Определение Судебной коллегии по гражданским делам Камчатского краевого суда от 31 мая 2018 года №33-1207/2018

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ КАМЧАТСКОГО КРАЕВОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 31 мая 2018 года Дело N 33-1207/2018
Судебная коллегия по гражданским делам Камчатского краевого суда в составе:
председательствующего Четыриной М.В.
судей Мелентьевой Ж.Г., Полозовой А.А.
при секретаре Пушкарь О.И.
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Петропавловске-Кам­чатском 31 мая 2018 года дело по апелляционной жалобе краевого государ­ственного автономного полустационарного учреждения социальной защиты "Камчатский комплексный центр по оказанию помощи лицам без определен­ного места жительства и занятий и социальной реабилитации граждан" на решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 26 апреля 2017года, которым постановлено:
Требования краевого государственного автономного по­лустационарного учреждения социальной защиты "Кам­чатский комплексный центр по оказанию помощи лицам без определен­ного места жительства и занятий и социаль­ной реабилитации граждан" к Киселевой Н.Н. о возмещении мате­риального ущерба, причиненного работником, в размере 16016рублей 41 копейки, судебных расходов в размере 641рубля, оставить без удовлетворе­ния.
Заслушав доклад судьи Мелентьевой Ж.Г., объяснения представителя краевого государственного автономного полустационарного учреждения со­циальной защиты "Камчатский комплексный центр по оказанию помощи ли­цам без определенного места жительства и занятий и социальной реабилита­ции граждан" Тюфякина М.Ф., поддержавшего доводы апелляционной жа­лобы, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Краевое государственное автономное полустационарное учреждение со­циальной защиты "Камчатский комплексный центр по оказанию помощи ли­цам без определенного места жительства и занятий и социальной реабили­та­ции граждан" (далее по тексту КГУ "Центр социальной реабилитации", Центр) обра­тилось в суд с иском к Киселевой Н.Н. о возмещении материаль­ного ущерба в размере 16016 рублей 41 копейки и судебных расходов. В обоснование исковых требований указало, что в период с 14 сен­тября 2011 года по 12сентября 2016 года Киселева Н.Н. состояла с ним в трудовых от­ношениях, последняя занимаемая ею должность <данные изъяты>, в должностные обязан­ности кото­рой согласно инструкции, в числе прочего, входило осуществле­ние контроля за исправностью и правильностью эксплуатации транспортных и других тех­нических средств и ведение журнала "Регистрация путевых ли­стов", состав­ление смет хозяйственных расходов. В период работы ответчик производила расчет расхода топлива в зимнее и летнее время на автомобили, принадле­жащие учреждению, которые утверждались директором. Так, при­казом N89-п от 27 октября 2014 года на автомобиль "<данные изъяты>" уста­новлен зимний расход топлива в количестве 16,5литра на 100 км пробега, приказом N 87/1 от 29 апреля 2015 года на указанный автомобиль установ­лен летний расход топлива в количестве 14,6 литра на 100 км пробега. В ходе проведен­ной в период с 21 июля по 22 августа 2016года Министерством фи­нансов Камчатского края ревизии установлено, что в связи нарушением рас­поряже­ния Минтранса РФ от 14 марта 2008 года N АМ-23-р "О введении в действие методических рекомендаций "Нормы расхода топлива и смазочных материа­лов на автомобильном транспорте", устанавливающего базовую норму рас­хода топлива для автомобиля "<данные изъяты>" в количестве 10,4 литра на 100км, в проверяемый период образовался перерасход топлива на указанный автомобиль в количестве 318,37 литров бензина общей стоимо­стью 16016рублей 41 копейка. Полагает, что в связи с ненадлежащим ис­полне­нием КиселевойН.Н. должностных обязанностей учреждению причи­нен ма­териальный ущерб в указанной сумме, которую просил взыскать с от­ветчика.
При рассмотрении дела в суде первой инстанции представитель КГУ "Центр социальной реаби­литации" Тюфякин М.Ф. иск поддержал. Киселева Н.Н. участия в судебном заседании не принимала, ее пред­ставитель Табун­щикова Д.Ю. требования не признала, указа, что в долж­ностные обязанности Киселевой Н.Н. не входило утверждение норм расхода топлива, так как дан­ные нормы устанавливались директором учреждения, материальная ответ­ственность за приход топлива была возложена непосред­ственно на водителя, за списание топлива на главного бухгалтера. Кроме того, КГУ "Центр со­ци­альной реабилитации" не проводило проверку по установлению причин воз­никновения ущерба.
Рассмотрев дело, суд постановилобжалуемое решение.
В апелляционной жалобе КГУ "Центр социальной реабилитации", не соглашаясь с таким решением, просит его отменить, считая решение суда не­обоснованным, а выводы суда, изложенные в решении, не соответствую­щими обстоятельствам дела. Полагает противоречащими материалам дела выводы суда о том, что истцом не пред­ставлены доказательства, подтвер­ждающие размер причиненного ущерба и причины его возникновения.
В письменных возражениях на апелляционную жалобу Киселева Н.Н. полагает, что выводы суда первой инстанции основаны на объективном и непосредствен­ном исследовании всех имеющихся доказательств, обстоятель­ства, имеющие значение для дела, установлены судом правильно.
Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность реше­ния суда в соответствии с требованиями частей 1, 2 статьи 327.1 ГПК РФ в преде­лах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражений на нее, су­дебная коллегия приходит к следующим выводам.
Частью 1 ст. 232 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб дру­гой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим кодексом и иными федеральными законами.
Согласно ст. 238 Трудового кодекса РФ работник обязан возместить ра­ботодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.
Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьше­ние наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указан­ного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у рабо­тодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.
Статьей 242 Трудового кодекса РФ установлено, что полная матери­аль­ная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать при­чи­ненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.
В соответствии с разъяснениями, данными Пленумом Верховного Суда РФ в п. 4 Постановления от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работни­ков за ущерб, причиненный работодателю", к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работода­теля, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих мате­риальную ответственность работника; противоправность поведения (дей­ствия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.
При этом бремя доказывания факта причинения работником работода­телю ущерба в результате ненадлежащего исполнения трудовых обязанно­стей ле­жит на работодателе.
Из материалов дела следует, что Киселева Н.Н. состояла в трудовых от­ношениях с КГУ "Центр социальной реабилитации" в должности <данные изъяты>. Приказом от 12 сентября 2016 года N 327-к Киселева Н.Н. уволена с должности по соглашению сторон на осно­вании п. 1 ст. 77 Трудо­вого кодекса РФ.
29 августа 2016 года Министерством финансов Камчатского края про­ве­дена ревизия финансово-хозяйственной деятельности КГУ "Центр соци­аль­ной реабилитации" за 2015 год, по результатам которой составлен соот­вет­ствующий акт, из которого следует, что приказами Центра от 27 октября 2014 года N 83, от 23 января 2015 года N 06/1-п, от 29 апреля 2015 года N87/1 установлена норма расхода топлива на автомобиль "<данные изъяты>", государственный регистрационный знак N, в количестве 14,6 л на 100км и 16,5 л на 100 км летняя и зимняя соответственно, которая сложилась путем определения базовой нормы 12,5 л на 100 км с применением попра­вочных коэффициентов 7,0 % за использование установки "климат кон­троль" и 10,0 % за использование транспортного средства в городе с населе­нием от 100 до 250 тысяч человек, а в зимнее время норма расхода топлива увеличивалась на 15,0 % по отношению к базовой. Ревизией установлено, что в соответствии с распоряжением Министерства транспорта Российской Фе­дерации от 14 марта 2008 года N АМ-23-р "О введении в действие методи­ческих рекомендаций "Нормы расхода топлив и смазочных материалов на автомобильном транспорте", базовая норма расхода топлива для автомобиля "<данные изъяты>", государственный регистрационный знак N, состав­ляет 10,4 л на 100 км, в результате чего с учетом применения поправочных коэффициентов 7,0 % за использование установки "климат контроль" и 10,0 % за использование транспортного средства в городе с населением от 100 до 250тысяч человек летняя норма расхода топлива для указанного автомобиля должна составлять в летнее время 12,17 л на 100 км и зимняя норма 13,73 л на 100 км. Таким образом, в 2015 году Центром неправомерно списано 318,37 л бензина на общую сумму 16016 рублей 41 копейку.
Разрешая заявленные требования и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции, руководствуясь нормами права, регулирующими спорные правоотношения, в частности, положениями ст. 247 Трудового кодекса РФ, которыми установлено, что до принятия решения о возмещении ущерба кон­кретными работниками работодатель обязан провести проверку для уста­нов­ления размера причиненного ущерба и причин его возникновения, а также истребовать от работника письменное объяснение для установления при­чины возникновения ущерба, верно исходил из того, что проверка по факту непра­вильного расчета топлива в зимнее и летнее время на автомобиль "<данные изъяты>", государственный регистрационный номер N, истцом не про­водилась, комиссия для установления причин и размера материального ущерба не создавалась, причины возникновения ущерба и вина конкретного работника в причиненном ущербе не устанавливалась, что свидетельствует о нарушении процедуры установления размера материального ущерба и вины Киселевой Н.Н.
При этом, суд первой инстанции верно исходил из того, что недоказан­ность истцом вины ответчика в причинении ущерба, заявленного ко взыска­нию, при том, что вина является одним из обязательных условий возложения на работника материальной ответственности, влечет отказ в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
Кроме того, суд первой инстанции обоснованно не принял в качестве доказательств соблюдения истцом требований ст. 247 Трудового кодекса РФ акт ревизии финансово-хозяйственной деятельности КГУ "Центр социальной реабилитации" за 2015 года, составленный Министерством финансов Кам­чатского края 29 августа 2016 года, поскольку данный акт содержит сведения о нарушениях, допущенных не только Киселевой Н.Н., но и иными работни­ками, при этом, ответственность работников в соответствии с их должност­ными обязанностями не разграничивает. Кроме того, Киселева Н.Н. о прове­дении ревизии не уведомлялась, объяснения у нее по фактам, установленным в ходе ревизии, истребованы не были.
Не согласиться с указанными выводами суда первой инстанции у су­деб­ной коллегии оснований не имеется, поскольку они сделаны с учетом всех его фактических обстоятельств, которые подтверждены имеющимися в деле доказательствами и соответствуют нормам материального права, регу­лиру­ющим спорные правоотношения, при том, что представленные истцом в обоснование доводов иска доказательства не подтверждают таких юридиче­ски значимых для разрешения спора обстоятельств как наличие прямого дей­ствительного ущерба и его размер.
Доводы апелляционной жалобы КГУ "Центр социальной реабилита­ции" о том, что работодателем доказан факт причинения ответчиком матери­аль­ного ущерба и вина Киселевой Н.Н. в его причинении, были предметом тща­тельного судебного разбирательства, признаны обоснованно несостоя­тель­ными с приведением убедительных доводов в решении, с которыми су­дебная коллегия согласилась. Оснований для переоценки выводов суда не имеется.
Иные доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не могут служить основанием для отмены обжалуемого решения суда первой инстанции, по­скольку выводов суда не опровергают, направлены на переоценку собранных по делу доказательств, которые суд в соответствии с требованиями ст. ст. 56, 67, 196, 198 ГПК РФ тщательно исследовал в процессе рассмотрения данного спора.
При таких обстоятельствах, решение суда, как законное и обоснован­ное, подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба без удо­вле­творения.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 327.1, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Петропавловск-Камчатского городского суда Кам­чатского края от 26 апреля 2017 года оставить без изменения, а апелляционную жа­лобу - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка