Дата принятия: 19 августа 2020г.
Номер документа: 33-1426/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ НОВГОРОДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 19 августа 2020 года Дело N 33-1426/2020
19 августа 2020 года Великий Новгород
Судебная коллегия по гражданским делам Новгородского областного суда в составе:
председательствующего Бобряшовой Л.П.
судей Ребровой И.В., Котовой М.А.
при секретаре В.Л.М.
рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Котовой М.А. апелляционную жалобу З.О.С. на решение Новгородского районного суда Новгородской области от 20 мая 2020 года,
установила:
З. О.С. обратилась в суд с иском к В.Е.В. и Р.Я.М. о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, указав, что она являлась собственницей ? доли <...> на основании договора о передаче жилья в собственность граждан от <...> В <...> г. она передала по договору аренды квартиру Р.Я.М., о чем между ними был заключен соответствующий договор. В конце <...> г. директор агентства недвижимости Т.Д.Ю. вместе с В.Е.В. предложили ей зарегистрировать Р.Я.М. в спорное жилое помещение, после чего они поехали к нотариусу. Какие документы она подписывала у нотариуса, не помнит, поскольку в машине Т.Д.Ю. предложил ей выпить какое-то успокоительное средство. В <...> г. В.Е.В. вновь предложила ей встретиться у нотариуса, где она подписала какой-то документ. В <...> г. ей стало известно, что <...> В.Е.В. оформила в свою собственность ? долю спорной квартиры на основании договора дарения, а впоследствии данная доля квартиры В.Е.В. была продана. Намерений продавать, дарить или отчуждать долю квартиры у неё не было. При заключении договора дарения она не понимала значение своих действий, заблуждалась относительно условий сделки, была введена в заблуждение и подвергнута обману. На основании ст. ст. 170,177, 178, 179 ГК РФ просит признать договор дарения ? доли <...> <...>, заключенный <...> между нею и В.Е.В. недействительным, применить последствия недействительности сделки, признать договор купли-продажи ? доли <...> <...>, заключенный между В.Е.В. и Р.Я.М., недействительным, признать за ней право собственности на ? долю квартиры.
Решением Новгородского районного суда Новгородской области от 20 мая 2020 г. исковые требования З. О.С. оставлены без удовлетворения, с З. О.С. в доход местного бюджета взыскана госпошлина в размере 11 571 руб.
В апелляционной жалобе З. О.С. просит решение суда отменить, полагая, что суд первой инстанции не дал надлежащей правовой оценки представленным ею доказательствам. Утверждает, что, подписывая договор, она полагала, что все произведённые действия у нотариуса были направлены на реализацию соглашения об аренде, а сделка дарения доли квартиры проведена с намерением создать иллюзию правовых последствий, прикрывает своей формой сделку купли-продажи, что подтверждается наличием расписки на получение ею денег в сумме 300 000 руб. Считая сделку ничтожной и притворной, просит признать её недействительной и применить последствия её недействительности.
Изучив материалы дела, выслушав представителя ответчика Р.Я.М.- В.Г.А., возражавшего против доводов апелляционной жалобы и пояснившего, что Р.Я.М. является добросовестным приобретателем доли в спорной квартире, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу о том, что оснований для отмены обжалуемого решения, постановленного в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями действующего законодательства не имеется.
Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении N 23 от 19 декабря 2003 г. "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 4 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Обжалуемое решение вышеуказанным требованиям закона отвечает в полной мере.
Из материалов дела следует и судом установлено, что <...> между администрацией З. и З. О.С., действующей за себя и в интересах несовершеннолетней дочери З. П.Д., был заключен договор передачи жилого помещения в собственность, по условиям которого администрация З. передала, а граждане получили в собственность жилое помещение <...> по <...>, по ? доли в праве каждому.
Право общей долевой собственности по ? доли зарегистрировано за истицей З. О.С. и ее дочерью З. П.Д. в Управлении Росреестра <...>
<...> между З. О.С. и В.Е.В. заключен договор дарения ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру, в соответствии с которым даритель безвозмездно передал в собственность одаряемому, а одаряемый принял в качестве дара ? долю квартиры, принадлежащую на момент заключения настоящего договора дарителю на праве собственности и находящуюся по адресу: <...> общей площадью <...> кв., с кадастровым номером <...>.
Согласно п. 6 договора дарения, З. О.С. гарантирует, что она заключает настоящий договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для нее кабальной сделкой.
Из содержания п. 10 договора дарения следует, что ст. ст. 163, 167, 209, 223, 246, 572, 574, 578 ГК РФ сторонам известны.
<...> за В.Е.В. было зарегистрировано право на ? долю квартиры, расположенной по адресу: <...> на основании договора дарения от <...>
Разрешая спор, суд первой инстанции, дав надлежащую оценку представленным сторонами доказательствам, пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявленных З. О.С. исковых требований, исходя из того, что между сторонами спора были достигнуты соглашения по всем существенными условиям договора, истица собственноручно подписала указанный договор, доказательств того, что З. О.С. заключила договор под влиянием заблуждения, а также того, что ответчица В.Е.В. при заключении сделки действовала с намерением ее обмануть, не сообщив об обстоятельствах, о которых она должна была сообщить при той добросовестности, какая от неё требовалась по условиям данной сделки, не представлено.
Судом первой инстанции была допрошена нотариус Ш.Е.А., которая пояснила, что при заключении договора дарения, сторонам разъясняются условия сделки, зачитывается данный договор, акцентируется внимание на то, что это безвозмездная сделка. В случае если стороны сделки находятся в состоянии алкогольного опьянения, то никакого нотариального действия не совершается.
В силу ст.209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.
Согласно п. 1 ст.420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.
На основании п. 1 ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.
В соответствии с ч. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Судом установлено, что волеизъявление З. О.С. на заключение договора дарения квартиры соответствовало в момент заключения договора ее действительной воле, действия истицы свидетельствуют о намерении заключить, именно, договор дарения квартиры, а не договор аренды жилого помещения. Оспариваемый З. О.С. договор заключен ею лично, подписан без каких-либо замечаний и зарегистрирован в установленном законом порядке. При этом заявление о переходе права собственности на ? долю квартиры, равно как и расписки о предоставлении и получении в Управлении Росреестра документов на совершение регистрационных действий, подписаны З. О.С. собственноручно, заявление о регистрации перехода права собственности истицей отозвано не было, что исключает ее заблуждение относительно заключаемого договора и какого-либо обмана со стороны ответчицы, тем самым у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания сделки притворной, поскольку доказательств обратного истицей суду не представлено.
Более того, обращаясь лично <...> с заявлением в Комитет по опеке и попечительству администрации Великого Новгорода З. О.С. с просьбой дать разрешение на отчуждение доли в спорной квартире, принадлежащей её несовершеннолетней дочери З. П.Л., истица указывала, что свою ? долю квартиры она подарила.
Учитывая, что все существенные условия заключенного между сторонами договора были изложены четко, ясно и понятно, возражений по вопросу заключения данного договора истицей при заключении договора, не высказывалось, она добровольно подписала указанный договор, понимая его содержание, условия и суть сделки, также принимая во внимание то обстоятельство, что З. О.С. не представлено относимых и допустимых доказательств, с бесспорностью свидетельствующих о том, что она заключила договор под влиянием заблуждения или обмана, а сделка является притворной, суд пришел к правильному выводу об отсутствии правовых оснований, предусмотренных действующим законодательством, для признания сделки недействительной в соответствии со ст. ст. 178, 179 ГК РФ и применения последствий недействительности сделки.
В ходе рассмотрения возникшего между сторонами спора ответчицей В.Е.В. заявлено о применении срока исковой давности.
Разрешая вопрос о пропуске истицей срока исковой давности по заявленным требованиям суд первой инстанции установил, что З. О.С. без уважительных причин пропущен годичный срок исковой давности, предусмотренный п. 2 ст. 181 ГК РФ, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.
Судебная коллегия соглашается с приведенными выводами суда первой инстанции, основанными на имеющихся в деле доказательствах, оценка которым дана судом в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, во взаимосвязи с нормами действующего законодательства.
В соответствии с п. 1 и п. 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.
Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
В соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
В силу ч. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
Обман представляет собой умышленное введение другой стороны в заблуждение с целью вступить в сделку. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего, не соответствующие действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих для заключения сделки.
Как разъяснено в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 25 от 23 июня 2015 г. "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.
Положениями ст. 178 ГК РФ установлено, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Между тем, вопреки доводам жалобы, суд правомерно исходил из того, что между сторонами договора дарения квартиры были достигнуты соглашения по всем существенными условиям такового, в том числе о его предмете, после чего истица З. О.С. собственноручно подписала указанный договор, выразив свое согласие с его условиями. Оснований полагать, что истица З. О.С. заблуждалась в отношении природы сделки, не имеется, поскольку относимыми и допустимыми доказательствами данные доводы, приведенные истицей в ходе рассмотрения дела, не подтверждены.
Не имеется в материалах дела достаточной совокупности относимых, допустимых доказательств, в подтверждение доводов о том, что З. О.С. заблуждалась в отношении лица, с которым она вступила в сделку, а ее волеизъявление на заключение оспариваемого договора было сформировано под влиянием обмана со стороны В.Е.В. и введения в заблуждение путем предоставления недостоверной, заведомо ложной информации.
Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, однако с настоящим иском З. О.С. обратилась в суд только <...>, т.е. по истечении срока исковой давности, о чем заявлено стороной ответчика в ходе рассмотрения спора, что в свою очередь является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований.
В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, ничтожна.
Исходя из указанной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить факт того, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.
При этом в силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, согласно которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, бремя доказывания мнимого характера сделки, возлагалось на лицо, обратившееся с указанными требованиями.
Разрешая спор, суд первой инстанции, с учетом предмета и оснований заявленных исковых требований, положений, предусмотренных п. 1 ст. 170, 209, 421 и 549 ГК РФ, разъяснений, изложенных в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", дав надлежащую оценку представленным доказательствам в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, пришел к обоснованному выводу о недоказанности истицей факта того, что волеизъявление каждой из сторон сделок, в частности З. О.С., не было направлено на заключение оспариваемого дарения квартиры, расположенной по адресу: <...>
При этом суд исходил из того, что бесспорные доказательства притворности сделки (договора дарения) от <...> по отчуждению принадлежащей истице доли объекта недвижимости, суду не представлены. Договор подписан сторонами, выплату денежных средств дарителю либо иные действия в пользу дарителя со стороны одаряемого он не предусматривает.
З. О.С. не представлено каких-либо убедительных и достаточных доказательств, подтверждающих мнимый характер оспариваемых им сделок, что договор дарения доли квартиры был заключен лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, что стороны договора не имели намерение его исполнять, истцом не представлено. Стороны после заключения договора дарения исполнили свои обязательства в полном объеме, даритель по собственной воле передал одаряемой в собственность недвижимое имущество, новый собственник обозначил себя в качестве титульного владельца имущества, зарегистрировав переход права собственности на недвижимое имущество.
Сам по себе факт отсутствия родственных отношений между дарителем и одаряемым не исключает возможности заключения договора дарения.
Доказательств того, что З. О.С. и В.Е.В. в действительности достигли соглашения по вопросу перехода права собственности на ? доли в праве общей долевой собственности на спорную квартиру на иных условиях, отличных от изложенных в тексте договора дарения от <...>, истицей не представлено.
Напротив, из содержания договора дарения, в частности из пункта 14 следует, что текст договора зачитан нотариусом вслух, участники подтверждают, что все условия сделки соответствуют действительным намерениям ее участников, а также понимают правовые последствия совершаемой сделки, которые им разъяснены нотариусом.
Также судом установлено, что <...> между В.Е.В. и Р.Я.М. заключен договор купли-продажи доли квартиры, по условиям которого В.Е.В. продает, а Р.Я.М. покупает, на условиях, указанных в настоящем договоре, принадлежащую ей на праве собственности ? долю <...>
Право собственности на ? долю вышеуказанной квартиры зарегистрировано за Р.Я.М. <...>
Как следует из свидетельства о передаче заявления от <...>, нотариусом Великого Новгорода и Новгородского района <...> по просьбе В.Е.В. переданы лично З. О.С., действующей как законный представитель несовершеннолетней дочери З. П.Д., <...> года рождения, следующие документы: заявление о предстоящей продаже ? доли квартиры по адресу: <...>, за 400 000 руб.
Из пояснений истца З. О.С. следует, что данное заявление ею получено, от покупки ? доли она отказалась.
Таким образом, истица, являясь собственником спорного недвижимого имущества, распорядилась им по своему усмотрению, на момент совершения оспариваемой сделки отчуждаемое имущество обеспечительными мерами обременено не было, запретов и ограничений на его отчуждение не имелось, переход права по договору дарения прошел государственную регистрацию, имущество было передано ответчице В.Е.В., которая реализует свои права собственника спорного жилого помещения,
Правильно применив нормы законодательства, регулирующего возникшие правоотношения, суд сделал правильный вывод об отсутствии оснований для признания сделки недействительной и для применения последствий признания сделки недействительной.
В целом доводы апелляционной жалобы, по своей сути, повторяют основания заявленных исковых требований, не опровергают выводов суда, направлены на иную оценку доказательств, были предметом исследования и оценки судом первой инстанции, необоснованность их отражена в судебном решении с изложением соответствующих мотивов, не согласиться с которыми оснований не имеется.
При таких обстоятельствах, решение суда является законным и обоснованным, оснований к его отмене не усматривается.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.327, 330 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Новгородского районного суда Новгородской области от 20 мая 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу З.О.С. - без удовлетворения.
Председательствующий Л.П. Бобряшова
Судьи И.В. Реброва
М.А. Котова
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
