Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики от 16 октября 2019 года №33-1401/2019

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕССКОЙ РЕСПУБЛИКИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 16 октября 2019 года Дело N 33-1401/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики в составе:
председательствующего Гришиной С.Г.,
судей Болатчиевой А.А., Асланукова А.Х.,
при секретаре судебного заседания Быковской Е.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу истца Шаевой М.М. на решение Прикубанского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от 2 июля 2019 года по гражданскому делу N2-311/2019 по иску Шаевой М.М. к Батербиевой Н.М. о признании договора-купли-продажи земельного участка ничтожной сделкой, применении последствий недействительности ничтожной сделки, признании недействительной государственной регистрации перехода права собственности на земельный участок.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики Болатчиевой А.А., объяснения истца Шаевой М.М., и ответчика Батербиевой Н.М., судебная коллегия
УСТАНОВИ ЛА:
Шаева М.М. обратилась в суд с иском к Батербиевой Н.М. о признании договора купли-продажи земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, от 17 января 2018 года ничтожной сделкой; о применении последствий недействительности ничтожной сделки путем возврата земельного участка с приведением сторон в первоначальное положение; признании недействительным зарегистрированный переход права собственности и восстановлении права собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>.
В обоснование указала, что 17 января 2018 года между ней и Батербиевой Н.М. был заключён договор купли-продажи указанного земельного участка, принадлежащего ей на праве собственности. Однако, намерений по отчуждению и приобретению спорного имущества у сторон не возникало, указанный договор купли-продажи был заключен во исполнение ранее заключенных договоров займа, по которым ответчик предоставила ей на условиях возвратности денежные средства. При этом, истец взятые на себя обязательства по договорам займа перед Батербиевой Н.М. исполнила в полном объеме.
В судебном заседании суда первой инстанции истец Шаева М.М. поддержала исковые требования, просила об их удовлетворении в полном объеме, при этом суду пояснила, что она подписывала договор купли-продажи земельного участка от 17 января 2018 года, однако денег от ответчика не получала.
Ответчик Батербиева Н.М. в судебном заседании возражала против предъявленных исковых требований, просила в их удовлетворении отказать в полном объеме, пояснив, что деньги в счет оплаты земельного участка по договору были переданы в тот же день.
Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора - Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по КЧР, филиала Федерального государственного бюджетного учреждения "Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии" по КЧР, муниципального бюджетного учреждения "Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг в городе Черкесске", будучи надлежаще извещенными о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, о причинах неявки суд не уведомили.
Решением Прикубанского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от 2 июля 2019 года в удовлетворении исковых требований Шаевой М.М. - отказано.
В апелляционной жалобе Шаева М.М. просит отменить решение суда первой инстанции и принять новое решение об удовлетворении иска, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение норм материального права, ссылаясь на то, что обязательства перед Батербиевой Н.М. по договору займа от 01 августа 2016 года по состоянию на 17 января 2017 года были исполнены в полном объеме, что подтверждается отчетом по карте, принадлежащей ответчице. Указывает, что в счет погашения оставшейся суммы долга между ней и Батербиевой Н.М. был заключен договор купли-продажи спорного земельного участка, с указанием в договоре купли-продажи заниженной цены в сумме 300 000 рублей. Судом безосновательно не приняты во внимания доводы относительно притворности оспариваемой сделки, а также доводы, свидетельствующие о заключении спорного договора под влиянием угроз со стороны ответчика.
В возражениях Батербиева Н.М. просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения, полагая, что доводы истца Шаевой М.М. не соответствуют действительности.
В суде апелляционной инстанции истец Шаева М.М. поддержала доводы апелляционной жалобы и просила ее удовлетворить.
Ответчик Батербиева Н.М. просила решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу истца - без удовлетворения.
Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, на основании ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия полагает возможным рассмотрение дела в их отсутствие.
Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, проверив законность и обоснованность решения суда в порядке, предусмотренном статьей 327.1 ГПК РФ, в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что Шаева М.М. являлась собственником земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 7 августа 2014 года N... (т.1 л.д.18).
17 января 2018 года Шаева М.М. заключила договор купли-продажи указанного земельного участка с Батербиевой Н.М., согласно условиям которого Шаева М.М. продала, а Батербиева Н.М. купила земельный участок площадью 1000 кв.м., с кадастровым номером N..., расположенный по адресу: <адрес> (т.1 л.д.94).
Как следует из содержания данного договора, недвижимое имущество оценивается и продается сторонами за 300 000 рублей, которые получены продавцом до подписания договора. Из п. 6 договора купли-продажи следует, что передача недвижимого имущества и принятие его покупателем состоялись до подписания договора.
Указанный договор подписан Шаевой М.М. и Батербиевой Н.М., что стороны не оспаривали.
24 января 2018 года Управлением Росреестра по КЧР зарегистрировано право собственности на земельный участок (номер регистрации N...) (т.1 л.д. 95).
Из материалов реестрового дела N... следует, что право собственности Батербиевой Н.М. зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости на основании договора купли-продажи, датированного 17 января 2018 года (т.1 л.д.84-95).
При таких обстоятельствах суд первой инстанции установил, что оспариваемый договор купли-продажи соответствовал воле сторон договора на возникновение именно тех правовых последствий, которые должны наступить в результате отчуждения имущества по договору купли-продажи. Данные обстоятельства подтверждаются совместными действиями сторон по регистрации перехода права собственности в соответствующем регистрирующем органе, получением денежных средств за проданный земельный участок.
Суд правильно признал несостоятельным довод стороны истца Шаевой М.М.. о том, что договор купли-продажи прикрывал договор залога, поскольку по смыслу действующего законодательства основное обязательство не может прикрывать акцессорное.
Оспариваемый договор не содержит ссылок на то, что он является договором залога и обеспечивает какие-либо обязательства истца перед ответчиками, а также ссылок на заключение его во исполнение обязательств по договору займа.
При этом, в подтверждение своих доводов истцом представлена расписка от 1 августа 2016 года, согласно которой Шаева М.М. получила от Батербиевой Н.М. на условиях договора займа 1 000 000 рублей под 8 ежемесячных процентов за пользование заемными средствами, сроком до 30 декабря 2016 года, а также расписка от 4 сентября 2016 года, согласно которой Шаева М.М. получила от Батербиевой Н.М. на условиях договора займа 200000 рублей под 8 ежемесячных процентов за пользование заемными средствами, сроком до 4 сентября 2017 года.
Однако относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств, которые в их совокупности подтвердили бы совершение оспариваемой сделки лишь для вида, когда намерение Шаевой М.М. направлено не на возмездное отчуждение спорного объекта недвижимости в пользу ответчика, а на получение ею денежных средств по договору займа с залогом, истцом в суд первой инстанции представлено не было.
С учетом отсутствия доказательств заключения оспариваемого договора в качестве прикрытия иной сделки и без намерения создать определенные последствия, вывод суда об отсутствии оснований для признания договора недействительным основан на верном применении норм материального права и установленных судом обстоятельствах.
Оснований не согласиться с указанными выводами суда не имеется.
Довод апелляционной жалобы о том, что договор купли-продажи земельного участка, площадью 1000 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, заключенный сторонами в период спорных отношений, был безденежным, а земельный участок был оценен в 300 000 рублей и передан истцу в счет долга, необоснованный и противоречит материалам дела.
Из апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики от 30 января 2019 года, вынесенного по гражданскому делу по иску Батербиевой Н.М. к Шаевой М.М. и Шаеву Р.З. о взыскании суммы долга, материального ущерба, компенсации морального вреда, следует, что довод апелляционной жалобы Шаевой М.М. о безденежности оспариваемого договора купли-продажи земельного участка является необоснованным (т.1 л.д. 115-119).
Приведенные обстоятельства, установленные в апелляционном определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики от 30 января 2019 года, обязательны для суда и не подлежат оспариванию.
Как следует из пояснений Батербиевой Н.М., она приобрела данный участок у Шаевой М.М., когда между ними были ещё дружеские отношения, несмотря на наличие долга последней. Она полагала, что истица, получив сумму по сделке, приобретет товар и далее будет возвращать долг, поскольку в январе 2017 года Шаева М.М. сама позвонила и предложила такую сделку. Доказательств, опровергающих данные объяснения при наличии письменного договора, Шаева М.М. не представила. Кроме того, Батербиева Н.М. в суде апелляционной инстанции указала, что действительно при предоставлении займа 1 августа 2016 года Шаева М.М. передала ей правоустанавливающие документы на квартиру по адресу: <адрес> и спорный земельный участок. Однако, через непродолжительное время она вернула документы истице. При этом Шаева М.М. подтвердила, что на момент оформления сделки правоустанавливающие документы на спорный земельный участок находились у неё. Данные обстоятельства, в совокупности с иными материалами дела, не позволяют судебной коллегии прийти к выводу о том, что земельный участок фактически являлся титульным обеспечением займа и был впоследствии предоставлен займодавцу в качестве зачета части долга.
В суде апелляционной инстанции Шаева М.М. ссылалась на сложную психотравмирующую ситуацию, в результате которой она была вынуждена заключить спорный договор купли-продажи, однако каких-либо ходатайств о предоставлении доказательств не заявила, что свидетельствует о несоблюдении положений ч.1 ст. 56 ГПК РФ
В силу положений пункта 1 статьи 431 ГК РФ - при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Так в соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.
Из буквального толкования слов и выражений, содержащихся в п. 5 договора купли-продажи земельного участка, следует, что денежные средства в сумме 300 000 рублей выплачены полностью покупателем продавцу до подписания договора.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ", в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.
К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).
Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.
Оценивая реальность намерений сторон на совершение оспариваемого договора, принимая во внимание объяснения участников сделки о намерениях и мотивах к совершению сделки, а также то, что Шаева М.М., являясь законным владельцем спорного объекта недвижимости, в соответствии с пунктом 2 статьи 209 ГК РФ распорядилась принадлежащим ей имуществом и произвела его отчуждение в пользу Батербиевой Н.М. по договору купли-продажи в соответствии со статьей 549 ГК РФ, договор купли-продажи сторонами был исполнен - право собственности покупателя зарегистрировано, судебная коллегия приходит к выводу о том, что оснований полагать, что участники сделки при заключении оспариваемого договора стремились к достижению правового результата, отличного от правовых последствий договора купли-продажи недвижимого имущества, не имеется.
При таком положении дела судебная коллегия приходит к выводу, что между сторонами было достигнуто соглашение о продаже спорного объекта недвижимости, волеизъявление сторон было направлено на отчуждение данного объекта в пользу ответчика Батербиевой Н.М., стороны предпринимали все необходимые действия для совершения сделки купли-продажи спорного объекта недвижимости, ответчик добровольно и в полном объеме исполнила свои обязательства по договору, и в связи с чем оснований для признания сделки притворной и для применения последствий недействительности ничтожной сделки не имеется, так как договор купли-продажи заключен в полном соответствии с положениями действующего законодательства.
Доводы апелляционной жалобы о том что, суд первой инстанции не принял во внимание безденежность оспариваемой сделки, основаны на неправильном применении норм процессуального права.
Так, ст. 55 ГПК РФ определено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (статья 60 ГПК РФ).
В силу пункта 1 статьи 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.
Несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства (пункт 1 статьи 162 ГК РФ).
По смыслу приведенных выше норм права в их нормативно-правовом единстве, факт совершения определенных действий по сделке, для заключения которой законом предусмотрена необходимость соблюдения письменной формы, не может быть установлен судом только на основании свидетельских показаний, или объяснений сторон, при наличии письменных доказательств, опровергающих данный факт.
В связи с этим применительно к настоящему делу с учетом наличия в материалах дела договора купли-продажи от 17 января 2018 года согласно условиям которого Шаева М.М. продала, а Батербиева Н.М. купила земельный участок площадью 1000 кв.м., с кадастровым номером N..., расположенный по адресу: <адрес>, факт заключения данной сделки на иных условиях мог быть подтвержден только соответствующими письменными доказательствами, но не на основании показаний сторон или свидетельских показаний.
При таких обстоятельствах, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного акта.
Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела не допущено.
С учетом изложенного, апелляционная инстанция не находит оснований для отмены обжалуемого решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы.
Руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Прикубанского районного суда от 2 июля 2019 года по гражданскому делу N2-311/2019 по иску Шаевой М.М. к Батербиевой Н.М. о признании договора-купли-продажи земельного участка ничтожной сделкой, применении последствий недействительности ничтожной сделки, признании недействительной государственной регистрации перехода права собственности на земельный участок оставить без изменения, апелляционную жалобу Шаевой М.М. - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка