Определение Владимирского областного суда от 31 марта 2020 года №33-1406/2020

ВЛАДИМИРСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 31 марта 2020 года Дело N 33-1406/2020
Владимирский областной суд в составе:
председательствующего Фирсовой И.В.,
при секретаре Волковой Ю.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Владимире 31 марта 2020 года дело по частной жалобе Тихоновой И.Б. на определение Гороховецкого районного суда Владимирской области от 3 февраля 2020 года, которым произведена замена взыскателя ООО "Русфинанс Банк" на правопреемника НАО "Первое коллекторское бюро" в исполнительном производстве, возбужденном на основании решения Гороховецкого районного суда Владимирской области от 29 сентября 2010 года по иску ООО "Русфинанс Банк" к Тихоновой И.Б. о взыскании задолженности по кредитному договору.
Заслушав доклад судьи Фирсовой И.В., суд
УСТАНОВИЛ:
Решением Гороховецкого районного суда Владимирской области от 29 сентября 2010 года с Тихоновой И.Б. в пользу ООО "Русфинанс Банк" взыскана задолженность по кредитному договору **** в размере 568 600 руб. 34 коп., в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 8 886 руб. (л.д.79).
В ОСП Гороховецкого района УФССП России по Владимирской области на исполнении находится исполнительное производство **** на основании исполнительного листа, выданного на основании вышеуказанного решения. Остаток задолженности **** составляет 470 321 руб. 43 коп. (л.д.104).
НАО "Первое коллекторское бюро" обратилось с заявлением о замене взыскателя ООО "Русфинанс Банк" в исполнительном производстве, указав в обоснование, что **** ООО "Русфинанс Банк" уступило НАО "Первое коллекторское бюро" права (требования) по заключенному с Тихоновой И.Б. кредитному договору.
В судебное заседание представители НАО "Первое коллекторское бюро", ООО "Русфинанс Банк", Тихонова И.Б., судебный пристав-исполнитель ОСП Гороховецкого района УФССП России по Владимирской области не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом.
Представитель Тихновой И.Б. - Тихонов М.Г. просил отказать в удовлетворении заявления, ссылаясь на отсутствие у НАО "Первое коллекторское бюро" лицензии на осуществление банковской деятельности, в связи с чем ООО "Русфинанс Банк" не вправе было уступать правопреемнику право требования взыскания задолженности по кредитному договору.
Судом постановлено указанное выше определение, об отмене которого в частной жалобе просит Тихонова И.Б. В обоснование жалобы ссылается на доводы, аналогичные изложенным в суде первой инстанции.
В соответствии с ч.3 ст.333 ГПК РФ частная жалоба рассмотрена без извещения лиц, участвующих в деле.
Проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
Установлено, что **** между ООО "Русфинанс Банк" и НАО "Первое коллекторское бюро" заключен договор уступки прав требования, по условиям которого последнее приняло права требования, в том числе, о взыскании задолженности по кредитному договору ****, заключенному с Тихоновой И.Б., в сумме 573 454 руб. 21 коп. (л.д.84,87-88).
Суд первой инстанции, установив заключение указанного договора уступки прав требования (цессии), руководствуясь ст.44 ГПК РФ, ст.52 ФЗ "Об исполнительном производстве", ст.ст.382,388 ГК РФ, пришел к выводу о замене взыскателя, с чем суд апелляционной инстанции соглашается.
Отклоняя доводы частной жалобы об отсутствии у НАО "Первое коллекторское бюро" лицензии на осуществление банковской деятельности, суд апелляционной инстанции учитывает следующее.
В соответствии с п.1 и п.2 ст.382 ГК РФ (здесь и далее правовые нормы приведены в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.
В силу п.1 ст.388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.
Как разъяснено в п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", если иное не установлено законом, отсутствие у цессионария лицензии на осуществление страховой либо банковской деятельности не является основанием недействительности уступки требования, полученного страховщиком в порядке суброгации или возникшего у банка из кредитного договора.
Условия и порядок принудительного исполнения судебных актов определяются в соответствии со ст.1 ФЗ "Об исполнительном производстве". Исходя из смысла закона лицами, участвующими в исполнительном производстве, являются взыскатель и должник, к которым относятся как гражданин, так и организация вне зависимости от ее правовой формы или лицензируемой деятельности.
Поскольку кредитная задолженность с должника взыскана решением суда, то между кредитной организацией и должником возникли иные правоотношения, регулируемые иным законодательством - Федеральным законом от 2 октября 2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве".
При этом уступка права требования взысканного судебным решением долга по кредитному договору не относится к числу банковских операций, указанных в статье 5 ФЗ "О банках и банковской деятельности", в связи с чем не может быть регламентирована данным федеральным законом и не требует наличия лицензии для осуществления банковской деятельности.
Доводы частной жалобы о том, что судом оставлено без внимания значение личности кредитора для должника, также подлежат отклонению.
Согласно п.2 ст.388 ГК РФ не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника (п.2).
В п.10 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ N 54 от 21 декабря 2017 разъяснено, что при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения п.2 ст.388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства.
Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (пункт 2 статьи 382 ГК РФ).
При заключении кредитного договора **** стороны не пришли к соглашению о том, что личность кредитора имеет для должника существенное значение.
Утверждая о значении личности кредитора, заявитель жалобы соответствующих доказательств в суды обеих инстанций не представил.
Учитывая характер возникших между сторонами правоотношений, существо обязательств, оснований полагать, что в данном случае личность кредитора для должника Тихоновой И.Б. имеет существенное значение, не имеется, следовательно, ее согласие как должника на заключение договора уступки не требовалось.
Доводы частной жалобы о пропуске срока исковой давности являются несостоятельными, поскольку каких-либо исковых требований НАО "Первое коллекторское бюро" при рассмотрении заявления о процессуальном правопреемстве не предъявляло.
При таких обстоятельствах выводы суда первой инстанции являются правильными, в связи с чем определение суда первой инстанции отмене не подлежит.
Руководствуясь ст. 334 ГПК РФ, суд
ОПРЕДЕЛИЛ:
определение Гороховецкого районного суда Владимирской области от 3 февраля 2020 года оставить без изменения, частную жалобу Тихоновой И.Б. - без удовлетворения.
Судья И.В. Фирсова


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка