Дата принятия: 20 марта 2019г.
Номер документа: 33-1062/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ АСТРАХАНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 20 марта 2019 года Дело N 33-1062/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда в составе:
председательствующего Костиной Л.И.,
судей областного суда Алтаяковой А.М., Егоровой И.В.,
при секретаре Петровой М.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Костиной Л.И.
дело по апелляционной жалобе Нургельдиевой Руфии Нурмухамбетовны
на решение Кировского районного суда г. Астрахани от 17 января 2019 года
по иску Нургельдиевой Руфии Нурмухамбетовны к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Астраханской области "Областная инфекционная клиническая больница имени А.М. Ничоги" о признании приказа об увольнении незаконным и его отмене, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, расходов на проведение медицинского осмотра,
установила:
Нургельдиева Р.Н. обратилась в суд с иском, указав, что работала в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения Астраханской области "Областная инфекционная клиническая больница имени А.М. Ничоги" (далее ГБУЗ АО "Областная инфекционная клиническая больница имени А.М. Ничоги") с 1 ноября 1990 года в должности санитарки детского приемного отделения. Приказом N N от 25 декабря 2018 года уволена на основании пункта 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с отказом от перевода на другую работу, необходимого: в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Считает увольнение незаконным, поскольку по состоянию здоровья она может продолжать работать в должности санитарки, от реабилитационных мероприятий, касающихся ограничения в трудовой деятельности, она отказалась, обратившись к ответчику с соответствующим заявлением. Кроме того она является инвалидом по слуху, что не препятствует ей исполнять должностные обязанности санитарки. Просит признать увольнение незаконным, обязать ответчика восстановить ее в прежней должности, взыскать с ответчика в ее пользу средний заработок за время вынужденного прогула в размере 18780 рублей 62 копейки за каждый месяц с 26 декабря 2018 года до дня вступления решения суда в законную силу и компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей.
В последующем Нургельдиева Р.Н. изменила заявленные требования и просит признать незаконным и отменить приказ об увольнении, восстановить в прежней должность, взыскать с ответчика в ее пользу средний заработок за время вынужденного прогула с 26 декабря 2018 года по 16 января 2019 года в размере 13251 рубль 33 копейки, денежную компенсацию за медицинский осмотр 1943 рубля и компенсацию морального вреда 20000 рублей, а также расходы на оплату услуг представителя в размере 10000 рублей.
В судебном заседании Нургельдиева Р.Н. и ее представитель Романова Н.Н. исковые требования поддержали.
Представитель ГБУЗ АО "Областная инфекционная клиническая больница имени А.М. Ничоги" Сулейманова А.Г. исковые требования не признала.
Решением Кировского районного суда г. Астрахани от 17 января 2019 года в удовлетворении исковых требований отказано.
В апелляционной жалобе Нургельдиева Р.Н. ставит вопрос об отмене решения по основаниям, изложенным в иске. Полагает, что согласно медицинскому заключению по результатам периодического осмотра от 6 ноября 2018 года она не имеет противопоказаний к занятию должности санитарки. Отсутствуют такие ограничения и в ИПРА. Химических факторов на ее рабочем месте нет, а ее право отказаться от реализации части программы реабилитации закреплено законом. Не согласна с выводами суда об отказе во взыскании с ответчика денежных средств, затраченных на прохождение медосмотра. На момент вынесения решения протокол судебного заседания отсутствовал, что является безусловным основанием для отмены решения.
В возражениях ГБУЗ АО "Областная инфекционная клиническая больница имени А.М. Ничоги" считает доводы жалобы несостоятельными, принятое по делу решение - законным и обоснованным.
Заслушав докладчика, объяснения Нургельдиевой Р.Н. и ее представителя Романовой Н.Н., поддержавших апелляционную жалобу, представителя ГБУЗ АО "Областная инфекционная клиническая больница имени А.М. Ничоги" Сулеймановой А.Г, возражавшей против удовлетворения жалобы, заключение прокурора Петровой О.Н. о законности и обоснованности вынесенного по делу решения, проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения.
Установлено, что с 1 ноября 1990 года Нургельдиева Р.Н. работала в ГБУЗ АО "Областная инфекционная клиническая больница имени А.М. Ничоги", последняя занимаемая должность - санитарка детского приемного отделения.
В феврале 2016 года в больнице проведена специальная оценка условий труда.
Согласно карте специальной оценки условий труда рабочего места санитарки детского приемного отделения общая оценка условий труда определена 3.3 (вредные условия труда, по химическому фактору - 2, по биологическому фактору - 3.2, по параметрам световой среды - 2, по тяжести трудового процесса - 3.2).
Согласно справке Медико-социальной экспертизы Нургельдиевой Р.Н. 1 апреля 2018 года установлена третья группа инвалидности бессрочно, выдана индивидуальная программа реабилитации, согласно которой в разделе способности к ориентации указана степень ограничения первая, способности к общению - степень ограничения первая, способности к трудовой деятельности - степень ограничения первая.
25 октября 2018 года, учитывая наличие у истца инвалидности с первой степенью ограничения способности к трудовой деятельности, принимая во внимание данные аттестации ее рабочего места с установлением класса опасности 3.3, работодатель предложил Нургельдиевой Р.Н. перейти на другую работу без вредных условий труда - уборщик служебных помещений в административно-хозяйственной службе, уборщик служебных помещений в аптеке.
От перевода и занятия предложенных должностей Нургельдиева Р.Н. отказалась.
На основании приказа от 25 декабря 2018 года N N истица уволена по пункту 8 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с отказом работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Доводы Нургельдиевой Р.Н. о незаконности увольнения проверены судом первой инстанции и признаны несостоятельными.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда исходя из следующего.
В соответствии с пунктом 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации одним из оснований прекращения трудового договора является отказ работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствие у работодателя соответствующей работы (части третья и четвертая статьи 73 настоящего Кодекса).
В соответствии с частями 3, 4 статьи 73 Трудового кодекса Российской Федерации, если в соответствии с медицинским заключением работник нуждается во временном переводе на другую работу на срок более четырех месяцев или в постоянном переводе, то при его отказе от перевода либо отсутствии у работодателя соответствующей работы трудовой договор прекращается в соответствии с пунктом 8 части первой статьи 77 настоящего Кодекса.
Из положений пункта 8 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что обязательным условием расторжения трудового договора по данному основанию с работником является невозможность перевода на другую работу, необходимую ему в соответствии с медицинским заключением, либо отсутствия у работодателя соответствующей работы.
Из представленных сторонами документов усматривается наличие у истца заболевания, которое является препятствием к продолжению трудовой деятельности при установленном классе опасности на занимаемом ею трудовом месте с индексом 3.3, а также отказ истца от перевода на иную должность, соответствующую состоянию здоровья.
Согласно части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателе лежит обязанность обеспечить недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей в случае медицинских противопоказаний.
На основании статьи 224 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, работодатель обязан: соблюдать установленные для отдельных категорий работников ограничения на привлечение их к выполнению работ с вредными и (или) опасными условиями труда, к выполнению работ в ночное время, а также к сверхурочным работам; осуществлять перевод работников, нуждающихся по состоянию здоровья в предоставлении им более легкой работы, на другую работу в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, с соответствующей оплатой; устанавливать перерывы для отдыха, включаемые в рабочее время; создавать для инвалидов условия труда в соответствии с индивидуальной программой реабилитации; проводить другие мероприятия.
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований о признании незаконным приказа об увольнении, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что у работодателя имелись законные основания для увольнения Нургельдиевой Р.Н. по рассматриваемому основанию, поскольку в соответствии с заключением медико-социальной экспертизы ей противопоказано выполнение работы в занимаемой ею должности, учитывая, что специфика указанной должности связана с вредными производственными факторами и создавала опасность для здоровья истца, согласие на перевод на иную должность истцом высказано не было.
Довод Нургельдиевой Р.Н. о незаконности увольнения по тому основанию, что ею был подан письменный отказ от такого вида реабилитации как степень ограничения способности к трудовой деятельности, правомерно признан несостоятельным.
Согласно статье 9 Федерального закона от 24 ноября 1995 года N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" реабилитация инвалидов - система и процесс полного или частичного восстановления способностей инвалидов к бытовой, общественной, профессиональной и иной деятельности. Она направлена на устранение или возможно более полную компенсацию ограничений жизнедеятельности инвалидов в целях их социальной адаптации, включая достижение ими материальной независимости и интеграцию в общество. Основные направления реабилитации инвалидов включают в себя: медицинскую реабилитацию, реконструктивную хирургию, протезирование и ортезирование, санаторно-курортное лечение; профессиональную ориентацию, общее и профессиональное образование, профессиональное обучение, содействие в трудоустройстве (в том числе на специальных рабочих местах), производственную адаптацию; социально-средовую, социально-педагогическую, социально-психологическую и социокультурную реабилитацию, социально-бытовую адаптацию; физкультурно-оздоровительные мероприятия, спорт.
В соответствии со статьей 11 Федерального закона от 24 ноября 1995 года N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" индивидуальная программа реабилитации инвалида - комплекс оптимальных для инвалида реабилитационных мероприятий, включающий в себя отдельные виды, формы, объемы, сроки и порядок реализации медицинских, профессиональных и других реабилитационных мер, направленных на восстановление, компенсацию нарушенных функций организма, формирование, восстановление, компенсацию способностей инвалида к выполнению определенных видов деятельности. Индивидуальная программа реабилитации инвалида является обязательной для исполнения соответствующими органами государственной власти, органами местного самоуправления, а также организациями независимо от организационно-правовых форм и форм собственности. Эта программа содержит, в том числе реабилитационные мероприятия. Индивидуальная программа реабилитации имеет для инвалида рекомендательный характер, он вправе отказаться от того или иного вида, формы и объема реабилитационных мероприятий, а также от реализации программы в целом. Отказ инвалида (или лица, представляющего его интересы) от индивидуальной программы реабилитации в целом или от реализации отдельных ее частей освобождает соответствующие органы государственной власти, органы местного самоуправления, а также организации независимо от организационно-правовых форм и форм собственности от ответственности за ее исполнение и не дает инвалиду права на получение компенсации в размере стоимости реабилитационных мероприятий, предоставляемых бесплатно. Федеральные учреждения медико-социальной экспертизы направляют выписки из индивидуальной программы реабилитации инвалида в соответствующие органы исполнительной власти, органы местного самоуправления, организации независимо от их организационно-правовых форм, на которые возложено проведение мероприятий, предусмотренных индивидуальной программой реабилитации инвалида. Указанные органы и организации предоставляют информацию об исполнении возложенных на них индивидуальной программой реабилитации инвалида мероприятий в федеральные учреждения медико-социальной экспертизы по форме и в порядке, которые утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения.
Из анализа приведенных норм следует, что показания к проведению реабилитационных мероприятий, в частности степень ограничения способности к трудовой деятельности, в перечень реабилитационных мероприятий, предоставляемых инвалиду, не входит, следовательно, он лишен возможности от нее отказаться. Иное означало бы отказ гражданина от установленной инвалидности, что в данном случае отсутствует.
Ссылка в жалобе на заключение комиссии, полученное в ходе медицинского осмотра в ГБУЗ АО "ЦМП" об отсутствии противопоказаний к работе как на свидетельство незаконности увольнения, не состоятельна.
При даче такого заключения специалисты руководствуются приказом Минздравсоцразвития России от 12 апреля 2011 года N 302н "Об утверждении перечней вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования) и Порядка проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров (обследований) работников, занятых на тяжелых работах и на работах с вредными и (или) опасными условиями труда". Критерии, отраженные в данном приказе, не дают оценку уровням факторов рабочей среды как оптимальным, допустимым и вредным, в связи с чем такое заключение не является свидетельством допуска Нургельдиевой Р.Н. к исполнению ее должностных обязанностей на конкретном рабочем месте с выявленным в ходе аттестации классом опасности. При этом истец вправе занимать аналогичную должность в учреждении, где класс опасности 3.3 отсутствует. Такие рабочие места в ГБУЗ АО "Областная инфекционная клиническая больница имени А.М. Ничоги" отсутствуют.
Доводы истца о том, что при прекращении трудовых отношений работодатель не произвел с ней окончательного расчета, проверены судом первой инстанции и правомерно признаны несостоятельными. Для прохождения предварительных, периодических медицинских осмотров работодателем заключен договор с ГБУЗ АО "ЦМП", где сотрудникам больницы оказывают бесплатные медицинские услуги. Доказательств тому, что дополнительный осмотр в ГБУЗ АО "Областной наркологический диспансер", ГБУЗ АО "Областная клиническая психиатрическая больница", дополнительная сдача анализов были необходимы для проведения регулярного медицинского осмотра, оплачиваемого работодателем, истцом не представлено, в выданном ответчиком направлении на медосмотр такие специалисты отсутствуют.
С учетом установленного суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленного Нургельдиевой Р.Н. иска. Решение суда первой инстанции является в данном случае законным и обоснованным, поскольку оно основано на установленных судом фактических обстоятельствах дела, не противоречит имеющимся по делу доказательствам и соответствует требованиям действующего законодательства, регулирующего правоотношения сторон, на нормы которого суд правомерно сослался. Доводы апелляционной жалобы аналогичны доводам, положенным в основу исковых требований, которые были предметом судебного рассмотрения, они не опровергают правильность выводов суда, с которыми согласилась судебная коллегия, а направлены на переоценку доказательств об обстоятельствах по делу, установленных и исследованных судом в соответствии с правилами статьей 12, 56 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а потому не могут служить основанием к отмене решения суда.
Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда
определила:
решение Кировского районного суда г. Астрахани от 17 января 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Нургельдиевой Р.Н. - без удовлетворения.
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
