Дата принятия: 01 декабря 2020г.
Номер документа: 33-12849/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САМАРСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 1 декабря 2020 года Дело N 33-12849/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда в составе:
председательствующего - Черкуновой Л.В.,
судей - Акининой О.А., Евдокименко А.А.,
при секретаре - Туроншоевой М.Ш.,
с участием прокурора Атяскиной О.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе Фадеевой И.В. на решение Ленинского районного суда г. Самары от 31 июля 2020 года, которым, с учетом определения Ленинского районного суда г. Самары от 10 августа 2020 года об исправлении описки в соответствии со ст. 200 ГПК РФ, постановлено:
"Исковые требования удовлетворить частично.
Взыскать с Частного учреждения здравоохранения "Клиническая больница "РЖД -медицина" города Самара" в пользу Фадеевой И.В. цену неоказанных медицинских услуг в размере 8010 рублей и штраф за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя в размере 4005 рублей.
Взыскать с Частного учреждения здравоохранения "Клиническая больница "РЖД -медицина" города Самара" в пользу Фадеевой И.В. в возмещение расходов на погребение и ритуальные услуги 170960 рублей и компенсацию морального вреда в размере 400000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с Частного учреждения здравоохранения "Клиническая больница "РЖД -медицина" города Самара" в доход бюджета городского округа Самара государственную пошлину в размере 4779 рублей 40 копеек".
Заслушав доклад по делу судьи Самарского областного суда Черкуновой Л.В., судебная коллегия
установила:
Фадеева И.В. обратилась в суд с иском к Частному учреждению здравоохранения "Клиническая больница "РЖД-медицина" города Самара" о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью, компенсации морального вреда.
В обоснование заявленных требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ между ней и ЧУЗ "Клиническая больница "РЖД-медицина" города Самара" в интересах ее мамы ФИО1 заключен договор N оказания платных медицинских услуг.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 поступила в лечебное учреждение для уточнения клинического диагноза и последующего лечения в удовлетворительном, не угрожающем жизни и здоровью состоянии.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проведена процедура <данные изъяты>, после которой ее состояние здоровья резко ухудшилось. Медицинская помощь, оказанная ответчиком, к стабилизации состояния здоровья не привела, ввиду чего пациент в тяжелом состоянии была экстренно госпитализирована в ГБУЗ СОКБ N 1 им. Пирогова И.Н. с диагнозом: "<данные изъяты>". ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 скончалась. По факту смерти последней возбуждено уголовное дело.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ N смерть ФИО1 наступила от <данные изъяты> Установленный дефект оказания медицинской помощи в терапевтическом отделении Дорожной клинической больницы на станции Самара ОАО "РЖД" при проведении <данные изъяты> сам по себе привел к развитию у ФИО23 нового повреждения в виде <данные изъяты> и находится в прямой причинно-следственной связи со смертью пациента.
В рамках договора N оказания платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ Фадеева И.В. оплатила ЧУЗ "Клиническая больница "РЖД-медицина" города Самара" 23290 рублей. Для осуществления ухода за ФИО1 приобретены также простыня впитывающая, вода минеральная, бандаж трикотажно-эластичный, пена очищающая, влажные салфетки, контейнер для сдачи мочи на сумму 1860,60 руб. Также понесены расходы на погребение ФИО1 в размере 149600 руб. и организацию поминальных обедов в ООО "<данные изъяты>" в сумме 21360 руб.. Кроме того, для восстановления нарушенных прав истец была вынуждена обратиться за юридической помощью, затраты на оплату которой составили 170000 руб.
Таким образом, при оказании ФИО1 медицинских услуг был допущен ряд дефектов, свидетельствующих о некачественном предоставлении пациенту медицинской помощи, чем нарушены права истца, как потребителя данной услуги, причинены убытки, в общей сумме 342820 рублей.
Ссылаясь на указанные обстоятельства, положения Закона РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей", Фадеева И.В. просила взыскать с ЧУЗ "Клиническая больница "РЖД-медицина" города Самара" убытки в связи с некачественным оказанием медицинских услуг в сумме 342820 рублей, денежные средства, оплаченные по договору N на оказание платных медицинских услуг от 11 апреля 2017 года на сумму 23290 рублей, неустойку за просрочку удовлетворения требования потребителя в сумме 207 513,90 рублей, компенсацию морального вреда в размере 5000000 рублей, штраф за нарушение прав потребителя в размере 50% от присужденной судом суммы.
Судом постановлено приведенное выше решение.
Не согласившись с вынесенным судом решением, истец Фадеева И.В. подала апелляционную жалобу, в которой просит об отмене решения Ленинского районного суда г. Самары от 31 июля 2020 года. В жалобе указывает на несогласие с выводами суда в части оказания ФИО1 медицинской услуги ненадлежащего качества в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи (ОМС). Судом неправильно применены нормы материального права, а именно, нормы Закона РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей", определяющие ответственность исполнителя за вред, причиненный вследствие недостатков услуги. Услуга ненадлежащего качества была оказана в рамках заключенного между истцом и ответчиком договора N на оказание платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ, целью которого было проведение медицинской диагностики пациента, договор был оплачен истцом. Однако в нарушение условий договора ответчик оказал услуги, не предусмотренные договором, что стало причиной смерти пациента. Цель оказания услуг достигнута не была. Однако, вывод суда о том, что некачественные услуги оказаны пациенту за счет средств обязательного медицинского страхования и на отношения в этой части не распространяется действие Закона РФ "О защите прав потребителей", является неверным. Кроме того, поскольку оказанные медицинские услуги имели существенные и неустранимые недостатки, истец заявила об отказе от договора оказания платных услуг и возврате денежных средств. Однако, в решении суда эти факты не отражены, претензии истца и ответы на них судом не исследовались, не дана оценка указанным обстоятельствам, что привело к принятию неправильного решения.
В заседании судебной коллегии Фадеева И.В. поддержала доводы апелляционной жалобы, просила решение суда отменить и принять по делу новое решение о полном удовлетворении иска.
Представители ЧУЗ "Клиническая больница РЖД-медицина город Самара" Десятниченко К.Н., Тихонова Ю.В. просили решение суда оставить без изменения.
Иные лица не явились, извещены.
Проверив материалы дела, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего изменить решение суда в части увеличения размера компенсации морального вреда до 600000 рублей, оценив доводы апелляционной жалобы в совокупности с исследованными доказательствами, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда.
Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.
Статьей 79 Федерального закона от 23 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" предусмотрено, что медицинская организация обязана осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи и стандартами медицинской помощи.
В соответствии с положениями ст. 98 указанного Федерального закона 23 ноября 2011 г. N 323-ФЗ органы государственной власти и органы местного самоуправления, должностные лица организаций несут ответственность за обеспечение реализации гарантий и соблюдение прав и свобод в сфере охраны здоровья, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 1). Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (ч. 2). Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 3).
Из положений ст. 19 Федерального закона 23 ноября 2011 г. N 323-ФЗ следует, что каждый имеет право на медицинскую помощь (ч. 1). Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч. 2). Пациент имеет право на выбор врача и выбор медицинской организации в соответствии с настоящим Федеральным законом (п. 1 ч. 5).
В соответствии со ст. 82 Федерального закона 23 ноября 2011 г. N 323-ФЗ источниками финансового обеспечения в сфере охраны здоровья являются средства федерального бюджета, бюджетов субъектов РФ, местных бюджетов, средства обязательного медицинского страхования, средства организаций и граждан, средства, поступившие от физических и юридических лиц, в том числе добровольные пожертвования, и иные не запрещенные законодательством источники.
Платные медицинские услуги могут оказываться в полном объеме стандарта медицинской помощи либо по просьбе пациента в виде осуществления отдельных консультаций или медицинских вмешательств, в том числе в объеме, превышающим объем выполняемого стандарта медицинской помощи (часть 4 статьи 84 Федерального закона 23 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).
К отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года N 2300-I "О защите прав потребителей (часть 8 статьи 84 Федерального закона 23 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).
Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепленных в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. При этом законом гарантировано, что медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно. Наряду с этим Федеральным законом "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплено право граждан на получение платных медицинских услуг, предоставляемых по их желанию, при оказании медицинской помощи. К отношениям по предоставлению гражданам платных медицинских услуг применяется законодательство о защите прав потребителей.
Постановлением Правительства Российской Федерации от 4 октября 2012 года N 1006 утверждены Правила предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг.
Согласно пункту 2 названных правил платные медицинские услуги - это медицинские услуги, предоставляемые на возмездной основе за счет личных средств граждан, средств юридических лиц и иных средств на основании договоров, в том числе договоров добровольного медицинского страхования; потребитель - это физическое лицо, имеющее намерение получить либо получающее платные медицинские услуги лично в соответствии с договором. Потребитель, получающий платные медицинские услуги, является пациентом, на которого распространяется действие Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".
Как следует из преамбулы Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-I "О защите прав потребителей", этот закон регулирует отношения, возникающие между потребителем и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.
Названный закон определяет исполнителя услуг как организацию независимо от её организационно-правовой формы, а также индивидуального предпринимателя, выполняющего работы или оказывающего услуги потребителям по возмездному договору.
Пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-I "О защите прав потребителей" предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
Положениями ст. 1064 Гражданского кодекса РФ предписано, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (п. 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2).
Согласно положениям п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
Материалами дела установлено, что Фадеева И.В. приходится ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, дочерью.
Из медицинской карты стационарного больного N следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 планово госпитализирована в терапевтическое (гастро) отделение НУЗ "Дорожная клиническая больница на ст. Самара" ОАО "РЖД".
ДД.ММ.ГГГГ между НГЗ "Дорожная клиническая больница на станции Самара" ОАО "РЖД" и заказчиком Фадеевой И.В., и пациентом ФИО1, заключен договор N на оказание платных медицинских услуг, в соответствии с которым ответчик обязался оказать пациенту ФИО1 следующие услуги: госпитализация в терапевтическое отделение на 7 суток по цене 17570 руб., общий клинический анализ крови - 250 руб., анализ крови на глюкозу - 160 руб., общий анализ мочи - 170 руб., определение антител к ВИЧ - 370 руб., реакция микропреципитации с кардиолипиновым антигеном - 180 руб., определение антител к Treponema pallidum по цене 300 руб., анализ крови на аспартат трансаминазу - 160 руб., анализ крови на аланин трансаминазу - 160 руб., анализ крови на щелочную фосфатазу - 160 руб.; анализ крови на общий билирубин - 160 руб., анализ крови на гамма-глютамилтрансферазу - 160 руб., анализ крови на альфа-амилазу - 190 руб., анализ крови на креатинин - 160 руб., анализ крови на холестирин - 180 руб., анализ крови на общий белок - 160 руб., рентгенография легких - 500 руб., УЗИ органов брюшной полости, почек, мочевого пузыря - 1900 руб., электрокардиографические исследования - 400 руб. Общая стоимость договора составила 23290 руб., которая была оплачена Фадеевой И.В. в полном объеме.
После госпитализации по рекомендации лечащего врача ФИО1 были оказаны услуги, не предусмотренные договором N от ДД.ММ.ГГГГ, а именно <данные изъяты>. Данные услуги были оказаны бесплатно, что не отрицалось Фадеевой И.В.
Таким образом установлено, что часть медицинской помощи, оказываемой ФИО1 в стационаре НУЗ "Дорожная клиническая больница на ст. Самара" ОАО "РЖД", оплачивалась за счет средств Фадеевой И.В., а часть предоставлены бесплатно в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.
При таком положении, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что Фадеева И.В. обладает статусом потребителя в отношениях с ответчиком, связанных с оказанием ее матери ФИО1 медицинских услуг, указанных в договоре N от ДД.ММ.ГГГГ, и не обладает таким статусом в отношениях, связанных с оказанием ей иных медицинских услуг в рамках обязательного медицинского страхования (п.2 ст. 11 ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в РФ"), которое предоставлялись за счет средств бюджета Самарской области
Медицинской картой стационарного больного N, подтверждается, что ДД.ММ.ГГГГ исходя из диагноза при поступлении "<данные изъяты>" с целью исключения <данные изъяты>, на основании добровольного информированного согласия пациента ФИО1 проведена <данные изъяты>, процедура начата в 11.20 час и завершена в 11.50 час.
Согласно протоколу исследования у ФИО1 по результатам процедуры выявлены <данные изъяты>
Установлено, что после медицинской манипуляции <данные изъяты>, самочувствие ФИО1 ухудшилось, в палату был вызван лечащий врач в связи с жалобами пациентки на боли в <данные изъяты> не выполнена из-за отсутствия рентгеновского аппарата.
В 13.55 час. пациентка осмотрена реаниматологом, пришла в сознание, жаловалась на боли, слабость. Назначен преднизолон, глюкоза, инфузии физраствора. Больная переведена в отделение реанимации и интенсивной терапии. Вызван хирург для исключения <данные изъяты>
В 14.05час. пациентка доставлена в отделение реанимации и интенсивной терапии, констатирован <данные изъяты>
В 16.40 час. пациентка осмотрена хирургом, состояние больной охарактеризовано как тяжелое. По заключению хирурга, на момент осмотра данных за <данные изъяты>. Рекомендована рентгенография и УЗИ <данные изъяты>, однако отмечено, что оба исследования провести невозможно. Иных назначений не сделано.
В связи с ухудшением состояния пациентки в 17.30 час. вызван врач УЗИ.
В 18.30 час. пациентка потеряла сознание, <данные изъяты>
<данные изъяты> начата в 19.00 час и продолжалась до 20.30 час., <данные изъяты>
В 20.00 час. пациенту выполнено УЗИ <данные изъяты> В 21.20 час. ФИО1 передана службе скорой помощи для транспортировки в больницу им. Н.И. Пирогова для проведения срочной операции.
Согласно медицинской карте стационарного больного N, ДД.ММ.ГГГГ в 21.26 час. ФИО1 поступила в ГБУЗ Самарской области "Самарская городская клиническая больница N 1 им. Н.И. Пирогова" в <данные изъяты> отделение с диагнозом: <данные изъяты>". При поступлении состояние описано как тяжелое, <данные изъяты> В ночь на ДД.ММ.ГГГГ, с 22.25 час до 01.05 час. ФИО1 проведена операция, <данные изъяты> В последующие дни состояние больной оставалась стабильно тяжелым, находилась в сознании, до ДД.ММ.ГГГГ на ИВЛ. ДД.ММ.ГГГГ на рентгенограмме <данные изъяты> слева под вопросом. По данным УЗИ от ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ в связи с падением <данные изъяты>. По данным ФГС от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>. По данным фибробронхоскопии от ДД.ММ.ГГГГ в просвете <данные изъяты>". В связи со спутанностью сознания ФИО1 была консультирована неврологом, <данные изъяты>. По заключению компьютерной томографии, выполненной ДД.ММ.ГГГГ, у больной выявлены <данные изъяты>). При проведении УЗИ брюшной полости ДД.ММ.ГГГГ выявлены <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ у больной на основе рентгенограммы диагностирована <данные изъяты>. По данным УЗИ от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ количество <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ констатировано ухудшение состояния больной, <данные изъяты> В 03.45 констатирована биологическая смерть больной.
Патологоанатомическим исследованием, проведенным в ГБУЗ "СОБСМЭ" (с ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ) установлено, что смерть ФИО1 наступила от <данные изъяты>
По факту смерти ФИО1 возбуждено уголовное дело, в рамках которого последовательно назначено и проведено 6 судебно-медицинских экспертиз: в ГБУЗ "Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы" с ДД.ММ.ГГГГ, в ГБУЗ Нижегородской области "Нижегородское областное бюро судебно-медицинской экспертизы"; ГБУЗ "Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы" с ДД.ММ.ГГГГ; комиссионная повторная судебно-медицинская экспертиза ДД.ММ.ГГГГ; Отделении судебно-медицинских исследований экспертно-криминалистического отдела СУ СК России по Республике Татарстан ДД.ММ.ГГГГ, и ДД.ММ.ГГГГ.
Из анализа вышеуказанных экспертиз, за исключением экспертизы N, проведенной ГБУЗ Нижегородской области "Нижегородское областное бюро судебно-медицинской экспертизы", следует, что непосредственной причиной смерти ФИО1 явилась <данные изъяты>
Таким образом, экспертные составы в результате исследований пришли к единому выводу о наличии причинно-следственной связи между недостатками оказания медицинской помощи ответчиком и последовавшей смертью ФИО1
Суд обоснованно принял во внимание выводы экспертов, поскольку они последовательны, не противоречивы, дополняют друг друга и подтверждаются совокупностью медицинских документов истории болезни ФИО1
Экспертное заключение N, проведенное ГБУЗ Нижегородской области "Нижегородское областное бюро судебно-медицинской экспертизы", указанные выводы не исключает, поскольку эксперты пришли к мнению о невозможности дать такое заключение.
Представитель ГБУЗ Самарской области "Самарская городская клиническая больница N 1 им. Н.И. Пирогова" пояснял суду, что для больной в возрасте ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) <данные изъяты> Летальный исход был предопределен масштабом кровопотери. Последующие гемотрансфузии уже не могли ничего изменить - кровь обогащалась эритроцитами, но ткани уже были необратимо повреждены.
Кроме того, качество оказания ФИО1 медицинских услуг, не предусмотренных договором от ДД.ММ.ГГГГ N, по проведению <данные изъяты>, явилось предметом экспертизы со стороны АО "<данные изъяты>".
Так, экспертизой качества оказания медицинской помощи в рамках ОМС, проведенной ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что основным недостатком оказания НУЗ "Дорожная клиническая больница на ст. Самара" ОАО "РЖД" медицинской помощи ФИО1 явилась длительная диагностика развившегося осложнения (9 часов). <данные изъяты>
Согласно акту экспертизы качества оказания медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ N, составленному АО "<данные изъяты>", недостатки оказания медицинской помощи в ГБУЗ Самарской области "Самарская городская клиническая больница N 1 имени Н.И. Пирогова" не выявлены.
Оценив представленные в дело доказательства с учетом положений статьи 67 ГПК РФ, в том числе, заключение медицинских экспертиз, проведенных в рамках уголовного дела, экспертизу качества оказания медицинской помощи, медицинские документы, составленные в отношении ФИО1, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии причинно-следственной связи между повреждениями <данные изъяты> и последствиями в виде смерти ФИО1, в связи с чем ЧУЗ "Клиническая больница "РЖД-медицина" города Самара" должно нести ответственность за вред, причиненный жизни ФИО1
Ответчик по существу установленные обстоятельства не отрицает, решение суда не оспаривает.
В соответствии со ст. 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.
Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, оценив собранные по делу доказательства, руководствуясь положениями действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, пришел к выводу о взыскании с ЧУЗ "Клиническая больница "РЖД-медицина" города Самара" в пользу Фадеевой И.В. расходов на похороны в размере 170960 руб., подтвержденных квитанциями на оплату услуг ООО "Самарская городская ритуальная служба" в размере 149600 руб., оплату услуг поминальных обедов в ООО "Магдалина" в размере 21360 руб.
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).
Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями ст. 150, 151 ГК РФ следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.
В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами гл. 59 (ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.
Как определено ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера компенсации морального вреда учитываются степень вины причинителя, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, который должен оцениваться с учетом фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства при соблюдении требований разумности и справедливости.
Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 года N 6), суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.
Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10).
В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1).
Таким образом, в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, право на семейную жизнь, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.
При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчик должен доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда Фадеевой И.В. в связи со смертью ее матери ФИО1, медицинская помощь которой была оказана ненадлежащим образом.
Принимая во внимание, что в рамках настоящего дела установлена причинно-следственная связь между оказанием ответчиком медицинской услуги ненадлежащего качества и смертью пациентки ФИО1, которая приходилась матерью истца, выводы суда первой инстанции о том, что Фадеевой И.В. причинены нравственные страдания, следует признать правильными. При определении размера компенсации морального вреда суд обоснованно принял во внимание степень родства между пострадавшей и истцом, которых связывали тесные семейные отношения, истец заботилась о матери, организовала лечение, переживала за ее здоровье, была вынуждена наблюдать страдания ФИО1 в том периоде, когда состояние ее здоровья ухудшалось, учел, кроме того, хронические заболевания ФИО1. С учетом приведенных обстоятельств, степени нравственных страданий истца, требований разумности и справедливости, суд пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу Фадеевой И.В. компенсации морального вреда в размере 400000 руб.
Судебная коллегия полагает возможным согласиться с указанными выводами суда, поскольку они сделаны при соблюдении норм материального и процессуального права, оснований для его увеличения по доводам апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривает.
Судебная коллегия также соглашается с выводом суда о частичном взыскании с ответчика уплаченной цены по договору возмездного оказания медицинских услуг N от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку установлено, что большая часть предусмотренных договором услуг ФИО1 была оказана в соответствии с условиями договора, за исключением не проведенных анализа крови на реакцию микропреципитации с кардиолипиновым антигеном и анализа определения антител к Treponema pallidum общей стоимостью 480 руб., а также нахождения в стационаре ответчика 4 дня, вместо оплаченных 7 дней в размере 7530 рублей, а всего 8010 руб.
При этом, поскольку на отношения сторон в части оказания услуг по договору от ДД.ММ.ГГГГ N распространяется действие Закона РФ "О защите прав потребителей", суд первой инстанции обоснованно взыскал штраф, в размере 50 % от взысканной суммы (8010 руб.), в размере 4005 руб.
Разрешая требования в части взыскания неустойки, предусмотренной п. 5 ст. 28 Закона РФ "О защите прав потребителей", суд пришел к правильному выводу о необоснованности требований в указанной части, поскольку в ходе судебного разбирательства установлено, что медицинская манипуляции - <данные изъяты> - оказана в рамках ОМС бесплатно.
Вопреки доводам истца, правовых оснований для взыскания полной цены договора N от ДД.ММ.ГГГГ не имеется, поскольку отсутствуют доказательства, подтверждающие, что обусловленные договором услуги были оказаны некачественно.
Требования Фадеевой И.В. в части несения расходов на приобретение бандажа трикотажно-эластичного супер УНГА-БКП, бандажа трикотажно-эластичного универсал БКП-УНГА, влажных очищающих салфеток, очищающей пены, 2 контейнеров для анализа мочи, 1 бутылки природной минеральной воды емкостью 0,5 в общем размере 1860,50 руб., обоснованно оставлены судом первой инстанции без удовлетворения, поскольку доказательств необходимости несения указанных расходов в силу ст. 56 ГПК РФ не представлено.
Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из госпошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым согласно ст. 94 ГПК РФ относятся, помимо прочего, суммы, подлежащие выплате экспертам и расходы на оплату услуг представителей.
В силу п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.
Судебная коллегия соглашается с выводом суда об отсутствии оснований для удовлетворения требований Фадеевой И.В. в части возмещения расходов на оплату услуг адвоката ФИО2 в размере 170000 руб., поскольку представленные квитанции свидетельствуют о том, что указанная сумма расходов понесена в связи с участием представителя в расследовании уголовного дела. Решение по уголовному дела в настоящее время не принято, в связи с чем Фадеева И.В. не лишена возможности заявить указанные расходы к возмещению в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством.
Доводы апелляционной жалобы Фадеевой И.В. о том, что услуга ненадлежащего качества видеоколоноскопия оказана ответчиком в рамках договора N оказания платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем данные правоотношения регулируются Законом РФ "О защите прав потребителей", судебная коллегия находит ошибочными.
Действительно, целью договора N оказания платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ являлась диагностика пациента и последующее лечение. Перечень медицинских вмешательств был согласован с заказчиком и оплачен. Вместе с тем, из буквального толкования договора N оказания платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ не следует, что истец была заказчиком услуги по проведению <данные изъяты>. Отсутствуют и доказательства оплаты данной услуги истцом. Такая медицинская манипуляция была проведена бесплатно в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи. При этом согласия на предоставление указанной услуги заказчика не требовалось, поскольку было получено добровольное информированное согласие самого пациента, что отражено в стационарной карте больного.
Об указанном свидетельствует проведанная по факту смерти ФИО1 экспертиза качества медицинской помощи, которая предусматривает выявление нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценку своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата (ч. 2, 6 ст. 40 Закона от 29 ноября 2010 N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации"; п. п. 3, 4, 5, 31, 34, 35, 81 Порядка организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию", утв. Приказом ФФОМС от 28 февраля 2019 N 36). Проверку качества оказанной ФИО1 медицинской услуги, проводила страховая компания АО "Макс-М", в которой последняя была застрахована по договору обязательного медицинского страхования. В заключении указан номер страхового полиса ОМС ФИО1, а также имеется ссылка на Тарифное соглашение в системе ОМС населения Самарской области.
Принимая во внимание, что некачественная медицинская услуга оказана в рамках программы ОМС, на данные правоотношения не распространяются положения Закона РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей". Указанная правовая позиция отражена в определении Верховного Суда РФ N 44-КГ19-7 от 15 июля 2019 г.
Доводы жалобы о том, что услуги по <данные изъяты> отсутствовали в территориальной программе государственных гарантий бесплатного оказания населению Самарской области медицинской помощи в ДД.ММ.ГГГГ, являются необоснованными, поскольку в самой территориальной программе перечень медицинских услуг, оказываемых по ОМС, не отражен, так как он является приложением к Тарифному соглашению в системе ОМС населения Самарской области. Обе медицинские услуги оказываются в рамках ОМС соответствующими медицинскими организациями, включая лечебное учреждения ответчика.
Доводы апелляционной жалобы о несогласии с решением суда в части отказа во взыскании расходов на приобретение средств для ухода, в размере 1860,50 руб., не могут быть приняты во внимание, поскольку доказательств несения указанных расходов по назначению лечащего врача не представлено. Напротив, представитель больницы им. Н.И. Пирогова пояснял, что пациентам, находящимся в реанимации, никакой уход, кроме медицинского, не требуется, пациенты полностью обеспечиваются всеми необходимыми медикаментами и иными изделиями медицинского назначения.
Также не принимается во внимание довод о необоснованности отказа в удовлетворении требований о взыскании расходов на юридическую помощь в размере 170000 руб., поскольку доказательств несения расходов по оплате услуг представителя в связи с рассмотрением настоящего дела не представлено. Указанные расходы понесены в рамках уголовного дела, что следует из квитанций, относятся к процессуальным издержкам и подлежат возмещению по правилам ст. ст. 132, 309 УПК РФ.
Доводы жалобы о допущенных судом при рассмотрении дела процессуальных нарушениях, основанием для отмены решения суда не являются.
С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что, разрешая спор, суд, руководствуясь нормами действующего законодательства, правильно определилюридически значимые обстоятельства, данные обстоятельства подтверждены материалами дела и исследованными доказательствами, которым дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ. Выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам, нормы материального и процессуального права при разрешении данного спора судом применены верно, правовых оснований для отмены решения суда, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, в апелляционной жалобе истца не приведено.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Ленинского районного суда г. Самары от 31 июля 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Фадеевой И.В. - без удовлетворения.
Апелляционное определение вступает в законную силу немедленно, но может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев через суд первой инстанции.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
