Определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 30 августа 2022 года Дело N 33-12071/2022

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе
председательствующего Козловой Н.И.судей Аносовой Е.А.при участии прокурора Селезневой Е.Н.Турченюк В.С.при секретаре Мелоян Л.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании 30 августа 2022 года гражданское дело N 2-49/2022 по апелляционной жалобе Гуламсоюнова Руслана Алиджановича на решение Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 22 февраля 2022 года по иску Гуламсоюнова Руслана Алиджановича к Обществу с ограниченной ответственностью "Международный медицинский центр "Согаз", Пивоварову Владимиру Викторовичу о взыскании компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда здоровью.

Заслушав доклад судьи Козловой Н.И., выслушав объяснения представителя ответчика - Рябковой А.Б., заключение прокурора - Турченюк В.С., полагавшей решение суда первой инстанции подлежит изменению в части размера компенсации морального вреда.

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

Гуламсоюнов Р.А. обратился в Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "Международный медицинский центр "Согаз" (далее также - ООО ММЦ "Согаз"), в котором просил взыскать компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в размере 800 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 23.10.2018 около 14 часов 15 минут <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие (далее также - ДТП) с участием специализированного автомобиля скорой медицинской помощи "<...>" г.р.н. N..., принадлежащего на праве собственности ООО ММЦ "Согаз", под управлением водителя Афанасьева А.Ю., в котором истец находился в качестве пассажира, и автомобиля марки "Ауди А6" г.р.з. N..., под управлением Пивоварова В.В. В результате ДТП истцом получены телесные повреждения: <...>, относящиеся к причинению тяжкого вреда здоровью. 26.10.2020 Постановлением Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 26.10.2020 уголовное дело в отношении Афанасьева А.Ю. прекращено по основанию ст. 24 ч. 1 п. 3 УК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования. В результате повреждения здоровья истцу были причинены физические и нравственные страдания, период восстановления после полученных травм был длительным, болезненным и тяжелым; в период восстановления истец был вынужден носить корсеты жесткой фиксации на шейном и грудном отделе, что причиняло ему сильный дискомфорт в быту и в самообслуживании; кроме того, ввиду полученных травм истец не может долго сидеть, что отрицательно сказывается на его работе, которая требует длительной и серьезной концентрации; стал плохо спать, часто испытывает боли в голове, ощущает головокружение; в настоящее время не может вести привычной образ жизни, в том числе заниматься спортом; появился страх езды в автомобиле; истец лишился работы, поскольку ввиду полученных повреждений полноценно работать врачом скорой помощи он уже не может, ввиду чего уменьшился и его ежемесячный доход; после ДТП ответчик не интересовался его судьбой, состоянием здоровья, не предпринял попыток загладить причиненный вред в какой-либо форме.

Определением Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 20.09.2021 по ходатайству прокурора к участию в деле в качестве соответчика был привлечен второй участник ДТП Пивоваров В.В.

Решением Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 22.02.2022 иск Гуламсоюнова Р.А. удовлетворен частично. С ООО "ММЦ "Согаз", Пивоварова В.В. в солидарном порядке взыскана компенсация морального вреда в размере 150 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб., в остальной части иска отказано.

В апелляционной жалобе истец Гуламсоюнов Р.А. просит решение суда изменить, увеличив размер компенсации морального вреда до 800 000 руб. и судебных расходов на оплату услуг представителя до 50 000 руб.

Со стороны ответчика ООО "ММЦ "Согаз" представлены возражения на апелляционную жалобу, по доводам которых ответчик просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В связи с государственной регистрацией изменений, внесенных в учредительные документы, Общество с ограниченной ответственностью "Международный медицинский центр "Согаз" переименовано в Общество с ограниченной ответственностью "Мой медицинский центр" при этом изменения организационно-правовой формы не произошло, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ, а поскольку перемена наименования юридического лица, не связанное с изменением организационно-правовой формы, не требует разрешения судом вопроса о процессуальном правопреемстве и не влечет выбытия стороны в спорном или установленном судом правоотношении, а потому с учетом пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства" судебная коллегия сочла возможным произвести смену наименования ответчика Общество с ограниченной ответственностью "Международный медицинский центр "Согаз" на Общество с ограниченной ответственностью "Мой медицинский центр" (далее также - ООО "ММЦ").

На рассмотрение дела в суд апелляционной инстанции истец Гуламсоюнов Р.А., ответчик Пивоваров В.В., третьи лица АО СК "Ресо-Гарантия", АО "Согаз", Афанасьев А.Ю. не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что ходатайств и заявлений об отложении слушания дела, документов, подтверждающих уважительность причин своей неявки, в судебную коллегию не представили, судебная коллегия на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Изучив материалы дела, выслушав представителя ответчика, заключение прокурора, обсудив доводы апелляционной жалобы и представленных возражений, проверив в порядке части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 23 от 19.12.2003 "О судебном решении", решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии с положениями статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Решение суда первой инстанции указанным требованиям соответствует не в полном объеме.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что 23.10.2018 около 14 часов 51 минут Афанасьев А.Ю., управляя технически исправным специализированным автомобилем скорой помощи "<...>", р.г.з. N..., принадлежащим на праве собственности ООО ММЦ "Согаз", оборудованным проблесковыми маячками синего света и специальным звуковым сигналом, перевозившего на переднем пассажирском месте пассажира - врача Гуламсоюнова Р.А., после кратковременной остановки перед регулируемым светофорами перекрестком, на пересечении проезжей части Невского пр. и Лиговского пр., включив проблесковый маячок синего цвета для получения преимущества перед другими участниками движения, возобновил движение и выехал на указанный перекресток, на запрещающий красный сигнал светофора, не убедившись, что другие участники дорожного движения ему уступили дорогу, создав помеху и опасность для движения автомобиля марки "Ауди А6", г.р.з. N..., под управлением водителя Пивоварова В.В., в результате чего совершил с ним столкновение.

Согласно заключению эксперта N... от 19.11.2019, полученному в рамках уголовного дела, истцу причинены телесные повреждения <...>; установленный комплекс повреждений расценивается как тяжкий вред здоровью.

Водитель Афанасьев А.Ю. в момент ДТП находился при исполнении трудовых обязанностей в ООО ММЦ "Согаз", управлял специализированным автомобилем скорой помощи "<...>", р.г.з. N..., собственником, которого являлось ООО ММЦ "Согаз".

Постановлением Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 26.10.2020 производство по уголовному делу N... в отношении Афанасьева А.Ю., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, прекращено на основании пункта 3 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации ввиду истечения срока давности уголовного преследования.

В ходе рассмотрение дела по ходатайству ответчика определением Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 19.10.2021 назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО "Экспертный центр "Академический".

Согласно заключению N... от 10.01.2022 установлено следующее: в данной дорожно - транспортной ситуации водитель автомобиля (далее - ДТС) "<...>" г.р.з. N... (карта скорой помощи) Афанасьев А.Ю. должен был руководствоваться требованиями п. 3.1. ПДД РФ, с технической точки зрения в действиях данного водителя усматривается несоответствие требованиям п. 3.1. ПДД РФ - воспользоваться приоритетом они могут только убедившись, что им уступают дорогу; в данной ДТС водитель автомобиля "Ауди А6" - Пивоваров В.В. должен был руководствовать требованиями п. 3.2. и п. 10.1 ч. 2 ПДД РФ. С технической точки зрения, в действиях данного водителя несоответствие требованиям ПДД РФ не усматривается; с технической точки зрения, решать вопрос о наличии технической возможности предотвращения столкновения путем торможения со стороны водителя скорой помощи Афанасьева А.Ю. не имеет смысла, т.к. он сам, своими действиями создал аварийную обстановку - не убедился в безопасности своего маневра и выехал на полосу движения автомобиля "Ауди А6", двигавшегося на разрешающий сигнал светофора, т.е. на выполнил требования п. 3.1. ПДД РФ; технической точки зрения, непосредственной причиной ДТП явилось несоблюдение водителем Афанасьевым А.Ю. требований п. 3.1. ПДД РФ (т.2 л.д. 3-38).

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалах дела доказательства в их совокупности, руководствуясь положениями статей 1064, 1068, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", суд первой инстанции пришел к выводу о том, что при причинении вреда третьим лицам, каковым в настоящем деле является пассажир Гуламсоюнов Р.А., владельцы источников повышенной опасности, взаимодействием которых причинен вред, солидарно возмещают как материальный, так и моральный вред независимо от вины каждого из них. При этом солидарные должники остаются обязанными до полного возмещения вреда потерпевшему. Основанием для освобождения таких владельцев источников повышенной опасности, в том числе и невиновных в причинении вреда, могут являться лишь умысел потерпевшего или непреодолимая сила. Однако, ни в ходе расследования уголовного дела, ни в ходе рассмотрения настоящего гражданского делу таких оснований для освобождения как ООО ММЦ "Согаз", так и Пивоварова В.В. от ответственности не установлено, несмотря на то, что в действиях водителя Пивоварова В.В. нарушений ПДД РФ не установлено.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции руководствовался положениями части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, приняв во внимание причиненные истцу нравственные страдания, в связи с причинением тяжкого вреда здоровью, и то, что в настоящее время отсутствуют неблагоприятные последствия для здоровья истца, исходя из того, что виновник ДТП Афанасьев А.Ю. в добровольном порядке в счет возмещения вреда произвел перевод денежных средств в размере 103 820 руб., поведение ответчика ООО "ММЦ "Согаз", который осуществил доплату до среднего заработка в период лечения в сумме 390 617 руб., и взыскал в солидарном порядке с ООО "ММЦ "Согаз" и Пивоварова В.В. в пользу Гуламсоюнова Р.А. компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб.

Судебная коллегия находит указанный вывод суда по существу правильным, согласующимся с приведенными выше нормами материального права, вместе с тем, не может согласиться с определенным судом первой инстанции размером взысканной компенсации морального вреда, который, по мнению судебной коллегии, определен судом без учета всей совокупности юридически значимых обстоятельств.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с положениями статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" суду следует выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, а также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2001 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В Постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 года по делу "М. (Maksimov) против России" указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Между тем приведенным нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения размера такой компенсации, разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, правовой позиции Европейского Суда по правам человека обжалуемое решение не отвечает.

Устанавливая компенсацию морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца в размере 150 000 руб., суд первой инстанции не в полной мере учел фактические обстоятельства дела - степень вины причинителя вреда, а также степень причинения физических и нравственных страданий, принцип разумности и справедливости.

Так, с учетом требований разумности и справедливости, суду следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При этом судебная коллегия учитывает, что жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Из материалов дела следует, что в результате дорожно-транспортного происшествия Гуламсоюнову Р.А., причинены телесные повреждения: <...>, квалифицируемые, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью более 3-х недель. Данные повреждения могли образоваться в условиях конкретного дорожно-транспортного происшествия в результате столкновения транспортных средств, как следует из заключения экспертизы N... от 19.11.2019, проведенной в рамках уголовного дела.

Из представленных в материалы дела листков нетрудоспособности следует, что в период с 23.10.2018 по 24.01.2019 включительно Гуламсоюнов Р.А. проходил амбулаторное лечение под наблюдением врач травматолога с кодом заболевания - 04 (травмы, полученные в результате несчастного случая, произошедшего во время исполнения трудовых обязанностей) (т. 1 л.д. 102-103 оборотная сторона).

Согласно консультативным заключениям врача-травматолога-ортопеда ООО "ММЦ "Согаз" от 23.10.2018 и повторному от 06.11.2018 истцу установлен диагноз основной: <...>. Даны рекомендации: в течение трех месяцев ношение корсета для грудного отдела позвоночника стоя, избегать положение сидя, воротник Шанца три месяца.

Из уточненного иска и апелляционной жалобы следует, что результате полученных в результате полученных травм истцу пришлось изменить привычный образ жизни, сменить работу, ввиду того, что работа врачом скорой помощи предполагает ношение тяжестей, что истцу противопоказано, и в связи, с чем его ежемесячный доход значительно снизился; истец не может долго сидеть, стал плохо спать, часто испытывает боли в голове, ощущает головокружение; в настоящее время не может вести привычной образ жизни, в том числе заниматься спортом; появился страх езды в автомобиле.

Как пояснил представитель ответчика ООО "ММЦ "Согаз" в судебном заседании суда апелляционной инстанции доплата до среднего заработка в размере 390 000 руб. является годовой премией и премией по результатам работ за отчетный период, между тем судебная коллегия считает указанная сумма не может быть отнесена к компенсационным выплатам по поводу полученных телесных повреждений в результате ДТП.

Таким образом, учитывая характер полученной травмы, обстоятельства ее получения, сложность и длительность лечения ее последствий, очевидно повлекших ограничения в быту и личной жизни, характер и степень физических и нравственных страданий истца, определяемых среди прочего его индивидуальными особенностями, включая его возраст, судебная коллегия, руководствуясь принципами разумности, справедливости и соразмерности, полагает возможным увеличить размер взыскиваемой компенсации до 600 000 руб., подлежащей возмещению в солидарном порядке с ООО "Мой медицинский центр" (до смены наименования - ООО "ММЦ "Согаз") и Пивоварова В.В. по правилам пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.