Дата принятия: 13 января 2021г.
Номер документа: 33-12430/2020, 33-551/2021
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ КРАСНОЯРСКОГО КРАЕВОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 13 января 2021 года Дело N 33-551/2021
Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе:
председательствующего Крятова А.Н.,
судей Русанова Р.А., Славской Л.А.
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Боевой Н.О.
рассмотрела гражданское дело по иску Галас Н.В. к Панченко А.В. о взыскании задолженности по договору займа
по апелляционной жалобе представителя Галас Н.В. - Попова И.А.
на решение Советского районного суда г. Красноярска от 18 августа 2020 года, которым в удовлетворении исковых требований отказано.
Заслушав доклад судьи Славской Л.А., судебная коллегия
установила:
Галас Н.В. обратилась к Панченко А.В. с требованием о взыскании долга по договору займа.
В обоснование указала, что является единственным наследником после смерти супруга ФИО6, умершего 03.04.2018 года. 15.01.2016 года между ФИО6 и ответчиком был заключен договор займа, оформленный распиской, согласно которой Панченко А.В. взял в долг 10 000 000 рублей на три месяца под 300 000 рублей процентов за пользование займом в месяц. По истечение 3 месяцев ответчик обязательства не исполнил и скрылся. После чего, ФИО6 заключил договор цессии с ФИО9 по взысканию данной суммы с Панченко А.В. ФИО9 свои обязательства также не исполнил. В 2018 году ФИО6 заключил договор цессии с ФИО7, в котором было указано, что договор цессии с ФИО9 считается расторгнутым. Однако, ФИО7 свои обязательства также не исполнил. При обыске квартиры ФИО9 у последнего была обнаружена вышеуказанная расписка Панченко А.В. (договор займа). Каким образом расписка оказалась у ФИО9, истице не известно. Полагает, что ответчик имеет не исполненные обязательства перед умершим ФИО6, правопреемником которого она является.
С учетом уточнений просила взыскать с ответчика основной долг по договору займа в сумме 10 000 000 рублей, неустойку в сумме 12 600 000 рублей, компенсацию морального вреда - 10 000 рублей, судебные расходы по оплате госпошлины - 60 000 рублей, по оплате услуг представителя - 50 000 рублей, по оформлению нотариальной доверенности - 1 500 рублей.
Судом первой инстанции постановлено вышеуказанное решение.
В апелляционной жалобе (с учетом дополнения) представитель Галас Н.В. - Попов И.А. просит решение суда отменить, как незаконное. Приводя доводы, аналогичные позиции в суде первой инстанции, настаивает на том, что срок исковой давности пропущен по уважительной причине, в подтверждение чего представлены достаточные доказательства. Кроме того, истцу до момента открытия наследства не были известны сведения о расписке от 15.01.2016 года, а также сведения о надлежащем ответчике, в связи с чем, реализация права на судебную защиту и полноценное обращение в суд с настоящим иском было возможно только после 3.04.2018 года. Выражая несогласие с выводом суда относительно отсутствия у истца оригинала расписки, указывают на наличие в деле протокола осмотра предметов (документов) от 30.12.2017 года, из которого следуют условия долговых обязательств ответчика перед наследодателем, а кроме того данные обстоятельства признаются и не опровергнуты ответчиком. Считает, что судом неверно сделан вывод о том, что на день открытия наследства, наследодателю право требования возврата долгу по расписке не принадлежало, ввиду уступки указанных требований, поскольку в материалах дела отсутствует какой-либо договор уступки прав требований, заключенный до даты открытия наследства.
Неявившиеся в судебное заседание лица, участвующие в деле, извещены в установленном законом порядке, об уважительных причинах неявки не сообщили, об отложении разбирательства дела не просили, в связи с чем, судебная коллегия сочла возможным в соответствии со ст.167 ГПК РФ рассмотреть дело в их отсутствие.
Рассмотрев материалы дела, проверив решение суда согласно ч.1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав представителя Галас Н.В. - Попова И.А., поддержавшего доводы жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.
В соответствии со ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.
Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей
В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (п. 2 ст. 808 ГК РФ).
Статья 1112 ГК РФ предусматривает, что в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.
Как следует из материалов дела и установлено судом, 3.04.2018 года умер ФИО6, единственным наследником после смерти которого является его супруга - Галас Н.В., что подтверждено материалами наследственного дела.
В обоснование заявленных требований Галас Н.В. ссылается на неисполнение Панченко А.В. обязательств по договору займа от 15.01.2016 года, оформленному распиской.
В подтверждение требований истцом представлен в дело протокол осмотра предметов (документов) от 30.12.2017 года, составленный следователем ГСУ СК РФ по Красноярскому краю в рамках уголовного дела N.
Как следует из указанного протокола, следователем произведен осмотр документов, изъятых в ходе обыска в жилище ФИО9 24.08.2017 года по адресу: <адрес>. Согласно протоколу в числе изъятых у ФИО9 документов обнаружены:
- расписка от 15.01.2016 года, согласно которой Панченко А.В. обязуется оплачивать ФИО6 по займу в 10 000 000 рублей ежемесячно 300 000 рублей; в расписке имеется подпись, выполненная от имени Панченко А.В.;
- расписка от 15.01.2016 года, согласно которой Панченко А.В. взял у ФИО6 в заем 10 000 000 рублей на 3 месяца; в расписке имеется подпись, выполненная от имени Панченко А.В.;
- договор уступки прав (цессии) без номера и даты, согласно которому ФИО6 уступает ФИО9 все права требования, принадлежащие ФИО6 и вытекающие из расписки от 15.01.2016 года; в договоре имеются подписи, выполненные от имени ФИО6 и ФИО9
Также истицей представлена копия договора уступки прав (цессии) без даты, заключенного между ФИО6 (цедент) и ФИО7 (цессионарий), согласно которому цедент передал, а цессионарий принял в полном объеме права (требования), принадлежащие цеденту и вытекающие из расписки от 15.01.2016 года между цедентом и Панченко А.В. (должник); наличие прав (требований) в размере 10 000 000 рублей подтверждается распиской, выданной должником цеденту 15.01.2016 года; за уступаемые права цессионарий уплатил цеденту денежные средства в сумме 10 000 000 рублей, что подтверждается распиской от февраля 2018 года.
В п.6.4 указанного договора предусмотрено, что договор уступки прав (цессии), заключенный ранее с ФИО9, считать расторгнутым и утратившим силу ввиду неисполнения цессионарием своих обязательств по оплате за уступаемые права.
Разрешая спор, суд первой инстанции, дав оценку представленным в дело доказательствам, доводам и возражениям сторон, пришел к выводу об отсутствии доказательств, подтверждающих наличие у ответчика неисполненного перед истцом обязательства по договору займа, и оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.
При этом суд исходил из того, что оригинал расписки, подтверждающий заключение договора займа и являющейся доказательством наличия у ответчика неисполненного обязательства по возврату денежных средств, стороной истца в дело не представлен, при этом согласно пояснениям истицы в документах наследодателя расписка от 15.01.2016 года отсутствовала, имелся только договор уступки, а также принял во внимание, что расписка, на которую истица ссылается в обоснование заявленных требований, была изъята 24.08.2017 года у ФИО9, при этом доказательств неправомерного выбытия долгового документа из владения займодавца не представлено.
Кроме того, принимая во внимание заявление представителя ответчика о пропуске срока исковой давности, суд первой инстанции, исходя из указанного в расписке срока возврата займа (3 месяца), пришел к выводу о том, что о нарушении права наследодателю стало известно 16.04.2016 года, в связи с чем, обратившись с иском 15.07.2019 года, истица пропустила срок исковой давности, при этом доказательств, подтверждающих уважительность причин пропуска срока, в дело не представлено.
Судебная коллегия считает необходимым согласиться с данными выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствует нормам материального права, регулирующим спорное правоотношение, и представленным в дело доказательствам, оценка которым дана по правилам ст. 67 ГПК РФ.В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.
В силу ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
Согласно ч. 2 ст. 71 ГПК РФ письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или когда представлены копии документа, различные по своему содержанию.
Из приведенных выше норм права в их взаимосвязи следует, что, заявляя требование о взыскании долга по договору займа, истец должен представить письменные доказательства заключения договора займа, каковыми может быть расписка заемщика, удостоверяющая передачу заимодавцем определенной денежной суммы. При этом с учетом положений п. 2 ст. 408 ГК РФ факт заключения договора займа и наличия неисполненного должником перед займодавцем обязательства по договору займа должен быть подтвержден наличием у займодавца подлинника долгового документа. Риск утраты подлинника долгового документа, влекущий недоказанность факта заключения договора займа, лежит на заимодавце.
Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что относимых и допустимых доказательств в обоснование заявленных требований истцом в дело не представлено.
Как следует из материалов дела, истцом подлинник расписки от 15.01.2016 года, подтверждающий наличие у ответчика перед истцом неисполненного обязательства по договору займа, Галас Н.В. в дело не представлен; согласно пояснениям истицы в документах наследодателя расписка от 15.01.2016 года отсутствовала, при этом, самой же истицей в дело представлен протокол осмотра предметов, составленный в рамках уголовного дела, из которого следует, что расписка, на которую ссылаются в обоснование заявленных требований, была изъята 24.08.2017 года у ФИО9 вместе с договором уступки права требования по указанной расписке.
Как обоснованно указано судом первой инстанции, каких-либо доказательств неправомерного выбытия долгового документа из владения займодавца истцом в дело не представлено. Кроме того, стороной истца не приведено и каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о неправомерном выбытии расписки из владения займодавца.
Сторона ответчика, возражая по заявленным требованиям, ссылается на исполнение обязательства по договору займа в пользу цессионария.
С учетом изложенного доводы жалобы о том, что представленный в дело протокол осмотра предметов от 30.12.2017 года, в котором отражены условия долгового обязательства ответчика перед наследодателем, является достаточным доказательством для удовлетворения заявленных требований, судебной коллегией отклоняются, как основанные на неверном толковании норм материального права. Указанный протокол осмотра предметов не является распиской заемщика либо документом, удостоверяющим передачу заемщику заимодавцем определенной денежной суммы, в смысле п. 2 ст. 808 ГК РФ.
Иных доказательств стороной истца в дело не представлено, в том числе и в суд апелляционной инстанции. Представитель истца, участвуя в судебном заседании апелляционной инстанции, каких-либо ходатайств об истребовании дополнительных доказательств не заявил, настаивая на наличии в деле достаточных доказательств.
При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии достаточных доказательств, подтверждающих наличие у ответчика неисполненного перед истцом обязательства по договору займа и оснований для удовлетворения заявленных требований.
Также судебная коллегия соглашается и с выводом суда о наличии оснований для применения последствий пропуска истцом срока исковой давности.
В силу п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.
В соответствии с п. 2 ст. 200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.
Согласно ст. 201 ГК РФ перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.
Как разъяснено в п.6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности" по смыслу статьи 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.) не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Поскольку в обоснование заявленных требований истица ссылается на расписку от 15.01.2016 года о выдаче займа на срок 3 месяца, то для наследодателя срок исковой давности начал течь с 16.04.2016 года, т.е. по истечение срока возврата займа (п. 2 ст. 200 ГК РФ), и соответственно истек 16.04.2019 года, при этом в силу вышеприведенных норм права и разъяснений переход к истице имущественных прав в порядке наследования не влияет ни на начало исчисления срока исковой давности, ни на порядок его исчисления.
В этой связи, ссылки в жалобе на то, что истица о наличии расписки и надлежащем ответчике узнала только после момента открытия наследства, судебной коллегией отклоняются, как не имеющие правового значения для исчисления срока исковой давности.
В соответствии со ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и тому подобное), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.
Как разъяснено в абз. 2 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 в соответствии со ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства.
Как следует из материалов дела, в качестве уважительных причин пропуска срока исковой давности истица ссылалась на тяжелую болезнь наследодателя, в подтверждение чего представила в дело медицинские документы.
Учитывая, что тяжелая болезнь наследодателя имела место до 3.04.2018 года, а с момента открытия наследства до истечения срока исковой давности оставалось более года, принимая также во внимание отсутствие в деле иных доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, связанных с личностью истца и делающих невозможным или затруднительным обращение за судебной защитой, суд первой инстанции правомерно не усмотрел уважительности причин пропуска срока исковой давности и наличия оснований для его восстановления.
С учетом изложенного доводы жалобы, выражающие несогласие с выводами суда относительно пропуска истцом срока исковой давности, судебная коллегия отклоняет как необоснованные.
Иные доводы жалобы, в целом выражающие несогласие с выводами суда и произведенной им оценкой доказательств, не могут быть приняты во внимание и служить основанием для отмены решения, поскольку они выводы суда не опровергают и не свидетельствуют о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований.
Процессуальных нарушений, влекущих безусловную отмену судебного решения, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены решения по доводам жалобы не имеется.
Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Советского районного суда г. Красноярска от 18 августа 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Галас Н.В. - Попова И.А. - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
