Дата принятия: 19 октября 2020г.
Номер документа: 33-13597/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ СВЕРДЛОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 19 октября 2020 года Дело N 33-13597/2020
г. Екатеринбург
19 октября 2020 г.
Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе
председательствующего
Ольковой А.А.
судей
Зайцевой В.А.
Торжевской М.О.
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Делягиной С.В. рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Кокшина Сергея Валентиновича к Курбановой Ольге Владимировне о признании недействительным договора ренты по апелляционной жалобе истца на решение Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 09.07.2020.
Заслушав доклад судьи Ольковой А.А., объяснения представителя истца Кокшина С.В. - Евдокимова Н.Ю., возражения ответчика Курбановой О.В., судебная коллегия
установила:
М.Ю.В.. распорядился принадлежащей ему квартирой площадью 47,7 кв.м с кадастровым номером :597, расположенной по <адрес>, заключив 29.11.2018 с ответчиком Курбановой О.В. договор пожизненной ренты.
В соответствии с условиями названного договора М.Ю.В.. (получатель ренты) передает бесплатно в собственность Курбановой О.В. (плательщику ренты) вышеуказанную квартиру, а Курбанова О.В. обязуется выплачивать получателю ренты на весь период его жизни ренту в размере 11163 руб. ежемесячно с 10-го по 20-е число каждого календарного месяца наличными денежными средствами под роспись получателя ренты, путем перечисления на счет или любым другим предусмотренным законодательством способом.
<дата>.2019 М.Ю.В. умер.
Кокшин С.В., являющийся двоюродным братом умершего, ссылаясь на то, что на основании составленного М.Ю.В.. 05.03.2015 завещания является его наследником, просил признать договор ренты недействительным как заключенный лицом, не способным понимать значения своих действий ввиду престарелого возраста, наличия многочисленных хронических заболеваний, нахождения в болезненном состоянии, сопровождающимся снижением уровня интеллектуального мышления. Указал, что М.Ю.В.. не нуждался в получении денежных средств, истцу о заключении договора не сообщал.
Впоследствии Кокшин С.В. изменил основание иска, указав на заблуждение М.Ю.В. относительно природы сделки. В обоснование указал, что существенным условием для М.Ю.В.., исходя из его болезненного состояния, являлось проживание Курбановой О.В. совместно с ним с целью оказания своевременной медицинской помощи и ухода. Однако с весны 2018 г. Курбанова О.В. вместе с семьей выехала из квартиры М.Ю.В.., после чего последний умер и был обнаружен только спустя 2 суток после наступления смерти.
Ответчик Курбанова О.В. против удовлетворения иска возражала. Указала, что впервые познакомилась с М.Ю.В.. еще при жизни его матери в 2012 г. в связи с оказанием юридических услуг. В 2014 г. она вместе с мужем на основании договора найма стала проживать в квартире М.Ю.В. Умерший был близким ее семье человеком, воспринимал ее как дочь, активно участвовал в ее жизни. В связи с рождением дочери они были вынуждены переехать в свою квартиру в марте 2019 г., но она продолжала поддерживать отношения с М.Ю.В.., навещать его. Указала, что родственники умершего о нем не заботились, связей не поддерживали. Относительно заключения договора пояснила, что М.Ю.В. изначально спорную квартиру хотел ей подарить, но она уговорила его заключить договор ренты, поскольку этот вариант являлся более безопасным для него. Условия договора ею исполнялись надлежащим образом, платежи регулярно перечислялись на банковский счет М.Ю.В..
Третье лицо Курбанов М.В. поддержал позицию своей супруги Курбановой О.В.
Решением суда от 09.07.2020 в иске отказано.
Не согласившись с таким решением суда, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, истец обратился с апелляционной жалобой. Указывает, что судом необоснованно были оставлены без удовлетворения его ходатайства об истребовании дополнительных доказательств, в частности медицинских документов о состоянии здоровья М.Ю.В.., материалов проверки N 3358 (КУСП N 9359 от 03.06.2019), допросе свидетелей, которые могли бы подтвердить наличие заблуждения относительно условий сделки. Настаивает на том, что условие совместного проживания было для М.Ю.В.. существенным.
В заседании суда апелляционной инстанции представитель истца Кокшина С.В. - Евдокимова Н.Ю. доводы жалобы поддержала в полном объеме.
Ответчик Курбанова О.В. против удовлетворения апелляционной жалобы возражала, ссылаясь на несостоятельность ее доводов. Указала, что условие о совместном проживании в квартире не являлось существенным. Оформление прописки в квартире являлось юридической формальностью, было связано с ее беременностью, желанием М.Ю.В.., чтобы роды прошли в г.
Екатеринбурге, а также необходимостью оформления ею статуса индивидуального предпринимателя, что было сделано в декабре 2018 г.
Иные лица, участвующие в деле, в заседание суда апелляционной инстанции не явились.
Заслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит правовых оснований для его отмены.
Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, правильно исходил из того, что доказательств совершения М.Ю.В.. сделки под влиянием существенного заблуждения не представлено, из содержания договора ренты не следует, что его существенным условием было постоянное проживание с ним в квартире ответчика Курбановой О.В., сам М.Ю.В.. после выезда ответчика из квартиры каких-либо требований о признании сделки недействительной не предъявлял, продолжал общаться с Курбановой О.В. и получать от нее рентные платежи, перечисляемые на его банковский счет.
Судебная коллегия с выводами суда в полной мере соглашается, поскольку они в должной степени мотивированы, основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, соответствуют обстоятельствам дела и нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.
Согласно пункту 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
Заблуждение при совершении сделки означает, что лицо имеет не соответствующее действительности представление о предмете сделки, ее участниках, а также об обстоятельствах, повлиявших на ее заключение. При этом такое заблуждение может являться следствием как поведения сторон, в том числе неумышленного, так и иных обстоятельств, повлиявших на заключение сделки и ее существенные условия.
Таким образом, юридически значимым обстоятельством является выяснение вопроса о том, была ли направлена воля всех участников сделки на достижение одних правовых последствий, либо воля одной из сторон была искажена, а также установление обстоятельств, из которых исходила сторона при заключении сделки.
В соответствии со статьей 583 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме.
Как следует из оспариваемого договора ренты, его существенными условиями являлись передача М.Ю.В.. бесплатно в собственность ответчика квартиры по <адрес> взамен получения от Курбановой О.В. на весь период его жизни ренты в размере 11163 руб. ежемесячно с 10-го по 20-е число каждого календарного месяца одним из способов, указанных в договоре. Плательщик ренты также обязался в случае смерти получателя ренты полностью оплатить стоимость ритуальных услуг. Получатель ренты приобретал право бесплатного пожизненного пользования вышеуказанным жилым помещением.
Каких-либо иных существенных условий названный договор, как следует из его содержания, не содержал, все обязательные условия, которые должен содержать договор ренты, исходя из требований закона, в нем поименованы.
Как следует из наименования и содержания договора, сторонами был заключен договор пожизненной ренты с ежемесячной выплатой получателю ренты в виде твердой денежной суммы, а не договор пожизненного содержания с иждивением, предполагающий осуществление ухода, в том числе с обязанностью по совместному проживанию.
Материалами дела, в частности историей операций по банковской карте, открытой на имя Курбановой О.В., подтверждается ежемесячное перечисление последней на счет М.Ю.В. денежных средств в размере 11300 руб. с декабря 2018 г. по май 2019 г., что свидетельствует об исполнении ответчиком своих обязательств по договору.
Доводы о том, что существенным условием договора было постоянное проживание Курбановой О.В. в квартире М.Ю.В.., несостоятельны и были обоснованно отклонены судом первой инстанции.
Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Как следует из пункта 3 договора, в отчуждаемом жилом помещении зарегистрированы и проживают Курбанова О.В. и М.Ю.В.., которые сохраняют право пользования отчуждаемым жилым помещением в соответствии с действующим законодательством.
Таким образом, формулировка данного пункта договора говорит о сохраняющемся у Курбановой О.В. праве на проживание в жилом помещение и не свидетельствует о наличии у нее такой обязанности, в том числе исходя из сущности договора.
Как верно указал суд первой инстанции, пункт 3 построен обычным образом для подобных договоров образом, кроме того, включение в договор пункта о зарегистрированных в отчуждаемом жилом помещении лицах и наличии у них сохраняющегося права проживания в нем в силу пункта 1 статьи 558 Гражданского кодекса Российской Федерации является существенным условием отчуждения жилого помещения.
То обстоятельство, что за 3 месяца (31.08.2018) до заключения оспариваемого договора М.Ю.В.. зарегистрировал Курбанову О.В. в своей квартире, основанием для иных выводов не является.
Как следует из свидетельства N 4238 от 31.08.3029 (л.д. 145 т.1) ответчик была зарегистрирована в квартире М.Ю.В. не по месту постоянного жительства, а по месту пребывания. Более того, необходимость такой регистрации, как следует из объяснений ответчика, была вызвана ее беременностью, а также ее намерением зарегистрироваться в качестве индивидуального предпринимателя на территории г. Екатеринбурга (согласно сведениям ЕГРЮЛ дата присвоения ОГРНИП ответчику - 13.12.2018). Указанные объяснения ответчика согласуются с обстоятельствами дела, истцом не оспорены.
Доводы истца о том, что суд не предоставил ему возможность доказать заявленные требования, не допросив свидетелей и не истребовав медицинскую документацию, отражающую состояние здоровья М.Ю.В.., не могут служить основанием к отмене состоявшегося решения.
Выяснение способности понимать значение совершаемых действий и/или руководить ими в юридически значимый период времени относится к обстоятельству, подлежащему установлению при оспаривании сделки по основаниям статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации. Требования по указанному основанию Кокшиным С.В. заявлялись изначально при подаче иска, однако, затем в ходе рассмотрения дела основание иска было изменено.
Доказательства того, что волеизъявление М.Ю.В.. при заключении договора было связано именно с необходимостью проживания вместе с ним ответчика, в материалах дела отсутствуют. Пояснения истца на этот счет обоснованно судом отклонены, поскольку он не мог обладать какой-либо информацией об истинных намерениях М.Ю.В. в силу того, что о заключенном договоре ренты узнал только после смерти последнего.
То обстоятельство, что за несколько лет до заключения оспариваемого договора Манохиным Ю.В. было составлено завещание в пользу истца в отношении спорной квартиры, какого-либо правового значения в рамках настоящего дела не имеет. Изменение М.Ю.В.. намерений по распоряжению своим имуществом являлось его правом, которое он реализовал по своему усмотрению.
Таким образом, решение суда является законным и обоснованным.
В целом доводы, изложенные истцом в жалобе, как и приведенные в судебном заседании, выражают лишь субъективное мнение стороны по делу, не согласной с существом принятого решения, не содержат каких-либо новых доказательств, ставящих под сомнение правильность постановленного судом решения, в связи с чем, признаются коллегией несостоятельными.
Руководствуясь пунктом 1 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 09.07.2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца Кокшина Сергея Валентиновича - без удовлетворения.
Председательствующий Олькова А.А.
Судьи Зайцева В.А.
Торжевская М.О.
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
