Определение Судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 08 октября 2020 года №33-11549/2020

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ РОСТОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 8 октября 2020 года Дело N 33-11549/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда
в составе председательствующего Татуриной С.В.,
судей: Котельниковой Л.П., Шамрай М.С.,
при секретаре Иванкович В.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-1611/2020 по иску Гунченко Г. А. к ПАО "Банк Уралсиб" о возмещении имущественного вреда, вреда здоровью, компенсации морального вреда, по апелляционной жалобе ПАО "Банк Уралсиб" на решение Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 03 июня 2020 года. Заслушав доклад судьи Котельниковой Л.П., судебная коллегия
определила:
Гунченко Г.А. обратилась в суд с иском к ПАО "Банк Уралсиб" о защите права потребителя, взыскании неустойки и возмещении имущественного вреда, указав в обоснование заявленных требований, что 18.03.2020 г. между ней и ПАО "Банк Уралсиб" заключен договор на основании заявления НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН об открытии картсчета. На счет истца Гунченко Г.А. зачислена сумма в размере 36 244 872,8 рублей. Основанием зачисления денежных средств явилось апелляционное определение Ростовского областного суда от 10 марта 2020 года по делу НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, вступившее в законную силу и исполнительный лист ФС НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, предъявленный в банк должника (ПАО "Сбербанк"), исполненный в полном объеме.
В последующем 03.04.2020г. истцом направлено в банк заявление о выдаче наличных денежных средств со счета в полном объеме. К заявлению приложены надлежащим образом заверенные Кировским районным судом г.Ростова-на-Дону копии судебных актов, в том числе, копия апелляционного определения Ростовского областного суда, а также оригинал заявления в ПАО "Сбербанк". В заявлении истца, направленном в ПАО "Сбербанк" указано, что к нему приложен оригинал исполнительного листа ФС НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН. На момент обращения остаток денежных средств составлял 35 742 472,80 рублей.
Несмотря на предоставление судебного акта ПАО "Банк Уралсиб" 06.04.2020г. затребован исполнительный лист, на основании которого производилось списание со счета должника. Тогда же истцом почтовым курьером направлена претензия ответчику о неправомерности его действий. В претензии истец указала на то, что исполнительный лист предъявлен в банк должника, а его копию банк может затребовать самостоятельно в ПАО "Сбербанк".
Гунченко Г.А. 08.04.2020г. получила от ответчика ПАО "Банк Уралсиб" письменный ответ с отказом в выдаче денежных средств. Ответчик ПАО "Банк Уралсиб" посчитал, что он не может сделать однозначный вывод об экономическом смысле и о законной цели проводимой операции.
Полагая отказ ответчика ПАО "Банк Уралсиб" незаконным, уточнив исковые требования в порядке ст.39 ГПК РФ, истец просила взыскать с ПАО "Банк Уралсиб" исчисленные в порядке ст. 395 ГК РФ проценты на сумму долга в размере 52 734,80руб., неустойку по п. 5 ст. 28 Закона РФ от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН "О защите прав потребителей" 3% за каждый день от цены оказания услуги в размере 9 650 467,66руб., в соответствии с п.6 ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей" за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., в соответствии со ст. 1084, ст. 1085 ГК РФ компенсацию вреда, причиненного здоровью, в размере 500 000 руб.
Решением Кировского районного суда г.Ростова-на-Дону от 03 июня 2020 года (с учетом определения Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 09 июля 2020 года об исправлении описки) исковые требования Гунченко Г.А. к ПАО "Банк Уралсиб" о возмещении имущественного вреда, вреда здоровью, компенсации морального вреда удовлетворены частично.
Суд взыскал с ПАО "Банк Уралсиб" в пользу Гунченко Г.А. проценты за неправомерное пользование чужими денежными средствами в размере 29 297,11 руб., неустойку в размере 5 361 370,92 руб., штраф в размере 2 695 334,02 руб., компенсацию морального вреда в размере 20000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 25000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований судом отказано.
С ПАО "Банк Уралсиб" взыскана государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 35 153,34 руб.
В апелляционной жалобе ПАО "Банк Уралсиб" считает решение суда незаконным и необоснованным, просит его отменить и постановить по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
В обоснование доводов жалобы заявитель, частично повторяя позицию, изложенную в суде первой инстанции в возражениях на исковое заявление истца, указывает на то, что судом к спорным правоотношениям необоснованно применена ст.6 Федерального закона от 07.08.2001г. N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансировании терроризма", которая не подлежит применению. Судом неправильного применен п.2 ст.7 Федерального закона от 07.08.2001г. N 115-ФЗ, но не применены подлежащие применению к спорным правоотношениям положения п.11 ст.7, п.12 ст.7 вышеуказанного Федерального закона.
По мнению заявителя жалобы, суд необоснованно применил специальную нормы закона - ст.856 ГК РФ совместно с п.5 ст.28 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей", при этом судом неправильно определены обстоятельства, имеющие значение по делу и в силу указанной статьи не определена цена оказания услуги, из которой начисляется неустойка в размере 3%.
Заявитель жалобы полагает, что судом необоснованно взыскан с ответчика штраф по п.6 ст.13 Закона РФ от 07.02.1992 2300-1 "О защите прав потребителей", а также компенсация морального вреда, поскольку со стороны банка не допущено нарушения прав истца, а истцом не представлено обоснований заявленного размера компенсации морального вреда, не доказан сам факт причинения истцу нравственных и физических страданий.
Не соглашается заявитель жалобы и с взысканной судом суммой судебных расходов на оплату услуг представителя, полагая, что взысканная судом сумма указанных расходов не отвечает критериям разумности и справедливости.
Ответчик в жалобе отмечает также то обстоятельство, что резолютивная часть решения суда, оглашенная судом при вынесении решения, не соответствует резолютивной части мотивированного решения суда, полученного ответчиком из суда первой инстанции.
Дело рассмотрено в порядке ст.ст. 167, 237 ГПК РФ, ст. 165.1 ГК РФ в отсутствие истца, извещенного о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом по известным суду адресам. Как пояснил представитель истца суду апелляционной инстанции, истец о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы информирована, однако, по состоянию здоровья участвовать в судебном заседании не может, поскольку находиться на лечении в медицинском учреждении.
На основании положений ч.1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Рассмотрев материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителя ответчика по доверенности ФИО5, поддержавшую доводы апелляционной жалобы, проверив законность оспариваемого судебного решения в пределах доводов жалобы (ст. 327.1 ГПК РФ), судебная коллегия не находит оснований, предусмотренных положениями ст. 330 ГПК РФ, для отмены или изменения решения суда первой инстанции.
Согласно правовой позиции, закрепленной в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2012 г. N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", в соответствии с частями 1, 2 ст. 327.1 ГПК Российской Федерации суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части, исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно доводов жалобы.
Поскольку решение суда обжалуется ответчиком только в удовлетворенной части исковых требований истца, а в остальной части сторонами не обжалуется, то в силу положений ч. 2 ст. 327.1 ГК РФ судебной коллегией в не обжалуемой части не проверяется и не ревизуется.
Судом установлено и из материалов дела следует, что согласно заявлению-анкете физического лица НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН об открытии картсчета и выпуске карты/комплекта карт в рамках пакета услуг от 18.03.2020, подписанному представителем истца, действовавшим на основании нотариально удостоверенной доверенности, адресованному ПАО "Банк Уралсиб", 18.03.2020г. на имя Гунченко Г.А. был открыт картсчет НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН и выпущена карта VISA Прибыль ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА, данная карта является картой "мгновенного выпуска" и по этой причине является неименной. Банковская карта и ПИН-конверт получены представителем истца по доверенности - ФИО6
Подписывая заявление-анкету истец Гунченко Г.А., в лице своего представителя, подтвердила, что в целях заключения договора ознакомлена с Правилами комплексного обслуживания физических лиц в ПАО "БАНК УРАЛСИБ", Условиями выпуска, обслуживания и пользования картами ПАО "БАНК УРАЛСИБ", Тарифами ПАО "БАНК УРАЛСИБ".
Ответчиком в суде первой инстанции не отрицалось то обстоятельство, что 01.04.2020г. на счет истца на основании инкассового поручения ПАО "Сбербанк", г. Москва НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 01.04.2020г. зачислены денежные средства в сумме 36 244 572,80 рублей. Как следует из указанного платежного документа денежные средства поступили от ПАО СК "Росгосстрах", в графе платежного документа "Назначение платежа" указано: "Субъект 61 ИД взыск д.с. в пользу Гунченко Г. А. по и/л N ФС 027341825 от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, выд. Кировский районный суд г. Ростова-на-Дону по и/п/делу 2-3221/2019" ( л.д. 161, т.1).
Из материалов дела следует, что истцом 02 и 03 апреля 2020 года были совершены операции по снятию наличных денежных средств со счета в общей сумме 500000 руб., что суммарно составило максимальный размер операций по счету, совершаемых с использованием банковской карты в течение месяца.
Судом также установлено, что 03.04.2020г. от представителя истца в ПАО "БАНК УРАЛСИБ" поступило заявление о выдаче наличных денежных средств в сумме 35 742 472, 80 руб., что составляло остаток денежных средств на счете в полном объеме. К заявлению были приложены копии решения Кировского районного суда г.Ростова-на-Дону от 26.09.2019г. по делу N 2-3221/2019 и апелляционного определения Судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда по делу N 33-1567/2020 от 10.03.2020г. (л.д.42 т.1).
Данные обстоятельства также не отрицались ответчиком в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела.
В последующем 07.04.2020г. от представителя истца в ПАО "БАНК УРАЛСИБ" поступила претензия о неисполнении ответчиком заявления истца, поданного 03.04.2020г. о выдаче наличных денежных средств со счета в полном объеме (л.д.43 т.1).
Ответчик ПАО "БАНК УРАЛСИБ" 08.04.2020г. отказал истцу в выполнении распоряжения от 03.04.2020 о выдаче со счета наличных денежных в сумме 35 742 472, 80 руб. в соответствии с п. 11 ст. 7 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансировании терроризма" (далее по тексту - Закон N 115-ФЗ). Основанием принятия решения об отказе явилось невозможность на основании представленных истцом документов и информации сделать однозначный вывод об очевидном экономическом смысле и очевидной законной цели проводимой операции (л.д.45 т.1).
Уведомление ПАО "БАНК УРАЛСИБ" от 08.04.2020г. НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН об отказе в выполнении распоряжения клиента было получено представителем истца 09.04.2020г. ( л.д. 197, т.1)
В ПАО "БАНК УРАЛСИБ" 09.04.2020г. поступила претензия представителя истца о несогласии с отказом Банка в выполнении его требований о выдаче истцу со счета наличных денежных средств ( л.д.198, т.1).
В последующем 13.04.2020г. по распоряжению истца Банком совершена операция по счету по перечислению денежных средств в БАНК ВТБ (ПАО) в безналичном порядке и на основании поданного представителем истца заявления счет истца в ПАО "БАНК УРАЛСИБ" закрыт 14.04.2020г. (л.д.226-228, т.1)
Полагая, что действия банка по неправомерному удержанию денежных средств, находящихся на банковском счете, уклонение от их возврата являются нарушением норм действующего законодательства ст.395 ГК РФ, Закона РФ "О защите прав потребителей", что влечет взыскание штрафных санкций и компенсации морального вреда и вреда, причиненного здоровью, истец обратилась в суд с настоящим иском.
Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности", Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей", ст. ст. 845, 848, 849 ГК РФ, ст. 7 Закона N 115-ФЗ, Положением от 02.03.2012 N 375-П "О требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма", п.п. 19 ст. 3 Федерального закона от 27.06.2011 N 161-ФЗ "О национальной платежной системе", с учетом разъяснений, изложенных в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", исходя из фактических обстоятельств по делу, пришел к выводу о том, что ответчиком не представлено доказательств надлежащего исполнения требований Закона N 115-ФЗ и Положения N 375-П, в связи с чем отсутствуют основания для освобождения Банка от ответственности за неисполнение обязательств перед истцом.
При этом, суд исходил из того, что природа обязанности банка по уплате процентов по ставке рефинансирования, установленная специальным законом, является общей ответственностью должника за неправомерное пользование чужими денежными средствами, тогда как ответственность, предусмотренная п. 5 ст. 28 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" является дополнительной мерой ответственности за несвоевременное оказание услуги либо неправомерный отказ в предоставлении услуги, направлена на предоставление дополнительной правовой защиты потребителю, как наименее защищенной стороне отношений, в силу чего не конкурирует со специальными нормами статьи 856 ГК РФ, а дополняет их.
Частично удовлетворяя исковые требования в части взыскания неустойки в порядке ст.395 ГК РФ, суд первой инстанции, производя расчет неустойки, определив период неустойки с 08.04.2020г. по 13.04.2020г., пришел к выводу о взыскании в пользу истца 29297,11руб.
Руководствуясь п.5 ст.28 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" суд взыскал в пользу истца за указанный период просрочки неустойку (пеню) из расчета 3% за каждый день просрочки от цены оказания услуги, из расчета: 35 742 472,80 / 100 ? 3% х 5 дней = 5 361 370,92 руб.
В соответствии с положениями п. 6 ст. 13 Закона "О защите прав потребителей" за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований суд первой инстанции взыскал в пользу истца штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя 2 695 334,02 руб. При этом, судом указано на то обстоятельство, что о применении положений ст.333 ГК РФ ответчиком в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции не заявлено.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, полагает их законными и обоснованными, исходя из следующего.
Согласно ст. 858 Гражданского кодекса Российской Федерации ограничение прав клиента на распоряжение денежными средствами, находящимися на счете, не допускается, за исключением наложения ареста на денежные средства, находящиеся на счете, или приостановления операций по счету в случаях, предусмотренных законом.
