Дата принятия: 05 ноября 2019г.
Номер документа: 33-10210/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ АЛТАЙСКОГО КРАЕВОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 5 ноября 2019 года Дело N 33-10210/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе:
председательствующего Еремина В.А.,
судей Алешко О.Б., Шипунова И.В.,
при секретаре Ивановой А.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу представителя ответчика Старченко Е. Н. - Шафрановой Г. А. на решение Змеиногорского городского суда Алтайского края от 23 августа 2019 года
по делу по иску межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Алтайском крае и Республике Алтай к Старченко В. А., Старченко А. В. и Старченко Е. Н. о взыскании имущественного вреда.
Заслушав доклад судьи Еремина В.А., судебная коллегия
установила:
Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Алтайском крае и Республике Алтай обратилось в суд с иском к Старченко В.А., Старченко А.В., Старченко Е.Н. о взыскании в пользу Российской Федерации в лице Территориального органа имущественного ущерба в размере 157 282 руб.
Требования мотивированы тем, что Старченко В.А. бросил незатушенный окурок сигареты на крыше административного корпуса ликеро-водочного завода, расположенного по адресу: <адрес>, чем вызвал пожар здания и причинение имущественного ущерба.
Решением Змеиногорского городского суда Алтайского края от 23.08.2019 исковые требования удовлетворены.
Взыскано со Старченко В.А. в пользу Российской Федерации в лице межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Алтайском крае и Республике Алтай 157 282 руб. имущественного вреда.
При отсутствии или недостаточности у Старченко В.А. доходов или иного имущества, достаточных для возмещения вреда, в субсидиарном порядке возложена обязанность по возмещению ущерба Российской Федерации в лице межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Алтайском крае и Республике Алтай на Старченко А.В. и Старченко Е.Н., с которых солидарно взыскан полностью или в недостающей части имущественный вред в размере 157 282 руб., до совершеннолетия Старченко В.А.
Со Старченко В.А. взысканы судебные расходы по оплате госпошлины в сумме 4 345,64 руб. в пользу муниципального образования "Змеиногорский район" Алтайского края, а при отсутствии или недостаточности у него доходов или иного имущества, достаточных для взыскания этих расходов, в субсидиарном порядке возложена обязанность по возмещению указанных расходов на Старченко А.В. и Старченко Е.Н., с которых взысканы обозначенные расходы солидарно полностью или в недостающей части, до совершеннолетия Старченко В.А.
В апелляционной жалобе представитель ответчика Старченко Е.Н. - Шафранова Г.А. просит решение суда отменить, ссылаясь на то, что при принятии решения суд исходил из постановления суда от 15.03.2019, которое не имеет преюдициального значения для спора, при этом обстоятельства, изложенные в указанном постановлении, судом при принятии решения не исследовались. Полагает судом незаконно отказано в применении ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижении размера ущерба, поскольку грубая неосторожность со стороны истца доказана. Истец является собственником здания ликероводочного завода, поэтому обязан осуществлять заботу о своем имуществе, нести ответственность за его содержание. Кроме того, здание является объектом культурного наследия Российской Федерации, поэтому собственник обязан обеспечить сохранность, целостность объекта, содержать его в надлежащем техническом, санитарном и противопожарном состоянии, не допускать его ухудшения, что было нарушено истцом. Из материалов дела следует, что территория завода открыта, охрана на территории отсутствует, здание находится в неудовлетворительном состоянии. Учитывая, что истец не несет бремя содержания имущества, допускает его разрушение, не выделяет средства на его содержание, ремонт и охрану, при этом заявляет иск о возмещении ущерба, имеется факт получения неосновательного обогащения за счет родителей несовершеннолетнего, так как эти денежные средства не будут использованы на устранение последствий пожара. В соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации суд отказывает в защите права лицу, поведение которого является недобросовестным и имеет признаки злоупотребления. Также указывает на нарушение ст. 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, выразившееся в том, что в протоколе указанно об окончании судебного заседания ДД.ММ.ГГ, однако после удаления суда в совещательную комнату решение суда и его резолютивная часть в этот день не оглашались. После удаления судьи в совещательную комнату секретарем судебного заседания объявлено, что оглашение решения суда не будет, участники процесса могут быть свободны. Судом не учтено, что постановление ТО НД и ПР N 4 от ДД.ММ.ГГ было отменено заместителем Змеиногорского межрайонного прокурора ДД.ММ.ГГ и материал направлен на дополнительную проверку, ДД.ММ.ГГ принято новое постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Органом дознания установлено, что поджог не нашел подтверждения, также версия поджога исключена заключением эксперта от ДД.ММ.ГГ ***. Заключение судебной пожарно-технической экспертизы не содержит выводов о возникновении возгорания от тлеющего окурка, брошенного Старченко В.А., поэтому не может служить доказательством вины несовершеннолетнего. Указание на наличие грубой неосторожности несовершеннолетнего, неверно, так как понятие грубой неосторожности для преступления, предусмотренного ст. 168 Уголовного кодекса Российской Федерации, неприменимо. Также указывает на наличие опечаток в решении суда.
В письменных возражениях на апелляционную жалобу истец просит оставить ее без удовлетворения, а решение суда без изменения.
Лица, участвующие в деле, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте слушания дела извещены своевременно и надлежащим образом. Информация о времени и месте рассмотрения дела публично размещена на официальном сайте Алтайского краевого суда в сети интернет. Об уважительных причинах своей неявки не сообщили, об отложении разбирательства по делу не просили. Принимая во внимание положения ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определилао рассмотрении дела при данной явке.
Проверив материалы дела в соответствии со ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов жалобы, обсудив ее доводы, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения жалобы и отмены решения суда.
В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).
Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В силу ст. 1074 Гражданского кодекса Российской Федерации несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет самостоятельно несут ответственность за причиненный вред на общих основаниях. В случае, когда у несовершеннолетнего в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет нет доходов или иного имущества, достаточных для возмещения вреда, вред должен быть возмещен полностью или в недостающей части его родителями (усыновителями) или попечителем, если они не докажут, что вред возник не по их вине. Обязанность родителей (усыновителей), попечителя и соответствующей организации по возмещению вреда, причиненного несовершеннолетним в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, прекращается по достижении причинившим вред совершеннолетия либо в случаях, когда у него до достижения совершеннолетия появились доходы или иное имущество, достаточные для возмещения вреда, либо когда он до достижения совершеннолетия приобрел дееспособность.
Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГ в 16 часов произошло возгорание кровли здания цеха розлива бывшего Змеиногорского ликеро-водочного завода, расположенного по адресу: <адрес>, являющееся собственностью Российской Федерации.
Согласно сообщению главы администрации г. Змеиногорска от ДД.ММ.ГГ *** причины возгорания - неосторожное обращение с огнем.
Техническим заключением ФГБУ СЭУ ФПС испытательная пожарная лаборатория по Алтайскому краю *** от ДД.ММ.ГГ установлено, что причиной пожара послужило возгорание горючих материалов от открытого источника огня (пламени спички, зажигалки и так далее). Очаг возгорания располагался в северо-западной области чердачного помещения цеха розлива Змеиногоского ликеро-водочного завода.
Из заключения судебной экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ ФБУ Алтайская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации следует, что причиной пожара на крыше цеха розлива Змеиногорского ликеро-водочного завода могло являться возгорание горючих материалов от открытого источника огня (пламени спички, зажигалки и тому подобное) или тлеющего табачного изделия. Очаг возгорания находился внутри чердачного помещения над северо-западной частью цеха розлива рядом с выходом на крышу из лестничной клетки, где деревянные конструкции на перекрытии (доска и балки) выгорели полностью. Местом первоначального возникновения горения при пожаре, произошедшем ДД.ММ.ГГ в здании завода являлось чердачное помещение над северо-западной частью цеха розлива, рядом с входом в лестничную клетку. Признаками указывающими на расположение очага пожара является полное выгорание деревянных конструкций на перекрытии (доски и балки) и деформация металлической перегородки в сторону чердачного помещения.
Следственными органами по факту возгорания установлено, что ДД.ММ.ГГ группа несовершеннолетних граждан Зырянов Н.С., ДД.ММ.ГГ года рождения, Лещев М.Е., ДД.ММ.ГГ года рождения и Старченко В.А., ДД.ММ.ГГ года рождения пришли на территории завода с целью покурить сигареты на крыше. Старченко В.А. докурил сигарету и бросил окурок в сторону, вследствие чего произошло возгорание бумаги и хвойной смолы, самостоятельно потушить пожар им не удалось. Причинами возникновения пожара послужили неосторожные действия несовершеннолетнего Старченко В.А. выбросившего на чердачном помещении, после курения, незатушенный окурок.
Из объяснений несовершеннолетнего Старченко В.А., данных в ходе доследственной проверки, следует, что ДД.ММ.ГГ он вместе с несовершеннолетними Зыряновым Н. и Лещевым М. пошли на ликеро-водочный завод, зашли в здание, не имеющее запорных устройств, то есть в цех розлива, что бы покурить на чердаке здания. У них осталась одна сигарета, которую они решилираскурить на троих. Последним купил он, после того как докурил, бросил окурок в сторону, так как было темно, не видел куда он бросил окурок. Затем они вылезли из окна на крышу здания. Спустя некоторое время увидели, что из окна идет дым. Когда они вновь залезли на чердак, то увидели, что в стороне, куда он бросил окурок что то загорелось. После чего стали тушить пожар и увидели, что загорелась бумага и хвоя, потушить огонь не получилось. Они испугались и убежали с территории завода. Умысла на поджог не было.
Постановлением ст. дознавателя ТО НД и ПР N 4 подполковником вн. службы Чертовских А.А. от ДД.ММ.ГГ в возбуждении уголовного дела в отношении Старченко В.А. отказано, на основании п.2 ч.1 ст.24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в его действиях (бездействиях) состава преступления. Действия Старченко В.А. формально подпадают под признаки ст. 168 Уголовного кодекса Российской Федерации, но он на момент совершения преступления не достиг возраста для привлечения к уголовной ответственности.
Постановлением судьи Змеиногорского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГ, в удовлетворении жалобы Старченко Е.Н., законного представителя несовершеннолетнего Старченко В.А., действующей через представителя Шафранову Г.А., на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГ отказано.
Указанным судебным актом установлено, что возгорание произошло в непродолжительный период времени после того как Старченко В.А. брошен незатушенный окурок в месте где несовершеннолетний курил.
Заключением эксперта *** от ДД.ММ.ГГ ООО "Велес терра" определена рыночная стоимость восстановительного ремонта крыши центрального объема здания "административный корпус" Змеиногорского ликеро-водочного завода на ДД.ММ.ГГ без учета НДС составляет 157 282 руб.
Разрешая спор по существу, оценив представленные доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что возгорание кровли здания цеха разлива Змеиногорского ликеро-водочного завода произошло в результате действий несовершеннолетнего Старченко В.А., в связи с чем пришел к выводу о взыскании причиненного истцу ущерба с несовершеннолетнего Старченко В.А., а при недостаточности или отсутствии у него дохода возложил возмещение вреда в субсидиарном порядке на его родителей и взыскал с них ущерб солидарно до совершеннолетия Старченко В.А., при этом не нашел оснований для применения положений ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижении размера причиненного имущественного вреда.
С выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается, поскольку они сделаны в соответствии с фактическими обстоятельствами дела, основаны на правильной оценке собранных по делу доказательств и положениям закона не противоречит.
Надлежащим исполнением обязательств по возмещению имущественного вреда, причиненного пожаром, является возмещение причинителем вреда потерпевшему расходов на восстановление поврежденного имущества в состояние, в котором оно находилось до момента причинения ущерба.
Исходя из смысла положений статей 15 и 1064 Гражданского кодекса российской Федерации, возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, в связи с чем лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать совокупность таких обстоятельств, как наличие у него законных прав или интересов; факт нарушения имеющихся у него законных прав или интересов; наличие и размер понесенных убытков; причинную связь между нарушением права и возникшими убытками.
Кроме того, основаниями гражданского правовой ответственности являются обстоятельства противоправного (виновного) поведения лица, причинившего вред. Отсутствие одного из указанных условий влечет отказ в иске о возмещении убытков.
Указанная совокупность обстоятельств, устанавливающих основания гражданского правовой ответственности несовершеннолетнего судом установлена правильно.
Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, в том числе объяснения всех участников указанных событий, постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, экспертные заключения, заключение судебной экспертизы, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что возгорание началось в результате действий несовершеннолетнего Старченко В.А.
Ссылка на то, что постановление ТОНД и ПР N 4 от ДД.ММ.ГГ было отменено и принято иное постановление от ДД.ММ.ГГ об отказе в возбуждении уголовного дела, а также на то, что в заключении судебной экспертизы не содержатся выводов о возникновении возгорания от тлеющего окурка, брошенного Старченко В.А., поэтому доказательством вины являться не может, судебной коллегией признаются несостоятельными направленными на иную оценку доказательств, которым судом первой инстанции дана в совокупности с другими доказательствами по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оснований для переоценки которой судебная коллегия не находит.
Указание на то, что выводы суда основаны только на постановлении суда от ДД.ММ.ГГ, которое не имеет преюдициального значения для дела, основаны на неверном толковании норм процессуального права.
В силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Таким образом, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу постановлением Змеиногорского городского суда Алтайского края от 15.03.2019, имеет преюдициальное значение при рассмотрении спорных правоотношений.
Доводы жалобы о недобросовестности действий истца и наличия грубой неосторожности, судебной коллегией отклоняются, в виду следующего.
В соответствии с п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
По общему правилу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
В соответствии с ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
Вместе с тем, доказательства свидетельствующие о наличии в действиях истца грубой неосторожности, в материалах дела отсутствуют.
Само по себе отсутствие охраны и наличие свободного доступа в здание, а также нахождение здания в неудовлетворительном состоянии не свидетельствует о наличии в действиях истца грубой неосторожности, так как не способствовало возникновению пожара и не дает право третьим лицам проникать на территорию здания.
При таких обстоятельствах, судебная коллегия соглашается с выводом суда об отсутствии оснований для применения ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижения размера ответственности.
Указание в жалобе на нарушение судом норм процессуального законодательства, выразившихся в том, что ДД.ММ.ГГ после удаления суда в совещательную комнату решение суда или его резолютивная часть не оглашались, опровергается протоколом судебного заседания от ДД.ММ.ГГ.
Иные доводы жалобы также проверены судебной коллегией и признаны несостоятельными.
В целом доводы жалобы аналогичны тем, которые являлись предметом исследования суда первой инстанции, фактически направлены на иную оценку установленных по делу обстоятельств и представленных доказательств, получивших надлежащую правовую оценку в постановленном по делу решении, с которой судебная коллегия соглашается.
Принимая во внимание, что процессуальных нарушений, являющихся безусловным основанием для отмены решения в силу ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом первой инстанции не допущено, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда.
Руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Змеиногорского городского суда Алтайского края от 23 августа 2019 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу представителя ответчика Старченко Е. Н. - Шафрановой Г. А. - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
