Определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 23 июня 2021 года Дело N 33-13291/2021

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе
председательствующего Игнатьевой О.С.судей Петровой А.В.Игумновой Е.Ю.при помощнике судьи Краскиной Ю.С.
рассмотрела в открытом судебном заседании 23 июня 2021 года гражданское дело N 2-1125/2020 по апелляционной жалобе Министерства обороны Российской Федерации, ФКУ "Объединенное стратегическое командование Западного военного округа" на решение Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 17 декабря 2020 года по иску Военного прокурора Санкт-Петербургского гарнизона к Министерству обороны Российской Федерации, ФКУ "Объединенное стратегическое командование Западного военного округа" об обязании совершить определенные действия.

Заслушав доклад судьи Игнатьевой О.С., объяснения представителя ответчиков Министерства обороны Российской Федерации, ФКУ "Объединенное стратегическое командование Западного военного округа" - Костыренко И.И., действующего на основании доверенностей, поддержавшего доводы жалобы, представителя истца Военного прокурора Санкт-Петербургского гарнизона - Фатеева М.С., действующего на основании доверенности, возражавшего против доводов жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

Военный прокурор Санкт-Петербургского гарнизона обратился в Дзержинский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ответчикам Министерству обороны Российской Федерации, ФКУ "Объединенное стратегическое командование Западного военного округа" об обязании совершить определенные действия.

Исковые требования обоснованы тем, что Военной прокуратурой Санкт-Петербургского гарнизона проведена проверка исполнения должностными лицами Минобороны России законодательства о противодействии терроризму, в том числе при оборудовании военных объектов техническими средствами охраны.

В ходе проведенной проверки выявлены нарушения п. 7 ст. 2, ч. 6 ст. 3, ч. 3 ст. 5 Федерального закона "О противодействии терроризму" от 06.03.2006 N 35-ФЗ, ст.ст. 134, 135, 136 Устава гарнизонной и караульной служб Вооруженных Сил Российской Федерации (далее - Устав), приказа Министра обороны Российской Федерации от 18.02.2020 N 80 "Об утверждении руководства по оснащению объектов Вооруженных Сил Российской Федерации техническими средствами охраны и их применению" (далее - Руководство), приказа командующего войсками Западного военного округа от 02.12.2016 N 715дсп (далее - приказ N 715дсп), допущенные должностными лицами Минобороны России.

Так, на территории пгт. Большая Ижора Ленинградской области, расположена в/ч 55443-ЛИ (арсенал комплексного хранения боеприпасов в/ч 55443).

Согласно приказу N 715дсп объектам в/ч 55443-ЛИ присвоена I категория техническая территория военного городка N 90 и хранилища, техническая территория военного городка N 7 и хранилища) и II категория (склад горючего и смазочных материалов, караульные помещения - 3) по оснащению техническими средствами охраны (далее - ТСО).

В соответствии с Руководством объекты в/ч 55443-ЛИ, которым присвоена I и II категории, должны быть оснащены по норме обеспечения N 2 (приложение N 3 к Руководству), при этом проверкой установлено, что объекты названной воинской части не обеспечены (не укомплектованы); периметровыми средствами обнаружения; техническими средствами наблюдения; средствами тревожно-вызывной сигнализации; средствами обеспечения эксплуатации технических средств охраны; системой контроля и управления доступом; аппаратурой сбора и обработки информации; средствами обнаружения запрещенных предметов и веществ; системой бесперебойного электропитания.

Помимо перечисленного, внешние и внутренние инженерные заграждения, инженерные средства охраны, система охранного освещения и средства связи системы охраны объекта не отвечают предъявляемым требованиям по организации антитеррористической защищенности, поскольку требуют замены (ремонта).

Кроме того, караульные помещения в/ч 55443-ЛИ в соответствии с Руководством подлежат оснащению техническими средствами охраны по норме обеспечения N 14, однако также не обеспечены (не укомплектованы): аппаратурой управления, сбора и обработки информации; периметровыми средствами обнаружения; объектовыми средствами обнаружения; техническими средствами наблюдения; средствами управления и контроля доступа; инженерными заграждениями; системой охранного освещения; средствами связи системы охраны; средствами предупреждения; системой бесперебойного электропитания; средствами обеспечения эксплуатации технических средств охраны.

Проверкой установлено, что командиром в/ч 55443-ЛИ в период 2016-2020 годов систематически подавались заявки (отчеты ТСО/1, ТСО/2) в в/ч 55443 (согласно подчиненности) на обеспечение объектов и караульного помещения вышеперечисленным имуществом. В свою очередь должностными лицами в/ч 55443 указанные заявки (отчеты), наряду с аналогичными заявками иных подчиненных структурных подразделений, обобщались и установленным порядком направлялись в ФКУ "Объединенное стратегическое командование Западного военного округа", однако до настоящего времени не реализованы.

Непринятие мер по оборудованию техническими средствами охраны объектов в/ч 55443-ЛИ, создает угрозу проведения террористических актов на объекте Минобороны России, направленных на устрашение населения, причинение значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий.

Таким образом, вопреки требованиям действующего законодательства и нормативных актов объекты в/ч 55443-ЛИ не обеспечены в полной мере техническими средствами охраны, в связи с чем необходимо возложить на ФКУ "Объединенное стратегическое командование Западного военного округа", как на довольствующий орган в/ч 55443-ЛИ, а также на Министерство обороны Российской Федерации, как на собственника имущества, закрепленного за Вооруженными Силами Российской Федерации, и главного распорядителя средств федерального бюджета, обязанность по обеспечению названной воинской части техническими средствами охраны.

Истец, уточнив в порядке ст. 39 ГПК РФ исковые требования, просил суд обязать ответчиков обеспечить объекты войсковой части 55443-ЛИ техническими средствами охраны согласно требованиям действующего законодательства, а именно: периметр объекта: периметровыми средствами обнаружения; техническими средствами наблюдения; инженерными заграждениями (внешними) (в первоочередном порядке); инженерными заграждениями (внутренними) (в первоочередном порядке); инженерными средствами охраны (в первоочередном порядке); системой охранного освещения; средствами предупреждения (в первоочередном порядке); хранилища объекта: объектовыми средствами обнаружения; локальные зоны (площадки открытого хранения) объекта: инженерными заграждениями (внешними) (в первоочередном порядке); контрольно-пропускные и контрольно-технические пункты объекта по норме обеспечения N 23, а именно: аппаратурой управления, сбора и обработки информации; техническими средствами наблюдения; средствами управления и контроля доступа; инженерными средствами охраны; средствами обнаружения запрещенных предметов и веществ (в первоочередном порядке); инженерными препятствиями; противотаранными барьерами; дежурный по объекту (подразделение охраны объекта): аппаратурой управления, сбора и обработки информации; комнаты для хранения оружия объекта по норме обеспечения N 20: комплектом средств охраны комнат для хранения оружия (в первоочередном порядке); средствами связи системы охраны; системой бесперебойного электропитания; средствами обеспечения эксплуатации технических средств охраны; средствами тревожно-вызывной сигнализации (в первоочередном порядке); обязать ответчиков обеспечить караульные помещения войсковой части 55443-ЛИ техническими средствами охраны согласно требованиям действующего законодательства, а именно: периметр объекта: периметровыми средствами обнаружения; техническими средствами наблюдения; инженерными заграждениями (внешними) (в первоочередном порядке); системой охранного освещения; средствами связи системы охраны (в первоочередном порядке); средствами предупреждения (в первоочередном порядке); входные группы (на периметре и в здании) объекта: средствами управления и контроля доступом (в первоочередном порядке); средствами связи системы охраны (в первоочередном порядке); помещение для сменяемого караула объекта: объектовыми средствами обнаружения (в первоочередном порядке); техническими средствами наблюдения; средствами управления и контроля доступом; аппаратурой управления, сбора и обработки информации; системой бесперебойного электропитания; средствами обеспечения эксплуатации технических средств охраны.

Решением Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 17 декабря 2020 года исковые требований Военного прокурора Санкт-Петербургского гарнизона удовлетворены в полном объеме.

В апелляционной жалобе ответчики просят решение суда отменить как необоснованное, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать, ссылаясь на то, что истцом не доказан факт неисполнения или ненадлежащего исполнения ответчиком - Министерство обороны Российской Федерации возложенных на него обязанностей, выводы суда сделаны преждевременно, меры по необходимому оснащению войсковой части принимаются, организация оснащения является строго регламентированной процедурой, не предусматривающей ее изменения решением суда или волеизъявлением прокурора, прокурором не доказано право на предъявление иска, поскольку круг лиц, в защиту которых он предъявлен, является определенным, кроме того, требования истца не могут быть исполнены, поскольку лимиты бюджетных обязательств по статьям капитального ремонта на 2020-2022 г.г. распределены в полном объеме и направлены на исполнение обязательств Министерства обороны Российской Федерации по ранее заключенным государственным контрактам.

Проверив материалы дела в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, обсудив их, выслушав объяснения представителей сторон, судебная коллегия не находит оснований для отмены либо изменения решения суда.

Согласно пункту 1 статьи 27 Федерального закона от 17 января 1992 года N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации", при осуществлении возложенных на него функций прокурор принимает меры по предупреждению и пресечению нарушений прав и свобод человека и гражданина, привлечению к ответственности лиц, нарушивших закон, и возмещению причиненного ущерба.Пунктом 1 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Заявление в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина может быть подано прокурором только в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. Указанное ограничение не распространяется на заявление прокурора, основанием для которого является обращение к нему граждан о защите нарушенных или оспариваемых социальных прав, свобод и законных интересов в сфере трудовых (служебных) отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений; защиты семьи, материнства, отцовства и детства; социальной защиты, включая социальное обеспечение; обеспечения права на жилище в государственном и муниципальном жилищных фондах; охраны здоровья, включая медицинскую помощь; обеспечения права на благоприятную окружающую среду; образования.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, одним из способов защиты гражданских прав является пресечение действий (бездействия), нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, а также присуждение к исполнению обязанности в натуре.

Пунктом 7 статьи 2 Федерального закона от 06.03.2006 N 35-ФЗ "О противодействии терроризму" определено, что противодействие терроризму в Российской Федерации основывается на приоритете мер предупреждения терроризма.

В соответствии с п. 4 ст. 3 Закона N 35-ФЗ, противодействие терроризму, помимо прочего, это деятельность органов государственной власти и органов местного самоуправления, а также физических и юридических лиц по предупреждению терроризма, в том числе по выявлению и последующему устранению причин и условий, способствующих совершению террористических актов (профилактика терроризма); выявлению, предупреждению и пресечению террористического акта (борьбой с терроризмом); антитеррористическая защищенность объекта (территории) - состояние защищенности здания, строения, сооружения, иного объекта, места массового пребывания людей, препятствующее совершению террористического акта. При этом под местом массового пребывания людей понимается территория общего пользования поселения или городского округа, либо специально отведенная территория за их пределами, либо место общего пользования в здании, строении, сооружении, на ином объекте, на которых при определенных условиях может одновременно находиться более пятидесяти человек.

Пунктами 3 и 3.1 статьи 5 Закона установлено, что федеральные органы исполнительной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления осуществляют противодействие терроризму в пределах своих полномочий. Юридические лица обеспечивают выполнение указанных требований в отношении объектов, находящихся в их собственности или принадлежащих им на ином законном основании.

Судом установлено и из материалов дела усматривается, что Военной прокуратурой Санкт-Петербургского гарнизона проведена проверка исполнения должностными лицами Минобороны России законодательства о противодействии терроризму, в том числе при оборудовании военных объектов техническими средствами охраны.

В ходе проведенной проверки выявлены нарушения п. 7 ст. 2, ч. 6 ст. 3, ч. 3 ст. 5 Федерального закона "О противодействии терроризму" от 06.03.2006 N 35-ФЗ, ст.ст. 134, 135, 136 Устава гарнизонной и караульной служб Вооруженных Сил Российской Федерации, приказа Министра обороны Российской Федерации от 18.02.2020 N 80 "Об утверждении руководства по оснащению объектов Вооруженных Сил Российской Федерации техническими средствами охраны и их применению", приказа командующего войсками Западного военного округа от 02.12.2016 N 715дсп, допущенные должностными лицами Минобороны России, об устранении которых истцом заявлено в исковом заявлении.

Таким образом, проведенной Военным прокурором Санкт-Петербургского гарнизона проверкой установлено, что в/ч 55443-ЛИ (арсенал комплексного хранения боеприпасов в/ч 55443), расположенная на территории пгт. Большая Ижора Ленинградской области, не обеспечена в полной мере техническими средствами охраны.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь ст. ст. 210, 296 Гражданского кодекса Российской Федерации, Положениями о Министерстве обороны Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16.08.2004 N 1082, ФЗ от 06.03.2006 N 35-ФЗ "О противодействии терроризму", оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, в том числе письменные доказательства, свидетельские показания Табакова А.Н., пришел к обоснованному выводу о том, что исковые требования Военного прокурора Санкт-Петербургского гарнизона подлежат удовлетворению в полном объеме, поскольку войсковая часть 55443-ЛИ, которая подпадает под признаки I категории по оснащению техническими средствами охраны, не оборудована всеми необходимыми средствами охраны.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и требованиям закона.

Доводы апелляционной жалобы о том, что лимиты бюджетных обязательств по статьям капитального ремонта на 2020-2022 г.г. распределены в полном объеме и направлены на исполнение обязательств Министерства обороны Российской Федерации по ранее заключенным государственным контрактам, не могут повлечь отмену решения, поскольку не свидетельствуют о его незаконности.

Доводы ответчиков о том, что требования прокурора являются заведомо невыполнимыми в полном объеме в срок не могут быть приняты обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку действующим законодательством и ранее были установлены аналогичные требования к оснащению военных объектов I и II категории техническими средствами охраны, такие требования ответчиками не исполнялись, доказательств обратного суду не представлено.

Кроме того в обжалуемом решении суд правомерно разъяснил, что ответчики не лишены права обратиться в суд с заявлением об отсрочке исполнения решения суда по правилам ст. 203 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы о недоказанности у прокурора права на предъявление иска несостоятельными, так как исковые требования направлены на обеспечение гарантий безопасности неопределенного круга лиц.

Доводы об отсутствии заявок командования части на обеспечение оснащения опровергаются материалами дела, а, кроме того, не имеют значения, поскольку обязанность по оснащению войсковой части необходимыми средствами охраны имеется к ответчиком независимо от наличия или отсутствия заявок командования части.

Суждения апеллянта о том, что удовлетворение требований направлено на разрешение вопросов финансово-хозяйственной деятельности ответчиков, которая является строго регламентированной процедурой, не могут быть приняты во внимание, так как судом конкретные мероприятия и способ их выполнения для ответчиков не установлены, возложена лишь обязанность устранить нарушения.

Таким образом, учитывая, что ответчиками в течение длительного времени не принималось никаких мер по оснащению войсковой части 55443-ЛИ необходимыми техническими средствами охраны, суд пришел к законному и обоснованному выводу об удовлетворении исковых требований.

В целом апелляционная жалоба ответчиков не содержит дополнительных доводов, которые подлежат исследованию в апелляционном порядке. Все приведенные ответчиками в апелляционной жалобе доводы были предметом исследования суда первой инстанции. Несогласие ответчиков с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения требований истца, а также переоценка ответчиками исследованных в судебном заседании доказательств не свидетельствуют о судебной ошибке. Совершенный вывод основан на собранных по делу доказательствах, которые оценены судом первой инстанции по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, что предусмотрено положениями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции не имеется. Судом первой инстанции верно распределено бремя доказывания (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и решение постановлено только на основе имеющихся в гражданском деле доказательств (ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При таком положении судебная коллегия приходит к выводу о том, что правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно. Обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных в материалы дела доказательств, оценка которым дана судом первой инстанции с соблюдением требований, предъявляемым гражданским процессуальным законодательством (статей 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и подробно изложена в мотивировочной части решения суда.

Каких-либо нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения суда первой инстанции в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Санкт - Петербургского городского суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 17 декабря 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Министерства обороны Российской Федерации, ФКУ "Объединенное стратегическое командование Западного военного округа" - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка