Дата принятия: 19 марта 2019г.
Номер документа: 33-1026/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ПЕНЗЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 19 марта 2019 года Дело N 33-1026/2019
19 марта 2019 года судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе:
председательствующего Прошиной Л.П.
судей Прудентовой Е.В., Жуковой Е.Г.
при секретаре Трофимовой Е.С.
с участием прокурора Ивлиевой Е.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу Прудентовой Е.В. дело по апелляционной жалобе законного представителя истца Иоффе А.Э. - Иоффе И.А., апелляционному представлению прокурора Железнодорожного района г. Пензы на решение Железнодорожного районного суда г. Пензы от 20 августа 2018 года по делу N 2-1337/2018, которым постановлено:
Иск удовлетворить частично.
Взыскать с Тен-Чагая В.Д. ДД.ММ.ГГГГ год рождения, уроженец <данные изъяты>, зарегистрирован по адресу: <адрес>, отбывает наказание в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Пензенской области) в пользу Иоффе <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ год рождения, уроженка г. Пензы, зарегистрирована по адресу: <адрес>), действующей в интересах ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, компенсацию морального вреда в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) руб.
В остальной части иска - отказать.
Проверив материалы дела, судебная коллегия,
установила:
Иоффе И.А. обратилась в суд с иском в интересах несовершеннолетней дочери ФИО3, в котором указала, что ДД.ММ.ГГГГ был убит её муж ФИО7 Ответчик Тэн-Чагай В.Д. признан виновным в совершении убийства и осужден приговором Октябрьского районного суда г. Пензы от 13 марта 2017 г. к 8 годам лишения свободы колонии строго режима. На момент смерти мужа в состав семьи входили их дочь ФИО3, 2006 года рождения, и сын истца от первого брака, который в настоящее время обучается в Саратовской академии права. Моральный вред, причиненный дочери истца потерей отца, не возмещен. На момент смерти мужа истца ФИО3 было 10 лет, и она очень тяжело пережила потерю. С момента своего рождения они жили вместе. ФИО7 очень любил свою дочь, занимался её воспитанием. Дочь занималась в спортивной секции плавания во Дворце водного спорта, в спортивном центре "Буртасы", и отец отвозил ее, консультировался постоянно с тренером по успехам дочери, оплачивал тренировки. После смерти отца они были вынуждены прекратить занятия по плаванию, так как не смогли нести эти расходы. Кроме того, дочь очень тяжело переживала потерю отца. Начались проблемы в школе, она стала замкнутой, снизилась успеваемость. Учителя предложили проводить с ней индивидуальные занятия, и ее взял под опеку один из учителей школы. После смерти отца заметно ухудшилось материальное содержание дочери. Они стали испытывать недостаток средств, так как зарплаты законного представителя истца как государственного служащего не достаточно. А муж, как отец, обеспечивал достойное содержание дочери, а самое главное - потеря отца оказалась невосполнимой утратой, поскольку отец для дочери был большим другом и примером для подражания.
Просила суд взыскать в свою пользу с Тэн-Чагая В.Д. в пользу истца, действующей в интересах несовершеннолетней дочери Иоффе А.Э., компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб.
Железнодорожный районный суд г. Пензы постановилвышеуказанное решение.
В апелляционной жалобе законный представитель истца ФИО3 - мать Иоффе И.А. просит решение изменить и принять решение об увеличении размера компенсации морального вреда. В апелляционной жалобе указывает на неверное применение судом первой инстанции норм материального права, неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела. Указывает, что суд первой инстанции не учел обстоятельства, на которые она ссылалась в исковом заявлении. Кроме того, ответчик, убив отца ФИО3 -ФИО7, уничтожил сумку с документами и деньгами, принадлежащими убитому, в результате чего у наследницы наступили проблемы с погашением кредитов. ФИО3 вынуждена в десятилетнем возрасте жить с долгами отца. Также ответчик уничтожил телефоны отца. Компенсация морального вреда была выплачена жене убитого, а не дочери. Обстоятельства убийства отца привели к тому, что ФИО3 боится за жизнь близких: матери, брата. Суд первой инстанции не дал оценку показаниям свидетеля Балаевой Л.В., педагога школы, в которой учится ФИО3. Суд первой инстанции не вызвал в суд несовершеннолетнюю ФИО3, педагога-психолога школы, суд не установил отношение ответчика к предъявленному иску.
В апелляционном представлении прокурор Железнодорожного района г. Пензы указывает, что взысканный судом размер компенсации морального вреда не соответствует степени причиненных истцу нравственных страданий от потери отца и не обеспечивает баланс прав и законных интересов сторон.
В возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика Тэн-Чагая В.Д. - Орлова С.П. указывает, что компенсация морального вреда потерпевшей и ее несовершеннолетней дочери была выплачена в ходе рассмотрения уголовного дела. Не было представлено доказательств, что истец перестала общаться со сверстниками, снизилась успеваемость, она перестала посещать секцию плавания. Ходатайство о вызове в суд ребенка, психолога не заявлялось.
Ответчик Тэн-Чагай В.Д. в судебное заседание не явился, отбывает наказание в ФКУ ИК N 1 УФСИН России по Пензенской области, в поступившей расписке указал, что извещен о проведении судебного заседания, принимать участие лично путем использования систем видиоконференц- связи не желает, его интересы будет представлять адвокат Орлова С.П.
В силу статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации неявка лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного разбирательства, не является препятствием к рассмотрению дела в суде апелляционной инстанции.
Проверив законность и обоснованность решения в пределах доводов апелляционной жалобы, апелляционного представления, заслушав законного представителя истца Иоффе А.Э. - Иоффе И.А., ее представителя Домаеву К.А., представителя ответчика Тэн-Чагая В.Д. - Орлову С.П., прокурора Ивлиеву Е.В., обсудив доводы апелляционной жалобы, апелляционного представления, возражений, судебная коллегия считает, что имеются основания для изменения решения по следующим основаниям.
В соответствии со ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. Неправильным применением норм материального права являются: неприменение закона, подлежащего применению; применение закона, не подлежащего применению; неправильное истолкование закона.
Судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, что повлекло неправильное применение норм материального права. Выводы суда первой инстанции, изложенные в решении суда, не соответствуют обстоятельствам дела.
В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).
Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4).
Частью 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что в мотивировочной части решения должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства; законы, которыми руководствовался суд. Согласно части 1 статьи 195 этого же кодекса решение суда должно быть законным и обоснованным.
Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Из приведенных положений процессуального закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости. Суд оценивает доказательства и их совокупность по своему внутреннему убеждению, однако это не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом. Результаты оценки доказательств суд должен указать в мотивировочной части судебного постановления, в том числе доводы, по которым он отвергает те или иные доказательства или отдает предпочтение одним доказательствам перед другими. В противном случае нарушаются задачи и смысл судопроизводства, установленные статьей 2 названного кодекса.
Судом установлено, что Тэн-Чагай В.Д. совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку - ФИО7, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, при следующих обстоятельствах:
Тэн-Чагай В.Д. ДД.ММ.ГГГГ в период с 17 час. 03 мин. до 19 час. 24 мин., находясь в помещении своего офиса, расположенного на втором этаже дома по <адрес>, в ходе ссоры с ФИО7, произошедшей на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, умышленно, с целью причинения смерти последнему, руками, а также взятым в руки из ящика стола, находящегося в вышеуказанном месте, травматическим пистолетом марки "GrandPowerT12", калибра 10х28 мм, нанес ФИО7 не менее девятнадцати ударов в область головы, левой кисти, а также произвел из вышеуказанного пистолета, снаряженного патроном с резиновой пулей, выстрел в область головы ФИО7 Указанными насильственными действиями Тэн-Чагай В.Д. причинил ФИО7 телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения и находящиеся в прямой причинной связи с наступлением смерти в виде открытой черепно-мозговой травмы. От полученных телесных повреждений, относящихся к тяжкому вреду здоровью, опасному для жизни, в виде открытой черепно-мозговой травмы, через непродолжительный период времени наступила смерть ФИО7 на месте происшествия.
Приговором Октябрьского районного суда г.Пензы от 13 марта 2017 года Тэн-Чагай В.Д. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ (убийство, то есть умышленное причинение смерти), за которое ему назначено наказание в виде восьми лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Согласно свидетельству о смерти N N от ДД.ММ.ГГГГ (повторному) ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, умер ДД.ММ.ГГГГ
Истец Иоффе И.А. приходится умершему ФИО7 супругой, несовершеннолетняя ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, - дочерью, что подтверждается свидетельством о заключении брака N от ДД.ММ.ГГГГ и свидетельством о рождении N от ДД.ММ.ГГГГ
По делу установлено, что Тэн-Чагай В.Д. совершил запрещенное уголовным законом общественно опасное деяние - убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, которое отнесено законом к категории особо тяжких.
Поскольку Тэн-Чагай В.Д. причинена смерть отцу несовершеннолетнего истца, возложение на него обязанности компенсации морального вреда является правомерным.
Пунктами 2, 3 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии с п. 2 Постановления N 10 Пленума Верховного Суда РФ "Некоторые вопросы применении законодательства о компенсации морального вреда" от 20 декабря 1994 г. с последующими изменениями и дополнениями, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Согласно п. 8 вышеназванного Постановления, при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
Согласно п.32 постановления Пленума ВС РФ от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).
При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Вместе с тем, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Таким образом, размер компенсации морального вреда законом не определен. В каждом конкретном случае он определяется судом с учетом обстоятельств дела, степени вины причинителя вреда, объема и характера причиненных физических и нравственных страданий, других заслуживающих внимание обстоятельств.
Взыскивая компенсацию морального вреда, причиненного дочери, в размере 150 000 руб., суд первой инстанции исходил из того, что моральный вред, причиненный дочери истца ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, потерей отца ФИО7, ответчиком не возмещен. Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции указал, что учел вынесенный 13 марта 2017 г. Октябрьским районным судом г. Пензы приговор в отношении Тэн-Чангая В.Д., тяжкие необратимые последствия от смерти ФИО21., степень нравственных страданий, которые испытывает дочь истца от потери отца ФИО22., которые невосполнимы, исходя из фактических обстоятельств произошедшего, выплаченный размер компенсации морального вреда Иоффе И.А. (1 500 000 руб.), а также требования разумности и справедливости.
По мнению судебной коллегии, при определении размера компенсации морального вреда по рассматриваемому спору судом не приняты во внимание все обстоятельства причинения смерти отцу истца, а именно совершения Тэн-Чагай В.Д. запрещенного уголовным законом общественно опасного деяния, совершенного с прямым умыслом.
При таких обстоятельствах доводы жалобы о несоразмерности взысканного размера компенсации морального вреда являются обоснованными и решение суда подлежит изменению, следует увеличить размер компенсации морального вреда.
Определяя размер компенсации морального вреда, судебная коллегия учитывает, что на момент смерти отца дочери исполнилось 10 лет, с учетом тяжести причиненных ФИО3 нравственных страданий, связанных с гибелью близкого человека, его невосполнимой утратой, перенесенной стрессовой ситуацией, причинением глубоких нравственных переживаний и сильной душевной боли, продолжающихся нравственных страданий, вызванных утратой отца, судебная коллегия полагает необходимым взыскать размер компенсации морального вреда 800 000 руб. Представленные суду доказательства подтверждают степень нравственных страданий дочери убитого, судом первой инстанции допрошена в качестве свидетеля Балаева Л.В., педагог школы, в которой учится ФИО3, подтвердившей крайне отрицательное влияние совершенного преступления на жизнь ФИО3, изменение ее образа жизни. В суд апелляционной инстанции поступило письменное мнение несовершеннолетней ФИО3, подтверждающее продолжающиеся нравственные страдания, вызванные утратой отца.
Доводы возражений представителя ответчика о том, что Иоффе И.А., мать ФИО3 постановлением от 22 октября 2016 г. признана потерпевшей по уголовному делу, постановлением от ДД.ММ.ГГГГ признана гражданским истцом, Иоффе И.В. в рамках уголовного дела действовала от себя лично и представляла интересы своей дочери, в том числе получила денежные средства в счет компенсации морального вреда, не являются основаниями для отказа в удовлетворении апелляционной жалобы и апелляционного представления.
Конкретного упоминания о том, что истица Иоффе И.А. действовала в интересах несовершеннолетнего ребенка, равно как и признание несовершеннолетней ФИО3 потерпевшей либо гражданским истцом, в материалах уголовного дела не содержится.
Действительно, в рамках проведения следствия и уголовного дела Иоффе И.В. заявляла исковые требования о компенсации морального вреда, причиненного преступлением в размере 4 000 000 руб. Родственниками ответчика Тэн-Чагай В.Д. супруге погибшего Иоффе И.А. возмещен моральный вред в сумме 1 500 000 руб., о чем ей собственноручно была написана расписка от ДД.ММ.ГГГГ
Из текста расписки следует, что Иоффе И.А., как потерпевшая по уголовному делу, получила от родственников подсудимого Тэн-Чагая В.Д. в качестве компенсации морального вреда денежную сумму в размере 1 000 000 руб., а всего с учетом ранее переданных денежных средств в сумме 500 000 руб. - 1 500 000 руб., претензий по возмещению морального вреда не имеет.
Заявление в Октябрьский райсуд г. Пензы от Иоффе И.А. о назначении наказания подсудимому в виде лишения свободы в размере на усмотрение суда, выплата родственниками ответчика потерпевшим в полном объеме были выплачены денежные средства, затраченные ими на погребение, услуги представителя, а также в счет возмещения материального вреда в размере 227 422 руб. - стоимость часов "Omega" 321.90.42.50.13.001, 2009 г. выпуска, взысканных решением Железнодорожного районного суда г. Пензы 22 января 2018 года, не являются основанием для отказа в удовлетворении апелляционной жалобы по делу по иску о взыскании компенсации морального вреда, причиненного несовершеннолетней дочери.
Доводы представителя ответчика о том, что обратившись с настоящим иском в интересах несовершеннолетней дочери, истец злоупотребляет своим правом и вводит суд в заблуждение, поскольку Иоффе И.А. уже получила в феврале 2017 г. компенсацию морального вреда и для себя, и для своей дочери, суд считает необоснованным, поскольку он не подтвержден письменными доказательствами.
Следует взыскать с Тен-Чагая В.Д. в пользу Иоффе И.А., действующей в интересах ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, компенсацию морального вреда в размере 800 000 руб.
Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Железнодорожного районного суда г. Пензы от 20 августа 2018 года по делу N 2-1337/2018 изменить.
Взыскать с Тен-Чагая В.Д. в пользу Иоффе И.А., действующей в интересах ФИО28, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, компенсацию морального вреда в размере 800 000 (восемьсот тысяч) руб.
Апелляционную жалобу законного представителя истца Иоффе А.Э. - Иоффе И.А. - удовлетворить, апелляционное представление прокурора Железнодорожного района г. Пензы - удовлетворить.
Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.
Председательствующий Л.П. Прошина
Судьи Е.Г. Жукова
Е.В. Прудентова
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
