Определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 3 июня 2021 года Дело N 33-10501/2021

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе
председательствующего Бучневой О.И.,судей Игнатьевой О.С.,Игумновой Е.Ю.,при секретаре Девиной А.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании 03 июня 2021 года гражданское дело N 2-2926/2020 по апелляционной жалобе Топалова Артема Игоревича на решение Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 28 декабря 2020 года по иску Топалова Артема Игоревича к Министерству финансов РФ в лице УФК по Санкт-Петербургу о взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием,

заслушав доклад судьи Бучневой О.И., объяснения представителя истца Топалова А.И. - Лукьянова С.С., прокурора Амелькович Е.С.

УСТАНОВИЛА:

Решением Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 28 декабря 2020 года по гражданскому делу N 2-2926/2020 с Министерства финансов РФ за счет средств казны Российской Федерации в пользу Топалова А.И. взыскана компенсация морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием в размере 100 000 руб., расходы на оплату услуг представителя - 25 000 руб.

Не согласившись с постановленным решением, истец представил апелляционную жалобу, в которой просит решение изменить, требования удовлетворить в полном объеме.

Истец Топалова А.И. в судебное заседание не явился, о месте и времени извещен надлежащим образом, повестка получена (т. 2 л.д. 174), представитель явился, доводы жалобы поддержал.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, о месте и времени извещены надлежащим образом, повестка получена (т. 2 л.д. 173, 175).

Представитель третьего лица в судебное заседание, полагал решение законным и обоснованным.

Ходатайств и заявлений об отложении слушания от не явившихся участников процесса не поступило, в силу ч. 3 ст. 167 ГПК РФ возможно рассмотреть жалобу в отсутствие не явившихся лиц.

Судебная коллегия, проверив материалы дела, представленные доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителя истца, третьего лица приходит к следующему.

Согласно ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В силу ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст.ст. 55, 59-61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Данным требованиям принятое по делу решение суда отвечает.

Ответчиком решение не обжалуется, оспаривается лишь истцом в части незаконно уменьшенного размера компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование.

Ст. 2 Конституции РФ закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

На основании ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (ч. 1).

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в силу п. 3 ч. 2 ст. 133 данного кодекса имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и п.п. 1 и 4-6 ч. 1 ст. 27 данного кодекса.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 данного кодекса.

Согласно п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 данного кодекса размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2).

Как разъяснено в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 8).

Из разъяснений, данных в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", следует, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 года по делу "Максимов (Maksimov) против России" указано, что национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.Следовательно, если суд пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то ее сумма должна быть адекватной и реальной. В противном случае присуждение чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы означало бы игнорирование требований закона и приводило бы к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

Таким образом, по смыслу приведенного выше правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

При определении размера компенсации морального вреда надлежит учесть, что применение меры пресечения само по себе накладывает ограничение на личную свободу гражданина, вынуждая его согласовывать свои перемещения с компетентными органами, что не может не изменить привычного образа жизни истца.

Из материалов дела следует, что 05 июня 2017 года следователем 5 отдела СЧ по РОПД ГСУ ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159.2 УК РФ в отношении неустановленного лица.

В рамках уголовного дела 27 июля 2017 года произведен обыск в жилище истца, а также в ином принадлежащем истцу имуществе, что подтверждается соответствующими протоколами (т. 1 л.д. 98-104).

27 июля 2017 года Топалов А.И. допрошен в качестве свидетеля, что подтверждается протоколом допроса (т. 1 л.д. 146-148).

22 марта 2018 года Топалов А.И. допрошен в качестве подозреваемого, что подтверждается протоколом допроса (т. 1 л.д. 95-97).

18 апреля 2018 года постановлением Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга на недвижимое имущество, находящееся в собственности истца, наложен арест (т. 2 л.д. 34-38).

05 июня 2018 года Топалов А.И. допрошен в качестве обвиняемого (т. 1 л.д. 93-94).

05 июня 2018 года Топалову А.И. избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (т. 1 л.д. 178-179).

04 октября 2018 года материалы уголовного дела поступили в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга (т. 2 л.д. 41).

Приговором Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 22 октября 2019 года Топалов А.И. оправдан в связи с отсутствием в деянии состава преступления, уголовное преследование в отношении Топалова А.И. прекращено, в соответствии со ст. 133, 134 УПК РФ за ним признано право на реабилитацию, мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена с момента вступления в силу приговора в законную силу, также снят ранее наложенный арест на имущество.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 12 февраля 2020 года приговор в части оправдания истца оставлен без изменения.

Таким образом усматривается, что фактически действия в отношении истца по уголовном делу проводились с 27 июля 2017 года, когда в принадлежащем ему имуществе произведен обыск и был допрошен в качестве свидетеля и по 22 октября 2019 года, когда он был оправдан судом (приговор вступил в силу 12 февраля 2020 года).

Вместе с этим суд первой инстанции исходил из фактического уголовного преследования истца с 05 июня 2018 года (допрос в качестве обвиняемого), а не с 27июля 2017 года.

В данной ситуации 27 июля 2017 года в качестве свидетеля допрашивался не только истец, но и ряд других лиц, уголовное дело возбуждалось в отношении неустановленного лица, обыск произведен в жилище истца, а также по адресам: <адрес>, где осуществлял деятельность ИП Топалов А.И.; <адрес> находящийся в собственности Топалова А.И., однако при этом фактически Топалов А.И. не преследовался ни в качестве подозреваемого, ни в качестве обвиняемого.

После 27 июля 2017 года в отношении Топалова А.И. сведений о совершении каких-либо действий до 22 марта 2018 года (допрос в качестве подозреваемого) не представлено, 05 июня 2018 года допрошен вновь, избрана мера пресечения, уголовное дело направлено в суд 04 октября 2018 года.

В связи с избранной мерой пресечения истец не смог выехать на запланированное санаторно-курортное лечение в г. Симеиз Республики Крым с 23 июня 2018 года по 18 июля 2018 года (т. 2 л.д. 39, 40, 42-43).

Иных процессуальных действий в отношении Топалова А.И. не производилось.

Дело рассматривалось в суде с 04 октября 2018 года по 22 октября 2019 года, приговор вступил в силу 12 февраля 2020 года.

Таким образом, общий срок процессуальных действий, связанных именно с уголовным преследованием истца, исчисляется с 22 марта 2018 года (допрошен в качестве подозреваемого) по 12 февраля 2020 года, а также в дату 27 июля 2017 года, то есть почти два года.

Вместе с этим, суд при вынесении решения учел, что фактически истец был допрошен по уголовному делу трижды, с длительным перерывом между допросами, допрашивался в разных статусах, допрос истца в качестве свидетеля длился 2-25 час, в качестве подозреваемого 22 марта 2018 года - 1-25 час., 05 июня 2018 года - 15 мин.

Истец не представил доказательств, свидетельствующих, что арест имущества повлек для него какие-либо фактические потери, что имущество выбыло из его владения, пользования, иск не связан с возмещением материального ущерба.

Материалы дела содержат сведения о том, что Топалов А.И. работает в ГБУЗ ЛО "Всеволожская клиническая межрайонная больница" с ноября 2016 года в должности врача-рентгенолога (т. 2 л.д. 106).

Вместе с этим не представлено доказательств, что деловая репутация истца пострадала в связи с уголовным преследованием, то есть в отношении истца имели место высказывания, действия, связанные с осуществлением им трудовой функции, повлекшие невозможность их осуществления. Материалы дела не содержат сведений о том, что Топалов А.И. был дискриминирован на работе в связи с уголовным преследованием, что к нему изменилось отношение в коллективе, применялись соответствующие дисциплинарные взыскания, был уволен в связи с утратой доверия и т.д.

Также указанное относимо и к тому, что Топалов А.И. является членом Ленинградского областного общества вепсов с 2010 года, поскольку им не представлено доказательств, что его репутация пострадала в связи с уголовным преследованием, что он как индивидуальный предприниматель не имеет возможности осуществлять деятельность в среде вепсов.

Таким образом, оценивая все доказательства по делу в совокупности, принимая во внимание, что моральный вред в связи с незаконным уголовным преследованием в пользу Топалова А.И. должен быть взыскан, однако учитывая приведенные выше обстоятельства дела, размер компенсации в размере 100 000 руб. отвечает страданиям истца, учитывая проводимые по уголовному делу мероприятия, их частоту и особенности, а также само существо предъявленного обвинения по ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Страдания родственников в связи с уголовным преследованием истца не имеют правового значения для рассмотрения настоящего дела, поскольку оцениваются лишь моральные страдания самого Топалова А.И.

Указанная сумма отвечает тому, что в рамках уголовного дела в помещениях, принадлежащих истцу, в том числе в жилище проводился обыск, истец не смог выехать на санаторно-курортное лечение (не представлено доказательств ухудшения здоровья в связи с этим), на имущество истца был наложен арест, испытывал переживания, учитывая занимаемые должности, был допрошен трижды, мера пресечения была избрана, не связанная с заключением под стражу, подписка о невыезде и надлежащем поведении.

Истец не доказал ухудшение или утрату социального статуса. Также доказательств того, что истец не может в настоящий момент осуществлять предпринимательскую деятельность по организации гостевого дома вепсов, что в его предложениях в среде вепсов был утрачен интерес либо что его предпринимательская деятельность стала нести убытки, не представлено, наоборот, в материалы дела представлена положительная характеристика РОО Ленинградского областного общества "Вепсов" от 19 июня 2018 года в отношении Топалов А.И. (т. 1 л.д. 48), выданная уже после привлечения его в качестве подозреваемого по уголовному делу, что не свидетельствует об утрате доверия, ухудшении деловой репутации.

Ссылаясь в жалобе на то, что уголовное преследование истца сказалось на отношении к нему и всей его семьи в Ленинградской области и за ее пределами, истец соответствующих доказательств не представил, например, публикации в СМИ, интервью и т.д. в отношении истца в связи с подозрением и/или обвинением в преступлении.

В связи с этим судом оценивается лишь сам факт потенциальной известности данных обстоятельств неограниченному кругу лиц. При этом в настоящий момент имеются сведения об оправдании истца, в связи с чем возможно утверждать лишь о временном потенциально возможном в обществе из неограниченного круга лиц мнении об истце, что однако не может являться основанием для повышения компенсации морального вреда в связи с ухудшением мнения об истце, его семье, поскольку данные факты не являются тождественными.