В силу п. 9 ст. 9 Федерального закона от 27 июня 2011 г. N 161-ФЗ "О национальной платежной системе" использование клиентом электронного средства платежа (то есть, способа перевода денежных средств с использованием, в том числе и платежных карт) может быть приостановлено или прекращено оператором по переводу денежных средств на основании полученного от клиента уведомления или по инициативе оператора по переводу денежных средств при нарушении клиентом порядка использования электронного средства платежа в соответствии с договором.
В соответствии с п. 10 ст. 9 указанного выше Федерального закона предусмотрено, что приостановление или прекращение использования клиентом электронного средства платежа не прекращает обязательств клиента и оператора по переводу денежных средств, возникших до момента приостановления или прекращения указанного использования.
В силу ст. 1 Федерального закона от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" данный федеральный закон направлен на защиту прав и законных интересов граждан, общества и государства путем создания правового механизма противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения.
На основании п. 1 ст. 6 вышеуказанного Закона операция с денежными средствами или иным имуществом подлежит обязательному контролю, если сумма, на которую она совершается, равна или превышает 600 000 руб. либо равна сумме в иностранной валюте, эквивалентной 600 000 руб., или превышает ее, а по своему характеру данная операция относится, в частности, к предоставлению юридическими лицами, не являющимися кредитными организациями, беспроцентных займов физическим лицам и (или) другим юридическим лицам, а также получению такого займа.
В силу п. 2 ст. 7 данного Закона организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, обязаны в целях предотвращения легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма разрабатывать правила внутреннего контроля, назначать специальных должностных лиц, ответственных за реализацию правил внутреннего контроля, а также принимать иные внутренние организационные меры в указанных целях.
Правила внутреннего контроля разрабатываются с учетом требований, утверждаемых Правительством Российской Федерации, а для кредитных организаций, профессиональных участников рынка ценных бумаг, страховых организаций (за исключением страховых медицинских организаций, осуществляющих деятельность исключительно в сфере обязательного медицинского страхования), страховых брокеров, управляющих компаний инвестиционных фондов, паевых инвестиционных фондов и негосударственных пенсионных фондов, кредитных потребительских кооперативов, в том числе, сельскохозяйственных кредитных потребительских кооперативов, микрофинансовых организаций, обществ взаимного страхования, негосударственных пенсионных фондов, ломбардов - Центральным банком Российской Федерации по согласованию с уполномоченным органом и утверждаются руководителем организации.
Положение о требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма утверждено Банком России 2 марта 2012 г. и предусматривает, в том числе, программу формирования в кредитной организации работы по отказу от заключения договора банковского счета (вклада) с физическим лицом, юридическим лицом, иностранной структурой без образования юридического лица, отказу от выполнения распоряжения клиента о совершении операции и по расторжению договора банковского счета (вклада) с учетом положений п. 1 ст. 7 Федерального закона от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ.
Пунктом 2 ст. 7 Закона N 115-ФЗ предусмотрено, что организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, обязаны в целях предотвращения легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма разрабатывать правила внутреннего контроля, назначать специальных должностных лиц, ответственных за реализацию правил внутреннего контроля, а также принимать иные внутренние организационные меры в указанных целях.
Правила внутреннего контроля (далее по тексту - ПВК) разрабатываются кредитными организациями с учетом требований, утверждаемых Центральным Банком РФ по согласованию с уполномоченным органом, и утверждаются руководителем организации.
Банком России на основании Закона N 115-ФЗ утверждено Положение от 02.03.2012 N 375-П "О требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" (далее по тексту - Положение N 375-П).
В силу Положения N 375-П при реализации ПВК кредитная организация должна обеспечить, в том числе, документальное фиксирование сведений (информации) по вопросам противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма (пункт 1.5).
При этом, основаниями документального фиксирования информации являются: запутанный или необычный характер сделки, не имеющей очевидного экономического смысла или очевидной законной цели; несоответствие сделки целям деятельности организации, установленным учредительными документами этой организации; выявление неоднократного совершения операций или сделок, характер которых дает основание полагать, что целью их осуществления является уклонение от процедур обязательного контроля, предусмотренных Федеральным законом; иные обстоятельства, дающие основания полагать, что сделки, осуществляются в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.
Исходя из буквального толкования вышеприведенных норм закона, указанные критерии относятся либо к хозяйственной деятельности юридических лиц и предпринимателей, либо к действиям граждан и юридических лиц, направленных на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации). В контексте требований истца не усматривается в действиях клиента банка именно таких критериев.
Вышеприведенным Положением N 375-П установлен ряд факторов, которые по отдельности или в совокупности влияют на принятие Банком решения об отказе в выполнении распоряжения клиента о совершении операции на основании п. 11 ст. 7 Федерального закона N 115- ФЗ.
К таким факторам могут быть отнесены: систематическое и (или) в значительных объемах совершение операций, содержащих признаки, указывающие на необычный характер сделки; неоднократное применение кредитной организацией к клиенту мер направленных на предотвращение совершения им операций, в отношении которых у кредитной организации возникали подозрения, что они осуществляются в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма, при этом клиентом (представителем клиента) не представлялись документы и информация, подтверждающие очевидный экономический смысл и очевидную законную цель проводимых операций, либо на основании представленных документов и информации кредитная организация затруднялась сделать однозначный вывод об очевидном экономическом смысле и очевидной законной цели проводимых операций, в том числе мер, результатом применения которых явились отказы в выполнении распоряжений клиента о совершении операций; иные факторы, самостоятельно определяемые кредитной организацией.
Решение о квалификации (неквалификации) операции клиента в качестве подозрительной кредитная организация принимает самостоятельно на основании имеющейся в её распоряжении информации и документов, характеризующих статус и деятельность клиента, осуществляющего операцию.
Судебная коллегия не соглашается с доводами ответчика о том, что банком принято решение об отказе в проведении операции из анализа проводимых по счету истца операций, а также документов, представленных истцом при заключении договора ввиду следующего.
Договор КБО заключен между истцом и ответчиком на основании заявления истца и истцом самостоятельно выбран вид счета.
При заключении договора представителем истца выбрана банковская карта "мгновенного выпуска", то есть карта не являлась именной картой Гунченко Г.А., на ней не указаны фамилия и имя истца, как держателя карты, что предполагало возможность использования карты любым лицом, что, по заявлению ответчика, дополнительно усиливало подозрения банка о необычном характере совершаемых операций.
Судебная коллегия полагает данную позицию ответчика ошибочной, и учитывает то обстоятельство, что выпуск такого вида карт является обычной практикой для ПАО "БАНК УРАЛСИБ". Поскольку выпуск "не именных" карт банком в настоящее время не прекращен, то в использовании такого вида карт не усматривается подозрительного поведения истца, в противном случае все держатели "не именных" карт должны автоматически попадать под категорию подозрительного поведения и, в первую очередь, эмитент таких карт.
Согласно пп. 19 ст. 3 Федерального закона от 27.06.2011 N 161-ФЗ "О национальной платежной системе" следует, что банковская карта - это электронное средство платежа, средство (или) способ, позволяющие клиенту оператора составлять, удостоверять и передавать распоряжения по переводу денежных средств, в целях осуществления перевода денежных средств, в рамках применяемых форм безналичных расчетов.
В вышеупомянутом Положении N 375-П указано на то, что решение о квалификации (неквалификации) операции клиента в качестве подозрительной кредитная организация принимает самостоятельно на основании имеющейся в её распоряжении информации и документов, характеризующих статус и деятельность клиента, осуществляющего операцию.
При этом, для Банка, как юридического лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, указанное означает что:
- ст. 1 ГК РФ установлено, что гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела. Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. При установлении и осуществлении гражданских прав добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается. Финансовые средства свободно перемещаются на всей территории Российской Федерации;
- ст. 2 ГК РФ определено, что гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.
Учитывая вышеизложенное, принимая решение о квалификации (неквалификации) операции клиента в качестве подозрительной кредитная организация принимает на себя, в том числе и риски, связанные с неверной оценкой обстоятельств, послуживших основанием для такой квалификации, кредитная организация должна взвешено относиться к имеющейся у нее информации, с учетом требований установленных гражданским кодексом, иными нормативными актами, в том числе, не допускать злоупотребления предоставленными ей правами.
В соответствии со ст. 3 Закона N 115-ФЗ определены используемые понятия, а именно:
1)доходы, полученные преступным путем, - денежные средства или иное имущество, полученные в результате совершения преступления;
2)легализация (отмывание) доходов, полученных преступным путем, - придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами или иным имуществом, полученными в результате совершения преступления.
В ст. 6 Закона N 115-ФЗ указаны операции с денежными средствами или иным имуществом, подлежащие обязательному контролю. Операция с денежными средствами или иным имуществом, подлежащая обязательному контролю должна обладать двумя характеристиками: сумма, на которую она совершается, равна или превышает 600 000 рублей и по своему характеру операция должна относиться к одному из видов операций указанных в пунктах 1-4 статьи 6 Закона N 115-ФЗ.
Положением N 375-П предусмотрено, что основными принципами и целями организации в кредитной организации внутреннего контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма являются:
-обеспечение защиты кредитной организации от проникновения в нее преступных доходов;
-управление риском легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма в целях его минимизации.
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что денежные средства на счет истца, открытый в ПАО "БАНК УРАЛСИБ", зачислены на основании инкассового поручения ПАО "Сбербанк", г. Москва НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 01.04.2020 на основании апелляционного определения Ростовского областного суда от 10 марта 2020 года по делу N 33-1567/2020, вступившего в законную силу, и исполнительного листа ФС N 027341825, предъявленного в банк должника (ПАО "Сбербанк") и исполненного в полном объеме. При этом, данный факт не оспаривался ответчиком.
В ходе рассмотрения дела представитель ответчика пояснял, что у ПАО "БАНК УРАЛСИБ" нет подозрений в отношении денежных средств зачисленных на счет истца и зачисленные денежные средства признаны ответчиком легальными. Таким образом, судебная коллегия полагает, что владение и распоряжение указанными денежными средствами истцом не может подпадать и под определение "легализация (отмывания) доходов, полученных преступных путем".
В п. 4.6 Положения N 375-П указаны факторы, влияющие на оценку риска клиента в категории "риск, связанный с проведением клиентом определенного вида операций".
Согласно п. 4.7 Положения N 375-П, оценка риска клиента должна являться результатом анализа имеющихся у кредитной организации документов, сведений и информации о клиенте и его деятельности.
Между тем, основанием для отказа в выполнении операции ПАО "БАНК УРАЛСИБ" указано на невозможность сделать однозначный вывод об экономическом смысле и о законной цели проводимой операции.
При этом, представитель ответчика в судебном заседании суда первой инстанции пояснил, что информацией о противоправном поведении истца, привлечении истца к административной или уголовной ответственности за действия связанные с отмыванием денежных средств либо нахождении истца в списках лиц состоящих в террористической организации, либо иным образом причастного к деятельности террористической организации или финансированию террористической организации, а равно иными сведениями и документами, позволяющими подозревать истца в противоправном поведении, ответчик не располагает ( л.д. 235-246, т.1).
На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии у ответчика оснований для применения в отношении истца п. 11 статьи 7 Закона N 115-ФЗ, указав также на то обстоятельство, что банк не учел, что его клиент не является юридическим лицом и может самостоятельно принимать решения, не обязательно руководствуясь, при этом экономическим смыслом, а решение о снятии наличных денежных средств является частным делом истца, а в силу ст. 1 ГК РФ никто не вправе вмешиваться в частные дела.
Установив неправомерность отказа в выполнении распоряжения истца по выдаче денежных средств с вклада, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что решение ответчика об отказе в выполнении распоряжений Клиента является ограничением прав Клиента по распоряжению денежными средствами, находящимися на счете. В данном случае Банк, действуя в рамках возложенных на него Законом N 115-ФЗ публично-правовых обязанностей по осуществлению контроля за расчетными операциями, не проявил должной степени осмотрительности и заботы о соблюдении прав Клиента, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии оснований для освобождения банка от ответственности с учетом отсутствия доказательств надлежащего исполнения требований закона N 115-ФЗ и Положения N 375-П.
Судебная коллегия полагает данные выводы суда законными и обоснованными, как и выводы о применении штрафных санкций за невыполнение указаний клиента о выдаче денежных средств со счета, исходя из следующего.
Согласно ст. 834 ГК РФ по договору банковского вклада (депозита) одна сторона (банк), принявшая поступившую от другой стороны (вкладчика) или поступившую для нее денежную сумму (вклад), обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предусмотренных договором (п. 1).
В соответствии с п. 2 ст. 837 ГК РФ по договору банковского вклада любого вида банк обязан выдать сумму вклада или ее часть по первому требованию вкладчика, за исключением вкладов, внесенных юридическими лицами на иных условиях возврата, предусмотренных договором.
К отношениям банка и вкладчика по счету, на который внесен вклад, применяются правила о договоре банковского счета (глава 45), если иное не предусмотрено правилами главы 44 ГК РФ или не вытекает из существа договора банковского вклада (п. 3 ст. 834 ГК РФ).
В силу ст. 856 ГК РФ в случаях несвоевременного зачисления на счет поступивших клиенту денежных средств либо их необоснованного списания банком со счета, а также невыполнения указаний клиента о перечислении денежных средств со счета либо об их выдаче со счета банк обязан уплатить на эту сумму проценты в порядке и в размере, предусмотренных ст. 395 данного кодекса.
Применение положений ст. 856 ГК РФ к договору банковского вклада обусловлено как п. 3 ст. 834 ГК РФ, так и тем, что заключение такого договора оформляется открытием клиенту депозитного счета, являющегося разновидностью банковского счета.
В этой связи, последствия нарушения банком обязанности по возврату вклада вследствие невыдачи денежных средств со счета состоят в обязанности уплаты банком процентов по ставке рефинансирования.
Удовлетворяя исковые требования частично, оценив в совокупности представленные сторонами доказательства по правилам ст. ст. 12, 56, 67 ГПК РФ, применяя приведенные нормы права, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что сторона истца представила совокупность доказательств, достоверно подтверждающих, что ПАО " Банк Уралсиб" отказал Гунченко Г.А. в выдаче денежных средств со счета без достаточных к тому оснований.
Согласно договора КБО, заключенного между истцом и ответчиком следует, что если общая сумма планируемых к получению средств в день равна или превышает 300 000 российских рублей, то Клиент обязан направить Банку предварительный заказ на получение денежных средств не менее чем за 2 (два) рабочих дня, предшествующих дню получения наличных денежных средств в Банке (п. 3.2.11. Правил КБО). Таким образом, истцом и ответчиком, как сторонами договора банковского счета был определен порядок получения наличных денежных средств со счета при снятии определенной суммы денежных средств.
Судом установлено, что 03.04.2020г. от истца в ПАО "Банк Уралсиб" поступило заявление о выдаче с его счета наличных денежных средств в сумме, превышающей указанную сумму, но поскольку 03.04.2020г. - пятница, то, в соответствии с договором КБО, датой получения запрошенной суммы наличных денежных средств является - 08.04.2020г..
Установив, что 13.04.2020г. совершена операция по счету по перечислению денежных средств в безналичном порядке по распоряжению истца, то есть истец фактически воспользовался своими денежными средствами, суд первой инстанции обоснованно определил период взыскания неустойки с 08.04.2020г. по 13.04.2020г., взыскав с ПАО "Банк Уралсиб" неустойку в размере 5361370,92 руб.
Доводы жалобы ответчика о том, что к возникшим правоотношениям положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" не применимы, поскольку ответственность банка в данном случае предусмотрена специальной нормой - статьей 856 Гражданского кодекса Российской Федерации, судебная коллегия находит противоречащим нормам материального права, поскольку статья 856 Гражданского кодекса Российской Федерации не является специальной нормой по отношению к Закону Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей".
В соответствии с преамбулой Закона РФ "О защите прав потребителей" данный закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.
Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.
Исполнителем является организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.
В соответствии разъяснениями, содержащимися в подпункте "д" пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при отнесении споров к сфере регулирования Закона о защите прав потребителей следует учитывать, что под финансовой услугой следует понимать услугу, оказываемую физическому лицу в связи с предоставлением, привлечением и (или) размещением денежных средств и их эквивалентов, выступающих в качестве самостоятельных объектов гражданских прав. К числу таковых относят предоставление кредитов (займов), открытие и ведение текущих и иных банковских счетов, привлечение банковских вкладов (депозитов), обслуживание банковских карт, ломбардные операции и т.п.
В этой связи, гражданин, заключая договор банковского счета, является потребителем финансовой услуги, подпадающей как под действие норм Гражданского кодекса Российской Федерации, так и под действие Закона РФ "О защите прав потребителей", в том случае, если банковский счет не используется таким гражданином для нужд, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а используется для личных, семейных, домашних и иных нужд.
Из материалов дела следует, что Гунченко Г.А., заключая договор банковского счета с ПАО "БАНК УРАЛСИБ", действовала в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, следовательно, она являлась потребителем услуг банка по привлечению и размещению денежных средств.
Таким образом правоотношения между истцом Гунченко Г.А. и ответчиком ПАО "БАНК УРАЛСИБ", возникшие на основании договора банковского вклада (депозита), являются потребительскими и к данным отношениям сторон подлежат применению положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей".
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 1, 2 указанного выше Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то Закон Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" к отношениям, возникающим из таких договоров, применяется в части, не урегулированной специальными законами.
Статьей 856 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в случаях несвоевременного зачисления на счет поступивших клиенту денежных средств либо их необоснованного списания банком со счета, а также невыполнения указаний клиента о перечислении денежных средств со счета либо об их выдаче со счета банк обязан уплатить на эту сумму проценты в порядке и в размере, предусмотренных статьей 395 данного Кодекса.
Согласно п. 5 ст. 28 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 данной статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа. Договором о выполнении работ (оказании услуг) между потребителем и исполнителем может быть установлен более высокий размер неустойки (пени).
Таким образом, ст. 856 Гражданского кодекса Российской Федерации, на которую сослался заявитель жалобы, является общей нормой Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующей отношения между банком и клиентом вне зависимости от его субъектной принадлежности, в то время как статья 28 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" регулирует те же отношения со специальным субъектом - потребителем.
В соответствии с п. 6 ст. 13 названного закона от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с исполнителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
В этой связи, за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, судом взыскан в ПАО "Сбербанк России" штраф в размере 2 695 334,02руб.
Согласно ст. 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
В силу разъяснений, содержащихся в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий, исходя из принципа разумности и справедливости.
Таким образом, по смыслу Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" сам по себе факт нарушения прав потребителя презюмирует обязанность ответчика компенсировать моральный вред.
Учитывая, что в судебном заседании нашел подтверждение факт нарушения ответчиком ПАО "Банк Уралсиб"" прав потребителя Гунченко Г.А., руководствуясь ст. 151 ГК РФ, ст. 15 Закона "О защите прав потребителей", с учетом принципа разумности и соразмерности, суд обоснованно взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 20000 руб.
Несостоятельным является довод жалобы ПАО "Банк Уралсиб" о том, что судом необоснованно взысканы компенсация морального вреда и штраф в связи с тем, что на данные правоотношения не распространяется законодательство о защите прав потребителей, поскольку он основан на неправильном толковании и применении норм материального права, регулирующим спорные правоотношения.
Согласно п. 71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 (ред. от 07.02.2017) "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", если должником является коммерческая организация снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме.
Судебная коллегия отмечает, что в порядке ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчиком в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции не заявлялось об уменьшении размера неустойки и штрафа.
В силу ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Разумность размеров судебных расходов на оплату услуг представителя, как категория оценочная, определяется судом индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела.
Следовательно, при оценке разумности заявленных расходов размера оплаты услуг представителя, суд должен исходить из объема и характера защищаемого права, продолжительности рассмотрения спора, его сложности, конкретных обстоятельств рассмотренного иска, в том числе, из количества и продолжительности судебных заседаний, в которых участвовал представитель, из объема и характера документов, составленных представителем. С учетом конкретных обстоятельств дела, суд считает возможным взыскать с ответчика расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 рублей.
Взысканные судом расходы на оплату услуг представителя в порядке ст. 100 ГПК РФ соответствует принципу разумности и справедливости, объему выполненной представителем истца работы, с учетом сложности и категории судебного спора.
В процессе гражданского судопроизводства по делу судом установлено, что в резолютивной части мотивированного решения суда первой инстанции допущены описки.
Определением Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 09 июля 2020 года исправлена описки в решении Кировского районного суда г.Ростова-на-Дону от 03.06.2020г., резолютивная часть мотивированного решения указана в следующей редакции: "взыскать с ПАО "Банк Уралсиб" в пользу Гунченко Г.А. проценты за неправомерное пользование чужими денежными средствами в размере 29 297,11 руб., неустойку в размере 5361370,92 руб., штраф в размере 2695334,02 руб., моральный вред в размере 2000руб., расходы на представителя в размере 25000 руб., в удовлетворении остальной части исковых требований отказать. Взыскать с ПАО "Банк Уралсиб" государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 35153,34 руб." (л.д. 79, т.2).
Доводы апелляционной жалобы о том, что суд не полностью исследовал материалы дела, представленные доказательства, неправильно оценил имеющиеся в деле доказательства, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела - выражают несогласие с выводами суда первой инстанции, однако, по существу их не опровергают, сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом подробного исследования и оценки суда первой инстанции и к выражению несогласия с произведенной оценкой обстоятельств дела и представленных по делу доказательств, произведенной в полном соответствии с положениями статьи 67 ГПК РФ, тогда как оснований для иной оценки имеющихся в материалах дела доказательств суд апелляционной инстанции не усматривает. При этом, судебная коллегия отмечает, что суд оценивает относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в совокупности.
Доводы апелляционной жалобы основаны на неправильном толковании норм материального и процессуального прав и сводятся к повторному изложению позиции ответчика, выраженной в суде первой инстанции, которая надлежащим образом исследовалась и оценивалась судом и правильно признана несостоятельной, доводы направлены на переоценку правильных выводов суда и каких-либо новых и существенных для дела фактов, не учтенных судом первой инстанции, не содержат, вышеизложенных выводов суда не опровергают и не влияют на правильность принятого судом решения.
Таким образом, обстоятельства, имеющие значение для дела, определены судом верно, нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения суда в соответствии со ст. 330 ГПК РФ не допущено, судебная коллегия, проверив решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы в порядке ст. 327.1 настоящего Кодекса, не находит оснований для его отмены.
Руководствуясь ст.ст. 328,329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Кировского районного суда г.Ростова-на-Дону от 03 июня 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ПАО "Банк Уралсиб" - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи:
Мотивированное апелляционное определение изготовлено - 14 октября 2020г.


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка