Дата принятия: 06 ноября 2019г.
Номер документа: 33-10306/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ АЛТАЙСКОГО КРАЕВОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 6 ноября 2019 года Дело N 33-10306/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе:
председательствующего Кузнецовой С.В.,
судей Варнавского В.М., Юрьевой М.А.,
при секретаре Сафронове Д.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу истца Воробьева Н. О. на решение Центрального районного суда г.Барнаула Алтайского края от 03 сентября 2019 года
по делу по иску Воробьева Н. О. к Министерству финансов РФ, Министерству внутренних дел РФ, Судебному департаменту при Верховном Суде РФ о компенсации морального вреда.
Заслушав доклад судьи Варнавского В.М., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Воробьев Н.О. обратился в суд с иском к Министерству Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в размере 555 000 р.
В обоснование исковых требований указал, что в период судебного разбирательства по уголовному делу *** в Заринском городском суде Алтайского края в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ он содержался в "клетке". Какого-либо агрессивного поведения он себе не позволял, держать его в клетке из металлических прутьев, не было никакой необходимости.
Находясь в "клетке" в судебном заседании, на всеобщем обозрении, в присутствии родных, он испытывал чувство сильного унижения и моральной подавленности, он человек, а не животное.
Считает, что суды Российской Федерации не в праве каким-либо образом оправдывать помещение человека в "клетку". Это является нарушением ст. 3 Конвенции по правам человека, ему полагается компенсация.
На основании вышеизложенного, Воробьев Н.О. просил взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 555 000 руб.
Решением Центрального районного суда г.Барнаула Алтайского края от 03.09.2019 исковые требования Воробьева Н.О. к Министерству финансов РФ, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Судебному департаменту при Верховном Суде РФ о компенсации морального вреда оставлены без удовлетворения.
В апелляционной жалобе истец Воробьев Н.О. просит решение суда изменить, удовлетворить исковые требования о компенсации морального вреда в полном объеме.
В обоснование доводов жалобы указал на то, что суд при принятии решения должен руководствоваться нормами международного права, так как Россия подписала Конвенцию о защите прав человека и основных свобод.
Министерством финансов Российской Федерации представлены письменные возражения, просили оставить апелляционную жалобу Воробьева Н.О. оставить без удовлетворения, решение суда без изменения.
В судебное заседание явился представитель ГУ МВД России по Алтайскому краю - С.А.В., иные лица не явились, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке, в связи с чем, на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в их отсутствие.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ГУ МВД России по Алтайскому краю - С.А.В. просила оставить апелляционную жалобу без удовлетворения, решение суда без изменения.
Проверив материалы дела, законность и обоснованность принятого решения в пределах доводов жалобы на основании ч.1 ст.327.1 ГПК РФ, судебная коллегия не находит оснований для ее удовлетворения.
В судебном заседании установлено и подтверждено материалами дела, что уголовное дело *** в отношении Воробьева Н.О. и других лиц, обвиняемых в незаконном обороте наркотиков, в том числе в составе организованной группы, поступило в Заринский городской суд ДД.ММ.ГГ.
Согласно приговору Заринского городского суда от ДД.ММ.ГГ дело *** Воробьев Н.О. приговорен по п. "<данные изъяты> к наказанию в виде <данные изъяты> <данные изъяты>
По уголовному делу *** Воробьев Н.О. в качестве подсудимого участвовал в <данные изъяты> судебных заседаниях в здании Заринского городского суда и содержался в защитной кабине, выполненной из металлической решётки со скамейками с сиденьями из клееной древесины, которые жёстко прикреплены к полу и каркасу кабины, что следует из ответа на запрос Заринского городского суда Алтайского края.
Суд первой инстанции, принимая решение об отказе в удовлетворении исковых требований, указал на то, что оборудование залов судебных заседаний металлическими решетками и содержание в них подозреваемых и обвиняемых соответствует требованиям российского законодательства, при этом само по себе нахождение гражданина в зале судебного заседания за металлическим ограждением не может расцениваться как унижающее честь и достоинство личности и не является безусловным основанием для признания прав истца нарушенными.
Размещение подсудимого в защитной кабине при проведении судебного разбирательства в уголовном процессе не противоречит действующему законодательству и направлено на обеспечение безопасности других лиц, присутствующих в открытом заседании. Указанные положения не противоречат принципу гласности судебного разбирательства в уголовном судопроизводстве, который закреплен в ч. 1 ст. 241 УПК РФ, где указано, что разбирательство уголовных дел во всех судах открытое, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей.
Как указано в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 N 5 (ред. от 05.03.2013) "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" к "бесчеловечному обращению" относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические, страдания.
Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.
При этом, лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.
Само по себе нахождение Воробьева Н.О. в здании суда в металлических заградительных решетках не является безусловным основанием для признания прав истца нарушенными.
Воробьев Н.О. обоснованно помещался за металлическое ограждение в связи с избранной мерой пресечения в виде содержания под стражей, как лицо, обвиняемое в совершении умышленных преступлений, направленных против здоровья населения и общественной нравственности.
Избранная в отношении Воробьева Н.О. мера пресечения в виде заключения под стражу с учётом категории предъявленных преступлений, формы вины и личности, а также других обстоятельств дела, в наибольшей степени гарантирует обеспечение задач уголовного судопроизводства, охрану прав и законных интересов всех участников процесса.
Поскольку Воробьев Н.О. привлекался к уголовной ответственности за совершение особо тяжкого преступления, то его помещение за металлическое ограждение нельзя признать незаконным.
В рассматриваемом деле, истцом не представлено доказательств противоправности действий должностных лиц, и что во время судебных заседаний в Заринском городском суде АК ему причинен реальный физический вред, глубокие физические или психологические страдания, доказательств нарушения принадлежащих ему каких-либо неимущественных прав и личных нематериальных благ.
Так же нет доказательств того, что в отношении него принимаемые меры являлись чрезмерными и выходили за пределы минимального уровня суровости, в частности, для целей применения ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также доказательств совокупности условий, с которыми истец связывает компенсацию морального вреда.
Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку они основаны на обстоятельствах, установленных по делу и правильном применении норм материального права.
В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
В силу статьи 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Пунктом 2 статьи 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
Из приведенных правовых норм и разъяснений следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.
При рассмотрении возникшего спора действует общее правило распределения обязанностей по доказыванию - каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений (ч.1 ст.56 ГПК РФ), то есть бремя доказывания наличия морального вреда ложится на истца, а ответчики должны доказать отсутствие вины в его причинении.
Обращаясь в суд с исковым заявлением о взыскании компенсации морального вреда, истец указал на нарушение его прав, выразившихся в ненадлежащих условиях его содержание в металлической клетке в Заринском городском суде Алтайского края, что причиняло ему нравственные страдания, он испытывал чувство подавленности.
Отказывая в удовлетворении искового заявления Воробьева Н.О. о взыскании компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из того, что доказательств, подтверждающих доводы истца о нарушении его личных неимущественных прав, причинении нравственных страданий вследствие нахождения истца в металлическом ограждении в Заринском городском суде Алтайского края, не представлено.
При этом суд пришел к правильному выводу о том, что стороной ответчика представлены доказательства того, что содержание Воробьева Н.О. под конвоем в металлической клетке предусмотрено "СП 152.13330.2012 Свод правил. Здания судов общей юрисдикции. Правила проектирования", где в п. 7.9. указано, что для размещения подсудимых в залах судебных заседаний для слушания уголовных дел предусматриваются защитные кабины.
Подобная норма содержалась в Наставлении по служебной деятельности изоляторов временного содержания и подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых, предварительно одобренном Судебным департаментом при Верховном Суде Российской Федерации (N СД-АГ/269) и Генеральной прокуратурой Российской Федерации (N 16-13-06) и утвержденном приказом N 140 (дсп) Министерства внутренних дел Российской Федерации, в соответствии с пунктом 307 которого в зале судебного заседания подозреваемые и обвиняемые размещаются за барьером (защитным заграждением) на скамьях в порядке, определяемом председательствующим в судебном заседании. Конвоиры на постах располагаются с правой и левой стороны от барьера (защитного заграждения). Доставка подозреваемых и обвиняемых в необорудованные барьеры (защитными ограждениями) залы судебных заседаний запрещена.
Суд пришел к обоснованному выводу о том, что само по себе нахождение Воробьева Н.О. во время рассмотрения в судебном заседании в отношении него уголовного дела за защитным ограждением, т.е. в изоляции от гражданского общества, не может быть обстоятельством, причинившим ему нравственные и физические страдания.
Отклоняя доводы жалобы о нарушении статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированного Федеральным законом от 30.03.1998 N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и протоколов к ней", судебная коллегия исходит из следующего.
В соответствии с п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 N 21 "О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 года и протоколов к ней" правовые позиции Европейского Суда учитываются при применении законодательства Российской Федерации. Согласно абз. 2 п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" выполнение постановлений (Европейского суда по правам человека), касающихся Российской Федерации, предполагает в случае необходимости обязательство со стороны государства принять меры частного характера, направленные на устранение нарушении прав человека, предусмотренных Конвенцией, и последствий этих нарушений для заявителя, а также меры общего характера, с тем, чтобы предупредить повторение подобных нарушений.
Из содержания п.119 Постановления ЕСПЧ от 14.07.2014 по делу "Свинаренко и Сляднев против Российской Федерации" следует, что использование металлических клеток не исключается и может допускаться с учетом личности заявителя, природы преступлений, в которых он обвиняется, его судимости и поведения, данных об угрозе безопасности в зале судебного заседаний или угрозе того, что заявитель скроется, присутствия публики и др.
В настоящее время законодателем не приняты меры к изменению установленного порядка размещения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в зале судебного заседания.
При таких обстоятельствах, у государственных органов в настоящее время отсутствует объективная возможность обеспечить лицам, иной порядок размещения в зале судебного заседания.
При таких обстоятельствах оснований к отмене решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.
Руководствуясь ст.ст. 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Центрального районного суда <адрес> Алтайского края от ДД.ММ.ГГ оставить без изменения, апелляционную жалобу истца Воробьева Н. О. - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
