Дата принятия: 21 июля 2020г.
Номер документа: 33-13109/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 21 июля 2020 года Дело N 33-13109/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе
председательствующего
Сальниковой В.Ю.
судей
Козловой Н.И.
при участии прокурора
Селезневой Е.Н.
Турченюк В.С,
при секретаре
Арройо Ариас Я.М.
рассмотрела в открытом судебном заседании 21 июля 2020 года гражданское дело N 2-708/2020 по апелляционной жалобе Чавгун Аллы Михайловны на решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 03 марта 2020 года по иску Чавгун Аллы Михайловны к Обществу с ограниченной ответственностью "Эпимед" об оспаривании приказов, оспаривании увольнения, восстановлении на работе, об обязании уволить, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда.
Заслушав доклад судьи Сальниковой В.Ю., выслушав объяснения истца - Чавгун А.М., представителей истца - Маклашевских Ю.Н., Чавгуна И.Н., представителя ответчика - Коновалова А.А., заключение прокурора Турченюк В.С., полагавшей решение суда законным и обоснованным,
Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда
УСТАНОВИЛА:
Чавгун А.М. обратилась в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "Эпимед" (далее - ООО "Эпимед") и с учетом неоднократного уточнения требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просила признать незаконным и отменить приказ директора по персоналу ООО "Эпимед" об увольнении от 21.08.2019 N 79-к, признать незаконным и отменить приказ генерального директора ООО "Эдифарм" - управляющей организации ООО "Эпимед" от 18.06.2019 N 7-од об объявлении простоя, признать незаконными и отменить приказы генерального директора ООО "Эдифарм" - управляющей организации ООО "Эпимед" о временном переводе от 18.06.2019 N 8-од и от 18.07.2019 N 9-од, обязать ООО "Эпимед" восстановить ее на прежней работе в прежней должности, выплатить среднемесячную заработную плату за период с 17.05.2019 по 21.08.2019 в размере 190 626 рублей 90 копеек, среднемесячную заработную плату за период вынужденного прогула с 22.08.2019 по 20.10.2019 в размере 119 878 рублей 77 копеек, доплату за работу сверх установленной продолжительности рабочего времени на 1 час за период работы с 27.10.2017 по 16.05.2019 в размере 105 980 рублей 71 копейки, денежную компенсацию за задержку выплат указанных сумм в размере 28 806 рублей 98 копеек, компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, расторгнуть трудовой договор на основании пункта 2 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации с 20.10.2019 с соблюдением гарантий и компенсаций работникам при ликвидации организации, сокращении численного или штата работников, взыскать почтовые расходы в сумме 183 рубля 04 копеек.
В обоснование заявленных требований истец указала, что с 27.10.2017 состояла в трудовых отношениях с ООО "Эпимед" в должности заведующей аптечным пунктом в структурном подразделении N 003-78 (<адрес>) на основании трудового договора N 59/17 от 26.10.2017. В связи с ликвидацией указанного обособленного подразделения 30.04.2019 был издан приказ N 122-01 о закрытии аптечного пункта и ей предложены два варианта: увольнение по собственному желанию либо перевод в другой аптечный пункт на нижестоящую должность. От данных предложений она отказалась, поскольку считает, что подлежала увольнению в связи с ликвидацией ее рабочего места с соблюдением гарантий и компенсаций работникам при ликвидации организации, сокращении численности или штата работников. Между тем, работодатель, вместо исполнения обязанности, предусмотренной частью 2 статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации, и в нарушение ее заявления в порядке применения части 3 статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации, предложил ей перемещение в другой аптечный пункт - N 032-78, расположенный по адресу: <адрес>, однако ею не дано согласие на перевод. Несмотря на отсутствие ее согласия на перевод и однозначно выраженное намерение прекратить трудовые отношения с ответчиком, категорическое отсутствие согласия на их продолжение по любой должности, ответчик последовательно издавал приказы об объявлении простоя (N 7-од от 18.06.2019), временных переводах (N 8-од от 18.06.2019, N 9-од от 18.07.2019) и произвел ее увольнение лишь приказом N 79-к от 21.08.2019, которым действие трудового договора прекращено на основании пункта 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с отказом от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора. Истец считает действия ответчика незаконными, поскольку она подлежала увольнению в связи с ликвидацией обособленного подразделения организации и сокращением штата с выплатой выходного пособия, предусмотренного частью 1 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации. Кроме того, истец указала, что за весь период работы осуществляла работу без перерыва для питания и отдыха, однако соответствующая доплата ей не производилась; насильственно удерживая ее на работе с 01.06.2019 по 21.08.2019, ответчик не выплачивал ей заработную плату.
Решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 03.03.2020 исковые требования Чавгун А.М. оставлены без удовлетворения.
В апелляционной жалобе истец Чавгун А.М. ставит вопрос об отмене решения суда ввиду его незаконности и необоснованности, принятии по делу нового решения об удовлетворении иска, ссылаясь на неправильное определение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, а также нарушение и неправильное применение судом первой инстанции норм материального права.
Со стороны ответчика ООО "Эпимед" представлены возражения на апелляционную жалобу, по доводам которых ответчик просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.
Изучив материалы дела, выслушав объяснения участников процесса, заключение прокурора, обсудив доводы апелляционной жалобы, дополнений к апелляционной жалобе, отзыва и дополнений к отзыву на апелляционную жалобу, проверив в порядке части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении" решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
В силу положений статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Таких оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного постановления в апелляционном порядке по доводам апелляционной жалобы, изученным материалам дела не имеется.
Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что Чавгун А.М. с 27.10.2017 состояла в трудовых отношениях с ООО "Эпимед" в должности заведующей аптечным пунктом в структурном подразделении Аптечный пункт N 003-78 на основании трудового договора N 59/17 от 26.10.2017.
Место работы истца трудовым договором определено по адресу: <адрес>
12.05.2019 истец обратилась к ответчику с заявлением, в котором, указывая на прекращение договора аренды помещения аптечного пункта N 003-78, план по закрытию аптечного пункта и предстоящее увольнение работников, просила расторгнуть с ней трудовой договор по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации с 16.05.2019 с выполнением всех гарантий, установленных статьей 178 Трудового кодекса Российской Федерации.
Согласно письму ООО "Эпимед" от 14.05.2019 N 29 истец уведомлена работодателем о перемещении ее на аналогичную работу в другую точку, расположенную в той же местности, в том же юридическом лице - ООО "Эпимед"; истцу предложено приступить к работе с 20.05.2019 в аптечном пункте, расположенном по адресу: <адрес>
31.05.2019 между ООО "Эпимед" и АО "Тандер" подписан акт сдачи-приема недвижимого имущества к договору субаренды N... от 24.07.2016, согласно которому арендуемая ООО "Эпимед" часть помещения по адресу: <адрес>, в связи с окончанием срока действия договора субаренды передана арендодателю АО "Тандер".
31.05.2019 обособленное подразделение ООО "Эпимед" - Аптека N 003-78, расположенная по адресу: <адрес>, снято с налогового учета на основании сведений о прекращении деятельности (закрытии) обособленного подразделения, что подтверждается уведомлением о снятии с учета российской организации в налоговом органе N... от 31.05.2019.
Приказом N 7-од от 18.06.2019 в связи с временной приостановкой работы по причинам экономического характера и в соответствии со статьей 157 Трудового кодекса Российской Федерации объявлен простой заведующей аптечным пунктом Чавгун А.М. 18.06.2019 с установлением оплаты времени простоя в размере 2/3 средней заработной платы.
18.06.2019 ООО "Эпимед" в адрес истца направлено уведомление об изменении определенных сторонами условий трудового договора по причинам экономического характера, а также на основании статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации с указанием того, что с 19.08.2019 рабочее место истца будет располагаться по адресу: <адрес> Данным уведомлением истцу сообщалось, условия трудового договора в части указания места работы истца не могут быть сохранены, однако должность, оклад, трудовая функция, должностные обязанности и другие определенные сторонами условия трудового договора останутся без изменения. При этом разъяснено, что в случае отказа от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий договора трудовой договор будет расторгнут на основании пункта 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации с осуществлением полного расчета и выплатой выходного пособия в размере двухнедельного среднего заработка.
Одновременно с указанным уведомлением в адрес истца ответчик направил приказ N 7-од от 18.06.2019 об объявлении простоя 18.06.2019, приказ N 8-од от 18.06.2019 о временном переводе на срок с 19.06.2019 по 18.07.2019 включительно на должность заведующего аптечным пунктом по адресу: <адрес> с оплатой по производимой работе, но не ниже среднего заработка по прежней работе.
На основании приказа N 9-од от 18.07.2019 Чавгун А.М. с 19.07.2019 по 18.08.2019 временно переведена на должность заведующего аптечным пунктом по адресу: <адрес>, с оплатой по производимой работе, но не ниже среднего заработка по прежней работе.
Приказом N 79-к от 21.08.2019 действие трудового договора прекращено, истец уволена 21.08.2019 на основании пункта 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с отказом от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора.
Отказывая истцу в удовлетворении иска в полном объеме, суд первой инстанции исходил из того, что установленные при разрешении спора обстоятельства не подтверждают наличие оснований для прекращения с истцом трудового договора ни по основаниям, предусмотренным пунктом 1, ни по основаниям, предусмотренным пунктом 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с чем у ответчика отсутствовала обязанность уведомлять истца о прекращении трудового договора в порядке части 2 статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации; о предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, истец была уведомлена с соблюдением требований статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации; ввиду отказа истца от предложенной в порядке статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации работы трудовые отношения с истцом правомерно прекращены на основании пункта 7 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации; объявление простоя Чавгун А.М. 18.06.2019 было обусловлено причинами экономического и технологического характера - прекращением договора аренды помещения, в котором ранее располагалось место работы истца, а приказами N 8-од от 18.06.2019 и N 9-од от 18.07.2019 фактически было оформлено перемещение истца (часть третья статьи 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации), что не повлекло ущемление трудовых прав работника; исходя из табелей учета рабочего времени за период с 17.05.2019 по 21.08.2019, в указанный период истец на работу не выходила, трудовую деятельность не осуществляла, что истцом не оспаривалось, в связи с чем основания для оплаты указанного периода работодателем отсутствуют, а, кроме того, в периоды с 17.05.2019 по 31.05.2019, с 03.06.2019 по 26.06.2019, с 03.07.2019 по 16.07.2019 истец была нетрудоспособна, периоды временной нетрудоспособности оплачены работодателем; истцом не представлено достоверных и допустимых доказательств того, что в течение периода работы у ответчика ею не использовался перерыв для отдыха и питания и у нее отсутствовала такая возможность, а в части периода с 27.10.2017 по 31.07.2018 истцом пропущен срок обращения в суд, установленный частью 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации; при отсутствии нарушений трудовых прав работника со стороны работодателя основания для применения механизмов защиты, предусмотренных статьями 236, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, отсутствуют.
Судебная коллегия не усматривает оснований для несогласия с правильным по существу выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований к удовлетворению заявленных Чавгун А.М. требований, исходя из следующего.
В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
В силу части 1 статьи 352 Трудового кодекса Российской Федерации каждый имеет право защищать свои трудовые права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.
Положение о том, что каждый имеет право на защиту своих трудовых прав всеми способами, не запрещенными законом, является конкретизацией статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой гарантируется государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации.
Таким образом, защита трудовых прав граждан (работников) предполагает правомерную деятельность, содержание которой составляет целый комплекс мероприятий, направленных на применение предусмотренных законом правовых средств, обеспечивающих восстановление нарушенных трудовых прав, а, соответственно, и реализация этих правовых средств предполагается допустимой в случае нарушения трудовых прав, требующих восстановления.
В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Как следует из устных и письменных пояснений истца в суде первой и апелляционной инстанций, нарушение своего права истец связывает с отказом ответчика прекратить с ней трудовые отношения в связи с закрытием обособленного подразделения - аптечного пункта N 003-78 по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Вместе с тем, как верно указано судом первой инстанции, данные основания увольнения работника являются самостоятельными случаями прекращения трудовых отношений между работником и работодателем и их применение осуществляется при наличии различных юридических фактов.
В соответствии с пунктами 1, 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях: ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем (пункт 1); сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя (пункт 2).
В силу части 4 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в случае прекращения деятельности филиала, представительства или иного обособленного структурного подразделения организации, расположенного в другой местности, расторжение трудовых договоров с работниками этого подразделения производится по правилам, предусмотренным для случаев ликвидации организации.
Как разъяснено в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", под структурными подразделениями следует понимать как филиалы, представительства, так и отделы, цеха, участки и т.д., а под другой местностью - местность за пределами административно-территориальных границ соответствующего населенного пункта.
Согласно правовой позиции, выраженной в Определении Конституционного Суда РФ от 21.04.2005 N 144-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Пермяковой Светланы Васильевны на нарушение ее конституционных прав частью четвертой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации", реализуя закрепленные Конституцией Российской Федерации (статья 34, часть 1; статья 35, часть 2) права, работодатель (юридическое лицо) в целях осуществления эффективной экономической деятельности и управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые организационные решения, в частности о создании обособленных структурных подразделений для осуществления всех или части своих функций и прекращении их деятельности, а также кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала), соблюдая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников, в том числе направленные против возможного произвольного увольнения.
Таким образом, взаимосвязанные положения пункта 1 части 1 и части 4 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, с учетом вышеуказанной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, не предполагают возможность, а тем более обязательность, увольнения работника в случае прекращения деятельности обособленного подразделения при наличии возможности сохранения трудовых отношений в той же местности.
Согласно части 3 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.
Таким образом, и применительно к основанию, предусмотренному пунктом 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, действует схожее правило, направленное на сохранение трудовых отношений при проведении работодателем мероприятий по сокращению численности или штата работников организации.
Следует отметить, что оба перечисленных основания относятся к случаям прекращения трудовых отношений по инициативе работодателя, вследствие чего работнику не принадлежит право требовать прекращения трудовых отношений по одному из оснований, предусмотренных статьей 81 Трудового кодекса Российской Федерации; обеспечение соблюдения прав работника при регулировании трудовых отношений в связи с обстоятельствами, влекущими возможность прекращения трудовых отношений по пунктам 1 и 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, достигается установлением требований к срокам и процедуре увольнения, а также гарантий и компенсаций в связи с расторжением трудового договора.
Как следует из материалов дела, в связи с прекращением договора аренды помещения аптечного пункта N 003-78 по адресу: <адрес>, сокращение численности или штата ООО "Эпимед" не производилось, истцу было предложено продолжить трудовую деятельность в соответствующей трудовому договору должности (заведующей аптечным пунктом) по адресу: <адрес>, от чего истец отказалась.
При таком положении, как верно указано судом первой инстанции, у работодателя отсутствовала обязанность уведомлять истца о прекращении трудового договора в порядке, предусмотренном частью статьей 180 Трудового кодекса Российской Федерации, а также предоставлять социальные гарантии, предусмотренные частями 1 и 2 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации для случаев прекращения трудового договора по основаниям пунктов 1 и 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Частью 1 статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника.
Согласно части 2 статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации о предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее чем за два месяца, если иное не предусмотрено указанным кодексом.
Изменения определенных сторонами условий трудового договора, вводимые в соответствии со статьей 74 Трудового кодекса Российской Федерации, не должны ухудшать положение работника по сравнению с установленным коллективным договором, соглашениями (часть 8 статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации).
Как разъяснено в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", разрешая дела о восстановлении на работе лиц, трудовой договор с которыми был прекращен по пункту 7 части 1 статьи 77 Кодекса (отказ от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора), либо о признании незаконным изменения определенных сторонами условий трудового договора при продолжении работником работы без изменения трудовой функции (статья 74 Трудового кодекса Российской Федерации), необходимо учитывать, что исходя из статьи 56 ГПК РФ работодатель обязан, в частности, представить доказательства, подтверждающие, что изменение определенных сторонами условий трудового договора явилось следствием изменений организационных или технологических условий труда, например изменений в технике и технологии производства, совершенствования рабочих мест на основе их аттестации, структурной реорганизации производства, и не ухудшало положения работника по сравнению с условиями коллективного договора, соглашения. При отсутствии таких доказательств прекращение трудового договора по пункту 7 части 1 статьи 77 Кодекса или изменение определенных сторонами условий трудового договора не может быть признано законным.
Из приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что работодатели в целях осуществления эффективной экономической деятельности, рационального управления имуществом и управления трудовой деятельностью вправе по своей инициативе изменять определенные сторонами условия трудового договора (за исключением изменения трудовой функции работника) в случае изменения организационных или технологических условий труда и невозможности в связи с этим сохранения прежних условий трудового договора. Вводимые работодателем изменения не должны ухудшать положение работника по сравнению с установленным коллективным договором, соглашениями, а при их отсутствии - по сравнению с трудовым законодательством, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.
Таким образом, для решения вопроса о законности действий работодателя, направленных на изменение условий трудового договора, юридически значимыми обстоятельствами являются установление фактов того, что изменение определенных сторонами условий трудового договора явилось следствием изменения организационных или технологических условий труда и невозможности в связи с этим сохранения прежних условий трудового договора и что такое изменение определенных сторонами условий трудового договора не ухудшало положения работника по сравнению с условиями коллективного договора, соглашения, а при их отсутствии - по сравнению с трудовым законодательством, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.
Оспаривая выводы суда о том, что в рассматриваемой ситуации имело место изменение организационных условий труда, истец ссылается на то, что фактически имело место сокращение численности штата работников ответчика.
С данным доводом апелляционной жалобы судебная коллегия согласиться не может, так как из выписки (по состоянию на 10.12.2019) из штатного расписания ООО "Эпимед", утвержденного приказом от 04.03.2019 N 2/1-од и введенного в действие с 05.03.2019 сроком на 1 год, следует, что должность истца и структурное подразделение, в котором она была трудоустроена, не исключены из штатного расписания. Согласно представленных судебной коллегии справок работодателя от 10.07.2020 NN 451, 452, 453 о штатной численности организации, по состоянию на 31.05.2019, 18.07.2019, 21.08.2019 штатная численность сотрудников составляла 76,5 штатных единиц, в том числе: заведующих аптекой/аптечным пунктом - 24 штатных единицы, фармацевт, провизор, консультант - 46,5 штатных единиц, офисные сотрудники - 6 штатных единиц.
Учитывая изложенное, правовых оснований полагать, что фактически ответчиком произведено сокращение численности или штата работников организации, не имеется, представленные в дело доказательства это не подтверждают.
Основное отличие между сокращением численности или штата и изменением условий труда состоит в том, что при сокращении численности или штата работников организации исчезает сама потребность в работе определенного рода или объема.
При изменении определенных сторонами условий трудового договора по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда, у работодателя объективно отсутствует возможность сохранить прежние условия работы, но сохраняется потребность в прежних трудовых функциях и выполняющих их работниках.
Как установлено судом, должность истца в структуре ООО "Эпимед" была сохранена, после проведения организационных мероприятий работодатель не утратил потребность в трудовых функциях по данной должности, изменилось только место исполнения трудовых обязанностей в пределах одного населенного пункта Санкт-Петербург.
Истцу предложено рабочее место по адресу обособленного структурного подразделения, предложенные условия не изменяли иных условий заключенного с истцом трудового договора, за исключением рабочего места. Трудовая функция, размер заработной платы у истца не изменялись.
Таким образом, поскольку судом установлено и материалами дела достоверно подтверждено, что в организации не произошло ни сокращения численности или штата работников, ни изменения трудовой функции работника, в то же время в силу организационных мероприятий в связи с прекращением договора аренды помещения, ранее занимаемого аптечным пунктом N 003-78 и указанного в трудовом договоре в качестве рабочего места истца, невозможно сохранение прежних условий трудового договора в части места работы, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об обоснованности изменения работодателем условий трудового договора в порядке статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации.
В соответствии с частью 4 статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации при отказе работника от предложенной работы трудовой договор прекращается в соответствии с пунктом 7 части первой статьи 77 настоящего Кодекса
Поскольку истец неоднократно, в том числе еще до прекращения трудовых отношений, заявляла как работодателю, так и суду об отсутствии у нее намерения продолжать трудовые отношения с ответчиком, что подтвердила и при апелляционном рассмотрении дела, увольнение истца по основанию, предусмотренному пунктом 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации обоснованно признано судом правомерным.
Соглашаясь выводами суда в данной части, судебная коллегия учитывает, что по смыслу норм Трудового кодекса Российской Федерации восстановление на работе является способом восстановления нарушенного права работника на труд, применяемым в случае незаконного лишения работника возможности трудиться вопреки его намерению и требованиям закона. В данном же деле истец, напротив, утверждает о незаконном принуждении ее ответчиком к труду, что не позволяет вынести суждение, что избранный истцом способ защиты направлен на восстановление права, которое истец считает нарушенным.
В случае признания увольнения незаконным и отсутствия у работника намерения продолжить трудовые отношения суд может по заявлению работника изменить формулировку основания увольнения на увольнение по собственному желанию (часть 4 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации), что применительно к обстоятельствам настоящего дела также исключается с учетом позиции истца об основаниях прекращения трудовых отношений и отсутствии оснований полагать произведенное увольнение незаконным.
Вопреки доводам апелляционной жалобы работодателем соблюдена процедура увольнения; как следует из содержания уведомления от 18.06.2019, предшествующей переписки и пояснений сторон, работник не позднее, чем за два месяца, был уведомлен о предстоящем изменении условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, что свидетельствует о соблюдении ответчиком требований статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации.
Поскольку основанием для изменения условий трудового договора явились обстоятельства, предусмотренные статьей 74 Трудового кодекса Российской Федерации, требования, предъявляемые данной нормой права, работодателем соблюдены, истец не согласилась на продолжение работы в новых условиях труда, то трудовой договор с ней обоснованно прекращен по пункту 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.
В соответствии с положениями части 7 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работника по пункту 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации ему выплачивается выходное пособие в размере двухнедельного среднего заработка.
Такое пособие истцу было выплачено, его размер соответствует основанию увольнения, в связи с чем довод апелляционной жалобы истца об обязанности ответчика произвести выплату выходного пособия, предусмотренного положениями статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации, в ином размере является несостоятельным.
При отсутствии оснований к восстановлению истца на работе вывод суда об отказе во взыскании средней заработной платы за время вынужденного прогула за период с 22.08.2019 по 20.10.2019 является правильным с учетом того, что указанные требования являются производными от требований об отмене приказа об увольнении и признании увольнения незаконным, а поскольку оспариваемый приказ и увольнение незаконными судом не признаны, правовых оснований для удовлетворения требований в указанной части у суда не имелось.
В соответствии со ст. 72.2 Трудового кодекса Российской Федерации под простоем понимается временная приостановка работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера.
Время простоя по вине работодателя оплачивается в размере не менее двух третей средней заработной платы работника (часть 1 статьи 157 Трудового кодекса Российской Федерации).
Как следует из приказа ответчика N 7-од от 18.06.2019, заведующему аптечным пунктом Чавгун А.М. был объявлен простой 18.06.2019 по причинам экономического характера в связи с временной приостановкой работы.
По пояснениям ответной стороны, объявление простоя было вынужденной мерой, обусловленной прекращением договора аренды помещения, в котором ранее располагалось структурное подразделение, являвшееся местом работы истца по условиям трудового договора; в указанный день истец должна была выйти на работу по завершении периода временной нетрудоспособности для подписания документов.
Из материалов дела следует, что 18.06.2019 истцом был открыт следующий листок временной нетрудоспособности, вследствие чего указанный приказ реализован, в том числе и в части размера заработной платы, не был. При таком положении, оснований для признания вывода суда первой инстанции о том, что издание указанного приказа не повлекло ущемление каких-либо прав работника, неправильным у судебной коллегии не имеется.
18.06.2019 и 18.07.2019 ответчиком были изданы приказы N 8-од и N 9-од о временном переводе работника - Чавгун А.М. без ее согласия на срок соответственно с 19.06.2019 по 18.07.2019 включительно и с 19.07.2019 по 18.08.2019 включительно заведующей аптечным пунктом по адресу: <адрес>. Указанными приказами предусмотрено, что оплата труда должна производиться по выполняемой работе, но не ниже среднего заработка по прежней работе.
Отказывая в удовлетворении требований истца, направленных к оспариванию указанных приказов, суд первой инстанции исходил из того, что приказами N 08-од и N 09-од фактически осуществлено перемещение истца в пределах одного населенного пункта без изменения трудовой функции и структурного подразделения, в связи с чем трудовые права работника не нарушены.
Действительно, в оспариваемых приказах не указано на изменение структурного подразделения и трудовой функции истца, вместе с тем, судебная коллегия не может согласиться с квалификацией приказов N 08-од и N 09-од как перемещения, поскольку фактически на основании указанных приказов было изменено структурное подразделение - аптечный пункт, указанный в заключенном с истцом трудовом договоре.
Проанализировав нормы материального права, регулирующие спорные отношения, следует отметить, что перевод работника на другую работу связан с постоянным или временным изменением его трудовой функции и (или) структурного подразделения, в котором работник работает, и возможен только с письменного согласия работника, в то время как перемещение обусловлено тем, что работник продолжает выполнять определенную трудовым договором работу (трудовую функцию) без изменения условий трудового договора, что не требует его согласия.
В пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" указывается, что при применении частей второй и третьей статьи 72.2 Кодекса, допускающих временный перевод работника на другую работу без его согласия, судам следует иметь в виду, что обязанность доказать наличие обстоятельств, с которыми закон связывает возможность такого перевода, возлагается на работодателя.
Применительно к положениям статьи 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации изменение рабочего места или структурного подразделения можно признать перемещением только в том случае, если при заключении трудового договора конкретное рабочее место или структурное подразделение не оговаривались и в трудовом договоре они не были предусмотрены.
Из трудового договора N 59/17 от 26.10.2017 следует, что в нем определено структурное подразделение - Аптечный пункт N 003-78 и место работы: <адрес>.
Таким образом, вывод суда о том, что ответчиком было осуществлено перемещение истца, является ошибочным, однако это обстоятельство не может служить основанием к отмене постановленного по делу решения в указанной части в силу следующего.
Как справедливо указывает ответчик, издание приказов N 8-од и N 9-од осуществлено ответчиком в интересах истца с целью сохранения за ней рабочего места и не повлекло нарушение прав истца.
Судебная коллегия находит указанные доводы ответной стороны заслуживающими внимания при том, что в указанных приказах закреплено сохранение за истцом в качестве минимальной оплаты труда среднего заработка по прежнему месту работы, и поскольку выполнение трудовых обязанностей в порядке исполнения приказов N 08-од от 18.06.2019 и N 09-од от 18.07.2019 истцом не осуществлялось, перевод истца в другой аптечный пункт носил временный характер до принятия работником окончательного решения о продолжении работы с учетом изменения условий трудового договора или прекращения трудовых отношений, ответной стороной представлены убедительные доказательства невозможности сохранения условий трудового договора, согласованных при его заключении, в связи с причинами организационного характера, оснований не согласиться с выводом суда об отсутствии оснований к удовлетворению требований истца, направленных к оспариванию указанных приказов, не имеется.
Фактически, изданием приказов N 8-од и N 9-од ответчик в пределах срока, предусмотренного частью 2 статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации, гарантировал истцу возможность выполнения трудовых обязанностей в рамках трудовой функции, определенной условиями трудового договора, с целью сохранения источника дохода в размере не ниже среднего заработка на прежнем месте работы, что не может быть вменено в вину ответчику в связи с отсутствием нарушения трудовых прав истца.
Понятие заработной платы сформулировано в части первой статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой она определяется как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы.
Согласно части первой статьи 132 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается.
В силу абзаца 5 части первой статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.
Из анализа указанных правовых норм следует, что выплата заработной платы производится за выполненную работу, что в полной мере согласуется с условиями заключенного с истцом трудового договора.
В ходе рассмотрения дела истцом не оспаривалось, что в период с 17.05.2019 по 21.08.2017 она свои трудовые функции не исполняла, при этом препятствий со стороны ответчика к этому не чинилось, напротив, как указано выше, ответчик обеспечил истцу возможность выполнения трудовой функции в пределах Санкт-Петербурга, гарантировав оплату труда в размере не менее среднего заработка по прежней работе, каких-либо мер к истцу в связи с ее невыходом на работу в дни, не покрытые листками временной нетрудоспособности, не применял, невыполнение истцом трудовой функции определялось исключительно ее нежеланием продолжать трудовые отношения с ответчиком, в связи с чем, как правомерно указано судом, у работодателя отсутствовала обязанность по выплате истцу среднего заработка.
Доводы апелляционной жалобы об обратном при вышеуказанных обстоятельствах и с учетом занятой истцом позиции во взаимоотношениях с работодателем свидетельствуют о наличии в действиях истца злоупотребления правом в нарушение общеправового запрета, который распространяется, в том числе, на трудовые отношения.
Отказывая в удовлетворении требования о доплате за работу сверх установленной продолжительности рабочего времени на 1 час за период работы с 27.10.2017 по 16.05.2019, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии надлежащей совокупности доказательств тому, что в период работы истец была лишена возможности воспользоваться предоставленным ей временем для отдыха и питания, а также тому, что истец по распоряжению работодателя привлекалась к осуществлению трудовой деятельности в указанное время.
При этом суд правомерно сослался на условия трудового договора сторон, Правила внутреннего трудового распорядка и положения должностной инструкции истца, опровергающие доводы истца о допущенном ответчиком нарушении ее прав, гарантированных статьей 108 Трудового кодекса Российской Федерации, а также верно отметил, что со стороны истца за весь период ее трудовой деятельности каких-либо претензий по данному вопросу к работодателю не поступало.
Соглашаясь с выводами суда в указанной части, судебная коллегия учитывает, что согласно должностной инструкции истца ведение табелей учета рабочего времени входило в ее обязанности (п. 2.15), согласно табелям учета рабочего времени за отработанный истцом период время ее работы соответствовало разделу 4 трудового договора, продолжительность отработанного времени в пределах одной смены не превышала 11 часов.
Доводы апелляционной жалобы истца, в том числе со ссылкой на приказ от 09.12.2015 N 258-01, которым установлен режим работы аптечного пункта N 003-78 и предусмотрено предоставление перерыва для отдыха и питания согласно правилам внутреннего трудового распорядка, правильность выводов суда первой инстанции в данной части под сомнение не ставят.
Отказ суда в удовлетворении требований, основанных на положениях статей 236, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, при отклонении требований истца об оспаривании приказов, оспаривании увольнения, восстановлении на работе, об обязании уволить, взыскании денежных сумм за период, предшествующий увольнению, соответствует нормам трудового законодательства, оснований для признания его неправильным не имеется.
Применительно к требованию истца о взыскании компенсации на основании статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации на сумму среднего заработка за время вынужденного прогула судебная коллегия считает необходимым отметить, что в данной части требования истца не основаны на нормах статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающей использование данного механизма защиты в случае нарушения работодателем установленного срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику.
Взыскание среднего заработка является самостоятельным способом восстановления нарушенных трудовых прав, предусмотренным статьей 234 Трудового кодекса Российской Федерации, а потому начисление компенсации, предусмотренной статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации, на сумму среднего заработка за период вынужденного прогула не основано на законе.
Доводы дополнений к апелляционной жалобе относительно незаконности бездействия ответчика, выразившегося в ненаправлении 31.03.2019 уведомления о предстоящем изменений трудовых отношений, не могут быть приняты во внимание судебной коллегией, поскольку спор разрешен судом первой инстанции в пределах заявленных истцом в суде первой инстанции требований и оснований иска, к числу которых, с учетом последней редакции исковых требований Чавгун А.М., данные обстоятельства не относились.
В целом, доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней не могут служить основанием для отмены постановленного судом решения, по существу сводятся к несогласию с выводами суда и не содержат указания на обстоятельства и факты, которые не были проверены или учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного решения, фактически повторяют доводы стороны истца в суде первой инстанции, которым в решении дана правовая оценка. Нарушений норм материального права, влекущих отмену постановленного по делу решения, судебной коллегией не установлено.
Не усматривается судебной коллегией и нарушений судом норм процессуального права, которые являются безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции.
При таком положении судебная коллегия находит постановленное решение суда законным и обоснованным, оснований к отмене или изменению решения суда, в том числе и по мотивам, приведенным в апелляционной жалобе, не имеется.
На основании изложенного и руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 03 марта 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
