Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 06 октября 2020 года №33-12986/2020

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 6 октября 2020 года Дело N 33-12986/2020
от 06 октября 2020 года по делу N 33-12986/2020 (2-5/2020)
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:
председательствующего Алексеенко О. В.,
судей Индан И. Я., Пономаревой Л. Х.,
с участием прокурора ФИО1,
при ведении протокола помощником судьи Курятниковой О. Р.,
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Уфа Республики Башкортостан гражданское дело по иску Ахметьянова Э. Р. к ООО ЧОП "Альфа-СТ Плюс", ООО ЧОП "Сталь" о признании несчастного случая, связанным с производством, взыскании компенсации морального вреда по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных гл. 39 ГПК Российской Федерации.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Индан И. Я., судебная коллегия
установила:
Ахметьянов Э. Р. обратился в суд с исковым заявлением к ООО ЧОП "Альфа-СТ Плюс", ООО ЧОП "Сталь" о признании несчастного случая, связанным с производством, взыскании компенсации морального вреда. В обосновании заявленных требований указал, что в период времени с 03 октября 2016 года по 31 декабря 2016 года ФИО3 и ФИО4, являющиеся родителями истца, состояли в трудовых отношениях с ООО ЧОП "Альфа-СТ Плюс" и ООО ЧОП "Сталь" в качестве охранников. 02 января 2017 года ФИО3 и ФИО4 выехали с места работы в адрес ЯНАО к месту своего жительства в адрес Республики Башкортостан на автомобиле "Дэу Нексия", принадлежащем ООО ЧОП "Сталь". дата на 156 км федеральной автодороги Тюмень - Ханты-Мансийск произошло дорожно-транспортное происшествие между легковым автомобилем "ДЭУ Нексия", государственный регистрационный знак ..., и микроавтобусом "Луидор 223700", государственный регистрационный знак ..., в результате которого водитель и пассажиры "ДЭУ Нексия" (ФИО5, ФИО3,
ФИО4) скончались на месте происшествия. Поскольку ФИО3 и ФИО4 следовали с места работы на транспорте, предоставленном работодателм, произошедший с ними несчастный случай подлежит квалификации, как связанный с производством и на ответчиков должна быть возложена ответственность по возмещению компенсации морального вреда в результате несчастного случая на производстве (смерти работников).
Просил признать смерть ФИО3, ФИО4 несчастным случаем на производстве, взыскать с ответчиков солидарно компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб.
Решением Гафурийского межрайонного суда Республики Башкортостан от 25 февраля 2020 года постановлено: исковые требования Ахметьянова Э. Р. к ООО "Альфа-Ст Плюс", ООО ЧОП "Сталь" о признании несчастного случая связанным с производством, взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично; признать смерть ФИО4 несчастным случаем на производстве; взыскать солидарно с ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс" и ООО "Сталь" в пользу Ахметьянова Э. Р. компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.
В апелляционной жалобе представитель ООО ЧОП "Сталь" -
ФИО6 просит об отмене решения суда по мотиву его незаконности и необоснованности. Указывает, что суд первой инстанции вышел за рамки рассмотрения исковых требований, поскольку ФИО3 и ФИО4 не являлись работниками ООО ЧОП "Сталь" и без установления факта трудовых отношений, невозможно установить факт несчастного случая, связанного с производством, однако такие требования истцом не были заявлены. Кроме того, дорожно-транспортное происшествие возникло по вине самого ФИО3, неправомерно управлявшего автомобилем ООО ЧОП "Сталь", транспортное средство выбыло из владения собственника в результате неправомерных действий ФИО3 Указано на чрезмерно завышенный размер компенсации морального вреда.
В апелляционной жалобе директор ООО "Альфа-Ст Плюс" -
ФИО7 просит об отмене решения суда по мотиву его незаконности и необоснованности. Указывает, что с ФИО3, ФИО4 были заключены срочные трудовые договоры на время выполнения определенной работы, однако судом первой инстанции отсутствие надлежащего уведомления об истечении срока трудового договора расценено как намерение сторон продолжить трудовые отношения на неопределенный срок. Кроме того, с работниками был согласован железнодорожный вид транспорта для возвращения домой, о чем свидетельствуют бланки проездного документа и перечисление денежных средств ответственному лицу для покупки билетов, однако сотрудники нарушили согласованный порядок и вид транспорта при возвращении из командировки. Поскольку автомобиль не был предоставлен работодателем, несчастный случай не может быть признан связанным с производством. Законных оснований для управления транспортным средством ФИО3 не имел.
В апелляционной жалобе представитель Ахметьянова Э. Р. -
ФИО20 просит об отмене решения суда по мотиву его незаконности и необоснованности. Указывает, что судом не в полной мере учтены степень и характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, определенная судом денежная сумма в счет компенсации морального вреда не является справедливой. Судом отказано в удовлетворении требований о признании смерти ФИО3 связанной с несчастным случаем на производстве и компенсации морального вреда, поскольку в его действиях усматриваются признаки состава преступления, однако вывод суда в указанной части является несостоятельным, поскольку при составлении протокола осмотра места происшествия ошибочно указано на управление транспортным средством ФИО3 Кроме того, судом не принято во внимание отсутствие в его действиях умысла и грубой неосторожности.
В апелляционном представлении и. о. прокурора адрес Республики Башкортостан - ФИО8 просит об отмене решения суда по мотиву его незаконности и необоснованности. Указывает, что судом рассмотрено дело без участия прокурора и дачи им заключения, что является существенным нарушением, не дана надлежащая оценка материалам доследственной проверки. Доказательств управления ФИО3 транспортным средством на законных основаниях не представлено, факт трудовых отношений ФИО3 и ФИО4 на момент дорожно-транспортного происшествия с ответчиками не подтвержден, однако данные доводы судом не исследованы.
Судебная коллегия, установив, что решение суда вынесено без участия Государственной инспекции труда в Республике Башкортостан и государственного учреждения - Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Башкортостан, не привлеченных к участию в деле в качестве третьих лиц, перешла к рассмотрению настоящего гражданского дела по правилам производства в суде первой инстанции без учёта особенностей, предусмотренных гл. 39 ГПК Российской Федерации.
Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.
Установлено, 03 октября 2016 года между ООО ЧОП "Альфа-СТ Плюс" и ФИО3, ФИО4 заключены срочные трудовые договоры на период с 03 октября 2016 года по 31 декабря 2016 года; основание - государственный контракт N... на оказание услуг по охране административного здания государственного учреждения - Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в адрес ЯНАО.
Приказом ... от 03 октября 2016 года ФИО4 направлена в командировку в адрес сроком на 90 календарных дней с 03 октября 2016 года по 31 декабря 2016 года (л. д. 82, том 1).
Приказом ... от 03 октября 2016 года ФИО3 направлен в командировку в адрес сроком на 90 календарных дней с 03 октября 2016 года по 31 декабря 2016 года (л. д. 83, том 1).
В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации ст. 2 ТК Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.
Согласно п. 3 ст. 2 Конвенции N 158 от 22 июня 1982 года "О прекращении трудовых отношений по инициативе предпринимателя" указано на необходимость закрепления мер, направленных на предотвращение использования договоров о найме на определенный срок (срочных трудовых договоров) в целях уклонения от предоставления работникам защиты, предусмотренной данной Конвенцией.
В пп. 2 "а" п. 3 Рекомендации N 166 от 22 июня 1982 года "О прекращении трудовых отношений по инициативе предпринимателя" указано на необходимость ограничивать применение срочных договоров теми случаями, в которых невозможность установления трудовых отношений на неопределенный срок обусловлена характером предстоящей работы, условиями ее выполнения или интересами самого работника.
В п. 2 Рекомендации МОТ N 198 от 15 июня 2006 года "О трудовом правоотношении" указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальным законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.
Частью 2 ст. 59 ТК Российской Федерации определен перечень конкретных случаев, когда допускается заключение срочного трудового договора по соглашению сторон.
Таким образом, предусмотрев возможность заключения срочных трудовых договоров, Трудовой кодекс Российской Федерации ограничил их применение.
Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных ч. 1 ст. 59 ТК Российской Федерации. В случаях, предусмотренных ч. 2 ст. 59 названного кодекса, срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения (ч. 2 ст. 58 ТК Российской Федерации).
Согласно ч. 1 ст. 79 ТК Российской Федерации срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.
Истечение срока трудового договора, за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения, является основанием для прекращения трудового договора (п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК Российской Федерации).
В п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, решая вопрос об обоснованности заключения с работником срочного трудового договора, следует учитывать, что такой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в частности в случаях, предусмотренных ч. 1 ст. 59 ТК Российской Федерации, а также в других случаях, установленных Кодексом или иными федеральными законами (ч. 2 ст. 58, ч. 1 ст. 59 ТК Российской Федерации). В соответствии с ч. 2 ст. 58 ТК Российской Федерации, срочный трудовой договор может заключаться без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения. При этом необходимо иметь в виду, что такой договор может быть признан правомерным, если имелось соглашение сторон (ч. 2 ст. 59 ТК Российской Федерации), то есть если он заключен на основе добровольного согласия работника и работодателя. Если судом при разрешении спора о правомерности заключения срочного трудового договора будет установлено, что он заключен работником вынужденно, суд применяет правила договора, заключенного на неопределенный срок.
Из материалов дела усматривается, что в качестве работодателя ФИО3 и ФИО4 выступала организация ООО ЧОП "Альфа-СТ Плюс", уставная деятельность которой - "деятельность по обеспечению безопасности и проведению расследований", предполагает оказание соответствующих услуг третьим лицам, а предметом трудовых договоров с указанными работниками является выполнение работы охранников.
Как следует из ответа государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в адрес ЯНАО N... от 26 ноября 2019 года, срок действия Государственного контракта N... на оказание услуг по охране административного здания государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в адрес ЯНАО до 08-00 час. 01 января 2017 года (л. д. 125, том 1).
Основанием для заключения с ФИО3 и ФИО4 срочных трудовых договоров до 31 декабря 2016 года указано истечение срока действия отдельного договора возмездного оказания услуг.
Ни до, ни после наступления даты окончания срока срочного трудового договора - дата ФИО3, ФИО4 и ООО ЧОП "Альфа-СТ Плюс" не потребовали прекращения трудовых отношений, отсутствуют доказательства принятия ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс" мер по предупреждению работников в письменной форме о прекращении с ними трудовых отношений в связи с истечением срока действия трудовых договоров.
При этом судебная коллегия учитывает, что надлежащее исполнение работодателем обязанности по предоставлению работникам работы, предусмотренной трудовыми договорами, предполагает своевременное заключение с участниками гражданского оборота договоров возмездного оказания услуг. Истечение срока действия отдельного контракта на осуществление деятельности по охране объекта государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в адрес ЯНАО не свидетельствовало о прекращении ООО ЧОП "Альфа-СТ Плюс" своей уставной деятельности с 31 декабря 2016 года и о завершении работы его работниками, обеспечивающими исполнение обязательств по такому контракту, следовательно, не освобождало ООО ЧОП "Альфа-СТ Плюс" от обязанности предоставить ФИО3 и ФИО4 работу в соответствии с трудовой функцией, предусмотренной трудовыми договорами и после истечения срока действия отдельного договора возмездного оказания услуг.
С учетом изложенного, принимая во внимание приведенные норм права и разъяснения, судебная коллегия приходит к выводу о том, что, поскольку по общему правилу срочные трудовые договоры могут заключаться только в случаях, когда трудовые отношения с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения не могут быть установлены на неопределенный срок, а ограниченный срок действия договора возмездного оказания услуг по охране здания государственного учреждения - Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в адрес ЯНАО, при продолжении ООО ЧОП "Альфа-СТ Плюс" осуществления уставной деятельности, сам по себе не предопределял срочного характера работы охранников
ФИО3, ФИО4, не свидетельствовал о невозможности установления трудовых отношений на неопределенный срок, поэтому судебная коллегия при разрешении данного спора применяет правила договора, заключенного на неопределенный срок.
Разрешая исковые требования о признании смерти ФИО3 и ФИО4 при возвращении из командировки несчастным случаем на производстве, судебная коллегия учитывает следующее.
Согласно положениям ст. 166 ТК Российской Федерации служебная командировка - поездка работника по распоряжению работодателя на определенный срок для выполнения служебного поручения вне места постоянной работы (ч. 1).
Особенности направления работников в служебные командировки устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации (ч. 2).
Так, согласно п. 10 Положения об особенностях направления работников в служебные командировки, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 13 октября 2008 года N 749, работнику при направлении его в командировку выдается денежный аванс на оплату расходов по проезду и найму жилого помещения и дополнительных расходов, связанных с проживанием вне места постоянного жительства (суточные).
На основании ст. 212 ТК Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
В соответствии с ч. 1 ст. 227 ТК Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с гл. 36 ТК Российской Федерации подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", в силу положений ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ и ст. 227 ТК Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах, как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода, застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть. При этом следует учитывать, что событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком, также может быть отнесено к несчастным случаям на производстве. Для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать, указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (ч. 3 ст. 227 ТК Российской Федерации).
Часть 6 ст. 229.2 ТК Российской Федерации содержит исчерпывающий перечень несчастных случаев, которые могут быть квалифицированы как не связанные с производством: смерть вследствие общего заболевания или самоубийства; смерть или повреждение здоровья, единственной причиной которых явилось по заключению медицинской организации алкогольное, наркотическое или иное токсическое опьянение (отравление) пострадавшего, не связанное с нарушениями технологического процесса; несчастный случай, происшедший при совершении пострадавшим действий (бездействия), квалифицированных правоохранительными органами как уголовно наказуемое деяние.
Из материалов дела усматривается, что 02 января 2017 года
ФИО3 и ФИО4 выехали с места работы в адрес ЯНАО к месту своего жительства в адрес Республики Башкортостан на автомобиле "Дэу Нексия", государственный номер ..., принадлежащем ООО ЧОП "Сталь".
04 января 2017 года на 156 км федеральной автодороги Тюмень - Ханты-Мансийск произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств - автомобиля "ДЭУ Нексия", государственный номер ..., и микроавтобуса "Луидор", государственный номер ..., в результате которого находящиеся в автомобиле "ДЭУ-Нексия" водитель и пассажиры (ФИО5, ФИО3, ФИО4) погибли.
ООО ЧОП "Сталь" издан приказ N... от 09 января 2017 года о создании комиссии по расследованию несчастного случая, произошедшего 04 января 2017 года с охранником 6-разряда ФИО5 (л. д. 158, том 1). В период с 09 января 2017 года по 20 февраля 2017 года проводилось расследование несчастного случая со смертельным исходом, произошедшего 04 января 2017 года в ООО ЧОП "Сталь", комиссия квалифицировала несчастный случай со смертельным исходом с охранником 6 разряда ООО ЧОП "Сталь" ФИО9, как страховой, подлежащий учету и регистрации в ООО ЧОП "Сталь" с оформлением формы Н-1 (л. д. 147-152, том 1). Из акта формы Н-1 о несчастном случае на производстве, утвержденного 20 февраля 2017 года следует, что причиной несчастного случая является дорожно-транспортное происшествие: выезд автомобиля "Дэу Нексия", государственный номер Р911ХС102, за рулем которого находился ФИО3 на полосу встречного движения; ответственные за дорожно-транспортное происшествие будут определены представителем следственного отдела МВД России по адрес (л. д. 153-157, том 1).
Из акта проверки Государственной инспекции труда в Республике Башкортостан N...-И от 30 июля 2019 года следует, что смерть ФИО3, ФИО4 наступила в результате дорожно-транспортного происшествия. Данный несчастный случай не подпадает под действие ст. 227 ТК Российской Федерации, так как работники не были связанными трудовыми отношениями с ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс", срок действия трудового договора истек 31 декабря 2016 года. Возращение работников ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс" осуществлялось своим ходом, не на служебном автотранспортном средстве, принадлежащим обществу или общественном транспорте (л. д. 87-89, том 1).
Вместе с тем, из материалов дела судебной коллегией достоверно установлено, что порядок возвращения из командировки был согласован с работодателем ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс": работники ФИО10 и ФИО4 добирались из командировки на транспортном средстве "ДЭУ-Нексия", принадлежащем ООО ЧОП "Сталь", по согласованию с ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс". ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс" и ООО ЧОП "Сталь" являются взаимосвязанными организациями.
Так, ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс" (ИНН 0268056776), дата регистрации -
21 апреля 2011 года, имеет указание на участника - Альбеев Ф. Ф. (100%), директора - Фатыхова Г. Н., юридический адрес: РБ, г. Стерлитамак, ул. Салтыкова-Щедрина, 1А, оф. 1А.; официальный сайт ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс" http://alfa-st02.ru/; раздел контакты: 8(919)619-62-22; адрес электронной почты: OK@alfa-ff.ru.
ООО ЧОП "Сталь" (ИНН 0268043696), дата регистрации -
13 февраля 2007 года, имеет указание на участников - Зимина Л. П. (30 %), Стасюк Н. В. (70 %), директора - Стасюк Н. В., юридический адрес: РБ, г. Стерлитамак, ул. Салтыкова-Щедрина, 1А, оф. 1А. Официальный сайт ООО ЧОП "Сталь" http://stall02.ru/; раздел контакты: 8(919)619-62-22; адрес электронной почты: OK@alfa-ff.ru.
Кроме этого, единственный участник ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс" Альбеев Ф. Ф., являвшийся на момент наступления несчастного случая директором ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс", до 25 октября 2019 года являлся участником (50 %) ООО "Сталь-Центр" (ИНН 0268043696); вторым участником ООО "Сталь-Центр" (до 25 октября 2019 года - 50 %, после
25 октября 2019 года - 100 %) являлся Стасюк Н. В. ООО "Сталь-Центр" (ИНН 0268043696), дата регистрации - 21 февраля 2007 года; имеет указание на участников до 25 октября 2019 года - Стасюк Н. В. (50 %), Альбеев Ф. Ф. (50 %), после 25 октября 2019 года - Стасюк Н. В. (100 %); директор -
Стасюк Н. В.; юридический адрес: РБ, г. Стерлитамак, ул. Ивлева, 13.
Таким образом, ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс" и ООО ЧОП "Сталь" находятся по одному адресу, используют один номер телефона отдела кадров и адрес электронной почты, имеется общность участников, что свидетельствует об их взаимосвязанности.
В материалах дела имеется фотокопия удостоверения частного охранника, выданного на имя ФИО10 с отметками о выдаче
29 июня 2016 личных карточек охранника ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс", ООО ЧОП "Сталь", ООО ЧОП "Альфа-Ст" (л. д. 67-68, том 1).
Кроме того, из ответа начальника Центра ЛРР Управления Росгвардии по Республике Башкортостан по заявлению руководителей ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс" и ООО ЧОП "Сталь" ФИО4 были оформлены личные карточки охранника от 24 октября 2016 года серии 02 N ...Б437733 (ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс"), от 24 октября 2016 года серии 02 N ...Б437733 (ООО ЧОП "Сталь"); представлены копии личных карточек, заявление директора ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс" ФИО7 от 18 октября 2016 года на имя начальника Центра ЛРР МВД России по Республике Башкортостан о выдаче ФИО4, являющейся работником ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс" личной карточки охранника и выписка из приказа N... от 10 октября 2016 о принятии ФИО4 на должность охранника в ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс", аналогичное заявление от директора ООО ЧОП "Сталь" ФИО13 о выдаче ФИО4, являющейся работником ООО ЧОП "Сталь" личной карточки охранника и выписка из приказа N... от 10 октября 2016 года о принятии ФИО4 на должность охранника в ООО ЧОП "Сталь" (л. д. 126-133, том 1).
Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что транспортное средство "ДЭУ-Нексия", государственный номер ..., принадлежащее на момент наступления несчастного случая ООО ЧОП "Сталь", фактически находилось в распоряжении ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс" и было предоставлено ФИО10 и ФИО4 для целей возвращения из командировки к месту жительства с ведома и по согласованию с работодателем ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс".
Достоверных доказательств обеспечения данных работников билетами железнодорожного транспорта не представлено в порядке ст. 56 ГПК Российской Федерации, при этом, является голословным указание на факт перечисления работодателем денежных средств иному работнику -
ФИО14 для покупки билетов ФИО10, ФИО4 на общественный, в том числе железнодорожный, транспорт.
Обстоятельств, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в ч. 6 ст. 229.2 ТК Российской Федерации), по делу не установлено.
Таким образом, несчастный случай - дорожно-транспортное происшествие, произошедшее 04 января 2017 года на 156 км федеральной автодороги Тюмень-Ханты-Мансийск с участием транспортных средств - автомобиля "ДЭУ Нексия", государственный номер Р911ХС102, и микроавтобуса "Луидор", государственный номер В997АО186, произошел в период выполнения работниками ФИО10 и ФИО4 трудовых обязанностей по служебному заданию работодателя при возвращении из командировки к месту жительства, является несчастным случаем на производстве ООО ЧОП "Альфа-СТ Плюс".
В силу ч. 1 ст. 184 ТК Российской Федерации при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.
Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами (ч. 2 ст. 184 ТК Российской Федерации).
В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом (ч. 8 ст. 220 ТК Российской Федерации).
Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного здоровью, или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания осуществляется нормами Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".
Возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, в силу абз. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ осуществляется причинителем вреда, надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").
Судебная коллегия, принимая во внимание, что рассматриваемый несчастный случай произошел в период выполнения работниками трудовых обязанностей, квалифицирован как несчастный случай на производстве, факт причинения работникам вреда здоровью повлекшего смерть при исполнении трудовых обязанностей, дает основания истцу - сыну погибших, требовать возмещения морального вреда с причинителя вреда.
Исходя из общих норм, регулирующих возмещение вреда, в том числе ст. 151 ГК Российской Федерации, регулирующей вопросы компенсации морального вреда, юридически значимым обстоятельством и необходимым условием для удовлетворения требования о компенсации морального вреда, предъявленного к работодателю, является установление факта причинения вреда при установления факта совершения работодателем виновных действий, повлекших причинение вреда здоровью.
Как следует из материалов дела, ФИО10 и ФИО4 погибли в результате дорожно-транспортного происшествия при следовании к месту жительства из командировки на автомобиле, фактически находившемся в распоряжении ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс" и предоставленном ФИО10 и ФИО4 для целей возвращения из командировки к месту жительства.
По факту дорожно-транспортного происшествия было возбуждено уголовное дело.
Постановлением следователя СО МО МВД России "Тобольский"
от 04 марта 2017 года уголовное дело N... прекращено в связи со смертью ФИО3 (л. д. 12-20, том 1).
Из ответа прокуратуры Тюменской области Ахметьянову Э. Р. следует, поскольку по результатам судебно-медицинских экспертиз и имеющихся материалов уголовного дела достоверно не подтверждено месторасположение ФИО3, ФИО4 и ФИО5 в салоне автомобиля, аппаратом прокуратуры области Тобольскому межрайонному прокурору поручено принять меры к отмене постановления о прекращении уголовного дела (л. д. 97, том 1).
Постановлением Тобольского районного суда Тюменской области от 13 ноября 2019 года постановлено: ходатайство и. о. начальника следственного отдела МО МВД России "Тобольский" Годованой О. В. удовлетворить. Разрешить отмену постановления о прекращении уголовного дела N 201710002/23, вынесенного 04 марта 2017 года следователем следственного отдела МО МВД России "Тобольский" ФИО16 (л. д. 31-33, том 2).
Из ответа Тобольской межрайонной прокуратуры N ...в-2020 от дата следует, что производство по уголовному делу возобновлено, дело находится в производстве, окончательное решение по делу не принято (л. д. 37, том 2).
Истец указывал, что из описания трупов, указанных в экспертизах, следует, что произошла подмена данных его отца ФИО10 и ФИО5
До настоящего времени не доказано, что погибший ФИО3 в момент дорожно-транспортного происшествия находился на месте водителя и управлял автомобилем "ДЭУ-Нексиа". При этом, ФИО3 и ФИО4 были вынуждены по согласованию с работодателем возвращаться из командировки на автомобиле "ДЭУ-Нексиа", под управлением водителя, не обладающего профессиональными навыками для производства указанного вида работ, без надлежащего разъяснения работодателем правил техники безопасности, то есть работодателем ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс" не обеспечена безопасность ФИО3 и ФИО4
Следовательно, вина ответчика ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс" как работодателя установлена и состоит в неудовлетворительной организации производства работ, выраженной в допуске к транспортному средству, находящемуся в фактическом распоряжении ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс", предоставленному ФИО10 и ФИО4 для целей возвращения из командировки к месту жительства, без надлежащего разъяснения правил техники безопасности, что повлекло смерть указанных работников при следовании из командировки от места исполнения трудовых обязанностей к месту жительства.
Разрешая иск в части требований о взыскании компенсации морального вреда с ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс" в связи со смертью близких родственников - матери и отца истца, судебная коллегия приходит к следующему.
К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (ч. 1 ст. 20), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья (ч. 1 ст. 41), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.
В силу указанных положений Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом (ст. 18 Конституции Российской Федерации). В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (п. 1 ст. 150 ГК Российской Федерации).
В силу п. 1 и 3 ст. 1099 ГК Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 ГК Российской Федерации. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, с учетом требований разумности и справедливости, фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ч. 2 ст. 1101 ГК Российской Федерации).
В соответствии с п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т. п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК Российской Федерации).
Согласно п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты.
Перечень видов нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, приведенный в Постановлении Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10, не является исчерпывающим. Моральный вред, заключающийся в нравственных переживаниях в связи с утратой здоровья родственника, на что указано в п. 2 постановления Пленума, также не предполагает действий причинителя вреда непосредственно в отношении родственников погибшего.
В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Как усматривается из материалов дела, требования о взыскании компенсации морального вреда в пользу сына погибших ФИО10 и ФИО4 были заявлены в связи с тем, что лично ему были причинены нравственные и физические страдания, выразившиеся в переживаниях о фактической утрате близких родственников - матери и отца, он испытывал стрессовое состояние, потерял покой, душевное равновесие, продолжает испытывать глубокие нравственные страдания от осознания того, что причинение вреда здоровью его матери ФИО4 и отцу ФИО10, повлекшего их смерть, можно было избежать, при удовлетворительной организации производства работ и соблюдении правил техники безопасности работодателем. Отсутствие действий ответчика в отношении непосредственно самого истца не может являться основанием для отказа в иске, поскольку имеется причинно-следственная связь между смертью ФИО10 и ФИО4 и нарушением личных неимущественных прав истца, и, следовательно, между страданиями истца и действиями (бездействием) ООО ЧОП "Альфа-Ст Плюс". При таком положении, судебная коллегия с учетом степени вины, находит возможным взыскать компенсацию морального вреда в пользу сына погибших ФИО10 и ФИО4 в размере по 500 000 руб., всего - 1 000 000 руб., что является разумной и справедливой компенсацией.
Разрешая иск в части требований о взыскании компенсации морального вреда с собственника автомобиля - ООО ЧОП "Сталь" в связи со смертью матери и отца истца, судебная коллегия приходит к следующему.
Согласно ст. 1079 ГК Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т. п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.
В соответствии со ст. 1100 ГК Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Руководствуясь положениями абз. 2 п. 2 ст. 1083 ГК Российской Федерации судебная коллегия отмечает, что при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, с учетом степени нравственных страданий и переживаний, перенесенных истцом связанных с потерей близких родственников, с учетом тяжести наступивших последствий, приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда с ООО ЧОП "Сталь" в пользу сына погибших ФИО10 и ФИО4 в размере по 250 000 руб., всего - 500 000 руб., что является разумной и справедливой компенсацией.
Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия приходит к выводу, что надлежит принять по делу новое решение, которым признать дорожно-транспортное происшествие от 04 января 2017 года, в результате которого погибли ФИО3, ФИО4, несчастным случаем на производстве ООО ЧОП "Альфа-СТ Плюс"; взыскать с ООО ЧОП "Альфа-СТ Плюс" в пользу Ахметьянова Э. Р. компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., с ООО ЧОП "Сталь" - 500 000 руб.
На основании ст. 103 ГПК Российской Федерации, абз. 24 ст. 50, абз. 8 п. 2 ст. 61.1, абз. 5 п. 2 ст. 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации с ООО ЧОП "Сталь" надлежит взыскать в доход местного бюджета госпошлину размере 300 руб. (по требованию неимущественного характера о компенсации морального вреда), с ООО ЧОП "Альфа-СТ Плюс" - 600 руб. (по требованию неимущественного характера об установлении факта несчастного случая на производстве - 300 руб. и о компенсации морального вреда - 300 руб.).
Руководствуясь ст. 328, 329, 330 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Гафурийского межрайонного суда Республики Башкортостан от 25 февраля 2020 года отменить.
Принять по делу новое решение.
Признать дорожно-транспортное происшествие, произошедшее
04 января 2017 года на 156 км федеральной автодороги Тюмень-Ханты-Мансийск с участием транспортных средств - автомобиля "ДЭУ Нексия", государственный номер Р911ХС102, и микроавтобуса "Луидор", государственный номер В997АО186, в результате которого погибли ФИО3, ФИО4, несчастным случаем на производстве ООО ЧОП "Альфа-СТ Плюс".
Взыскать с ООО ЧОП "Альфа-СТ Плюс" в пользу Ахметьянова Э. Р. компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.
Взыскать с ООО ЧОП "Сталь" в пользу Ахметьянова Э. Р. компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.
Взыскать с ООО ЧОП "Альфа-СТ Плюс" в доход местного бюджета госпошлину в размере 600 руб.
Взыскать с ООО ЧОП "Сталь" в пользу Ахметьянова Э. Р. в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 руб.
В удовлетворении остальной части иска - отказать.







Председательствующий:
Судьи:


О. В. Алексеенко
И. Я. Индан
Л. Х. Пономарева




Справка: федеральный судья Абдулов И. Я


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка