Дата принятия: 26 мая 2020г.
Номер документа: 33-1036/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ МУРМАНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 26 мая 2020 года Дело N 33-1036/2020
г. Мурманск
26 мая 2020 г.
Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда в составе:
председательствующего
Койпиш В.В.
судей
Брандиной Н.В.
Исаевой Ю.А.
с участием прокурора
Малышевой М.А.
при секретаре
Грошенко Е.Н.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-1538/2019 по иску М.Е.И. к акционерному обществу "Виктория" о взыскании компенсации морального вреда
по апелляционным жалобам представителя истца М.Е.И. - Петровского И. Л., акционерного общества "Виктория", апелляционному представлению прокурора города Североморска на решение Североморского районного суда Мурманской области от 12 декабря 2019 г., которым постановлено:
"Исковые требования М.Е.И. к акционерному обществу "Виктория" о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с акционерного общества "Виктория" в пользу М.Е.И. компенсацию морального вреда в размере 450 000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с акционерного общества "Виктория" государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 руб.".
Заслушав доклад судьи Койпиш В.В., объяснения представителя истца М.Е.И. - Петровского И.Л., поддержавшего доводы апелляционной жалобы и возражавшего относительно доводов апелляционной жалобы другой стороны, заключение старшего помощника прокурора города Североморска Малышевой М.А., поддержавшей доводы апелляционного представления и полагавшей в заключении решение суда подлежащим изменению, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда
установила:
М.Е.И. обратилась в суд с иском к акционерному обществу (далее - АО) "Виктория" о взыскании компенсации морального вреда.
В обоснование исковых требований указала, что состояла с ответчиком в трудовых отношениях, работала в должности машиниста тесторазделочных машин четвертого разряда.
В 05 часов 25 минут 28 мая 2012 г. на рабочем месте произошел несчастный случай, в результате которого она получила тяжелую травму ***.
Согласно проведенной государственной экспертизе условия ее труда, предшествовавших получению производственной травмы, не были в полной мере безопасными и отвечающими нормативным требованиям охраны труда и характеризуются наличием опасного производственного фактора, возникшего в результате их нарушения.
Вследствие ненадлежащего исполнения работодателем обязанности по обеспечению безопасных условий труда ей причинен тяжкий вред здоровью, она утратила 40 % трудоспособности, признана инвалидом третьей группы бессрочно, поскольку была уволена (по пункту 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации - в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации) и в дальнейшем не имела возможности трудоустройства, лишилась источника дохода,.
Указала, что она вынуждена проходить длительное стационарное и амбулаторное лечение, как непосредственно в момент получения травмы, так и в дальнейшем процессе лечения, испытывала физическую боль, перенесла ряд медицинских вмешательств, хирургические операции, нарушен привычный уклад ее жизни, она лишена возможности ведения активного образа жизни.
Просила взыскать с АО "Виктория" компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.
Истец М.Е.И.. и её представитель Петровский И.Л. в судебном заседании на удовлетворении иска настаивали.
Представитель ответчика АО "Виктория" Семашко А.В. в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований.
Представитель третьего лица ГУ - МРО ФСС РФ в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещенный надлежащим образом, представил отзыв на иск, в котором просил о рассмотрении дела в свое отсутствие.
Представители третьих лиц Министерства социального развития Мурманской области, Государственной инспекции труда в Мурманской области в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещенные в установленном законом порядке.
Судом постановлено приведенное выше решение.
В апелляционной жалобе представитель истца М.Е.И. - Петровский И.Л. просит решение суда изменить, удовлетворив исковые требования в полном объеме.
В обоснование жалобы приводит доводы о несогласии с решением суда в части размера взысканной судом суммы компенсации морального вреда, полагает ее заниженной.
Ссылаясь на абзац 5 пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", указывает, что размер возмещения вреда в силу пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - исключительно гражданина.
Принимая во внимание, что в рассматриваемом случае в силу статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации лицом, ответственным за вред, причиненный здоровью М.Е.И., на 90% является АО "Виктория", полагает, что положения пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с юридического лица, вопреки выводам суда, применению не подлежат, в связи с чем оснований для снижения размера компенсации морального вреда в связи с материальным положением ответчика у суда не имелось.
В апелляционной жалобе представитель АО "Виктория" Михайлов В.С., полагая определенную судом сумму компенсации морального вреда завышенной, просит решение суда изменить, снизив размер компенсации морального вреда в соответствии с требованиями разумности и справедливости.
В апелляционном представлении прокурор города Североморска Шипов Ю.Н. просит решение суда изменить, исключив из мотивировочной части доводы о наличии в действиях истца грубой неосторожности, а также об учете имущественного положения причинителя вреда при определении размера компенсации морального вреда, увеличив размер компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости, а также личности истца.
Указывает, что судом не учтено, что согласно акту от 14 июля 2012 г., составленному комиссией по расследованию несчастного случая, факта грубой неосторожности со стороны пострадавшей М.Е.И. не установлено.
Также отмечает, что в заключении Министерства труда и социального развития Мурманской области от 23 ноября 2012 г. сделан вывод о наличии условий труда, предшествовавших получению производственной травмы М.Е.И.., не в полной мере отвечающим нормативным требованиям охраны труда и наличием производственного фактора.
Обращает внимание, что работа на хлеборезательной машине не входила в должностные обязанности М.Е.И., до несчастного случая истец на данной машине не работала.
В этой связи полагает вывод суда о наличии в действиях истца грубой неосторожности ошибочным.
Приводит доводы, что положения пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера компенсации морального вреда в отношении юридического лица применению не подлежат.
Ссылаясь на то, что хлеборезательная машина относится к источнику повышенной опасности, указывает, что вред, причиненный жизни или здоровью, возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины, вместе с тем, степень вины ответчика и размер компенсации морального вреда определен судом без учета данного обстоятельства.
В возражениях на апелляционную жалобу представитель истца М.Е.И. - Петровский И.Л. просит апелляционную жалобу ответчика АО "Виктория" оставить без удовлетворения.
В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились истец М.Е.И.., представитель ответчика АО "Виктория", представители третьих лиц ГУ - МРО ФСС РФ, Министерства социального развития Мурманской области, Государственной инспекции труда в Мурманской области, извещенные о времени и месте рассмотрения дела в установленном законом порядке.
Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда, руководствуясь частью 3 статьи 167 и частью 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, поскольку их неявка не препятствует рассмотрению дела.
В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, представления и возражений, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, судебная коллегия приходит у следующему.
В силу статей 20, 41 Конституции Российской Федерации, статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения.
Статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты; обязательное социальное страхование работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.
В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с выполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Абзацем 8 статьи 220 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.
Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", в соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 8 которого возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Размер компенсации морального вреда определяется по правилам, установленным статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации. При определении размера компенсации морального вреда судом учитываются степень вины нарушителя, характер причиненных лицу физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости.
В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".
Из содержания приведенных положений закона и разъяснений по их применению Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что, в случае спора, размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.
При недостижении соглашения между сторонами трудовых отношений спор о размере компенсации морального вреда разрешается судом на основе применения общих положений о защите нематериальных благ, предусмотренных гражданским законодательством.
Как установлено судом и следует из материалов дела, М.Е.И. с 1 декабря 2011 г. состояла в трудовых отношениях с АО "Виктория" в должности машиниста тесторазделочных машин 4 разряда
Материалами дела подтверждено, что 28 мая 2012 г. в 05 часов 25 минут с истцом на рабочем месте на территории хлебобулочного цеха ОАО "Виктория" произошёл несчастный случай (воздействие движущихся частей хлеборезательной машины), в результате которого истец получила тяжелую травму ***.
Из акта о несчастном случае на производстве от 14 июня 2012 г., составленного по форме Н-1, следует, что 28 мая 2012 г. М.Е.И.., находясь на рабочем месте, выключила хлеборезательную машину, нажав кнопку на кнопочном посту, закрепленном на машине, и начала производить ее чистку. Куски хлеба находились в труднодоступных местах машины. М.Е.И., не отключив штепсельный разъем электропитания машины и не воспользовавшись чистящей щеткой, попыталась достать куски хлеба ***. В тот момент, когда *** потерпевшей была между двумя (прижимным и подающим) транспортерами, М.Е.И.. телом коснулась кнопки "Пуск" и машина пришла в движение, *** потерпевшей затянуло транспортерами на хлеборезательные ножи.
В соответствии с указанным актом причинами несчастного случая послужили: очистка машины без применения специальных приспособлений и без предварительного отключения от источника питания (нарушение требований пунктов 3.2 и 3.3 инструкции N 30 от 25 апреля 2010 г. по охране труда при работе на хлеборезательной машине А2-ХРЗ-П); отсутствие защитного ограждения на панели управления машины, препятствующего непроизвольному (свободному) включению машины (нарушены требования пункта 2.1.5 ГОСТа 12.2.003-91).
Лицом, ответственным за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, являвшихся причинами несчастного случая, указана машинист тесторазделочных машин М.Е.И., которая не выключила штепсельный разъем электропитания машины, чем нарушила пункт 3.2 инструкции N 30 по эксплуатации хлеборезательной машины А2-ХРЗ-П от 25 апреля 2010 г., и пункт 3.3, который требует очистить пространство между ножами чистящей щеткой.
Факт грубой неосторожности со стороны пострадавшей не установлен.
Согласно заключению N 4740-09-03-ГЭ-38/2012 нс по результатам государственной экспертизы условий труда М.Е.И. которые предшествовали несчастному случаю на производстве, утвержденному Министром труда и социального развития Мурманской области 23 ноября 2012 г., условия труда М.Е.И. предшествовавшие получению производственной травмы, не были в полной мере безопасными и отвечающими нормативным требованиям охраны труда и характеризуются наличием опасного производственного фактора, возникшего в результате их нарушения.
Из выписного эпикриза МБУЗ "***" следует, что М.Е.И. госпитализирована в МБУЗ "***" по экстренным показаниям через 1 час 15 минут после травмы с жалобами на боли ***, где находилась на лечении с 28 мая 2012 г. по 06 августа 2012 г. с диагнозом: "***". Ей неоднократно выполнялись операции: 28 мая 2012 г., 08 июня 2012 г., 21 июня 2012 г., 17 июля 2012 г. Впоследствии истец находилась на амбулаторном лечении.
Материалами дела также подтверждается прохождение истцом стационарного лечения в ФГБУ "***" в связи с полученной производственной травмй в период с 30 мая 2014 г. по 2 июля 2014 г., с 17 апреля 2015 г. по 14 мая 2015 г., с 16 августа 2016 г. по 1 сентября 2016 г.
Из справки серии МСЭ-2013 от 10 ноября 2017 г. N 0029763, а также акта формы Н-1 от 14 июня 2012 г. следует, что в связи с несчастным случаем на производстве от 28 мая 2012 г. М.Е.И. установлено 40% утраты профессиональной трудоспособности бессрочно.
Согласно справке серии МСЭ-2016 N 1199976 от 10 ноября 2017 г. М.Е.И. установлена третья группа инвалидности бессрочно по причине трудового увечья.
Соглашение о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, между сторонами не достигнуто.
Приказом генерального директора АО "Виктория" от 30 октября 2012 г. N 02-43-к М.Е.И. уволена с занимаемой должности по пункту 8 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением.
Разрешая заявленные требования, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что несчастный случай на производстве, произошедший 28 мая 2012 г., находится в причинно-следственной связи с полученной истцом травмой, в связи с чем имеются предусмотренные статьей 220, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, пунктом 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" основания для возложения обязанности по компенсации истцу морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве, на АО "Виктория", которое не в полной мере обеспечило безопасные условия труда работника.
Решение суда в указанной части лицами, участвующими в деле, не обжалуется.
Определяя размер компенсации морального вреда, руководствуясь приведенными нормами законодательства, в частности статьями 151, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая, что в результате несчастного случая истец испытывает физические страдания, связанные с причинением вреда здоровью, нравственные страдания в связи с причиненной травмой, наступлением неблагоприятных последствий, ограничением обычной жизнедеятельности, а также учитывая, что степень утраты профессиональной трудоспособности установлена истцу бессрочно, привела к инвалидности, с учетом требований разумности и справедливости, принимая во внимание имущественное положение ответчика, а также наличие в действиях истца грубой неосторожности, суд пришел к выводу о праве истца на возмещение морального вреда, размер которого определен судом в сумме 450 000 рублей.
Судебная коллегия соглашается с доводами представления прокурора и апелляционной жалобы стороны истца о том, что при определении размера компенсации морального вреда наряду с другими обстоятельствами судом не подлежало учету имущественное положение ответчика АО "Виктория", что применительно к разрешаемому спору не является юридически значимым обстоятельством.
Согласно пункту 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации возможность снижения размера возмещения вреда, взыскиваемого с юридического лица, с учетом его имущественного положения не предусмотрена, такое право предоставлено в случае причинения вреда гражданином.
Таким образом, поскольку в данном случае в силу статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации лицом ответственным за вред, причиненный здоровью М.Е.И.., является ответчик АО "Виктория", положения пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера компенсации морального вреда необоснованно применены судом.
Кроме того, в силу положений статей 229.2, 230 Трудового кодекса Российской Федерации, если при расследовании несчастного случая с застрахованным установлено, что грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, то с учетом заключения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает степень вины застрахованного в процентах. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленной по результатам расследования несчастного случая на производстве.
Исходя из положений пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего.
Как следует из акта о несчастном случае на производстве от 14 июня 2012 г., факт грубой неосторожности со стороны пострадавшей М.Е.И.. проводившей расследование несчастного случая комиссией не установлен.
Поскольку умысла потерпевшей на причинение вреда своему здоровью не установлено, соответственно, обстоятельств, освобождающих ответчика от обязанностей возмещения вреда истцу, не наступило.
Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу, что взысканная судом с АО "Виктория" в пользу М.Е.И. сумма компенсации морального вреда является заниженной, не в полной мере соответствующей требованиям разумности и справедливости, степени физических и нравственных страданий пострадавшей в результате несчастного случая на производстве.
В этой связи, учитывая степень и характер физических и нравственных страданий истца, связанных с ее индивидуальными особенностями, конкретные обстоятельства дела, а также установленные фактические обстоятельств дела (недостаточный контроль за соблюдением безопасных условий труда, безопасностью работников), степень вины ответчика, характер физических и нравственных страданий М.Е.И. вызванных физической болью и процессом лечения, продолжительностью лечения, установление истцу третьей группы инвалидности бессрочно и установление утраты профессиональной трудоспособности 40%, требования разумности и справедливости, судебная коллегия считает необходимым увеличить размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда до 600 000 руб.
При этом судебная коллегия, вопреки доводам апелляционной жалобы АО "Виктория", оснований для определения компенсации морального вреда в меньшем размере не находит.
Апелляционная жалоба ответчика не содержит указание на иные обстоятельств, влияющие на размер ответственности ответчика.
При таких обстоятельствах решение суда нельзя признать законным и обоснованным, в связи с чем оно подлежит изменению в части размера компенсации морального вреда, а также из мотивировочной части решения подлежат исключению выводы суда о наличии в действиях М.Е.И. грубой неосторожности, а также об учете имущественного положения причинителя вреда при определении размера компенсации морального вреда.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 193, 199, 327, 328, 329 и 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда
определила:
решение Североморского районного суда Мурманской области от 12 декабря 2019 г. изменить.
Взыскать с акционерного общества "Виктория" в пользу М.Е.И. компенсацию морального вреда в размере 600 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Исключить из мотивировочной части решения выводы о наличии в действиях М.Е.И. грубой неосторожности, а также об учете имущественного положения причинителя вреда акционерного общества "Виктория" при определении размера компенсации морального вреда.
Апелляционное представление прокурора города Североморска удовлетворить.
Апелляционную жалобу представителя истца М.Е.И. - Петровского И. Л. удовлетворить частично.
Апелляционную жалобу акционерного общества "Виктория" оставить без удовлетворения.
председательствующий
судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
