Дата принятия: 14 марта 2018г.
Номер документа: 33-1391/2018
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 14 марта 2018 года Дело N 33-1391/2018
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе:
председательствующего Лысенина Н.П.,
судей Александровой А.В., Алексеевой Г.И.,
при секретаре Федорове В.С.
рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении Верховного Суда Чувашской Республики гражданское дело по иску Львовой А.Н. к Автономному учреждению "Республиканский клинический онкологический диспансер" Министерства здравоохранения Чувашской Республики о компенсации морального вреда, возмещении материального ущерба, поступившее по апелляционным жалобам Львовой А.Н. и Автономного учреждения "Республиканский клинический онкологический диспансер" Министерства здравоохранения Чувашской Республики на решение Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 25 января 2018 года, которым постановлено:
Взыскать с Автономного учреждения "Республиканский клинический онкологический диспансер" Министерства здравоохранения Чувашской Республики в пользу Львовой А.Н. 100000 руб. денежную компенсацию морального вреда, расходы на лечение - 8060,08 руб., расходы на экспертизу - 38390 руб., отказав в удовлетворении остальной части иска.
При недостаточности имущества Автономного учреждения "Республиканский клинический онкологический диспансер" Министерства здравоохранения Чувашской Республики, на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность по обязательствам АУ "Республиканский клинический онкологический диспансер" возложить на Министерство здравоохранения Чувашской Республики за счет средств бюджета Чувашской Республики.
Взыскать с Автономного учреждения "Республиканский клинический онкологический диспансер" Министерства здравоохранения Чувашской Республики госпошлину в доход местного бюджета в размере 700 руб.
Заслушав доклад судьи Александровой А.В., судебная коллегия
установила:
Львова А.Н. с учетом уточнения обратилась в суд с иском к Автономному учреждению "Республиканский клинический онкологический диспансер" Министерства здравоохранения Чувашской Республики (далее - АУ "Республиканский клинический онкологический диспансер" Минздрава Чувашии) о компенсации морального вреда, возмещении материального ущерба.
В обоснование заявления указала, что 07 апреля 2016 года в 16 часов в АУ "Республиканский клинический онкологический диспансер" Минздрава Чувашии в отделении внутрипросветной эндоскопической диагностики и хирургии истцу была проведена медицинская операция - <данные изъяты> врачом Бабюк П.А., в ходе проведения которой истец почувствовала сильные болевые ощущения.
На следующий день, 08 апреля 2016 года около 14 часов у Львовой А.Н. разболелся живот, стала расти температура.
09 апреля 2016 года в связи с ухудшение состояния здоровья Львова А.Н. была доставлена в БУ ЧР "Больница скорой медицинской помощи" Министерства здравоохранения Чувашской Республики, где ей была проведена операция - <данные изъяты>.
Согласно выписке из медицинской карты N Львовой А.Н. был поставлен диагноз - <данные изъяты> (повреждение в ходе медицинского вмешательства), <данные изъяты>.
В период с 09 апреля 2016 года по 17 мая 2016 года истец находилась на стационарном лечении, провела длительный и болезненный курс реабилитации. В дальнейшем истцу, в связи с причиненной травмой, проведены еще две операции.
Таким образом, при оказании медицинской помощи ответчиком были допущены дефекты оказания медицинской помощи, которые привели к неблагоприятным для истца последствиям, она претерпела сильные боли и нравственные страдания.
Истица просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 2000000 руб., а также в счет возмещения материального ущерба 8637 руб., судебные расходы по оплате дополнительной судебно-медицинской экспертизы в размере 38390 руб.
В судебном заседании истец Львова А.Н. исковые требования поддержала по изложенным в иске основаниям.
Представители ответчика - АУ "Республиканский клинический онкологический диспансер" Минздрава Чувашии Иванова Т.А., Бабюк П.А. иск не признали и показали, что <данные изъяты> была проведена надлежащим образом, <данные изъяты> возникла из-за наличия у Львовой А.Н. сопутствующих заболеваний.
Представитель ответчика - Министерства здравоохранения Чувашской Республики Кузьмина Н.Н. иск не признала и показала, что министерство выполняет функции учредителя диспансера. По заявлению Львовой А.Н. была проведена проверка диспансера, качество медицинских услуг было подтверждено. Были выявлены недостатки только в оформлении медицинских документов.
Представители третьих лиц на стороне ответчиков - БУ ЧР "Больница скорой медицинской помощи" Министерства здравоохранения Чувашской Республики, Министерства имущества и земельных отношений Чувашской Республики надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд не явились.
Судом вынесено указанное выше решение, обжалованное истцом Львовой А.Н. и ответчиком АУ "Республиканский клинический онкологический диспансер".
В апелляционной жалобе истец Львова А.Н. просит решение суда изменить в части суммы присужденного морального вреда и удовлетворить заявленное требование в полном объеме. Полагает, что определенный судом размер компенсации морального вреда занижен и несоизмерим с перенесенными нравственными и физическими страданиями. Считает, что при определении размера компенсации морального вреда судом не учтены все обстоятельства, имеющие значение для дела.
АУ "Республиканский клинический онкологический диспансер" Минздрава Чувашии в апелляционной жалобе указывает, что доказательств вины ответчика в материалах дела не имеется. Суд первой инстанции ошибочно пришел к выводу о том, что истцу была предоставлена медицинская услуга ненадлежащего качества и между ухудшением состояния здоровья Львовой А.Н. и действиями медицинского учреждения имеется прямая причинно-следственная связь, так как данный вывод не нашел своего подтверждения материалами дела, поскольку произошедшая <данные изъяты> у истца возникла не от прямых действий врача, проводившего <данные изъяты>, а на фоне естественного заживления при имеющихся сопутствующих заболеваниях. Перед проведением манипуляций истцом было подписано информированное добровольное согласие на выполнение эндоскопического исследования/вмешательства, в котором она подтверждает, что предупреждена о рисках и возможных осложнениях, в частности о <данные изъяты> органа. После проведенной манипуляции истцу были даны устные рекомендации по поводу строгого соблюдения послеоперационного режима, в том числе при возникновении болей сразу же обратиться в медицинское учреждение по месту жительства либо в АУ "Республиканский клинический онкологический диспансер" Минздрава Чувашии. Ни одним экспертным заключением не подтверждается, что <данные изъяты> произошла именно во время проведения <данные изъяты>. Предъявляя требование о возмещении понесенных расходов на приобретение лекарственных препаратов, <данные изъяты>, перевязочных материалов, истец не представила доказательств того, что вышеперечисленное приобреталось по назначению врача.
Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность постановленного по делу судебного решения в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) в пределах доводов апелляционных жалоб, заслушав пояснения представителя истца Львовой А.Н Мальцева Э.Г., поддержавшего доводы апелляционной жалобы и просившего об отказе в удовлетворении апелляционной жалобы ответчика, представителя ответчика АУ "Республиканский клинический онкологический диспансер" Минздрава Чувашии Ивановой Т.А., поддержавшей апелляционную жалобу ответчика и возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы истца, заключение прокурора Овчинниковой Н.А., полагавшей решение суда законным, придя к выводу о возможности рассмотрения дела без участия неявившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела, оценив имеющиеся в деле доказательства, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
В силу п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.
Согласно ч. ч. 2 и 3 ст. 98 приведенного Закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.
Судом установлено, что 07 апреля 2016 года в 16 часов в АУ "Республиканский клинический онкологический диспансер" Минздрава Чувашии в отделении внутрипросветной эндоскопической диагностики и хирургии Львовой А.Н. была проведена <данные изъяты> врачом Бабюк П.А. (л.д. 4).
09 апреля 2016 года Львова А.Н. была доставлена в БУ ЧР "Больница скорой медицинской помощи" Министерства здравоохранения Чувашской Республики, где ей была проведена операция - <данные изъяты>. Согласно выписке из медицинской карты N Львовой А.Н. был поставлен диагноз - <данные изъяты> (повреждение в ходе медицинского вмешательства), <данные изъяты>, в период с 09 апреля 2016 года по 17 мая 2016 года истец находилась на стационарном лечении.
Как следует из заключения (экспертизы по материалам дела) N, вынесенного БУ "<данные изъяты>" Министерства здравоохранения Чувашской Республики (далее - БУ "<данные изъяты>" Минздрава Чувашии) с 14 августа 2017 года по 24 августа 2017 года, на основании определения Московского районного суда г. Чебоксары Чувашской Республики от 22.03.2017 года, между оказанными ответчиком медицинской услуги Львовой А.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в ходе проведения 07 апреля 2016 года <данные изъяты> N <данные изъяты> и необходимостью проведения операции 09 апреля 2016 года в БУ ЧР "Больница скорой медицинской помощи" Министерства здравоохранения Чувашской Республики в виде "<данные изъяты>" причинно-следственная связь существует, что подтверждается: - проведением <данные изъяты> 07 апреля 2016 года в БУ "РКОБ" (по данным <данные изъяты> N); - клинически: появлением болей в животе 08 апреля 2016 года в 14:00, температуры в 23:00, последующим усилением болей, 09 апреля 2016 года в 03:55 бригадой "03" доставлена в БУ "БСМП"; - отсутствием других патологических изменений стенки <данные изъяты>, которые могли бы самопроизвольно привести к повреждению целостности стенки <данные изъяты> (по данным протокола исследования <данные изъяты> N от 07 апреля 2016 года); -рентгенпризнаками перфорации полого органа на обзорной рентгенограмме органов брюшной полости стоя с захватом диафрагмы N от 09 апреля 2016 года (наличие под обоими куполами диафрагмы <данные изъяты>), явившихся показанием для проведения электронной лапаротомии (по данным стацкарты БУ "БСМП" N); - данными протокола операции от 09 апреля 2016 года: обнаружение участка некроза передней стенки купола <данные изъяты> диаметром до 0,6 см, соответствующего месту предшествующей <данные изъяты> <данные изъяты> методом эндоскопической хирургии, выделением из него калового содержимого при интраоперационной пальпации <данные изъяты>, наличием в малом тазу до 500 мл мутного выпота (л.д. 106-121).
Также наличие дефектов при оказании Львовой А.Н. медицинской помощи, подтверждается заключением (дополнительной экспертизой по материалам дела) БУ "<данные изъяты>" Минздрава Чувашии N, из которого следует, что термический ожог во время <данные изъяты>, проведенной БУ "РКОБ" Львовой А.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, мог привести к перфорации <данные изъяты> у пациентки при большей силе тока и длительности воздействия (л.д. 162-166).
Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, вывод суда о причинении ответчиком вреда здоровью истца при оказании медицинской помощи нашел свое подтверждение материалами дела, в том числе заключениями экспертов.
Ссылки в апелляционной жалобы представителя ответчика о несогласии с заключениями экспертов БУ "<данные изъяты>" Минздрава Чувашии не могут являться основанием к отмене обжалуемого решения суда, поскольку сводятся к переоценке собранных по делу доказательств.
Оценивая указанные заключения, сравнивая соответствие заключений поставленным вопросам, определяя полноту заключений, их научную обоснованность и достоверность полученных выводов, судебная коллегия приходит к выводу о том, что они в полной мере являются допустимыми и достоверными доказательствами и правомерно приняты судом за основу.
Судебные экспертизы проведены с соблюдением требований ст. 84 - 86 ГПК РФ, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений.
Ответчиком, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не было представлено доказательств в опровержение экспертных заключений. При таких обстоятельствах, оснований не доверять данным заключениям у суда не имелось.
Таким образом, суд, посчитав установленным факт ненадлежащего оказания медицинской помощи истцу, правомерно возложил на ответчика ответственность по возмещению компенсации морального вреда.
В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.
Анализ вышеизложенных положений закона указывает, что при удовлетворении требований о компенсации морального вреда суд наделен правом определения размера указанной компенсации, при этом размер компенсации не ставится в зависимость от того, в каком денежном размере определилее сам истец.
Довод апелляционной жалобы истца о том, что размер взысканной судом компенсации морального вреда является заниженным, признается судебной коллегией не состоятельным, поскольку размер компенсации морального вреда определен судом первой инстанции с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, характера нравственных страданий истца, принципа разумности, справедливости.
Правовых оснований для переоценки выводов суда и изменения размера компенсации морального вреда судебная коллегия не усматривает.
Судебная коллегия не усматривает оснований для изменения решения суда и в части возмещения расходов на лечение по доводам апелляционной жалобы ответчика.
Частично удовлетворяя требования истца суд руководствовался положениями ст. 1085 ГК РФ, и исходил из того, что расходы на лечение (приобретение лекарственных препаратов и специальных медицинских средств (<данные изъяты>, послеоперационные повязки, левомеколь, <данные изъяты>)) подтверждены допустимыми доказательствами, а именно выпиской из медицинской карты N (л.д. 182) и чеками за период с 25 апреля 2016 года по 21 мая 2016 года (л.д. 184-185).
Доводы апелляционной жалобы о том, что Львова А.Н. был ознакомлена с процедурой проведения исследования, противопоказаниях и возможных последствиях, и ей было подписано информированное согласие, а также о том, что произошедшая <данные изъяты> у истца возникла не от прямых действий врача, проводившего <данные изъяты>, а на фоне естественного заживления при имеющихся сопутствующих заболеваниях, сводятся к несогласию с судебной оценкой доказательств, которые исследованы судом и получили надлежащую судебную оценку в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не согласиться с которой судебная коллегия не усматривает оснований.
Иные доводы жалоб не содержат фактов, которые не были бы проверены и не были бы учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судебной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого решения суда.
При таких обстоятельствах решение суда является законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам жалобы не имеется.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
Апелляционные жалобы истца Львовой А.Н., ответчика Автономного учреждения "Республиканский клинический онкологический диспансер" Министерства здравоохранения Чувашской Республики на решение Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 25 января 2018 года оставить без удовлетворения.
Председательствующий Н.П. Лысенин
Судьи: А.В. Александрова
Г.И. Алексеева
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка