Дата принятия: 15 мая 2018г.
Номер документа: 33-1264/2018
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ МУРМАНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 15 мая 2018 года Дело N 33-1264/2018
г. Мурманск
15 мая 2018 года
Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда в составе:
председательствующего
Захарова А.В.
судей
Койпиш В.В.
Синицы А.П.
при секретаре
Таушанковой Н.С.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Сахара Виктора Николаевича к Государственному областному бюджетному учреждению здравоохранения "Мурманская областная клиническая больница им. П.А. Баяндина" об отмене приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности
по апелляционной жалобе ответчика Государственного областного бюджетного учреждения здравоохранения "Мурманская областная клиническая больница им. П.А. Баяндина" на решение Первомайского районного суда города Мурманска от 16 февраля 2018 года, по которому постановлено:
"Исковые требования Сахара Виктора Николаевича удовлетворить.
Приказ Государственного областного бюджетного учреждения здравоохранения "Мурманская областная клиническая больница им. П.А. Баяндина" N * от 26.09.2017 года об объявлении замечания Сахару Виктору Николаевичу отменить".
Заслушав доклад судьи Койпиш В.В., объяснения представителя ответчика ГОБУЗ "МОКБ им. П.А. Баяндина" Дьяконова П.А., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, возражения относительно доводов апелляционной жалобы истца Сахара В.Н., судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда
установила:
Сахар В.Н. обратился в суд с иском к Государственному областному бюджетному учреждению здравоохранения "Мурманская областная клиническая больница им. П.А. Баяндина" (далее - ГОБУЗ "МОКБ им. П.А.Баяндина") об отмене приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности.
В обоснование заявленных требований истец указал, что с 19 ноября 2003 года работает в ГОБУЗ "МОКБ им. П.А. Баяндина" в должности заведующего ***.
Приказом от 26 сентября 2017 года N * привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания за несоблюдение пунктов 3.1.32, 3.4.5 должностной инструкции от 10 мая 2017 года.
Указанный приказ полагает незаконным и подлежащим отмене.
Приказ о проведении служебной проверки по фактам, изложенным в рапорте заместителя главного врача по контролю качества и безопасности медицинской деятельности Гаенко Е.В. от 24 августа 2017 года, не издавался, фактически служебная проверка не проводилась.
Полагал сведения, изложенные в рапорте Г Е.В., который послужил основанием для применения к нему дисциплинарного взыскания, необоснованными.
В рапортах Г Е.В. не содержится конкретных сведений о допущенных нарушениях в конкретном медицинском документе, при привлечении к дисциплинарной ответственности не имелось возможности установить какой именно документ он или его подчиненные составили с нарушением. Не содержится таких данных и в оспариваемом приказе. Акт, где содержалась бы его подпись и в котором были бы зафиксированы конкретные нарушения, допущенные им или подчинённым ему персоналом, не составлялся. При комиссионном разборе конкретных нарушений (со ссылкой на конкретную медицинскую карту, существующий больничный лист) не выявлено.
Кроме того, сама Г Е.В. в повторном рапорте признала, что ряд вменяемых ему в вину нарушений, изложенных в первом рапорте, не подтвердился, а до вынесения приказа о дисциплинарном взыскании он представил объяснительную и рапорт, где указал, какие именно документы были рассмотрены на заседании (разборе), за какие даты с фамилиями конкретных пациентов. Однако данные сведения не были приняты во внимание.
На заседании профсоюзной организации по вопросу применения к нему дисциплинарного взыскания профком, усмотрев недостаточность сведений, отсутствие мотивированного ответа на рапорт от 12 сентября 2017 года с опровержением изложенных в нём сведений, отказался дать работодателю положительное заключение относительно обоснованности подлежащего применению к нему дисциплинарного взыскания в виде замечания.
Считал, что ответчиком пропущен месячный срок для применения дисциплинарного взыскания.
Также указал, что о его невиновности и отсутствии события проступка свидетельствует отсутствие нареканий со стороны медицинской страховой организации, которая контролирует каждый листок нетрудоспособности, и производит соответствующие страховые выплаты медицинскому учреждению, в котором он работает.
Полагал, что оснований для привлечения его к дисциплинарной ответственности у ответчика не имелось. Применение дисциплинарного взыскания за совершение виновного действия или бездействия не может осуществляться без указания конкретных фактов, свидетельствующих о неправомерном поведении работника, его вине, без соблюдения установленного законом порядка применения данной меры ответственности.
Просил отменить приказ руководителя ГОБУЗ "МОКБ им. П.А. Баяндина" от 26 сентября 2017 года N * об объявлении ему замечания.
В судебном заседании истец Сахар В.Н. и его представитель Пастухов В.В. исковые требования поддержали.
Представитель ответчика ГОБУЗ "МОКБ им. П.А. Баяндина" Дьяконов П.А. в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился.
Судом постановлено приведенное выше решение.
В апелляционной жалобе представитель ответчика ГОБУЗ "МОКБ им. П.А. Баяндина" Дьяконов П.А. просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым истцу в удовлетворении исковых требований отказать.
В обоснование доводов жалобы, ссылаясь на обстоятельства дела, указывает на отсутствие нарушений порядка применения к истцу дисциплинарного взыскания со стороны работодателя.
Не соглашаясь с выводом суда о пропуске ответчиком месячного срока для привлечения истца к дисциплинарной ответственности, приводит довод о том, что ответчик в силу норм коллективного договора, а также пункта 10.4.13 Отраслевого регионального соглашения, заключенного Министерством здравоохранения Мурманской области и организацией профсоюза работников здравоохранения Российской Федерации от 24 декабря 2014 года, обязан был перед применением дисциплинарного взыскания, в том числе не связанного с увольнением, истребовать мотивированное мнение профсоюза. Ответчик выполнил возложенные на него обязательства, в связи с чем срок применения дисциплинарного взыскания не пропущен.
Полагает, что судом нарушен принцип состязательности, поскольку суд изначально принял позицию истца.
В возражениях на апелляционную жалобу истец Сахар В.Н. просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу ответчика ГОБУЗ "МОКБ им. П.А. Баяндина" - без удовлетворения.
В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, судебная коллегия оснований к отмене или изменению постановленного по делу решения по доводам апелляционной жалобы не находит.
Разрешая спор, суд правильно определилхарактер правоотношений между сторонами и нормы права, подлежащие применению при рассмотрении дела, определилкруг обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения заявленных требований, собранным по делу доказательствам дал оценку в их совокупности в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации формулирует в качестве одного из принципов регулирования трудовых отношений обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора, включая право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей.
Заключая трудовой договор, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, соблюдать трудовую дисциплину и правила внутреннего трудового распорядка организации (статья 21 Трудового кодекса Российской Федерации). Виновное неисполнение данных требований может повлечь привлечение работника к дисциплинарной ответственности, что является одним из способов защиты нарушенных прав работодателя.
В силу статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям (часть 1).
При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5).
Порядок применения дисциплинарного взыскания установлен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.
Как следует из разъяснений в пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).
В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Как установлено судом и следует из материалов дела, Сахар В.Н. с 02 августа 1983 года состоял с ответчиком в трудовых отношениях в должности ***, с 19 ноября 2003 года в должности *** на основании бессрочного трудового договора б/н.
Приказом главного врача ГОБУЗ "МОКБ им. П.А. Баяндина" от 26 сентября 2017 года N * Сахар В.Н. привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания за несоблюдение пунктов 3.1.32 и 3.4.5. должностной инструкции.
С указанным приказом истец ознакомлен 26 сентября 2017 года.
Основанием для издания оспариваемого приказа послужили рапорты заместителя главного врача по контролю качества и безопасности медицинской деятельности Г Е.В. от 24 августа 2017 года, от 08 сентября 2017 года, объяснительные Сахара В.Н. от 05 сентября 2017 года, от 12 сентября 2017 года, мотивированное мнение первичной профсоюзной организации (протокол от 20 сентября 2017 года).
В соответствии с пунктом 3.1.32 должностной инструкции ***, утвержденной главным врачом ГОБУЗ "МОКБ им. П.А.Баяндина" 10 мая 2017 года, *** обязан обеспечивать исполнение и осуществлять контроль за исполнением сотрудниками отделения в установленные сроки постановлений, решений, приказов, указаний, инструкций вышестоящих органов здравоохранения, главного врача и должностных лиц.
Согласно пункту 3.4.5. должностной инструкции *** обязан осуществлять контроль выполнения врачами отделения экспертизы временной и стойкой нетрудоспособности, нести персональную ответственность за правильность выдачи, оформления и продления листков нетрудоспособности.
Судом установлено, что 23 августа 2017 года сотрудниками кабинета контроля качества и безопасности медицинской деятельности совместно с сотрудниками кабинета выписки листков нетрудоспособности выявлены нарушения, свидетельствующие о несоблюдении *** Сахаром В.Н. пункта 3.1.32 и пункта 3.4.5. должностной инструкции от 10 мая 2017 года.
Согласно служебной записке заведующей кабинетом внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности врача-методиста О И.Ю. от 24 августа 2017 года в ходе проведенной 23 августа 2017 года внеплановой ретроспективной экспертизы медицинских карт стационарных больных *** выявлены дефекты качества медицинской помощи I и II классов.
24 августа 2017 года на имя главного врача ГОБУЗ "МОКБ им. П.А. Баяндина" Б А.П. заместителем главного врача по контролю качества и безопасности медицинской деятельности Г Е.В. подан рапорт, из которого следует, что лидирующие позиции по дефектам выдачи, оформлении и продления листков нетрудоспособности отмечены у сотрудников урологического отделения (до 42 баллов по протоколам дефектов по оформлению первичной медицинской документации, до 80 баллов по рапортам работы ВК: пропуски до 7 дней, несвоевременная выписка листка нетрудоспособности), в связи с чем сделан вывод о недостаточном контроле со стороны руководителя структурного подразделения, невыполнении пунктов утвержденных должностных инструкций.
04 сентября 2017 года работодателем у Сахара В.Н. истребованы письменные объяснения.
В объяснительной от 05 сентября 2017 года Сахар В.Н. просил предоставить ему материалы проверки медицинских карт с указанием конкретных дефектов, а также провести комиссионный разбор по конкретным случаям дефектов с привлечением врачей-экспертов А А.А. и С И.В. и с его участием.
08 сентября 2017 года состоялось рабочее совещание в составе заместителя главного врача по контролю качества, где были представлены медицинские карты стационарных больных *** с выявленными дефектами при ретроспективной экспертизе, карты оценки качества оказания медицинской деятельности. Рабочей группой проведена совместная работа по анализу выявленных дефектов.
08 сентября 2017 года заместителем главного врача по контролю качества и безопасности медицинской деятельности Г Е.В. подан рапорт, из которого следует, что на рабочем совещании были подробно разобраны выявленные дефекты ведения медицинской документации и предоставлен подробный список дефектов по экспертизе временной нетрудоспособности со стороны врачей *** с января 2017 года с указанием номера истории болезни, количеством поданных штрафных санкций. Указано, что просьба, изложенная в объяснительной Сахара В.Н., полностью удовлетворена.
В ответ на рапорт в объяснительной от 12 сентября 2017 года Сахар В.Н. указал, что в результате клинического разбора многие представленные дефекты признаны необоснованными, в связи с чем им на имя главного врача ГОБУЗ "МОКБ им. П.А. Баяндина" составлен рапорт с указанием несогласия с предоставленными дефектами по каждой медицинской карте.
Установив указанные обстоятельства, суд первой инстанции, разрешая спор, исходил из необоснованности выводов работодателя о наличии факта ненадлежащего исполнения Сахаром В.Н. по его вине возложенных на него трудовых обязанностей и пришел к выводу об удовлетворении заявленных истцом требований об отмене приказа от 26 сентября 2017 года N * об объявлении истцу выговора.
Судебная коллегия с приведенных выводом суда соглашается, находит его основанным на правильном применении приведенных норм трудового законодательства, тщательном исследовании положений трудового договора, заключенного с истцом, локальных нормативных актов работодателя, включая должностную инструкцию истца.
Давая правовую оценку доводам сторон, оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе пояснения допрошенных свидетелей, которые оценил по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности, суд обоснованно исходил из того, что представленные ответчиком доказательства содержат только информацию о выявлении дефектов ведения медицинской документации, оформлении титульных листов, листов назначений, отсутствие фиксации в записях о согласовании назначений, тогда как документально данные факты не подтверждены, указанный в рапорте заместителя главного врача Г Е.В. подробный список дефектов по экспертизе временной нетрудоспособности со стороны врачей *** с указанием номера истории болезни, выявленного дефекта, протоколы кабинета контроля качества, которые должны содержать сведения о том, какие конкретно дефекты были установлены, в каком медицинском документе, а также фактическое их устранение или исправление конкретным лицом, в материалы дела не представлены.
Так, из пояснений свидетеля С И.В. следует, что при исследовании медицинских карт на рабочем совещании они уже содержали исправления, помарки лечащих врачей, сведениями о том, на каком этапе внесены исправления, он не располагает. Для больницы каких-либо последствий указанное не повлекло, поскольку имел место внутренний контроль, на оплату в страховую компанию поступают уже проверенные истории болезни.
Согласно пояснениям свидетеля А А.А. на рабочее совещание он был приглашен для проверки историй болезни их отделения, с результатами экспертизы представленных историй болезни его не знакомили, в каждой карте был вкладыш, где выявленные замечания носили произвольный характер, документом или экспертизой это назвать нельзя.
Оснований не доверять указанным свидетелям, предупрежденным судом об уголовной ответственность за дачу заведомо ложных показаний по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, у суда не имелось. Пояснения свидетелей последовательны, согласуются между собой и не противоречат иным собранным по делу доказательствам.
Принимая во внимание отсутствие протоколов контроля качества при оформлении медицинской документации, установив указанные обстоятельства, суд верно исходил из того, что доказательств ненадлежащего исполнения истцом по занимаемой им должности должностных обязанностей ответчиком в соответствии с положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено, тогда как бремя доказывания обоснованности привлечения работника к дисциплинарной ответственности возложено на работодателя, в связи с чем суд правомерно указал, что оспариваемое дисциплинарное взыскание за несоблюдение истцом пунктов 3.1.32 и 3.4.5. должностной инструкции применено необоснованно.
Кроме того, руководствуясь положениями статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", суд пришел к обоснованному выводу о нарушении ответчиком срока привлечения истца к дисциплинарной ответственности.
Из материалов дела следует, что о выявленных нарушениях работодателю было достоверно известно 23 августа 2017 года, тогда как оспариваемый приказ о наложении на истца дисциплинарного взыскания издан работодателем 26 сентября 2017 года, то есть за пределами месячного срока после обнаружения дисциплинарного проступка.
В силу части 3 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", месячный срок для наложения дисциплинарного взыскания необходимо исчислять со дня обнаружения проступка; днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий; в месячный срок для применения дисциплинарного взыскания не засчитывается время болезни работника, пребывания его в отпуске, а также время, необходимое на соблюдение процедуры учета мнения представительного органа работников (часть третья статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации); отсутствие работника на работе по иным основаниям, в том числе и в связи с использованием дней отдыха (отгулов) независимо от их продолжительности (например, при вахтовом методе организации работ), не прерывает течение указанного срока.
Отклоняя доводы ответчика, указание на что имеется и в апелляционной жалобе, о соблюдении процедуры привлечении истца к дисциплинарной ответственности, поскольку месячный срок в связи с запросом мнения профсоюзного комитета не истек, суд правомерно исходил из того, что время для предоставления мнения представительным органом работников исключается из подсчета месячного срока применения дисциплинарного взыскания только при необходимости соблюдения процедуры его учета, обязательность которой регламентирована только при наложении на работников дисциплинарного взыскания в виде увольнения, и в случае увольнения по ряду иных оснований, но не при наложении дисциплинарного взыскания в виде замечания.
В этой связи как несостоятельные отклоняются и доводы апелляционной жалобы со ссылкой на Отраслевое региональное соглашение, заключенное Министерством здравоохранения Мурманской области и Мурманской областной организацией профсоюза работников здравоохранения Российской Федерации на период 2014-2017 г.г. от 24 декабря 2014 года о необходимости учета мотивированного мнения профсоюзного органа при привлечении истца к дисциплинарной ответственности, поскольку доказательств тому, что истец относится к категории лиц, указанных в пункте 10.4.13 Соглашения, не представлено.
Положениями коллективного договора на 2015-2018 годы, вопреки доводам апелляционной жалобы, наличие мотивированного мнения профсоюзного органа при привлечении работника к дисциплинарной ответственности не предусмотрено.
При рассмотрении дела судом соблюден принцип состязательности гражданского процесса, представленные доказательства оценены в соответствии с требованиями статей 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем доводы апелляционной жалобы в этой части отклоняются судебной коллегией за необоснованностью.
При таких обстоятельствах суд пришел к правомерному выводу об отмене приказа главного врача ГОБУЗ "МОКБ им. П.А. Баяндина" от 26 сентября 2017 года N *, которым Сахар В.Н. привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания.
Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, отмену решения не влекут, поскольку не опровергают выводы суда, а сводятся к изложению правовой позиции ответчика, выраженной при рассмотрении дела в суде первой инстанции, нашедшей отражение в решении и получившей правильную оценку.
Оснований для иной оценки установленных судом обстоятельств и исследованных доказательств судебная коллегия не усматривает.
Не усматривается судебной коллегией и нарушений судом норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции.
При таком положении судебная коллегия находит постановленное решение суда законным и обоснованным, оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к отмене или изменению решения суда, в том числе и по мотивам, приведенным в апелляционной жалобе, не имеется.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 193, 199, 327, 328, 329 и 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда
определила:
решение Первомайского районного суда города Мурманска от 16 февраля 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика Государственного областного бюджетного учреждения здравоохранения "Мурманская областная клиническая больница им. П.А. Баяндина" - без удовлетворения.
председательствующий
судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
