Определение Судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 30 декабря 2019 года №33-1125/2019

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ СМОЛЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 30 декабря 2019 года Дело N 33-1125/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Смоленского областного суда в составе:
председательствующего Никоненко Т.П.,
судей Мацкив Л.Ю., Алексеевой О.Б.
с участием прокурора Павленко Н.В.
при секретаре Кадилине А.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании дело по иску П.Л.И., В, Ш.О.В. к фермерскому хозяйству "Надежда", Ч о компенсации морального вреда,
по апелляционным жалобам фермерского хозяйства "<данные изъяты>", К. на решение Духовщинского районного суда Смоленской области от 30 ноября 2018 года.
Заслушав доклад судьи Мацкив Л.Ю., объяснения главы фермерского хозяйства "<данные изъяты> Д, представителя К Е.Р. - С, возражения П.Л.И., В, Ш.О.В., заключение прокурора П.Н.В. о законности решения, судебная коллегия
установила:
П.Л.И., В и Ш.О.В., с учетом уточнений, обратились в суд с иском к фермерскому хозяйству "<данные изъяты>" (далее - ФХ "<данные изъяты>") и Ч о взыскании компенсации морального вреда, указывая, что (дата) произошло дорожно - транспортное происшествие (далее - ДТП) с участием принадлежащего ФХ "<данные изъяты> автомобиля 1, под управлением К Е.Р., и автомобиля 2 принадлежащего П.В.В. и под его управлением. В результате ДТП П.В.В. В.В. скончался на месте, П.Л.И. и П.К.В., являвшиеся пассажирами, получили тяжкие телесные повреждения, чем причинен моральный вред. Кроме того, истицы, потерявшие в результате происшествия близкого родственника П.В.В., испытывают сильные нравственные страдания из-за потери мужа и отца. Просят взыскать солидарно с ФХ "<данные изъяты>" и Ч в пользу П.Л.И. и В по 300 000 руб. каждой компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью, в пользу П.Л.И., В и Ш.О.В. по 1 000 000 руб. каждой компенсации морального вреда в связи с гибелью близкого родственника (т. 3 л.д. 97-98, 103-110).
Ответчица Ч, третьи лица К Е.Р., ПАО "Росгосстрах" в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела.
В судебном заседании истицы П.Л.И., В, Ш.О.В., их представитель Б иск поддержали.
Глава ФХ "<данные изъяты>" Д иск не признал, пояснив, что он поменялся автомашинами со своей внучкой Ч, которой передал автомобиль 1, принадлежащий ФХ "<данные изъяты>" взамен на автомобиль <данные изъяты>. Ч приехала к нему с К Е.Р., которого он раньше не видел. О том, что Ч собирается передать управление автомобилем другому лицу, он не знал.
Представитель Ч - К.А.А. иск не признал, в письменных возражениях пояснил, что на момент совершения ДТП владельцем транспортного средства являлся К Е.Р., в связи с чем он должен самостоятельно отвечать по обязательствам, возникшим вследствие причинения вреда.
Представитель третьего лица К Е.Р. - С полагала, что оснований для удовлетворения требований истцов о компенсации морального вреда в связи с гибелью родственника не имеется. Виновность К Е.Р. в совершении ДТП не установлена, определить механизм ДТП и степень вины каждого из водителей невозможно, поэтому имеются основания для снижения размера компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью.
Решением Духовщинского районного суда Смоленской области от 30.11.2018 иск удовлетворен частично. С ФХ "<данные изъяты>" в пользу П.Л.И., В взыскана компенсация морального вреда в связи с причинением вреда здоровью по 250 000 руб. каждой, в пользу П.Л.И., В, Ш.О.В. компенсация морального вреда в связи с гибелью родственника по 300 000 руб. каждой. В остальной части иска отказано (т. 4 л.д. 209-213).
Глава ФХ "<данные изъяты>" Д в апелляционной жалобе с дополнениями просит решение суда отменить, отказать в иске к ФХ <данные изъяты>", ссылаясь на неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела. Указывает, что заключение эксперта ЭКЦ УМВД России по ... Б N, проведенное в рамках уголовного дела, возбужденного в отношении К Е.Р., является недопустимым доказательством по гражданскому делу, не может быть принято во внимание, поскольку сделано на основании исходных данных, указанных в постановлении следователя о назначении экспертизы, которые не подтверждены материалами дела. По заключению комплексной судебной медико-автотехнической экспертизы от (дата) (эксперт Х) невозможно определить механизм ДТП и виновного в ДТП. Полагает, что виновность водителя К Е.Р. в ДТП не доказана. Между тем, суд, не обладая специальными познаниями, самостоятельно сделал вывод о виновности К Е.Р., что прямо противоречит заключению судебной экспертизы и пояснениям эксперта Х в судебном заседании. В суде ответчиком заявлялось ходатайство о проведении дополнительной автотехнической экспертизы для разрешения вопросов о причинах ДТП, виновности К Е.Р., однако данное ходатайство было отклонено. Судом при определении размера компенсации морального вреда не учтено то обстоятельство, что полученные истицами повреждения вызваны исключительно грубой неосторожностью самих потерпевших, которые не были пристегнуты ремнями безопасности. Кроме того, судом неверно истолкованы положения ст. 1079 ГК РФ, определяющие владельца источника повышенной опасности. В момент ДТП автомобиль 1 находился под управлением К., который являлся его владельцем на законных основаниях, а потому ФХ "<данные изъяты>" является ненадлежащим ответчиком по делу (т. 4 л.д. 217-221, 241-245).
В апелляционной жалобе представитель К Е.Р. - С просит решение изменить, исключив из мотивировочной части решения указание на наличии вины в произошедшем ДТП водителя автомобиля 1 Е.Р., снизить размер компенсации морального вреда, ссылаясь на недоказанность обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела. Указывает, что суд положил в основу вывода о виновности К Е.Р. заключение автотехнической экспертизы от (дата), проведенной экспертом ЭКЦ УВД Б, однако вывод эксперта был основан на исходных данных, изложенных в постановлении следователя, которые не подтверждены материалами дела и опровергаются заключением судебной экспертизы от (дата) . Судом не указано, имелась ли в действиях истцов грубая неосторожность, поскольку те не были пристегнуты ремнями безопасности. Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда в связи со смертью близкого родственника, суд не выяснил индивидуальные особенности истиц, проживали ли они раздельно или совместно, насколько были близки (т. 4 л.д. 227-230).
Проверив законность и обоснованность решения в пределах доводов апелляционных жалоб и возражений, судебная коллегия приходит к следующему.
Как следует из материалов дела, (дата) около 13 час. 40 мин. на автодороге <данные изъяты>, в районе 15 км по направлению в сторону ... произошло ДТП с участием автомобиля 1 принадлежащего ФХ "<данные изъяты>" под управлением К Е.Р., и автомобиля 2, под управлением и принадлежащего П.В.В. (т. 1 л.д. 11, 51, 70-71, 106, 124).
Согласно представленной схеме ДТП, ширина проезжей части дороги 8,2 м, обочина отсутствует. Автомобиль 1, расположен на встречной полосе относительно движения в сторону ..., под углом на расстоянии 2,45 м от заднего левого колеса до края проезжей части и на расстоянии 2,56м от переднего правого колеса до края проезжей части. Автомобиль 2, расположен на полосе движения в направлении движения в сторону ... на расстоянии 2,45м от переднего правого колеса до края проезжей части и на расстоянии1,35 м от заднего левого колеса до края проезжей части (т. 1 л.д. 69).
В результате произошедшего ДТП водитель П.В.В. В.В. скончался на месте, водитель К Е.Р., пассажиры автомобиля 1 (Ч и Ч), а также пассажиры автомобиля 2 (П.Л.И., П.К.В., А) были госпитализированы в ОГБУЗ "<данные изъяты>", ОГБУЗ "<данные изъяты> ОГБУЗ "<данные изъяты>" (т. 1 л.д. 32-34, 45).
Заключением эксперта ОГБУЗ "Смоленское областное бюро судебно-медицинской экспертизы" К.С.Н. от (дата) N установлено, что причиной смерти П.В.В. послужили телесные повреждения, полученные от действия твердых тупых предметов при ударах выступающих деталей салона автомобиля при ДТП (дата) (т. 1 л.д. 12-15).
Согласно заключениям эксперта ОГБУЗ "Смоленское областное бюро судебно-медицинской экспертизы" П от (дата) N и от (дата) N, а также дополнительному заключению от (дата) N, соответственно, установлено, что у П.Л.И. и П.К.В. диагностированы телесные повреждения, квалифицированные экспертом как тяжкий вред здоровью. Повреждения произошли от действия твердых тупых предметов, возможно, (дата), в условиях ДТП (т. 1 л.д. 19-21, 23-28).
Постановлением СО МО МВД России "<данные изъяты>" от (дата) в отношении К Е.Р. было возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 264 УК РФ, постановлением от (дата) по делу назначена судебно-автотехническая экспертиза, производство которой поручено экспертам ЭКЦ УМВД России по ... (т. 1 л.д. 32-34).
Заключением ЭКЦ УМВД России по ... (эксперт Б) N от (дата) установлено, что действия водителя автомобиля 1 Е.Р. не соответствовали требованиям п.п. 2.1.1, 2.1.2 и ч. 1 п. 10.1 ПДД РФ. В установленной следствием дорожно-транспортной ситуации причиной ДТП с технической точки зрения является несоответствие действий водителя автомобиля 1 Е.Р. требованиям ч. 1 п. 10.1 ПДД РФ, выразившихся в выезде в состоянии заноса на встречную половину проезжей части перед близко идущим встречным транспортным средством (т. 1 л.д. 35-42).
Постановлением СУ УМВД России по ... от (дата) в возбуждении уголовного дела в отношении водителя П.В.В. отказано по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ - за отсутствием в его деянии состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ (т.1 л.д. 16-18).
Как следует из показаний П.К.В., данных в ходе предварительного следствия, (дата) около 13 часов они выехали из ... в сторону ... на автомобиле 2. За рулем автомобиля был П.В.В. В.В., на переднем пассажирском сидении сидела П.Л.И., на заднем пассажирском сидении за водителем - П.К.В., справа от нее - А, и Ш.К.А., все были пристегнуты ремнями безопасности. На автомобиле был включен ближний свет фар. На лобовом стекле автомобиля стоит видеорегистратор, он был выключен. По дороге в сторону ... они двигались со скоростью 70 км/ч, по своей полосе, с боковым интервалом от правой обочины около 50 см. Данная дорога имеет песчаное покрытие, две полосы движения, по одной в каждом направлении. Полосы движения достаточно для движения автомобилей с безопасным интервалом со встречным потоком автомобилей. На улице была ясная погода, светило солнце. Двигаясь по указанному участку она через лобовое стекло увидела автомобиль в кузове ДЖИПП серебристого цвета, который двигался им навстречу, марку и гос.рег.знак автомобиля ей не было видно. В этот момент они двигались по прямолинейному участку проезжей части, был ли на нем включен ближний свет фар, пояснить не может. Когда она увидела данный автомобиль, его бросало из стороны в сторону, как будто водитель данного автомобиля терял управление транспортным средством. В этот момент они находились на расстоянии 30м от данного автомобиля, с какой скоростью он двигался, ей неизвестно. Ее отец (П.В.В. В.В.) начал применять торможение, когда он увидел, как автомобиль в кузове ДЖИПП начало кидать по проезжей части, и применял его до момента столкновения. Далее произошло столкновение с указанным автомобилем, столкновение пришлось в переднюю часть их автомобиля. В момент столкновения автомобиль в кузове ДЖИПП располагался левой боковой частью, и столкновение пришлось в эту же часть данного автомобиля. Перед столкновением из-под данного автомобиля поднималось много пыли, видимости за данным автомобилем не было. Автомобилю 2 видимость ничего не ограничивало, так как они двигались по прямолинейному участку проезжей части. Сигналов указателей поворота на автомобиле в кузове ДЖИПП она не видела. После столкновения их автомобиль немного развернуло влево, однако он остался на своей полосе движения. Впереди она видела автомобиль, с которым они совершили столкновение, он был расположен перпендикулярно оси проезжей части под углом и обращен к их автомобилю левой боковой частью (т. 3 л.д. 129-131).
Истица П.К.В. в судебном заседании подтвердила, что (дата) находилась на заднем сидении за отцом (П.В.В.). Отец ехал со скоростью 70 км/ч по своей полосе, встречную машину бросало по всей дороге, так как он, видимо, применил срочное торможение. Отец затормозил, но не успел полностью остановиться, у их машины оторвало переднее колесо. Движение там было двухполосное, участок дороги с небольшим поворотом, и та вторая машина ехала с небольшой горки. Со стороны ... дорога идет немного влево, а с той стороны с горки вниз и направо. Другая машина ехала вниз, ее заносило из стороны в сторону, бросало по дороге (т. 2 л.д. 88).
Как следует из показаний П.Л.И., данных в ходе предварительного следствия, (дата) около 13 часов они выехали из ... в сторону ... на автомобиле 2. За рулем автомобиля был П.В.В. В.В., на переднем пассажирском сидении сидела П.Л.И., на заднем пассажирском сидении за водителем - П.К.В., справа от нее - А, и Ш.К.А., все были пристегнуты ремнями безопасности. На автомобиле был включен ближний свет фар. На лобовом стекле автомобиля стоит видеорегистратор, он был выключен. По дороге в сторону ... они двигались со скоростью 70 км/ч, по своей полосе, с боковым интервалом от правой обочины около 50 см. Данная дорога имеет песчаное покрытие, две полосы движения, по одной в каждом направлении. Полосы движения достаточно для движения автомобилей с безопасным интервалом со встречным потоком автомобилей. На улице была ясная погода, светило солнце. Двигаясь по указанному участку, она увидела автомобиль в кузове ДЖИПП серебристого цвета, который двигался им навстречу. В этот момент они двигались по прямолинейному участку проезжей части, когда она увидела, данный автомобиль и что его бросало по всей ширине проезжей части, т.е. заносило. Данный автомобиль был на расстоянии от них около 30м. В тот момент её муж стал тормозить, в момент торможения автомобиль двигался по своей полосе движения. Далее автомобиль в кузове ДЖИПП стало разворачивать, то есть заносить заднюю часть на встречную полосу движения, после чего, в процессе торможения автомобиль, на котором они ехали, совершил столкновение с задней левой частью автомобиля в кузове ДЖИПП. Когда автомобиль 2 применил торможение, он продолжал двигаться прямолинейно. После столкновения их автомобиль 2 немного развернуло влево, однако он остался на своей полосе движения. Столкновение указанных автомобилей произошло на их полосе движения в направлении .... С момента обнаружения автомобиля и момента столкновения прошло не более секунды. С какой скоростью двигался тот автомобиль, ей неизвестно, но кажется с большой. От столкновения в автомобиле 2 сработали подушки безопасности, она ударилась об переднюю панель. Далее, подняв голову, она увидела впереди своего автомобиля автомобиль в кузове ДЖИПП, который стоял под углом перпендикулярно оси проезжей части. После столкновения автомобили были расположены согласно представленной схеме ДТП (т. 3 л.д. 127-128).
Истица П.Л.И. в судебном заседании показания подтвердила, дополнительно пояснив, что она находилась спереди на пассажирском сидении, пристегнутая. Вторая машина ехала с большой скоростью, у них был видеорегистратор, который они попытались спрятать (т. 2 л.д. 88).
Свидетель А в судебных заседаниях пояснил, что (дата) находился в автомашине 2 на заднем сидении, П.В.В. В.В. - на водительском, П.Л.И. - на пассажирском сидении спереди, П.К.В. слева от него, он сам посередине, справа - <данные изъяты> Ехали со скоростью 60 км/ч, не более. Перед поворотом П.В.В. В.В. сбросил скорость, а потом продолжал двигаться со скоростью примерно 70 км/ч. Двигались приблизительно от края дороги, по своей полосе, не по середине дороги. Все пассажиры машины были пристегнуты. ДТП произошло внезапно. Встречная машина начала уходить на свою полосу и ее начало заносить задней частью в левую сторону. Её не разворачивало против своей оси, начало поперек ставить. Машина 1 ехала по встречной полосе очень быстро, резко вывернулась и ударила в 2. Водитель П.В.В. В.В. перед столкновением прибегнул к торможению, водитель 1 пытался перестроиться. После столкновения он выпустил <данные изъяты> и попытался помочь К.В., однако она смогла только сесть на коврик машины, затем попытался вытащить П.В.В., однако не смог открыть дверь. П.В.В. В.В. лежал лицом вниз на подушке безопасности, руки на руле. Далее он побежал отключать аккумулятор, чтобы тот не взорвался. Схема ДТП, составленная сотрудниками полиции, соответствует обстановке ДТП. В момент столкновения машины не передвигались, они стояли на месте. На месте ДТП осуществлялось фотографирование. Дорожное покрытие было песчаное, ехать по нему не комфортно, местами есть колея. На данной дороге две машины могут свободно разъехаться. (т. 2 л.д. 130-132, т. 3 л.д. 213-216).
В судебном заседании глава ФХ "<данные изъяты>" Д пояснил, что (дата) к нему приехала внучка Ч, с младшей внучкой <данные изъяты> и К Е.Р., попросила автомобиль, и они поехали на озеро. Через некоторое время ему позвонили и сообщили, что внучка попала в аварию. Когда он приехал на место, машины стояли согласно схеме, была сделана фотосъемка, два автомобиля шли навстречу друг другу, К свернул, а П.В.В. ударил ему вбок (т. 1 л.д. 129-130).
Как следует из показаний Ч, данных в рамках предварительного следствия, (дата) около 13 час. 40 мин. она ехала на автомобиле 1, на переднем пассажирском сидении, под управлением ее молодого человека К Е.Р., позади водителя сидела её сестра Ч Она и К Е.Р. не были пристегнуты ремнями безопасности. Погода была хорошая, солнечно, осадков не было, грунт сухой, освещение естественное, видимость неограниченная. В попутном и во встречном направлении машин не было. Следовали они по своей полосе дороги, на которой полностью отсутствовала дорожная разметка, с боковым интервалом до правого края проезжей части примерно 0,5м, со скоростью 50-60 км/ч, которую она определилапо спидометру. На определенном участке автодороги она увидела автомобиль, который следовал им навстречу, как ей показалось, посередине дороги. Данный автомобиль она заметила на расстоянии примерно 300-400 м от передней части своего автомобиля. С какой скоростью двигался данный автомобиль, сказать не может. Водитель К Е.Р., видимо одновременно с ней заметив автомобиль, сразу же применил торможение, но скорее всего не экстренное, а рабочее, после чего попытался отвернуть вправо и уйти от возможного столкновения, повернув вправо рулевое колесо, но их автомобиль стало заносить влево, а К Е.Р. снова отвернул автомобиль вправо, но тут произошло столкновение со встречным автомобилем. Столкновение произошло передней частью встречного автомобиля в боковую сторону их автомобиля. В момент столкновения она ударилась, потеряла сознание на несколько секунд, а когда очнулась, их автомобиль стоял на месте. До приезда сотрудников полиции оба автомобиля оставались на месте. При осмотре места ДТП не присутствовала, со схемой к протоколу осмотра места происшествия ознакомлена, и согласна. Затрудняется ответить, кто виновен в данном ДТП (т. 2 л.д. 162-163).
В судебном заседании Ч пояснила, что (дата) она вместе со своим молодым человеком К Е.Р. и сестрой Ч поехали в деревню к дедушке Д Оставив свою машину <данные изъяты> она взяла у дедушки автомобиль 1, села за руль и отправилась назад, в сторону .... После того, как они выехали, через 500-700 м, К Е.Р. попросил её передать ему право управления автомобилем, объяснив, что так он сможет наработать навыки вождения, так как по дороге мало машин, они поменялись местами и поехали в город. Управлял этой машиной К Е.Р. впервые. Через некоторое время машину стало брать вправо, их стало заносить. Они ехали с небольшой скоростью, около 50 км/ч по спидометру, так как у нее есть привычка смотреть на спидометр. Когда они ехали, то видела справа траву. По центру дороги есть колея от машин, и лучше всего ехать было по данной колее. Об этом она сказала К Е.Р., на что он ей ответил, что будет ехать по правилам ПДД РФ. Асфальтового покрытия там нет, дорога была с песчаным покрытием. Видимость впереди была хорошая, погода солнечная и теплая. К Е.Р. управлял машиной уверенно, ни на что не отвлекался, она с ним тоже не разговаривала и не отвлекала. Она обернулась к сестре и после того, как повернулась обратно, то увидела впереди приближающуюся машину в 300 метрах от них, как она поняла, К тоже увидел данную машину одновременно с ней, может чуть раньше. Думает, что встречная машина двигалась на большой скорости. Встречная машина ехала по центру дороги, и они стали брать еще правее, заднюю часть их авто стало заносить влево на полосу встречного движения, она успевала рассматривать, куда они могут съехать. К не тормозил резко. Потом они остановились, и в них врезалась другая машина. Не может пояснить, выворачивал ли К руль, поскольку потеряла сознание в момент столкновения на несколько секунд. После этого она подошла к знакомой ей наглядно женщине и попросила вызвать родных, поскольку телефона при ней не было (т. 2 л.д. 168-175).
Свидетель А в судебном заседании пояснила, что (дата) она находилась в составе следственно-оперативной группы, в дневное время поступил вызов, она прибыла на место происшествия. Там она увидела две машины. Непосредственно возле машин были обломки, но на удалении никаких обломков и разбитых стекол не было. Был ли тормозной путь, следы заноса, она не помнит, но если бы были, то она отразила бы это в протоколе ОМП. На момент осмотра на дороге были следы уже иных транспортных средств, которые проезжали мимо. Указывает, что на данном участке дороги был поворот, дугообразный, плавный, затяжной, дорожных знаков на тот момент никаких не было. Дорога с песчаной грунтовой песчаной поверхностью, далее идет травяной покров, и начинается лесополоса. Состояние дорожного полотна - сухое, песчано-гравийное, рыхлое. Свидетель А говорил, что автомобиль двигался по встречной полосе, по которой ехала 2 и когда водитель 1 начал уходить от столкновения, то есть перестраиваться на свою полосу движения, его занесло. Градусы (угол разворота) она не определяла (т. 3 л.д. 54-57).
Свидетель Т в судебном заседании пояснил, что он, как специалист-эксперт МО МВД России "<данные изъяты>", выезжал на место ДТП с участием двух автомобилей - 2 и 1. Одна автомашина ехала из ..., вторая наоборот в .... Та, которая ехала в ..., находилась примерно на встречной полосе, стояла под углом к проезжей части. Та, которая ехала из ..., ударила ее в левый бок передней части. Судя по тому, как стояла машина, которая ехала в ..., то скорее всего её занесло, потому что колеса были выкручены и повернуты в правую сторону, и она стояла чуть под углом к дороге. Та, которая ехала из ..., как ехала, так и стояла. Были ли следы торможения, не помнит, если они были, то они должны были быть описаны. Характеризует дорожное покрытие как гребенку, не ровную, с мелкими волнообразными насыпями песка, т.е. когда машина по ней едет, она гремит. Были ли повороты дороги или извилины, не помнит (т. 3 л.д. 57).
Эксперт Б в судебном заседании пояснил, что скорость движения автомобилей была определена следственным путем, исходные данные для экспертизы были указаны в постановлении следователя о назначении экспертизы, поскольку в материалах дела иных объективных данных нет. Экспертным путем скорость может быть установлена либо по следам перемещения транспортных средств, либо по видеозаписям с регистратора, либо с других камер, либо следственным путем. В установочной части постановления следователя указано, что скорость автомобиля 1 - 50 км/ч, автомобиля 2 70 км/ч. По характеру повреждений можно определить только угол контактирования, а также то, двигались или не двигались автомобили (т. 3 л.д. 182-184).
Определением суда от (дата), по ходатайствам ФХ "<данные изъяты>" и представителя третьего лица К Е.Р., по делу назначена судебная медико-автотехническая экспертиза по 16-вопросам, производство которой поручено эксперту-технику ООО "Альфа-Сигма" и эксперту медико-криминалистического отделения ОГБУЗ "Смоленское областное бюро судебных медицинских экспертиз" С При этом ответы на вопросы, касающиеся механизма ДТП, эксперт должен быть дать без учета постановления следователя о назначении автотехнической экспертизы, показаний свидетелей и истцов (т. 3 л.д. 239-241).
Из заключения эксперта ООО "Альфа-Сигма" Х от (дата) N N следует, что определить экспертным путем расположение места столкновения автомобилей, скорость и траекторию их движения невозможно ввиду отсутствия необходимых исходных данных о следах перемещения транспортных средств, наличии и расположении осыпи частей и осколков деталей транспортных средств, а также участков скопления отделившихся от транспортных средств мелких частиц (опавшей земли, грязи), видеозаписей.
При нахождении автомобиля 1 в неподвижном положении, полученном путем моделирования, водитель автомобиля 2 технически мог совершить объезд автомобиля 1. В случаях, когда выдвигается версия о том, что одно из транспортных средств в момент столкновения находилось в неподвижном состоянии, осмотр места происшествия следует производить с привлечением высококвалифицированного специалиста.
Расстояние, с которого водитель автомобиля 2 должен был увидеть автомобиль 1, возможно определить только путем проведения соответствующего эксперимента при использовании конкретного транспортного средства (с учетом его технического состояния), при соответствующих дорожных условиях, что на момент производства исследования не представляется возможным.
Автомобиль 2 оборудован пятью ремнями безопасности, четыре из которых трехточечные, динамические, относятся к системе безопасности автомобиля, а также призваны уменьшить вероятность получения травм водителем и пассажирами в аварийной ситуации. Ремни безопасности визуально различимых повреждений не имеют, находятся в работоспособном состоянии.
Из заключения эксперта ОГБУЗ "Смоленское областное бюро судебных медицинских экспертиз" С следует, что характер и локализация телесных повреждений у П.В.В., П.Л.И., П.К.В. и А, находящихся в автомобиле 2, свидетельствуют о том, что никто из данных лиц в момент ДТП не был пристегнут ремнем безопасности, что также подтверждается техническим состоянием ремней безопасности.
Телесные повреждения у П.В.В., водителя 2 указанные в заключении эксперта N от (дата), в результате ДТП, произошедшего (дата) , образовались в результате значительного перемещения его тела вперед по салону автомобиля и ударе о рулевое колесо, и при условии применения ремня безопасности, препятствующего такому перемещению, образоваться не могли.
Телесные повреждения у П.Л.И., пассажира переднего сиденья автомобиля 2 указанные в заключении эксперта N от (дата), образовались в результате значительного перемещения ее тела вперед по салону автомобиля и ударе о переднюю панель, и при условии применения ремня безопасности, препятствующего такому перемещению, образоваться не могли.
Телесные повреждения у П.К.В., пассажира заднего сиденья автомобиля 2 указанные в заключении эксперта N от (дата), образовались в результате значительного перемещения ее тела по салону автомобиля и ударе о переднее сиденье, и при условии применения ремня безопасности, препятствующего такому перемещению, образоваться не могли.
Высказаться конкретно о возможности получения П какой-либо травмы в данном ДТП при условии, что они были пристегнуты ремнями безопасности, не предоставляется возможным. По литературным данным применение ремней безопасности при ДТП значительно снижает вероятность получения травмы и ее тяжесть (т. 4 л.д. 1-63).
Вместе с тем, определяя вину К Е.Р. в ДТП, суд руководствовался заключением ЭКЦ УМВД России по ... (эксперт Б) N от (дата) и указал, что действия водителя автомобиля 1 Е.Р. не соответствовали требованиям п.п. 2.1.1, 2.1.2 и ч. 1 п. 10.1 ПДД РФ, последний не смог верно оценить дорожные условия, избрать верную тактику вождения, выехал в состоянии заноса на встречную половину проезжей части перед близко идущим встречным транспортным средством, в результате чего произошло ДТП.
При таких обстоятельствах, судом апелляционной инстанции на обсуждение сторон был поставлен вопрос о необходимости проведения дополнительной судебной автотехнической и трассологической экспертизы на предмет определения механизма ДТП, определения, кем из участников ДТП были нарушены ПДД РФ, с использованием всех материалов дела (в том числе письменных материалов уголовного дела, пояснений сторон, показаний свидетелей ДТП) (п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от (дата) N "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции").
Определением Судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от (дата) была назначена дополнительная судебная автотехническая, трассологическая экспертиза, проведение которой поручалось экспертам АНО "Центр Экспертизы Автомобилей" (члену НП "Федерация Судебных Экспертов") - Р и К.Д.В. (т. 5 л.д. 57-63).
Между тем, в апелляционную инстанцию поступило экспертное заключение, составленное другим экспертом - Г, которому проведение экспертизы судом не поручалось, что недопустимо.
В связи с этим определением Судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от (дата) вновь назначена дополнительная судебная автотехническая, трассологическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам АНО "Центр Экспертизы Автомобилей" (члену НП "Федерация Судебных Экспертов") - Р и К.Д.В. (т. 5 л.д. 256-262).
Согласно заключению эксперта АНО "Центр Экспертизы Автомобилей" (члена НП "Федерация Судебных Экспертов") Р от (дата) механизм ДТП следующий:
- автомобиль 1, под управлением водителя К Е.Р., двигался по грунтовой автомобильной дороге ... в направлении ... со скоростью 50 - 60 км/ч в пределах правой стороны проезжей части. Приближаясь к 15 км данной автомобильной дороги, водитель К Е.Р. увидел двигающийся во встречном направлении автомобиль 2 С целью увеличения бокового интервала для разъезда, водитель К Е.Р. применил отворот рулевого колеса вправо и торможение, после чего автомобиль 1 Сорренто стало заносить влево. Водитель К Е.Р. снова применил отворот рулевого колеса вправо. Далее автомобиль 1 двигаясь в состоянии заноса, боком, левой стороной кузова сместился на сторону дороги, предназначенную для встречного движения;
- автомобиль 2, под управлением водителя П.В.В., двигался по грунтовой автомобильной дороге ... в направлении ... со скоростью 70 км/ч, в пределах правой стороны проезжей части, ближе к ее середине. Обнаружив смещение автомобиля 1 на его полосу движения, применил экстренное торможение;
- произошло пересечение траекторий движения и блокирующее эксцентричное столкновение автомобилей на стороне дороги в направлении ...
- процесс контактирования: внедрение переднего левого угла кузова автомобиля 2 по задней части переднего левого крыла автомобиля 1, далее деформация со смещением навесных элементов кузовов и "утыкание друг в друга" силовых элементов кузовов (передние лонжероны кузова автомобиля 2 и рама, задний мост автомобиля 1);
- после контакта силовых элементов кузовов и под действием сил инерции автомобили "разошлись" под некоторым углом друг к другу;
- автомобиль 2 в результате приобретенного вращающего инерционного момента сместился назад и развернулся против часовой стрелки (при взгляде на него сверху): передняя часть кузова влево, задняя часть вправо, и в конечном положении остановился на своей полосе движения;
- автомобиль 1 незначительно развернувшись против часовой стрелки, смесился вправо по ходу его движения, и в конечном положении остановился на середине проезжей части дороги.
Автомобиль 1 двигался в состоянии заноса, левой стороной кузова вперед, без вращения, с выездом на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, непосредственно перед столкновением двигался в сторону "своей" полосы движения, в момент столкновения находился в движении.
Автомобиль 2 двигался прямолинейно, в пределах своей полосы движения, ближе к середине проезжей части и, наиболее вероятно, в заторможенном состоянии.
Скорость автомобиля 1 перед происшествием составляла более 38 км/ч. Определить скорость движения автомобиля 2 на основании предоставленных данных не представляется возможным, по причине отсутствия следовой информации на дороге и соответствующих методик.
Место столкновения расположено в зоне осыпи осколков между автомобилями и не далее положения переднего левого колеса автомобиля 2, зафиксированного на схеме ДТП по ходу движения автомобиля 1. Столкновение произошло на полосе движения автомобиля 2.
Действия водителя К Е.Р., управлявшего автомобилем 1, в данной дорожно-транспортной ситуации не соответствовали требованиям ч. 1 п. 10.1 ПДД РФ.
В действиях водителя П.В.В., управлявшего автомобилем 2, несоответствий требованиям ч. 2 п. 10.1 ПДД РФ не усматривается. В данной дорожной ситуации водитель П.В.В. В.В. не имел технической возможности избежать столкновения. Решение вопроса выполнено в альтернативной форме при ограничивающих условиях, изложенных в исследовательской части вопроса.
Несоответствие в действиях водителя К Е.Р. требований ч. 1 п. 10.1 ПДД РФ, с технической точки зрения, находится в причинной связи с произошедшим ДТП (т. 6 л.д. 3-40).
Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 151, 323, 1064, 1079, 1081, 1083, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, исходил из результатов заключения ЭКЦ УМВД России по ... (эксперт Б) N от (дата), показаний свидетелей, письменных доказательств и пришел к выводу о вине в ДТП водителя автомобиля 1 - К Е.Р., взыскал в собственника указанного автомобиля - ФХ "<данные изъяты>" - в пользу П.Л.И. и В компенсацию морального вреда в связи с причинением тяжкого вреда здоровью по 250 000 руб. каждой, в пользу каждой из истиц компенсацию морального вреда в связи с гибелью супруга и отца по 300 000 руб.
Проанализировав заключения судебных экспертиз, объяснения участников процесса, показания вышеназванных свидетелей, судебная коллегия соглашается с выводами суда относительно определения виновного лица в совершении ДТП, поскольку данные выводы соответствуют обстоятельствам дела.
Доводы представителей ответчика ФХ "<данные изъяты> и третьего лица К Е.Р. о невиновности последнего со ссылками на заключение эксперта-техника ООО "Альфа-Сигма" Х от (дата) N N о невозможности определить механизм ДТП ввиду отсутствия необходимых исходных данных, не могут быть приняты во внимание, поскольку такие выводы не основаны на материалах дела, были обусловлены тем обстоятельством, что по определению суда первой инстанции о назначении экспертизы, ответы на вопросы, касающиеся механизма ДТП, эксперт-техник должен быть дать без учета постановления следователя о назначении автотехнической экспертизы, показаний свидетелей и истцов (т. 3 л.д. 239-241), то есть, без полного исследования материалов дела, что является нарушением требований ст. 85 ГПК РФ.
Указанное свидетельствует о неполноте заключения, послужило основанием для назначения судом апелляционной инстанции дополнительной судебной автотехнической и трассологической экспертизы, проведение которой поручено экспертам АНО "Центр Экспертизы Автомобилей" (члена НП "Федерация Судебных Экспертов") (ст. 87 ГПК РФ).
В заключении от (дата) эксперт АНО "Центр Экспертизы Автомобилей" (члена НП "Федерация Судебных Экспертов") Р пришел к выводам о том, что действия водителя К Е.Р. не соответствовали требованиям ч. 1 п. 10.1 ПДД РФ, что, с технической точки зрения, находится в причинной связи с произошедшим ДТП. В действиях водителя П.В.В., напротив, не усматривается несоответствий требованиям ч. 2 п. 10.1 ПДД РФ, которыми он должен был руководствоваться в данной дорожно-транспортной ситуации.
Судебная коллегия находит, что заключение названного судебного эксперта основано на всестороннем, полном, объективном исследовании представленных сторонами и собранных по делу доказательств.
Исследование проведено с применением норм действующего законодательства и соответствующих методических рекомендаций, выводы эксперта мотивированы, содержат ясные и однозначные ответы на поставленные вопросы, которые согласуются с иными представленными в материалы дела доказательствами.
В данном случае сомнений в правильности выводов дополнительной экспертизы не имеется.
Ссылки представителя К Е.Р. на заключение специалистов (рецензию) НП "Саморегулируемая организация судебных экспертов" от (дата) N о том, что экспертное заключение, выполненное Р, проведено с нарушением ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ", основано на предположениях, без использования актуальных методик и т.п., не может быть принято во внимание, поскольку указанная рецензия содержит лишь субъективную оценку действий эксперта и носит предположительный характер, тогда как в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказательств, опровергающих выводы судебного эксперта, суду не представлено, а несогласие представителей К Е.Р. и ФХ <данные изъяты>" с выводами эксперта не свидетельствует о какой-либо порочности (недостаточной полноте или ясности) судебной экспертизы.
Кроме того, рецензенты не привлекались к участию в деле, не предупреждались об ответственности за дачу заведомо ложного заключения.
Указания представителя К Е.Р. на то, что фотографии осмотра места ДТП, содержащиеся на диске, являются ненадлежащими доказательствами, так как получены с нарушением норм УПК РФ, судебной коллегией отклоняются. Оптический диск с фотографиями предоставлен Следственным управлением УМВД России по ... по запросу суда апелляционной инстанции вместе с уголовным делом N в отношении К Е.Р. (т. 5 л.д. 125); в судебном заседании от (дата) все фотографии, содержащиеся на диске, исследованы с применением проектора (по 7 фотографий автомобилей 1 и 2 69 фотографий с места ДТП) (т. 5 л.д. 252-255); из материалов уголовного дела видно, что фотографии произведены в ходе осмотра места происшествия и транспортных средств от (дата), осмотра предметов автомобилей от (дата) и проверки показаний на месте свидетеля А от (дата) (т. 5 л.д. 192-227).
Доводы жалоб о том, что заключение ЭКЦ УМВД России по ... Б N, проведенное в рамках уголовного дела, возбужденного в отношении К Е.Р., является недопустимым доказательством по делу, несостоятельны.
Так, согласно ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
То есть, указанное заключение является письменным доказательством, имеющим значение для дела, что предполагает его исследование и оценку по правилам ст. 67 ГПК РФ, что и было сделано судом.
В настоящее время уголовное дело N, возбужденное в отношении К Е.Р. по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ (нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека) по факту ДТП, прекращено в связи с истечением сроков уголовного преследования, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (т. 5 л.д. 228-251).
Таким образом, именно водителем автомобиля 1 - К Е.Р. допущены нарушения ПДД РФ, которые находятся в причинной связи с ДТП.
Доводы жалобы ФХ <данные изъяты>" о том, что законным владельцем 1 на момент ДТП являлся К Е.Р., что ФХ <данные изъяты> является ненадлежащим ответчиком по делу, судебная коллегия не принимает во внимание.
Так, согласно карточке учета транспортного средства собственником автомобиля 1 на момент ДТП являлось юридическое лицо - ФХ "<данные изъяты> (т. 1 л.д. 106, 118, 120, 126).
Гражданская ответственность владельцев указанного транспортного средства с неограниченным количеством лиц, допущенных к управлению транспортным средством, была застрахована в период с (дата) по (дата) в ОАО "Росгосстрах" (т. 1 л.д. 124).
К Е.Р., (дата) года рождения, на момент ДТП являлся несовершеннолетним, не достиг возраста 18 лет; не имел водительского удостоверения (т. 4 л.д. 196).
Собственником автомобиля 2 являлся П.В.В. В.В. (т. 2 л.д. 66).
Так, согласно абз. 2 ч. 1 ст. 1079 ГК РФ, обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
А в ч. 2 этой же статьи указано, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником.
В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" указано, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности) (п. 19).
Из приведенных разъяснений следует, что передача собственником или иным законным владельцем транспортного средства другому лицу в техническое управление не может рассматриваться как законное основание для передачи титула во владение в смысле, вытекающем из содержания ст. 1079 ГК РФ. В силу чего данное лицо не может считаться законным владельцем источника повышенной опасности, и оно не может нести ответственность перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности.
Следовательно, обязанность по возмещению морального вреда при отсутствии доказательств выбытия источника повышенной опасности из обладания собственника в результате противоправных действий других лиц, при отсутствии доказательств законного владения источником повышенной опасности иным лицом на момент причинения вреда в силу закона возлагается на собственника.
В настоящем случае собственником 1 на момент ДТП является ФХ <данные изъяты>". Доказательств того, что автомобиль выбыл из его владения вследствие противоправных действий К Е.Р., в деле нет. Как и нет доказательств того, что К Е.Р. являлся законным владельцем транспортного средства (автомобиль ему был передан для разового управления Ч, которая не являлась собственником автомобиля).
Тот факт, что полис ОСАГО был оформлен в отношении неограниченного количества лиц, допущенных к управлению транспортным средством, также не может свидетельствовать о законном владении К Е.Р. автомобилем 1, с учетом того обстоятельства, что у несовершеннолетнего К Е.Р. отсутствовало само право на управление транспортным средством.
Таким образом, следует признать, что ФХ "<данные изъяты>" должно нести ответственность по заявленным требованиям.
В силу пунктов 1 и 3 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ, согласно которым, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Определяя размеры компенсации морального вреда по 250 000 руб. пассажирам автомобиля 2 - П.Л.И. и В, подлежащие возмещению ФХ <данные изъяты>", суд обоснованно принял во внимание, что истицам в результате ДТП причинен тяжкий вред здоровью, в связи с чем они длительное время находились на лечении, испытали физические и нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях, в том числе болевых ощущениях в связи с полученными травмами. При этом судом учтены все заслуживающие внимания обстоятельства, характер перенесенных истицами нравственных и физических страданий, принципы разумности и справедливости, а также наличие в их действиях грубой неосторожности (не были пристегнуты ремнями безопасности) (п. 2 ст. 1083 ГК РФ).
Оснований для взыскания компенсации морального вреда в меньшем размере судебная коллегия не усматривает.
В абзаце втором пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.
Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
Суд первой инстанции, руководствуясь имеющимися в деле доказательствами, и учитывая фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, грубую неосторожность самого потерпевшего П.В.В. (не был пристегнут ремнем безопасности), степень физических и нравственных страданий истиц, потерявших близкого и родного человека (супруга и отца), их индивидуальные особенности, а также требования разумности и справедливости, обоснованно определилко взысканию с ФХ "<данные изъяты>" в пользу каждой из истиц компенсацию морального вреда по 300000 руб.
Судебная коллегия полагает, что определенный судом размер компенсации морального вреда соответствует установленным по делу обстоятельствам и требованиям закона. Оснований для переоценки выводов суда у судебной коллегии не имеется.
При таких обстоятельствах оснований для отмены решения по доводам апелляционных жалоб не имеется.
В ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции была назначена дополнительная судебная экспертиза, расходы по проведению которой возложены на ответчика - ФХ "<данные изъяты> (т. 5 л.д. 57-63, 256-262), сумма 35000 руб. внесена на депозит Смоленского областного суда (т. 5 л.д. 68).
Из материалов дела следует, что общая стоимость дополнительной экспертизы составляет 47 100 руб. (т. 5 л.д. 163).
Таким образом, остальная сумма 12100 руб. подлежит взысканию в пользу НП "Федерация Судебных экспертов" с ФХ "<данные изъяты> (ст.ст. 95, 98 ГК РФ).
Руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Духовщинского районного суда ... от (дата) оставить без изменения, апелляционные жалобы фермерского хозяйства "<данные изъяты> К. - без удовлетворения.
Взыскать с фермерского хозяйства "<данные изъяты>" в пользу Некоммерческого партнерства "Федерация Судебных Экспертов" расходы по проведению судебной экспертизы в размере 12 100 руб. по следующим реквизитам:
Некоммерческое партнерство "Федерация Судебных Экспертов"
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Председательствующий:
Судьи:


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка