Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 24 июня 2021 года Дело N 33-10866/2021

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:

Председательствующего Алексеенко О.В.,

судей Индан И.Я.,

Фахрисламовой Г.З.,

при ведении протокола судебного заседания

помощником судьи Исламгалиевой А.Б.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "Агидель+" к Фесюк ФИО12, Мыльникову ФИО13 о возмещении ущерба,

по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью "Агидель+" на решение Благовещенского районного суда Республики Башкортостан от 30 марта 2021 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Фахрисламовой Г.З., судебная коллегия

установила:

ООО "Агидель+" обратилось в суд с иском к Фесюк М.С., Мыльникову С.Г. о возмещении ущерба, указав в обоснование требований на то, что ответчики до 25 ноября 2019 года работали в ООО "Агидель+" в должности водителя 1 класса, работали на одном автобусе ПАЗ 32054, государственный регистрационный знак У 901 СХ 102 (далее ПАЗ). С работниками заключены трудовой договор и договор о полной индивидуальной материальной ответственности. В целях контроля по системе Глонасс на каждый автобус был установлен "Штрих-ТахоRus". 5 ноября 2019 года техническим директором истца Гильмияровым Р.Н. было обнаружено, что с 1 октября 2019 года по 31 октября 2019 года ответчики в своих путевых листах указывали показания одометра больше, чем фактически пройденный километраж, о чем сообщил директору предприятия в докладных от 5 ноября 2019 года. От компании ООО "Первая Сервисная компания", предоставляющей истцу услуги системы Глонасс, были запрошены сведения о пробеге автобуса за период с 1 октября 2019 года по 31 октября 2019 года. Получив ответ 28 ноября 2019 года, была проведена инвентаризация расхода ГСМ автомобиля ПАЗ за период с 24 октября 2018 года по 31 октября 2019 года. В связи с тем, что ответчики уволились 25 ноября 2019 года по собственной инициативе, привлечение их к проведению инвентаризации было невозможным. Инвентаризационная опись была направлена им для ознакомления вместе с претензией о возмещении причиненного ущерба. В результате инвентаризации было выявлено, что пробег автобуса по данным ООО "Первая сервисная компания" в период с 24 октября 2018 года по 31 октября 2019 года составил 29 650 км. По данным путевых листов пробег за тот же период составил 56 585 км. Разница в километраже составила 27 047 км. Согласно данным путевых листов и данных Глонасс, километраж приписывался на каждом рейсе, что позволило ответчикам получать топливо сверх необходимого для осуществления рейса. Согласно нормам расхода топлива на пробег в 27 047 км требуется 9 077 л топлива. Стоимость ущерба рассчитывалась по цене приобретения топлива, что в денежном выражении составило 355 122 рубля.

Истец просил суд взыскать с Мыльникова материальный ущерб в размере 176 218 рублей, с Фесюк 176 826 рублей.

Решением Благовещенского районного суда Республики Башкортостан от 30 марта 2021 года в удовлетворении исковых требований ООО "Агидель+" отказано.

В апелляционной жалобе ООО "Агидель+" просит об отмене решения суда по мотивам его незаконности и необоснованности, выражая несогласие с выводами суда первой инстанции по фактическим обстоятельствам дела.

В силу требований ст. 327.1 ГПК Российской Федерации законность и обоснованность решения суда проверяется в пределах доводов апелляционной жалобы.

Выслушав представителей ООО "Агидель+" Галиева Р.А., Балюк М.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, Мыльникова С.Г., Фесюк М.С., их представителя Горизонтову Н.Р., согласившихся с решением суда, проверив и оценив фактические обстоятельства дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 330 ГПК Российской Федерации основаниями для Согласно ст. 330 ГПК Российской Федерации, основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельств дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

При рассмотрении данного дела такие нарушения судом первой инстанции не допущены.

В соответствии со ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право привлекать работников к материальной ответственности в порядке, установленном данным Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно ст. 233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Работник согласно ч. 1 ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

Понятие прямого действительного ущерба раскрывается в части 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации, - под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Как следует из положений ч. ч. 1 и 2 ст. 242 Трудового кодекса Российской Федерации полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Пунктом 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Из содержания указанных правовых норм в их системной взаимосвязи следует, что бремя доказывания факта причинения работником работодателю ущерба в результате ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей лежит на работодателе.

По смыслу указанных норм, для возложения на работника ответственности за причиненный работодателю, при исполнении трудовых обязанностей, имущественный вред необходимо установление фактов наступления вреда, его размера, противоправности поведения причинителя вреда, его вины (в форме умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями, при этом, недоказанность факта наступления вреда является основанием к отказу в удовлетворении иска о возмещении соответствующего вреда, в том числе и имущественного вреда причиненного работником работодателю, при исполнении трудовых обязанностей.

Судом установлено, что приказом N...-к от 1 августа 2012 года Мыльников С.Г. принят на должность водителя 1 класса в ООО "Агидель+".

Между ООО "Агидель+" (работодатель) и Мыльниковым С.Г. (работник) 1 октября 2015 года был заключен договор N 1 о полной индивидуальной материальной ответственности, в соответствии с которым работник принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам.

Приказом N 17-к от 25 ноября 2019 года Мыльников С.Г. уволен по собственному желанию.

Приказом N 34-к от 29 июля 2014 года Фесюк М.С. принят на должность водителя 1 класса в ООО "Агидель+".

Между ООО "Агидель+" (работодатель) и Фесюк М.С. (работник) 1 октября 2015 года был заключен договор N 11 о полной индивидуальной материальной ответственности, в соответствии с которым работник принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам.

Приказом N 18-к от 25 ноября 2019 года Фесюк М.С. уволен по собственному желанию.

13 апреля 2016 года Мыльников С.Г., 15 апреля 2016 года Фесюк М.С. под подпись ознакомлены с должностной инструкцией водителя автобуса ООО "Агидель+". На основании докладных технического директора Гильмиярова Р.Н. от 5 ноября 2019 года в соответствии с приказом ООО "Агидель+" от 28 ноября 2019 года N 85 поручено провести инвентаризацию расхода ГСМ автобуса ПАЗ за период с 24 октября 2018 года по 31 октября 2019 года, была назначена рабочая комиссия.

Из служебной записки о результатах проведения инвентаризации следует, что были выявлены расхождения пробега между данными системы мониторинга и данными путевых листов, разница 27 047 км, из чего появилась разница в списании ГСМ, которая составила 9077 л, что в денежном выражении составляет 355 122 рубля.

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что должность водителя автомобиля, занимаемая ответчиками, равно как и работа, ими выполняемая, не включены Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержденный Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 года N 85, в связи с чем договор о полной материальной ответственности заключен с ответчиками неправомерно.

Из инвентаризационной описи N 1 от 28 ноября 2019 года следует, что на складах ООО "Агидель+" имеются следующие ТМЦ дизельное топливо, в то время как согласно ПТС автобуса ПАЗ, он имеет бензиновый двигатель.

Из ведомости учета результатов, выявленных инвентаризацией N 1 от 10 декабря 2019 года, усматривается, что выявлена недостача топлива 355122 рубля, при этом исковые требования предъявлены на общую сумму 353 044 рубля.

Проверка для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения работодателем проведена не была, документы, подтверждающие эти обстоятельства, отсутствуют, что само по себе лишает работодателя возможности возложить на ответчиков материальную ответственность за этот ущерб.

В качестве доказательства причиненного ущерба истец ссылается на расхождения в данных по пройденному километражу по путевым листам с данными системы Глонасс. Однако данные документы не являются подтверждением реального действительного ущерба. Сам факт несоответствия данных в путевых листах и системы Глонасс не свидетельствуют о присвоении ТМЦ ответчиками с учетом того, что путевые листы с отражением показаний одометра, выданного горючего были проверены механиком Гильмияровым.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции указал на то, что истцом не доказан факт причинения ущерба ответчиками, размер причиненного ущерба, определяемый в строгом соответствии с действующими нормативными актами, рекомендациями и методическими указания Министерства финансов РФ.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

Доводы апелляционной жалобы о том, что ответчики получали материальные ценности по Ведомостям учета выдачи горюче-смазочных материалов, что в случае недостачи в соответствии с пп.2 п.1 ст.243 ТК РФ влечет их материальную ответственность в полном размере, не может повлечь отмену решения суда, так как в этом случае процедура привлечения к ответственности материально ответственных лиц истцом нарушена.

В соответствии с п.1.5, п.2.8 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Минфина РФ от 13.06.1995 N 49 проведение инвентаризации обязательно при установлении фактов хищений или злоупотреблений; проверка фактического наличия имущества производится при обязательном участии материально ответственных лиц.

Как следует из материалов дела, инвентаризация до увольнения ответчиков не проводилась, о проведении инвентаризации на основании приказа N 85 от 28 ноября 2019 года ответчики не были извещены, при проведении инвентаризации не присутствовали, предусмотренная инвентаризационной описью расписка материально-ответственных лиц о том, что все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все товарно-материальные ценности, поступившие под ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход, с ответчиков к началу инвентаризации не отбиралась, также в конце описи расписка, подтверждающая проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в описи имущества на ответственное хранение, отсутствует. При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно подверг сомнению данные инвентаризационной описи и ее результатов.

Копия инвентаризационной описи от 28 ноября 2019 года направлена ответчикам и им предложено дать письменные объяснения по факту перерасхода ГСА на автобусе ПАЗ 32054 за период с 24.10.2018 по 31.10.2019 в досудебной претензии о возмещении сумм ущерба за недостатачу ГСМ, причиненного в результате приписки километража на 13 500 км каждым водителем, а не до принятия работодателем решения о возмещении работниками ущерба. Судом правильно указано на то, что у работников не истребовались объяснения по конкретным дням, с предоставлением им соответствующих документов, чтобы они могли дать объяснения.

Как следует из объяснений работников, полученных 13 ноября 2019 года до их увольнения, причины расхождения в километраже ответчики объясняли разными показаниями спидометра и глонасса.

Как пояснено в судебном заседании представителем истца дополнительное оборудование - датчик уровня топлива, подключаемый к системе мониторинга и контроля на базе системы ГЛОНАСС/GPS, позволяющее установить действительный расход топлива, на указанном автобусе не устанавливалось, вместе с тем, сам по себе факт высокого расхода бензина на закрепленном за ответчиками автобусе, без надлежащего установления реальных причин его возникновения не может служить достаточным основанием для возложения на ответчиков ответственности по возмещению материального ущерба работодателю.

Других достоверных доказательств для подтверждения факта слива топлива ответчиками, также как и корректировки ответчиками данных прибора (одометр) на автобусе ПАЗ 32054, истец суду не представил. Как пояснено представителем истца, такие акты не составлялись.

По окончанию работы ответчиков, показания спидометра автобуса отражались в журнале учета. Работодатель расхождений по данным первичных учетных документов, а именно: путевых листов, ведомостей учета ГСМ, данных о фактической протяженности маршрута согласно маршрутным листам не установил, а связывал только с расхождением с данными ГЛОНАСС.

Доказательств виновности работника и причин перерасхода, которые могли быть предотвращены работниками, а также отсутствия технических причин для перерасхода топлива, как и отсутствия на автобусе неисправностей и конструктивных особенностей, влияющих на расход топлива, или несоблюдения ответчиками дорожных условий при эксплуатации транспортного средства, в результате чего образовался перерасход ГСМ, истцом суду также не представлено.

Принимая во внимание изложенное, учитывая, что истцом не представлено доказательств причинения ему ответчиками прямого действительного ущерба по их вине, судебная коллегия полагает, что у суда первой инстанции не имелось оснований для удовлетворения исковых требований.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о том, что при рассмотрении дела правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана судом первой инстанции с соблюдением требований ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подробно изложена в мотивировочной части решения.

Доводы апелляционной жалобы повторяют те же аргументы, которые уже являлись предметом рассмотрения в суде первой инстанции, направлены на иную оценку представленных доказательств и установленных фактических обстоятельств дела и не могут служить поводом для отмены судебного постановления в апелляционном порядке.

Руководствуясь ст. 328, 329, 330 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Благовещенского районного суда Республики Башкортостан от 30 марта 2021 года оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Агидель+" - без удовлетворения.

Справка: судья Алексеева О.В.


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка