Дата принятия: 25 ноября 2020г.
Номер документа: 33-12118/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ КРАСНОЯРСКОГО КРАЕВОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 25 ноября 2020 года Дело N 33-12118/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе:
председательствующего Елисеевой А.Л.,
судей Корчинской И.Г., Кучеровой С.М.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Валехматовой Н.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Кучеровой С.М.
гражданское дело по исковому заявлению Иванова Геннадия Ефимовича, Ивановой Евгении Ефимовны к Иванову Алексею Анатольевичу, Демовой Елене Анатольевне о восстановлении срока для принятии наследства, признании принявшими наследство, установлением долей в наследстве, признании недействительным свидетельства о праве на наследство,
по апелляционной жалобе Иванова Г.Е. на решение Ирбейского районного суда Красноярского края от 24 сентября 2020 года, которым постановлено:
"В удовлетворении исковых требований Иванова Геннадия Ефимовича, Ивановой Евгении Ефимовны к Иванову Алексею Анатольевичу, Демовой Елене Анатольевне о восстановлении срока для принятии наследства, признании принявшими наследство, установлением долей в наследстве, признании недействительным свидетельства о праве на наследство, отказать".
Выслушав докладчика, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Иванов Г.Е., Иванова Е.Е. обратились в суд с иском к Иванову А.А., Демовой Е.А. о восстановлении срока для принятии наследства, открывшегося после смерти матери Ивановой В.В., признании принявшими наследство, установлением долей в наследстве, признании недействительным свидетельства о праве на наследство. Требования мотивированы тем, что после смерти И.В.В. наступившей <дата> года, открылось наследство: жилой дом, общей площадью 50,2 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, а также земельный участок с категорией земель: земли сельскохозяйственного назначения общей площадью 235 812 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, в 5,9 км на северо-запад от д. Первое мая, контур 26. Наследниками Ивановой В.В. являлись ее дети: истцы по делу и их брат Иванов А.Е. В установленный законом срок к нотариусу за оформлением наследства наследники не обращались, однако на основании устного соглашения, достигнутого между ними, один из братьев - Иванов А.Е. остался проживать в доме матери после ее смерти. 01.01.2020 года Иванов А.Е. умер. После его смерти истцами были приняты меры к оформлению документов на спорные объекты недвижимости, в ходе чего им стало известно, что 23.07.2009 года Иванов А.Е. получил свидетельство о праве на оставшееся после смерти их матери Ивановой В.В. наследство и оформил единоличное право собственности на вышеуказанный жилой дом и земельный участок. Таким образом, после его смерти наследниками, претендующими на спорное имущество, стали его дети - Иванов А.А. и Демова Е.А. Вместе с тем, истцы полагают, что они фактически вступили во владение наследственным имуществом, поскольку приняли меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц, производили за свой счет расходы на содержание наследственного имущества. Указанные обстоятельства, по мнению истцов, нарушают их права на законное владение, пользование, распоряжение имуществом, которое в силу закона (по праву наследства) должно принадлежать им.
Со ссылкой на изложенные обстоятельства, истцы просили восстановить срок принятия Ивановым Г.Е., Ивановой Е.Е. наследства после смерти матери И.В.В. в виде наследственного имущества: дома, расположенного по адресу: <адрес>; земельного участка из земель населенных пунктов, находящегося по адресу: <адрес> (кадастровый N); земельного участка, находящегося по адресу: <адрес>, в 5,9 км на северо-запад от д. Первое мая, контур 26 (кадастровый N), денежных вкладов с причитающимися процентами, предварительной компенсацией и компенсацией на оплату ритуальных услуг, признав их принявшими наследство; установить доли в наследственном имуществе по 1/3 жилого дома, общей площадью 50,2 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>; по 1/3 доле земельного участка, из земель населенных пунктов, находящегося по адресу: Россия, <адрес> (кадастровый N); по 1/3 на денежные вклады с причитающимися процентами, предварительной компенсацией и компенсацией на оплату ритуальных услуг; по 1/6 земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, в 5,9 км на северо-запад от д. Первое мая, контур 26 (кадастровый N) за Ивановым Г.Е., Ивановой Е.Е., Ивановым А.Е., признав право собственности на указанные доли. Погасить запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество о единоличном праве собственности Иванова А.Е. на дом, расположенный по адресу: <адрес>; земельный участок из земель населенных пунктов, находящегося по адресу: <адрес> (кадастровый N); о долевом праве собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, в 5,9 км на северо-запад от д. Первое мая, контур 26 (кадастровый N) в размере 1/2 в общем долевом праве собственности.
