиями ДТП, то суд первой инстанции на законных основаниях отказал в удовлетворении исковых требований к ответчику Палкину В.И.
Учитывая вышеизложенное, доводы апелляционной жалобы, оспаривающие выводы суда о виновности водителя автомобиля "Тойота" в ДТП не могут быть приняты во внимание, поскольку они не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права, а основаны на переоценке исследованных судом доказательств, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку требования ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации были выполнены.
Лицами, участвующими в деле было представлено достаточно доказательств относительно вопроса, требующего специальных познаний, предусмотренные ч. 2 ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основания для назначения по делу повторной судебной экспертизы отсутствуют, по этой причине судебной коллегией отказано истцу в ее назначении. Как было изложено выше, какие-либо сомнения в правильности или обоснованности выводов судебной экспертизы отсутствуют, равно как отсутствует иное экспертное заключение содержащее противоречивые выводы.
Других доводов, свидетельствующих о неправильности вынесенного судом первой инстанции решения, в апелляционной жалобе не содержится, соответствующих доказательств к жалобе не приложено, а суд апелляционной инстанции в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.
Нарушений норм процессуального права, влекущих за собой отмену решения суда в силу ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом не допущено.
На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ст. 327.1, п. 1 ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Новоуральского городского суда Свердловской области от 23.07.2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца - без удовлетворения.
Председательствующий: А.М. Черепанова
Судьи: В.Н. Лузянин
А.Н. Рябчиков
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
