Дата принятия: 04 марта 2020г.
Номер документа: 33-1166/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ТЮМЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 4 марта 2020 года Дело N 33-1166/2020
Апелляционное определение
г. Тюмень
04 марта 2020 года
Судебная коллегия по гражданским делам Тюменского областного суда в составе:
председательствующего
Плосковой И.В.,
судей с участием прокурора
Журавлёвой Г.М., Смоляковой Е.В., Макаровой Н.Т.,
при секретаре
Магдич И.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционному представлению Прокуратуры Ленинского административного округа г. Тюмени в лице старшего помощника прокурора Доденковой Е.О., апелляционной жалобе истца Красноперовой Ю.В. на решение Ленинского районного суда г. Тюмени от 20 ноября 2019 года, которым постановлено:
"Красноперовой Ю.В. отказать в удовлетворении иска к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тюменской области "Областная клиническая больница N 1" о взыскании компенсации морального вреда в размере 2000000 рублей.".
Заслушав доклад судьи Тюменского областного суда Журавлёвой Г.М., выслушав прокурора Макарову поддержавшую доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, представителя Субботину Т.Е., полагавшую, что оснований для отмены решения суда не имеется, судебная коллегия
установила:
Красноперова Ю.В. обратилась в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тюменской области "Областная клиническая больница N 1" (далее ГБУЗ ТО "ОКБ N 1") о взыскании компенсации морального вреда.
Требования мотивированы тем, что истец с рождения страдает заболеванием почек, выставлен диагноз "геминефрэктомия слева". В 3 месяца проведена операция по удалению правой почки, в 2 года 1 месяц проведена повторная операция по удалению части левой почки, выставлен диагноз "<.......>", присвоена категория "инвалид детства". Несмотря на имеющееся заболевание, до 2016 года истец жила полной жизнью, получила высшее образование, вышла замуж и начала задумываться о создании полной семьи - рождении детей. Из-за имеющегося заболевания и присвоенной ей <.......> группы инвалидности истец была лишена возможности полноценно выносить и родить здорового ребенка. Мама истца предложила стать для неё донором почки, в связи с чем, в декабре 2017 года истец вместе с мамой легли для проведения обследования на совместимость. После проведения необходимых обследований им сказали, что мама истца может быть для истца донором и можно будет провести операцию. Истец с мамой были госпитализированы в ГБУЗ ТО "ОКБN 1" 10.07.2018, операция по трансплантации почки была проведена 12.07.2018. На следующий день после трансплантации почки, то есть 13.07.2018, у истца были очень сильные боли, о которых она сообщила врачам. После этого они нашли <.......>, в связи с чем было проведено дренирование забрюшинного пространства, эвакуировано 1,5 литра крови, при этом, источник кровотечения обнаружен не был. 16.07.2018 опять образовалась <.......>, в связи с чем истцу была проведена повторная операция по дренированию забрюшинного пространства. 18.07.2018 врачи удалили пересаженную истцу почку, в связи с тем, что были постоянные внутренние кровотечения, с которыми врачи не могли справиться. Уже после удаления почки истцу неоднократно проводили ревизии послеоперационной раны, поскольку врачи никак не могли найти источник кровотечения. В итоге источник кровотечения был обнаружен только 24.07.2018, после чего кровотечений не возникало. 02.08.2018 у истца случился эпилептический приступ, подробностей которого она сама не помнит, об этих событиях ей стало известно от мамы и врачей. После этого была проведена операция и шов оставили открытым, для того, чтобы ежедневно делать перевязки. Выписали истца из больницы 06.09.2018, после чего, на протяжении еще длительного времени она ездила на перевязки в ГБУЗ ТО "ОКБ N 1". Всего, за период госпитализации истцу было проведено семь операций и шестнадцать перевязок под общим наркозом. После всех проведенных операций состояние здоровья истца сильно ухудшилось, длительное время истец была вынуждена ездить на диализ три раза в неделю, тогда как ранее она ездила один раз в неделю, истцу приходится принимать большое количество препаратов, которые ранее она не принимала, начались сильные головные боли, проблемы с артериальным давлением (выше 200/140 мм.рт.ст.), затяжная депрессия. Истец считает, что все это явилось следствием оказанного ей лечения в ГБУЗ ТО "ОКБ N 1". Мать истца от имени истца обратилась в следственный комитет с заявлением о привлечении к ответственности врачей ГБУЗ ТО "ОКБ N 1", допустивших небрежность при оказании мне медицинской помощи. 14.12.2018 первым отделом по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тюменской области возбуждено уголовное дело N<.......> по признакам преступления, предусмотренного п. "в" ч. 2 ст. 238 Уголовного кодекса Российской Федерации. Постановлением от 14.07.2019 уголовное дело прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, то есть в связи с отсутствием составов преступлений.
В судебном заседании 08.10.2019 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица Семченко С.Б..
Судом постановлено указанное выше решение, с которым не согласились прокуратура Ленинского административного округа г. Тюмени, истец Красноперова Ю.В.
В апелляционном представлении старший помощник прокурора Доденкова Е.О., просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований.
Отмечает, что согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, операция проведена технически правильно, но согласно ответа на 4 вопрос выводов указанной экспертизы, при оказании медицинской помощи истице, имеются недостатки диагностики, не проведены предоперационные лабораторные исследования, неверно подобраны препараты при переливании крови и в недостаточной дозе, неверно указана группа крови донора и другие. Отсутствие в предоперационной подготовке десенсибилизирующей терапии увеличило возможность возникновения иммунологического конфликта.
Также отмечает, что к выводу о дефектах при оказании медицинской помощи пришла комиссия Департамента здравоохранения Тюменской области, что отражено в акте от 26.12.2018.
Считает, что для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимым и подлежащим доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага.
В апелляционной жалобе истец Красноперова Ю.В. просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме.
Указывает, что суд не дал оценки тому обстоятельству, что в заключении судебно-медицинской экспертизы отмечены недостатки в оказании медицинской помощи истцу.
Полагает, что именно специалистами больницы были созданы условия, для иммунологического конфликта, который в дальнейшем и стал причиной отторжения донорской почки. Данных о том, что истец отказывалась от десенсибилизирующей терапии не имеется, также, как и данных о том, что истец поставлена в известность о том, что отсутствие десенсибилизирующей терапии увеличивает возможность возникновения иммунологического конфликта, что может привести к отторжению донорской почки.
Считает, что суд не выяснил, были ли предприняты сотрудниками больницы все необходимые и возможные меры, в том числе предусмотренные стандартами оказания медицинской помощи, для своевременного и квалифицированного обследования пациента, правильно ли были организованы обследования пациента и лечебный процесс, имелась ли у ответчика возможность оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, в то время как в соответствии с п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации именно на ответчике лежала обязанность доказывания своей невиновности в причинении морального вреда истцу вследствие оказания ей ненадлежащей медицинской помощи.
Не согласна с выводом суда, что отсутствие в заключении судебно-медицинской экспертизы выводов о степени тяжести вреда, причиненного здоровью истца действием (бездействием) работника больницы, безусловно свидетельствует об отсутствии прямой причинно-следственной связи между оказанной ответчиком истцу медицинской помощи и наступившими последствиями отторжение донорской почки, истец считает, что такой вывод противоречит положениям 15 п. 1,2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, которыми обязанность причинителя вреда возместить причиненный им личности или имуществу гражданина вред, не поставлена в зависимость от степени тяжести такого вреда.
Отмечает, что в результате отторжения донорской почки истцу пришлось в течение месяца перенести более 20 полосных операций под общим наркозом, для устранения последствий отторжения донорской почки, которых могло и не произойти если бы услуга была оказана качественно. Донор - мама истца осталась без почки, и истец не только не получила желаемого результата, но и вынуждена претерпевать многочисленные оперативные лечения.
Также отмечает, что судом были не применены ряд норм материального и процессуального права.
Заслушав докладчика, прокурора, представителя ответчика, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив решение суда в соответствии с требованиями части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия находит решение суда подлежащим отмене.
Отказывая в удовлетворении требований Красноперовой Ю.В. о взыскании с ГБУЗ ТО "ОКБ N 1" компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из того, что при проведении ответчиком операции по пересадке почки истцу ряд услуг были оказаны некачественно (допущены дефекты диагностических и лечебных мероприятий при оказании истцу медицинской помощи); некачественно оказанные услуги вреда здоровью истца не причинили; отторжение пересаженной истцу почки не находится в причинно-следственной связи с некачественно оказанными ответчиком услугами; истец лечение, проведенное ответчиком, не оплачивала; доказательств наличия причинно-следственной связи между некачественно оказанными услугами и состоянием здоровья истца в последующем (включая эпилептический припадок) суду не представлено. При этом суд учитывал, что именно истцу надлежало доказать причинение ответчиком вреда здоровью истца в результате оказания вышеперечисленных медицинских услуг (как в период лечения, так и после него). Таким образом, истцом не доказано причинение ответчиком вреда здоровью истца в результате оказания ответчиком услуг (лечения).
Между тем, с данными выводами суда согласиться нельзя.
В силу статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, решение суда должно быть законным и обоснованным. Суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в своем Постановлении от 19.12.2003г. N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Данным требованиям решение суда первой инстанции не соответствует.
В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).
Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).
Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).
Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).
Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).
В силу статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.
В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из данной правовой нормы следует, что компенсация морального вреда взыскивается не только в случае причинения гражданину физических или нравственных страданий, но в других случаях, предусмотренных законом.
Абзацем 2 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 17 от 28.06.2012 года "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", установлено, что с учетом положений ст. 39 Закона "О защите прав потребителей" к отношениям, возникающим из договоров об оказании отдельных видов услуг с участием гражданина, последствий нарушения условий которых, не подпадают под действия главы 3 Закона, должны применяться общие положения Закона о защите прав потребителей, в частности о праве граждан на предоставление информации, об ответственности за нарушение прав потребителей, о возмещении вреда, компенсации морального вреда.
Статьей 15 Закона РФ "О защите прав потребителей" предусмотрено взыскание компенсации морального вреда, причиненного потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами РФ, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, при наличии его вины.
В соответствии с п.45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года N 17 при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.
Согласно пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены общие основания ответственности за причинение вреда.
Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В силу части 2 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).
В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Из вышеизложенного следует, что в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, право на семейную жизнь, а также нарушения прав гражданина при оказании медицинской помощи, как потребителя услуг, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
С учетом вышеизложенного и исходя из обстоятельств дела, юридически значимыми обстоятельствами являются обстоятельства надлежащего оказания медицинских услуг ответчиком истцу, причинение истцу морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, в число которых входит право истца на охрану здоровья.
Обоснованными находит судебная коллегия довод апелляционного представления о том, что имеются дефекты при оказании медицинской помощи. Также заслуживают внимание доводы апелляционной жалобы истца о том, что суд не выяснил, были ли предприняты сотрудниками больницы все необходимые и возможные меры, в том числе предусмотренные стандартами оказания медицинской помощи, для своевременного и квалифицированного обследования пациента, правильно ли были организованы обследования пациента и лечебный процесс, имелась ли у ответчика возможность оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, в то время как в соответствии с п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации именно на ответчике лежала обязанность доказывания своей невиновности в причинении морального вреда истцу вследствие оказания ей ненадлежащей медицинской помощи.
С учетом изложенных обстоятельств, суд первой инстанции ошибочно устанавливал наличие факта причинения ГБУЗ ТО "ОКБ N 1" вреда здоровью Красноперовой Ю.В.
Согласно акта проверки Департамента здравоохранения Тюменской области от 26.12.2018 комиссия пришла к выводу о дефектах при оказании медицинской помощи (л.д.17-22).
Как следует из заключения комиссионной судебно- медицинской экспертизы N 20 ГБУЗ ТО "Областное бюро судебно-медицинской экспертизы", при оказании медицинской помощи Красноперовой Ю.В. в ГБУЗ ТО "ОКБ N 1" с 10.07.2018 по 06.09.2018 имеются недостатки:
- в представленной документации отсутствуют сведения об определении у Красноперовой Ю.В. в предоперационном периоде титра анти-А/В антител Ig М и G, определен только уровень предшествующих антител; при этом в обследовании реципиентов АВО-несовместимой родственной трансплантации почки имеются следующие контрольные точки, когда должно проводится указанное исследование: амбулаторный этап, предоперационный период до начала иммуносупрессивной терапии, перед каждым сеансом и на следующий день после сеанса плазмафереза, за сутки до трансплантации и в день операции перед подачей реципиента в операционную;
- не представлены результаты/не проведены предоперационные лабораторные исследования, назначенные Красноперовой Ю.В. при первичном осмотре 10.07.2018 г. в 0840 - общий и биохимический анализы крови, коагулограмма, не назначено исследование кислотно-щелочного состояния, газового и электролитного состава крови;
- в предоперационном осмотре анестезиолога от 11.07.2018 г. 15 не оценен операционно-анестезиологический риск по МНОАР, рекомендованный Федерацией анестезиологов РФ, оценен только физический статус по ASA;
- на 1 сутки после трансплантации не определен титр антигрупповых антител для диагностики иммунного конфликта; в то время как после АВО-несовместимой родственной трансплантации почки данное исследование должно выполняться в следующие сроки: на следующий день после трансплантации, 1 раз в 2 недели в раннем послеоперационном периоде;
- предоперационная подготовка Красноперовой Ю.В. проведена трехкомпонентной иммуносупрессивной терапией; в то время как при АВО-несовместимой родственной трансплантации в предоперационном периоде рекомендована десенсибилизирующая терапия, включающая ритуксимаб, селективную иммуносорбцию и сывороточный человеческий иммуноглобулин, дополняемая трехкомпонентной иммуносупрессивной терапией;
- при проведении Красноперовой Ю.В. гемотрансфузионной терапии использованы эритроцитарная масса и эритроцитарная взвесь, в то время как пациентам с АВО- несовместимой родственной трансплантацией почки при переливании препаратов аллогенных эритроцитов показано использование размороженных отмытых эритроцитов (РОЭ) и эритроцитной массы, обедненной лейкоцитами и тромбоцитами (ЭМОЛТ);
- Красноперовой Ю.В. переливали свежезамороженную плазму (далее СЗП) первой 0(1) группы, в то время как пациентам с АВО-несовместимой родственной трансплантацией почки показано использование плазмы АВ IV группы, так как она не содержит в себе антител А и В;
- доза перелитой Красноперовой Ю.В. СЗП (согласно листам назначений) была недостаточной для эффективной заместительной терапии при ДВС- синдроме;
- при осмотре в предоперационном периоде 11.07.2018 г. неверно указаны группы крови донора и реципиента (из записи следует, что группа крови реципиента А (II) Rh-, родственного донора О (I) Rh-; в действительности - наоборот);
- не имеется листов назначений за периоды: 09 - 11.08.2018 г., 13 - 15.08.2018 г., 17.08.2018 г., 19 - 21.08.2018 г., 23 - 30.08.2018 г., 01 - 06.09.2018г.
Указанные недостатки диагностики и ведения медицинской документации какого-либо влияния на состояние Красноперовой Ю.В. не оказали, в прямой-причинно-следственной связи с отторжением у нее трансплантата не состоят, соответственно, как причинение вреда здоровью не расцениваются. Отсутствие листов назначений, однако, препятствует экспертной оценке качества медикаментозной терапии пациентки в указанные периоды времени (л.д.23-54).
В данном заключении также указано на то, что отсутствие в предоперационной подготовке Красноперовой Ю.В. десенсибилизирующей терапии увеличивало возможность возникновения иммунологического конфликта, однако, как единственный фактор в причинно-следственной связи с отторжением донорской почки не находится, поэтому как причинение вреда здоровью не расценивается. Недостатки трансфузионной терапии могли увеличить сроки госпитализации Красноперовой Ю.В., однако, причиной отторжения у нее трансплантата не являются, соответственно, как причинение вреда здоровью не расценивается.
Доказательств обратного, полученных с использованием специальных познаний в области медицины, ответчиком не предъявлено.
Судебная коллегия считает, что оказание медицинской помощи ненадлежащего качества (недостатков медицинской услуги) может выражаться в невыполнении, несвоевременном или некачественном выполнении необходимых пациенту диагностических, лечебных, профилактических, реабилитационных мероприятий (исследования, консультации, операции, процедуры, манипуляции, трансфузии, медикаментозного лечения и т.д.), а также в необоснованном (без достаточных показаний или при наличии противопоказаний) проведении диагностических, лечебных, профилактических, реабилитационных мероприятий, приведших к диагностической ошибке, выбору ошибочной тактики лечения, ухудшению состояния пациента, осложнению течения заболеваний или удлинению сроков лечения.
С учетом представленных истцом доказательств: акта проверки Департамента здравоохранения Тюменской области от 26.12.2018, заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы N 20 ГБУЗ ТО "Областное бюро судебно-медицинской экспертизы" судебная коллегия признает доказанным факт оказания ГБУЗ ТО "ОКБ N 1" медицинских услуг истцу ненадлежащего качества. В нарушение требований ст.56 ГПК РФ, ст.1064 ГК РФ ответчик данные обстоятельства не опровергнул.
Принимая во внимание изложенное, вывод суда первой инстанции о том, то истцом не доказано причинение ответчиком вреда здоровью истца в результате оказания ответчиком услуг (лечения), не является юридически значимым обстоятельством и не является основанием к отказу в удовлетворении заявленных требований о компенсации морального вреда.
Поскольку выводы суда, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела, судом неправильно применены нормы материального права, судебная коллегия полагает, что решение необходимо отменить и принять новое решение о частичном удовлетворении исковых требований.
На основании вышеизложенного, судебная коллегия полагает, что с ГБУЗ ТО "ОКБ N 1" надлежит взыскать компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.
При определении данного размера судебная коллегия учитывает требования разумности и справедливости, степень вины ответчика, отсутствие прямой причинно-следственной связи между ухудшением состояния здоровья у Красноперовой Ю.В. и недостатками услуг ГБУЗ ТО "ОКБ N 1", состояние здоровья истца и наличие у нее иных заболеваний, характер причиненных Красноперовой Ю.В. физических и нравственных страданий, а также то, что по направлению ГБУЗ ТО "ОКБ N 1" от 25.04.2019 истцу была проведена повторная трансплантация почки в ФГБУ "НМИЦ им. Академика В.И. Шумакова" (г. Москва), были оплачены стоимость проезда и стоимость проживания истца в г. Москва на период ожидания операции по требованию истца (л.д.112-122).
При этом судебная коллегия считает необходимым отметить, что Постановлением Правительства Российской Федерации от 4 октября 2012 г. N 1006 утверждены Правила предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг.
Согласно пункту 2 названных правил платные медицинские услуги - это медицинские услуги, предоставляемые на возмездной основе за счет личных средств граждан, средств юридических лиц и иных средств на основании договоров, в том числе договоров добровольного медицинского страхования; потребитель - это физическое лицо, имеющее намерение получить либо получающее платные медицинские услуги лично в соответствии с договором. Потребитель, получающий платные медицинские услуги, является пациентом, на которого распространяется действие Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".
Как следует из преамбулы Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей", этот закон регулирует отношения, возникающие между потребителем и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.
Названный закон определяет исполнителя услуг как организацию независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуального предпринимателя, выполняющего работы или оказывающего услуги потребителям по возмездному договору.
В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страховании, применяется законодательство о защите прав потребителей.
Пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей" предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
Исходя из изложенного положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей", устанавливающие в том числе в пункте 6 статьи 13 ответственность исполнителя услуг за нарушение прав потребителя в виде штрафа в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, подлежат применению к отношениям в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг.
На основании вышеизложенного судебная коллегия приходит к выводу, что не подлежит в пользу истца взыскание штрафа, поскольку медицинские услуги оказывались истцу ответчиком бесплатно, в рамках обязательного медицинского страхования.
Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Пунктом 2 статьи 61.1, пунктом 2 статьи 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, предусмотрено, что в бюджеты муниципальных районов подлежат зачислению налоговые доходы от следующих федеральных налогов и сборов, в том числе налогов, предусмотренных специальными налоговыми режимами государственной пошлины (подлежащей зачислению по месту государственной регистрации, совершения юридически значимых действий или выдачи документов) - по нормативу 100 процентов по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, мировыми судьями (за исключением Верховного Суда Российской Федерации). В бюджеты городских округов зачисляются налоговые доходы от следующих федеральных налогов и сборов, в том числе налогов, предусмотренных специальными налоговыми режимами государственной пошлины - в соответствии с пунктом 2 статьи 61.1 данного кодекса.
На основании вышеизложенного, судебная коллегия, учитывая положения подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, признает необходимым взыскать с ГБУЗ ТО "ОКБ N 1", не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в бюджет муниципального образования городской округ город Тюмень государственную пошлину в размере 300 рублей.
Руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Ленинского районного суда города Тюмени от 20 ноября 2019 года отменить, принять по делу новое решение.
Исковое заявление Красноперовой Ю.В. к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тюменской области "Областная клиническая больница N 1" о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области "Областная клиническая больница N 1" в пользу Красноперовой Ю.В. компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.
В удовлетворении остальной части иска Красноперовой Ю.В. отказать.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области "Областная клиническая больница N 1" в бюджет муниципального образования городской округ город Тюмень государственную пошлину 300 рублей.
Председательствующий:
Судьи коллегии:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