Судом первой инстанции постановлено вышеуказанное решение.
В апелляционной жалобе Иванов Г.Е. просит вышеуказанное решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных исковых требований. В обоснование доводов жалобы указывает на то, что выводы суда о пропуске истцами срока для принятия наследства противоречат установленным по делу обстоятельствам, поскольку о праве собственности Иванова А.Е. на оставшееся после смерти их матери И.В.В. имущество до момента его смерти не было известно, выписка из ЕГРПН Ивановым Г.Е. получена только 09.01.2020 года, именно с этого момента они узнали о нарушении своих прав. Кроме того, полагает, что суд не принял во внимание обстоятельства того, что после смерти И.В.В. истцы приняли меры по сохранению наследственного имущества, в том числе, осуществляли уход за земельным участком под домом путем вспахивания города и уборки урожая, организовали постройку бани, выделили материал для кровли пристройки к дому, укрепили забор со стороны реки, что, по мнению заявителя жалобы, свидетельствует о фактическом принятии истцами наследственного имущества. При этом, судом также не была дана оценка договоренности сторон о сохранении родительского дома и надлежащем оформлении документов на него в последующем. Кроме того, полагает, что суд, приходя к выводу об отсутствии уважительных причин пропуска срока для принятия наследства, не дал оценку тому, что Иванов А.Е., оформляя наследство, оставшееся после смерти И.В.В., скрыл от нотариуса информацию о других наследниках, при этом от наследства в установленном законом порядке они не отказывались. Помимо прочего, указывает на нарушение судом норм процессуального права, поскольку в решении не приведены доказательства, представленные сторонами.
Проверив решение суда по правилам апелляционного производства, в пределах доводов апелляционной жалобы, заслушав пояснения истца - Иванова Г.Е., его представителя - Дмитрячковой Т.А. (действующей на основании ордера от 25.11.2020 года N 011203), поддержавших доводы апелляционной жалобы, а также пояснения ответчика Иванова А.А., полагавшего решение суда законным и обоснованным, и, считая возможным в силу ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (Далее по тексту - ГПК РФ) рассмотреть дело в отсутствие иных участвующих в деле лиц, надлежаще уведомленных о времени и месте судебного заседания, не возражавших против рассмотрения дела в их отсутствие, судебная коллегия не находит оснований для его отмены в силу следующего.
В соответствии с п. 1 ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту- ГК РФ) принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.
Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности, если наследник вступил во владение или в управление наследственным имуществом (пункт 2 данной статьи).
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу. В качестве таких действий, в частности, может выступать вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания).
Как следует из материалов дела и установлено судом, Иванов Геннадий Ефимович, Иванова Евгения Ефимовна и Иванов Анатолий Ефимович являются детьми И.В.В., что подтверждается копиями свидетельств о рождении (Том 1, Л.д.8, 24, 132).
<дата> И.В.В. умерла.
После смерти И.В.В. в качестве наследственного имущества осталось: денежные вклады с причитающимися процентами, предварительной компенсацией и компенсацией на оплату ритуальных услуг, хранящихся в Зеленогорском отделении N 7815 (Восточно-Сибирский банк) Акционерного коммерческого Сберегательного банка Российской Федерации; земельный участок из земель населенных пунктов, находящийся по адресу: Россия, <адрес>; жилой одноэтажный бревенчатый дом, находящийся по адресу: Россия, <адрес>; 1/300 (одну трехсотая) доля в праве общей долевой собственности на земельный массив, находящийся по адресу: Россия, <адрес> что подтверждается предоставленными в адрес суда сведениями нотариуса Ирбейского нотариального округа <адрес>.
Наследниками первой очереди после смерти И.В.В. являлись ее дети - Иванов А.Е., Иванов Е.Е., Ефимов Г.Е.
Из пояснений сторон, данных в суде первой инстанции, следует, что на момент смерти И.В.В. в жилом доме по адресу: <адрес> совместно с матерью проживал один из ее сыновей - Иванов А.Е., который после смерти матери продолжил проживать в указанном жилом доме.
На основании заявления Иванова А.Е. от 26.06.2009 года о принятии наследства, 23.07.2009 года нотариусом Ирбейского нотариального округа Красноярского края РФ ему было выдано свидетельство о праве на наследство по закону, оставшееся после смерти И.В.В., в том числе на спорный жилой дом, земельные участки и банковские вклады. Другие наследники И.В.В. с заявлением о принятии оставшегося после ее смерти наследства в установленном законом порядке не обращались.
Право собственности Иванова А.Е. на принятые по наследству объекты недвижимости были зарегистрированы в установленном законом порядке 16.09.2009 года, что подтверждается представленными в материалы дела свидетельствами о государственной регистрации права, а также выписками из Единого государственного реестра недвижимости (далее- ЕГРН).
<дата> И.А.Е. умер. Наследниками первой очереди после его смерти являются его дети - ответчики Иванов А.А. и Демова Е.А.
Из представленного в материалы дела по запросу суда наследственного дела N 1/2020 следует, что с заявлением о принятии оставшегося после смерти И.А.Е. наследства обратился его сын - Иванов А.А., однако в связи с наличием спора о праве в отношении наследственного имущества, и обращением Иванова Г.Е., Ивановой Е.Е. с настоящим исковым заявлением, свидетельство о праве на наследство по закону выдано не было. Наследственное дело на сегодняшний день не окончено.
Обращаясь с настоящим иском в суд, истцы указали, что ими были совершены действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, оставшегося после смерти матери. При этом так же ссылались на то, что установленный законом срок для принятия наследства, оставшегося после смерти матери И.В.В. был пропущен ими по уважительной причине, поскольку между ними (И.А.Е., Ивановым Г.Е. и Ивановой Е.Е.), как наследниками первой очереди, существовала устная договоренность, согласно которой каждому из наследников принадлежит 1/3 доля на указанное имущество, о том, что И.А.Е. вступил в наследство узнали только в январе 2020 года.
Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 218, 1111, 1112, 1113, 1141, 1152, 1153, 1154, 1174 ГК РФ, а также разъяснениям, изложенными в п.п. 36, 40 Постановления Плену Верховного уда РФ от 29.05.2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", анализируя представленные доказательства в совокупности, пришел к выводу об отсутствии законных оснований для удовлетворения заявленных истцами требований, исходя из того, что Иванов Г.Е. и Иванова Е.Е. после смерти матери к нотариусу с заявлением о принятии наследства в установленный законом срок не обращались, фактически наследство после ее смерти не приняли, пропустили срок принятия наследства без уважительных на то причин.
Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, которые в решении подробно мотивированы, соответствуют содержанию исследованных судом доказательств и нормам материального права, регулирующих спорные правоотношения.
Доводы жалобы относительно того, что между ними (Ивановым Г.Е., И.А.Е. и Ивановой Е.Е.) была достигнута устная договоренность и что материалами дела подтверждается намерение истцов принять наследство в виде 1/3 доли в праве собственности на жилой дом, земельные участки, а также банковские вклады, не являются основанием для отмены обжалуемого решения суда.
Фактическое принятие наследства свидетельствуется такими действиями наследника, из которых усматривается, что наследник не отказывается от наследства, а выражает волю приобрести его.
Действия по фактическому принятию наследства могут быть совершены как самим наследником, так и иными лицами по его поручению, при этом из характера таких действий должно вытекать, что именно наследник намерен принять наследство. Вместе с тем, доказательств совершения Ивановым Г.Е., Ивановой Е.Е. целенаправленных действий, свидетельствующих о волеизъявлении на принятие ими наследства после смерти матери в материалы дела не представлено.
Из показаний допрошенных по делу свидетелей: К.В.Н., К.Г.Г., Г.Н.И., З.В.В. не следует, что истцы приняли наследство в течение полугода после смерти матери, а оказание со стороны Иванова Г.Г. помощи Иванову А.Е. по обслуживанию дома, земли, строительству забора, бани имели место за пределами этого срока (2010 г.).
Ссылка подателя жалобы на использование им для возделывания спорного земельного участка спецтехники, зарегистрированной на КФХ "Колос", единственным учредителем которого он является, также не свидетельствует о фактическом принятии им наследства, поскольку доказательств того, что указанные действия он совершал в юридически значимый период (с 05.05.2005 по 05.11.2005 года), а также доказательств того, что возделывание земельного участка совершалось им в своих интересах с целью его использования, а не с целью помочь своему брату Иванову А.Е., который продолжил проживать в спорном доме и обрабатывать прилегающий к нему земельный участок после смерти матери, в материалы дела не представлено. Свидетельскими показаниями указанные обстоятельства также не подтверждаются.
Доводы жалобы о наличии уважительных причин пропуска срока для принятия наследства также являлся предметом оценки суда первой инстанции и не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела в силу следующего.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 40 Постановления от 29.05.2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:
а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (ст. 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;
б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.
Таким образом, отсутствие у истцов сведений об обращении одного из наследников с заявлением к нотариусу о принятии наследства не относится к числу юридически значимых обстоятельств, с которыми закон связывает возможность восстановления срока для принятия наследства. Отсутствие интереса у истцов к судьбе наследственного имущества не отнесено законом к уважительным причинам пропуска срока для принятия наследства. Данное обстоятельство носит субъективный характер и могло быть преодолено при наличии волеизъявления истцов, препятствий у которых к своевременному принятию наследства не имелось, обратного материалы дела не содержат.
Вопреки доводам жалобы, поскольку на момент открытия наследства после смерти И.В.В. ее дети - Иванов Г.Е., Иванова Е.Е. не проживали с наследодателем по одному адресу, доказательств совершения в юридически значимый период (6 месяцев после смерти И.В.В.) действий относительно спорного наследственного имущества, свидетельствующих о фактическом принятии истцами наследства, не представлено, суд первой инстанции обосновано пришел к выводу о пропуске Ивановыми Г.Е., Е.В. срока для принятия наследства, который не подлежит восстановлению ввиду отсутствия на то уважительных причин. Проживание Ивановой Е.Е. в другом населенном пункте (г. Норильск), отсутствие информации об оформлении И.А.Е. наследства до момента не являются причинами, свидетельствующими об уважительности пропуска срока для принятия наследства, как и несение расходов Ивановой Е.Е. в 2010-2017 годах на обучение сына, оказание помощи брату И.А.Е. в 2018-2019 года, как совершенных за пределами юридически значимого периода, то есть за пределами 6 месяцев после смерти матери. Доказательств наличия тяжёлой болезни у истцов в 2005 году, не позволяющей принять наследство одним из предусмотренных законом способов в установленной срок, материалы дела не содержат.
В связи с изложенным, судом сделан обоснованный вывод о том, что Ивановым Г.Е., Ивановой Е.Е. было допущено нарушение положений п. 4 ст. 1 ГК РФ, предусматривающего, что никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения, а также ст. 10 ГК РФ, содержащей запрет недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом), выразившегося в том, что при добросовестном отношении не только к своим правам и обязанностям, истцы должны были знать о необходимости оформления наследства в установленном законом порядке, поскольку знали о смерти матери, имели возможность заявить нотариусу о своем праве на имущество в шестимесячный срок после ее смерти, но не сделали этого без уважительных на то причин.
Доводы жалобы о том, что о нарушении своих прав истцы узнали только 09.01.2020 г., получив сведения из Управления Россреестра Красноярского края, согласно которым собственником наследственного имущества является их брат Иванов А.Е., не является основанием для восстановления срока для принятия наследства, учитывая, что сведения из ЕГРН являются общедоступными, соответственно, истцы имели возможность получения такой информации и ранее, учитывая, что данные об Иванове А.Е., как собственнике наследственного имущества, зарегистрированы в реестре еще 16.09.2009 г.
С учетом установленных по делу фактических обстоятельств, суд правомерно указал в решении об отсутствии законных оснований для восстановления Ивановым Г.Е., Е.Е. срока для принятия наследства ввиду того, что ими не представлено суду доказательств уважительности пропуска этого срока.
Таким образом, доводы жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, сводятся лишь к несогласию с ними, являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, которым дана надлежащая оценка в судебном решении, не содержат обстоятельств, которые нуждались бы в дополнительной проверке, направлены на иную оценку установленных по делу обстоятельств и исследованных судом первой инстанции доказательств, с которой судебная коллегия не может согласиться.
Само по себе несогласие автора жалобы с оценкой доказательств и выводами суда, не свидетельствует о неправильности решения суда.
Доводов, которые могли бы повлиять на законность судебного решения, апелляционная жалоба не содержит.
С учетом изложенного, оснований для отмены оспариваемого судебного решения по доводам апелляционной жалобы не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Ирбейского районного суда Красноярского края от 24 сентября 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Иванова Г.Е.- без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
