Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Алтай от 27 февраля 2019 года №33-141/2019

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ АЛТАЙ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 27 февраля 2019 года Дело N 33-141/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Алтай в составе:
председательствующего судьи - Солоповой И.В.,
судей - Ялбаковой Э.В., Черткова С.Н.,
при секретаре - Абашкиной А.Ф.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе Байлагасова Андрея Викторовича на решение Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай от 03 декабря 2018 года, которым
исковые требования Байлагасова Андрея Викторовича к отделению МВД РФ по Усть-Коксинскому району, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Алтай о взыскании компенсации морального вреда, оставлены без удовлетворения в полном объеме.
Взыскана с Байлагасова Андрея Викторовича в доход бюджета муниципального образования "Усть-Коксинский район" государственная пошлина в размере 300 рублей.
Заслушав доклад судьи Ялбаковой Э.В., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Байлагасов А.В. обратился в суд с иском к отделению МВД РФ по Усть-Коксинскому району, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Алтай о взыскании компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что в период времени с 06 февраля 2006 года по 29 декабря 2007 года он периодически содержался в ИВС с.Усть-Кокса, где условия содержания были унижающими и оскорбляющими человеческое достоинство, вызывающее тревогу и переживание за свое здоровье. Система вентиляции воздуха не работала, в камерах была постоянная сырость, духота, спертость воздуха, от этого появлялись мыши, мокрицы, двухвостки, клопы. Квадратные метры не соответствовали на одного человека. Санузел до 2013 года отсутствовал, естественную нужду приходилось справлять на глазах у других заключенных в пластмассовое ведро, которое находилось в камере, при этом ничем не дезинфицировалось и не имело крышки. Из-за плохого освещения у истца ухудшилось зрение. В период с 28 января 2015 года по 09 февраля 2015 года он находился в ИВС более 10 дней, что противоречит требованиям закона "О содержании под стражей обвиняемых". С 08 октября 2015 года по 19 марта 2016 года истец так же периодически содержался в ИВС, за административное правонарушение содержался в ИВС с 09 августа 2013 года по 18 августа 2013 года. Условия содержания не изменились, так же в камерах стояла вонь, не было воды. Вышеперечисленные условия содержания, не соответствующие установленным нормам, унижали достоинство истца, причиняли ему нравственные страдания, которые он оценивает в <данные изъяты>.
Суд вынес вышеизложенное решение, с которым в апелляционной жалобе Байлагасов С.Е. выражает несогласие, просит отменить решение суда, указывая на его незаконность и необоснованность, нарушение действующего законодательства при его вынесении. Жалоба мотивирована тем, что условия содержания Байлагасова А.В. в изоляторе временного содержания ОМВД России по Усть-Коксинскому району не соответствовали требованиям закона, так как в камере, где он содержался, отсутствовали вытяжка, санузел, вода, умывальник, площадь камеры не соответствовала количеству находящихся в ней арестованных, имелось тусклое освещение. Доказательств, подтверждающих указанные факты не смог предоставить, поскольку лишен свободы, кроме того, не знает какие доказательства он мог предоставить суду. За время нахождения в ИВС ни разу не проводили санитарную обработку. Также податель жалобы не согласен с выводом суда о том, что ни в течение январе, ни в течение феврале Байлагасов А.В. не находился в ИВС более 10 суток, тогда как он находился в ИВС с 28 января 2015 года по 09 февраля 2015 года, т.е. более 10 суток, что противоречит требованиям Федеральный закон от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений". Также в период с 08 ноября 2015 года по 19 ноября 2015 года и с 28 ноября 2015 года по 09 декабря 2015 года Байлагасов А.В. находился в ИВС более 20 суток в месяц. Суд не истребовал у ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Алтай документы, подтверждающие содержание Байлагасова А.В. в ИВС в с. Усть-Кокса более 10 суток.
В возражениях на апелляционную жалобу представитель МВД по Республике Алтай Неверова О.А. указывает на законность и обоснованность решения суда.
Проверив материалы дела, законность и обоснованность решения в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав Байлагасова А.В., поддержавшего доводы жалобы, представителя МВД по Республике Алтай Стрелкову Е.А., возражавшую против удовлетворения жалобы, судебная коллегия находит решение суда подлежащим оставлению без изменения, в связи со следующим.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, истец Байлагасов А.В. в период с 09 августа по 18 августа 2013 г., с 28 января 2015 г. по 09 февраля 2015 г., с 18 октября 2015 г. по 29 октября 2015 г., с 08 ноября 2015 г. по 19 ноября 2015 г., с 28 ноября 2015 г. по 09 декабря 2015 г., с 18 декабря 2015 г. по 29 декабря 2015 г., с 18 января по 29 января 2016 г., с 08 марта по 19 марта 2016 г., содержался в изоляторе временного содержания отделения МВД России по Усть-Коксинскому району в связи с расследованием уголовных дел. Содержание Байлагасова А.В. в указанный период в ИВС отделения МВД России по Усть-Коксинскому району подтверждается записью в книге учета лиц, содержащихся в ИВС.
Доказательств содержания истца Байлагасова А.В. в изоляторе временного содержания отделения МВД России по Усть-Коксинскому району в период с 06 февраля 2006 г. по 29 декабря 2007 г. не представлено.
Согласно журналу медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС, за период пребывания истца в ОМВД России по Усть-Коксинскому району, жалоб на здоровье со стороны истца ни в 2013 г., ни в 2015-2016 гг. не поступало, согласно записей в указанных журналах, состояние здоровья Байлагасова А.В. - удовлетворительное.
Из ответа главного врача БУЗ РА "Усть-Коксинская районная больница" от 27.11.2018 г. следует, что сведения об обращении Байлагасова А.В. за медицинской помощью в приемный покой стационара, службу экстренной медицинской помощи и амбулаторию в базе данных БУЗ РА "Усть-Коксинская районная больница" отсутствуют, медицинская карта амбулаторного больного Байлагасова А.В. в архиве и регистратуре поликлиники также отсутствует.
Из фотографий ИВС и прогулочного двора, имеющие такой вид с 2013 г., после выполнения капительного ремонта, усматривается, что камеры имели спальные места, стол со скамьей, тумбочку, вентиляцию через форточки, туалет.
Из письменного отзыва и пояснений представителя ответчика следует, что Байлагасов А.В. содержался в ИВС в бытовых условиях, отвечающих, требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, обеспечивался трехразовым горячим бесплатным питанием, достаточным для поддержания здоровья и сил по нормам. Жалоб от Байлагасова А.В. на условия содержания в ИВС и на состояние здоровья в вышестоящие контролирующие органы не поступали.
В соответствии со ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Статьей 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.
Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.
Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.
При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.
Юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.
При установлении наличия или отсутствия физических и нравственных страданий, а также при оценке их характера и степени необходимо учитывать индивидуальные особенности потерпевшего и иные заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела.
Такими обстоятельствами могут являться длительность пребывания потерпевшего в местах лишения свободы или в местах содержания под стражей, однократность/неоднократность такого пребывания; половая принадлежность лиц, присутствующих при осуществлении потерпевшим санитарно-гигиенических процедур в отсутствии приватности; возможность самостоятельного принятия потерпевшим или совместно отбывающими с ним наказание лицами мер по обеспечению приватности санитарно-гигиенических процедур; состояние здоровья и возраст потерпевшего; иные обстоятельства.
Условия содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в изоляторах временного содержания, в том числе, требования к этим помещениям, регламентированы Федеральным законом от 15.07.1995 N 103 "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее - Закон) и конкретизированы в Правилах внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 22.11.2005 N 950.
На основании статьи 4 Закона содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.
На основании статьи 23 Закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, предоставляется индивидуальное спальное место, бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин). Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.
В силу статьи 15 Закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.
В силу п. 45, 47 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 22.11.2005 N 950 камеры ИВС оборудуются санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности, краном с водопроводной водой, бочком для питьевой воды, светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа, приточной и/или вытяжной вентиляцией.
В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
При этом бремя доказывания факта содержания лица под стражей в определенный период в ненадлежащих условиях лежит на истце.
Разрешая заявленные истцом требования и отказывая в их удовлетворении в полном объеме, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для взыскания денежной компенсации морального вреда в связи с недоказанностью истцом наличия вреда, факта причинения ему морального вреда, выразившегося в физических и нравственных страданиях, а также наличия причинно-следственной связи между содержанием его в камерах ИВС ОМВД России по Усть-Коксинскому району и наступившими для него неблагоприятными последствиями, противоправное поведение причинителя вреда, его вину. Также истцом не доказано, что по указанным в иске причинам для него наступили какие-либо неблагоприятные последствия.
Указанные выводы суда мотивированы, основаны на полном и всестороннем анализе представленных доказательств с соблюдением требований статьи 67 ГПК РФ, с чем судебная коллегия соглашается, поскольку истцом не представлено объективных и бесспорных доказательств, свидетельствующих о ненадлежащих условиях содержания его под стражей и как следствие, причинения физических или нравственных страданий, а также доказательств нарушения его прав условиями содержания. Каких-либо ходатайств об истребовании доказательств, подтверждающих либо опровергающих данные обстоятельства истцом не заявлялось.
Кроме того, исковое заявление в суд поступило 11.10.2018 года, то есть по истечении более четырех лет после событий, с которыми Байлагасов А.В. связывает причинение ему физических и нравственных страданий, что в силу ст. 1 ГК РФ, ст. 35 ГПК РФ свидетельствует о недобросовестности действий истца.
При указанных обстоятельствах доводы жалобы, повторяющие позицию истца в суде первой инстанции, не содержат правовых оснований, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к отмене или изменению решения суда, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда, а также к выражению несогласия с выводами суда.
Вместе с тем, судом первой инстанции правильно оценен довод истца о нарушении ответчиком положений ст. 13 ФЗ от 15.07.1995 N103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", выразившегося в нахождении истца в ИВС более 10 дней с 28.01.2015 г. по 09.02.2015 г.. Суд верно указал, что закон не исключает возможности перевода в изолятор временного содержания подозреваемых и обвиняемых на трое суток в конце одного месяца и на девять суток в начале следующего месяца. Таким образом, ни в течение января, ни в течении февраля, истец не находился в ИВС более 10 суток.
Суд апелляционной инстанции считает, что дело рассмотрено судом первой инстанций полно и всесторонне, выводы суда соответствуют требованиям закона и сделаны на основании имеющихся в деле доказательств, обязанность представления которых возложена согласно ст. 56 ГПК РФ на стороны, нормы материального и процессуального права не нарушены, в том числе, предусмотренные ст. 330 ГПК РФ, которые являются безусловным основанием для отмены решения суда в апелляционном порядке.
Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай от 03 декабря 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Байлагасова Андрея Викторовича - без удовлетворения.
Председательствующий И.В.Солопова
Судьи С.Н. Чертков
Э.В.Ялбакова


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка