Определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 9 августа 2022 года Дело N 33-13240/2022

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе
председательствующего Мирошниковой Е.Н.судей Полиновой Т.А., Яшиной И.В.при секретаре Шипулине С.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании 09 августа 2022 года гражданское дело по апелляционной жалобе Васильевой С. А., Качеровича А. Г. на решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 25 декабря 2020 года по гражданскому делу N 2-4059/2020 по иску Васильевой С. А. к Качеровичу А. Г. об установлении факта принятия наследства, признании права собственности в порядке наследования по завещанию, по встречному иску Качеровича А. Г. к Васильевой С. А. о признании завещания недействительным.

Заслушав доклад судьи Мирошниковой Е.Н., выслушав представителя истца Васильевой С.А. - Борейшо Д.В., действующего на основании доверенности N... от 19.01.2022 сроком на три года, представителя ответчика Качерович А.Г. - Шаталова П.М., действующего на основании доверенности N... от 18.12.2019, сроком на три года, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

Изначально истец Ростомянц Р.С. (26.12.2019)обратился в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с иском об установлении факта принятия наследства после Ростомянц И.И., признании права собственности на 3/8 доли квартиры по адресу: Санкт-Петербург, <адрес> порядке наследования по завещанию.

В обоснование заявленных требований истцом указано, что Ростомянц И.И., приходившаяся истцу супругой, умерла <дата>. При жизни Ростомянц И.И, на основании договора дарения от 05.09.2014 отчудила принадлежащую ей ? доли в квартире по адресу: Санкт-Петербург, пр. Сизова, д. 14, кв. 87 в пользу истца. Указанный договор вступившим в законную силу судебным актом признан недействительным, жилое помещение поступило в наследственную массу Ростомянц И.И., наследственное дело после которой открыто на основании заявления ее сына - Качеровича А.Г. Вместе с тем, 04.06.2014 Ростомянц И.И. составлено завещание, которым все свое имущество, в т.ч. спорную квартиру, она завещала истцу. После смерти Ростомянц И.И. истец фактически вступил в наследство, поскольку квартира вплоть до октября 2016 года находилась в его владении, он оплачивал жилищно-коммунальные услуги, распоряжался вещами, оставшимися после наследодателя, в его распоряжении имеются две сберегательные книжки, медали, семейный альбом Ростомянц И.И.

Качерович А.Г. 09.06.2010 обратился в суд со встречным иском о признании завещания Ростомянц И.И. от 04.06.2014 недействительным по тем основаниям, что в момент его совершения она не могла понимать значение своих действий и руководить ими в силу наличия у нее ряда заболеваний (т.2 л.д.2-4).

Представитель истца Ростомянца Р.С. - Васильев В.С. в удовлетворении встречного иска просил отказать, ссылаясь на пропуск Качеровичем А.Г. срока исковой давности по заявленным требованиям, на удовлетворении первоначального иска настаивал, указывал, что Ростомянц Р.С. имеет обязательную долю в наследственной массе, так как является пенсионером.

Решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 25.12.2020 исковые требования Ростомянц Р.С. удовлетворены частично. Так, судом установлен факт принятия Ростомянцем Р.С. наследства после смерти Ростомянц И.И., умершей <дата>. Встречные исковые требования Качеровича А.Г. судом удовлетворены, завещание N... от 04.06.2014 признано недействительным (т.2 л.д.244-249)

Не согласившись с принятым судом первой инстанции решением, обе стороны подали апелляционные жалобы.

Ответчик Качерович А.Г. в своей апелляционной жалобе просит решение суда отменить в части удовлетворения исковых требований истца, считает его незаконным и необоснованным (т.3 л.д.3,4).

Васильевой С.А. - правопреемником истца Ростомянца Р.С., также подана апелляционная жалоба и заявление о процессуальном правопреемстве в связи со смертью 30.12.2020 Ростомянца Р.С. (т.3 л.д.15-21, 35,36).

Определением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 28.07.2021 было произведено процессуальное правопреемство с Ростомянца Р.С. на Васильеву С.А. (т.3 л.д.66,67).

Васильева С.А. в своей апелляционной жалобе просит отменить решение суда в части признания завещания недействительным и отказа в признании права собственности на 3/8 доли в жилом помещении, считает его незаконным и необоснованным. Заявитель полагает, что судом неверно исчислено начало течения срока исковой давности, и срок для обжалования завещания Качеровичем А.Г. пропущен.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 13.10.2021 решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 25.12.2020 оставлено без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения (т.3 л.д.108-120).

Определением судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 18.04.2022 апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 13.10.2021 в части оставления без изменения решения Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 25.12.2020 о признании недействительным завещания N... от 04.06.2014 Ростомянц И.И., отменено, дело в указанной части направлено на новое рассмотрение. В остальной части решение и апелляционное определение оставлено без изменения (т.4 л.д.201-207).

Отменяя апелляционное определение в части признания завещания от 04.06.2014 недействительным, суд кассационной инстанции указал, что вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела (например, обстоятельств, касающихся прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых наследодателем была совершена сделка) и с учетом того, когда наследодатель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Законодатель связывает начало течения срока исковой давности по оспариванию завещания с момента открытия наследства и когда Качерович А.Г. узнал или должен был узнать о завещании в пользу Ростомянца Р.С., об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной и не связывает с моментом подачи иска и подтверждения основания для признания сделки недействительной вступившим в законную силу решением суда. В этой связи, выводы судов о начале течения срока исковой давности с момента подачи в суд иска Ростомянца А.Г. об установлении факта принятия наследства и с момента принятия решения о признании сделки дарения недействительной являются ошибочными. Суду надлежало дать оценку доводам ответчика о том, что Качеровичу А.Г. было известно на момент подачи иска о признании договора дарения недействительным об обстоятельствах, являющихся основанием для признания завещания недействительным, поскольку иск подан по тем же основаниям. Вместе с тем, суды не привели мотивов, по которым отклонили доводы ответчика о начале течения срока исковой давности, не установили момент, с которого Качерович А.Г. узнал или должен был узнать о наличии завещания в пользу Ростомянца Р.С. и когда ему стало известно об обстоятельствах, являющихся основанием для признания завещания недействительным.

Истец Васильева С.А., ответчик Качерович А.Г. в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о слушании дела извещены надлежащим образом, воспользовались правом, предоставленным им ч. 1 ст. 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) на ведение дел через представителей.

Проверив материалы дела, выслушав объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы апелляционной жалобы в части правильного определения начала срока исковой давности, судебная коллегия приходит к следующему.

Судебной коллегией было истребовано из Приморского районного суда Санкт-Петербурга гражданское дело N... по иску Кочеровича А.Г. к Ростомянцу Р.С. о признании договора дарения от 05.09.2014 недействительным, отстранении от наследования, истребовании имущества из чужого незаконного владения, признании права собственности. Материалы данного дела истребованы для установления обстоятельств, имеющих значение для определения начала течения срока исковой давности.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что Ростомянц Р.С. являлся супругом Ростомянц И.И., а Качерович А.Г. приходится ей сыном.

Ростомянц Р.С. и Ростомянц И.И. являлись собственниками квартиры по адресу: <адрес>, в размере ? доли каждый.

На основании договора дарения от 05.09.2014 Ростомянц И.И. отчудила принадлежащую ей долю спорного жилого помещения в пользу Ростомянца Р.С., а 20.11.2014 последний продал все жилое помещение по адресу: <адрес> Тенетко Е.В. за 2 000 000 рублей Тетенко Е.В.

Ростомянц И.И. умерла <дата>.

Вместе с тем, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 10.09.2019 (N...) договор дарения от 05.09.2014 признан недействительным, ? доли квартиры истребована из незаконного владения Тенетко Е.В. с включением в наследственную массу после Ростомянц И.И.

27.12.2016 Качерович А.Г. обратился к нотариусу с заявлениями о принятии наследства после Ростомянц И.И., ввиду чего Никитиной Н.Э. открыто наследственное дело N... (л.д. 147-196 т. 1).

Ростмянц Р.С. заявление о вступление в наследство после смерти Ростомянц И.И. не подавал, несмотря на наличие завещания от 04.06.2014, которым все свое имущество, в том числе указанную квартиру, Ростомянц И.И. завещала Р.Р.С. (л.д. 61 т. 1), однако, подал иск в рамках настоящего спора с указанием на то, что в течение 6 месяцев после смерти Ростомянц И.И. совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства.

В подтверждение фактического принятия истцом наследства после смерти Ростомянц И.И., в материалы дела представлены справка Ростомянц И.И. от 25.09.1957, ее профсоюзные билеты, сберегательные книжки, удостоверения к наградным знакам, квитанции об оплате жилищно-коммунальных услуг по спорной квартире, пенсионное удостоверение, трудовая книжка, свидетельство о рождении, диплом, приложения к диплому о получении образования, удостоверение ветерана труда, страховой медицинский полис, справка СМЭ, аттестат зрелости, семейный фотоальбом (л.д. 26-135 т. 1).

Представлен акт от 01.10.2016 приема-передачи к договору купли-продажи квартиры от 20.11.2014, из которого усматривается, что истец обязался компенсировать Тенетко Е.В. вывоз мебели (диван, шкафы, стенки, тумбочка, телевизор, трюмо, кровати, кухонный гарнитур, холодильник, плита) из квартиры по адресу: <адрес>, что, по мнению суда первой инстанции, указывает на признание Ростомянцем Р.С. прав и обязанностей в отношении имущества, сохранившегося в квартире к моменту смерти Ростомянц И.И., а также то, что квартира в до октября 2016 года находилась в пользовании истца, учитывая, что доказательств иного при рассмотрении спора не представлено.

Полагая завещание от 04.06.2014 недействительным, Качерович А.Г. указывает, что в момент его составления наследодатель в силу состояния своего здоровья не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

В ходе рассмотрения настоящегодела судом назначена посмертная комплексная, психолого-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению комиссии экспертов СПб ГКУЗ "Городская психиатрическая больница N... (стационар с диспансером)" от 20.10.2020 N... (т. 2 л.д. 172-188) Ростомянц И.И. в юридически значимый период, в период составления завещания 04.06.2014, учитывая закономерности протекания психических заболеваний, по своему состоянию, характеризовавшемуся выраженным когнитивным снижением, с нарушением ориентировки по амнестическиму типу, снижением критических и прогностических способностей, не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Разрешая встречные исковые требования Качерович А.Г. суд, оценив представленные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, в том числе заключение эксперта, руководствуюсь ст. 177 ГК РФ, пришел к выводу, что в момент составления завещания от 04.06.2014 Ростомянц И.И. не могла понимать значение своих действия и руководить ими, в связи с чем имеются основания для признания вышеуказанного завещания недействительным по основаниям ст. 177 ГК РФ.

При этом, судом отклонены доводы истца Ростомянца Р.С. о пропуске Качеровичем А.Г. срока исковой давности на предъявление требований, поскольку срок исковой давности по требованиям о признании завещания от 04.06.2014 недействительным в обстоятельствах дела начал течь не с того момента, когда Качерович А.Г. мог узнать о его наличии, а в тот момент, когда ответчик узнал о заявленных Ростомянцем Р.С. исковых требованиях об установлении факта принятия наследства после Ростомянц И.И. и признании за ним права собственности на наследственное имущество по завещанию.

Разрешая исковые требования Ростмянц Р.С., суд, руководствуясь ст.ст. 264. 1152-1154 ГК РФ, п. 36 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", пришел к выводу, что в материалах дела нашел свое подтверждение факт принятия наследства в течение шести месяцев после смерти Ростомянц И.И. Ростомянцем Р.С., выразившийся в поступлении в его владение личных вещей наследодателя, оплате ЖКУ спорному адресу, подтвержден объяснениями истца, письменными доказательствами, представленными в дело, ввиду чего в данной части исковые требования удовлетворил.

В тоже время, суд, учитывая, что завещание от 04.06.2014 признано судом недействительным, пришел к выводу об отсутствии оснований для признания за Ростомянцем Р.С. права собственности на наследственное имущество в виде ? доли квартиры на основании указанного завещания, как то заявлено истцом, а оснований для выхода за пределы заявленных исковых требований в соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ у суда не имеется, истец не просил признать за ним права собственности на наследственное имущество по иным основаниям, в частности, предусмотренным п. 1 ст. 1149 ГК РФ.

Суд апелляционной инстанции, разрешая 13.10.2021 дело по поданным жалобам, указал, что фактически зная о наличии завещания на имя истца, ответчик мог узнать о нарушении своих прав, а именно предполагать о том, что завещание могло быть составлено Ростомянц И.И. в период, когда она не могла понимать значение своих действий и руководить ими, только на основании вступившего в законную силу судебного акта, которым является апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 10.09.2019, поскольку именно указанный судебный акт установил неспособность Ростомянц И.И. понимать значение своих действий и руководить ими в момент совершений иной сделки, касающейся спорного имущества.

В той части, в которой судебные акты оставлены без изменения судом кассационной инстанции, предметом проверки решение суда первой инстанции, при новом апелляционном рассмотрении, не является.

Определяя начало течения срока исковой давности для оспаривания завещания Ростомянц И.И. судебная коллегия исходит из следующего.

Заявляя о пропуске Качеровичем А.Г. срока исковой давности на предъявление требований о признании завещания недействительным, Р. указал, что о наличии оспариваемого завещания Качерович узнал еще при рассмотрении Приморским районным судом Санкт-Петербурга гражданского дела N..., в частности ссылался на протокол судебного заседания по обозначенному делу от 12.04.2018, в котором до представителя Качеровича А.Г. доведены сведения о наличии завещания от 04.06.2014, а также выяснялась позиция Качеровича А.Г. о возможном оспаривании данного завещания.

В соответствии с положениями п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В п. 2 ст. 181 ГК РФ установлено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с положениями ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются названным кодексом и иными законами.

Абзацем вторым п. 2 ст. 1131 ГК РФ установлено, что оспаривание завещания до открытия наследства не допускается.

Согласно обзору судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019) и обзору судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020), срок исковой давности по иску о признании недействительным завещания, совершенного гражданином, не способным понимать значение своих действий и руководить ими, начинает течь со дня, когда заинтересованное лицо узнало или должно было узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания завещания недействительным.

В данном случае юридически значимыми обстоятельствами являются установление того, когда Качерович А.Г. узнал или должен был узнать о завещании в пользу Ростомянца Р.С., об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки - завещания недействительной.

Как следует из наследственного дела (т.1 л.д. 164 об.,165), которое было заведено по заявлению КачеровичаА.Г., заявившего о своих наследственных правах по завещанию Р.И.И. от 01.06.2007, 21.02.2017 Качерович А.Г. получил от нотариуса Никитиной Н.Э. извещение исх.N..., из которого следует, что после умершей 21.08.2016 Ростомянц И.И. заведено наследственное дело N.... Имеется завещание от Ростомянц И.И. от 04.06.2014 в пользу Ростомянца Р.С. в отношении всего имущества; завещание не отменено. Нотариус также в данном извещении разъяснил положения ст.1149 ГК РФ, а также уведомила о том, что если Качерович А.Г. будет признавать вышеуказанное завещание недействительным в судебном порядке, то ему следует в порядке ст.1163 ГК РФ в срок до 21.03.2017 предоставить нотариусу Никитиной Н.Э решение суда об удовлетворении исковых требований или о приостановлении выдачи свидетельства о пар вена наследство.

Об осведомленности Качеровича А.Г. о наличии завещания свидетельствует также материалы гражданского дела N.... Как следует из протокола судебного заседания от 12.04.2018 по гражданскому делу N..., представитель Качеровича А.Г. был осведомлен о наличии завещания в Р.И.И. в пользу Р.Р.С. На вопрос представителя Ростомянца Р.С., представитель Качеровича А.Г. пояснил в судебном заседании 12.04.2018, что они ничего не говорят про завещание вообще, потому что они оригинал этого завещания не видели до сих пор, пока не увидят документов и надлежащих доказательств, они никак не будут это комментировать и, на их взгляд этого завещания нет.

Согласно ст.55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Таким образом, Качерович А.Г. знал о существовании оспариваемого завещания не позднее 21.02.2017, когда получил от нотариуса соответствующее извещение. При этом, о состоянии здоровья своей матери Качерович А.Г. узнал в 2014 году, что следует из исковых заявлений как по иску об оспаривании договора дарения (дело N...), так и по оспариванию завещания (настоящее дело).

Так, из искового заявления Качеровича А.Г. о признании договора дарения недействительным, пояснений самого истца данных им в рамках рассмотрения гражданского дела N..., а именно в протоколе судебного заседания 29.11.2017, согласно которому истец на вопросы суда пояснил, что наследодатель перестала отдавать отчет своим действиям в 2014 году.

Таким образом, истец обращаясь 31.05.2017 в Приморский районный суд Санкт-Петербурга о признании договора дарения от 15.09.2014 недействительным на том основании, что Ростомянц И.И. на момент подписания договора дарения не могла понимать значение своих действий и руководить ими в силу наличия у нее ряда заболеваний, не был лишен возможности, узнав от нотариуса в феврале 2017 года о наличии оспариваемого им в настоящем деле завещании, своевременно заявить о признании завещания, составленного в том же году (04.06.2014) недействительным по тем же основаниям. Извещая Качеровича А.Г. о наличии завещания наследодателя в пользу Ростомянца Р.С. на все имущество в феврале 2017 года, нотариус одновременно фактически разъяснил ему и о праве оспаривания данного завещания.

Довод Качеровича А.Г. о том, что только после признания договора дарения недействительной сделкой, у него возникло право оспаривать завещание, поскольку до этого отсутствовало наследственное имущество (? долю в праве собственности на квартиру), отклоняется коллегией, как основанный на неправильном толковании норм права. А кроме того, коллегия обращает внимание, что обращаясь к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти Ростомянц И.И., Качерович А.Г. указал в качестве наследственного имущества, в том числе, и денежные средства (в том числе выплаты, компенсации, причитающиеся проценты), хранящиеся на любых счетах Сбербанка РФ (т.1 л.д.149).

Для обращения в суд с иском о признании завещания недействительным не имело значения оспорен ли Качеровичем А.Г. договор дарения или нет. Заявляя в мае 2017 года иск об оспаривании договора дарения, Качерович А.Г. одновременно заявил требования и об отстранении от наследования по закону на основании п.1 ст.1117 ГК РФ Ростомянца Р.С., а также о признании за собой права собственности на ? долю спорной квартиры, то есть истец заявил о своих правах на наследственное имущество. Таким образом, имелся спор наследников, и зная с февраля 2017 года о завещании, Качерович А.Г. имел право оспаривать данное завещание и должен был надлежащим образом, добросовестно пользоваться своими правами, что им своевременно сделано не было.