Определение Судебной коллегии по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 18 апреля 2019 года №33-1017/2019

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ СУДА ЯМАЛО-НЕНЕЦКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 18 апреля 2019 года Дело N 33-1017/2019
Судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:
председательствующего Гниденко С.П.,
судей коллегии Бреевой С.С., Нех Т.М.,
при секретаре Кречмаровской Ю.Р.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе истца Шамбина К.Н. на решение Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 22 января 2019 года, которым постановлено:
Иск Шамбина К.Н. к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, оставить без удовлетворения.
Заслушав доклад судьи Бреевой С.С., судебная коллегия,
УСТАНОВИЛА:
Шамбин К.Н. обратился с иском к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по ЯНАО о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием.
Требования мотивированы тем, что в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения по ч. 1 ст. 131 УК РФ уголовное дело в отношении истца было прекращено, признано право на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с незаконным уголовным преследованием.
В связи с изложенным истец просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей.
При рассмотрении дела судом первой инстанции истец Шамбин К.Н. участия не принимал, извещен о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом.
Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по ЯНАО в судебное заседание своего представителя не направило, извещено о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в возражениях на иск полагало об отсутствии оснований для его удовлетворения.
Представитель прокуратуры ЯНАО и Челябинской области Ощепкова К..К. полагала заявленные требования не подлежащими удовлетворению.
Судом постановлено решение, резолютивная часть которого указана выше, с данным решением не согласен истец Шамбин К.Н., который в апелляционной жалобе просит решение суда отменить и принять новое - об удовлетворении иска. Не соглашаясь с выводами суда об отказе в иске, полагает, что рассмотрение вопроса о компенсации морального вреда в связи с реабилитацией подлежит только в отношении состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 131 УК РФ, по которому он был оправдан, без учета иных преступлений, по которым ему назначено наказание.
В возражениях на апелляционную жалобу представитель Министерства финансов Российской Федерации Языков А.И. высказал позицию в поддержку решения суда.
При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции истец Шамбин К.Н., участие которого обеспечено посредством видеоконференц-связи с исправительным учреждением, на доводах жалобы настаивал.
Представитель прокуратуры ЯНАО и Челябинской области Кривошеева Е.Е., указала на отсутствие оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы.
Представитель Министерства финансов в лице Управления Федерального казначейства по ЯНАО участие в судебном заседании не принимал, извещен.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, поступивших возражений, выслушав прокурора, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Разрешая спор, суд исходил из обстоятельств отсутствия оснований для удовлетворения требований иска, поскольку отказ государственного обвинителя от обвинения не повлиял на признание вины истца в совершении иных преступлений, равно как не повлиял и на вид избранной меры пресечения и назначенного наказания.
Судебная коллегия выводы суда полагает ошибочными, основанными на неверном установлении фактических обстоятельств по делу, нарушении норм материального и процессуального права.
Конституция РФ закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами охраняемых законом прав обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, компенсацию причиненного ущерба (ст. 52) и государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (ч. 1 ст. 45, ст. 46).
Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда корреспондируют положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (п. 5 ст. 5), Протокола N 7 к данной Конвенции (ст. 3) и Международного пакта о гражданских и политических правах (подп. "а" п. 3 ст. 2, п. 5 ст. 9 и п. 6 ст. 14), закрепляющие право на компенсацию, принадлежащее каждому, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу или осуждения за преступление, если вынесенный ему приговор был впоследствии отменен или ему было даровано помилование на том основании, что какое-либо новое или вновь обнаруженное обстоятельство неоспоримо доказывает наличие судебной ошибки.
Конкретизируя конституционно-правовой принцип ответственности государства за незаконные действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, федеральный законодатель установил порядок и условия возмещения причиненного лицу в уголовном судопроизводстве вреда в Уголовно-процессуальном кодексе РФ, нормами гл. 18 которого регламентируются основания возникновения права на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения различных видов вреда, а также в Гражданском кодексе РФ, ст. 1070 которого закрепляет, в частности, ответственность за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.
Уголовно-процессуальный кодекс РФ, исходя из необходимости охраны прав и свобод человека и гражданина в сфере уголовного судопроизводства, устанавливает, что уголовное судопроизводство имеет своим назначением не только защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, но и защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод (ч. 1 ст. 6).
Уголовное преследование является одной из форм реализации государством своей обязанности по признанию, соблюдению и защите прав и свобод человека и гражданина, обеспечению защиты других конституционно значимых ценностей (ст. 2; ст. 52; ч. 3 ст. 55 Конституции РФ) в тех случаях, когда эти ценности становятся объектом преступного посягательства.
Согласно ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах; при этом вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Статья 133 УПК РФ также устанавливает, что право на реабилитацию, в том числе на возмещение вреда, имеют лица, по уголовным делам которых был вынесен оправдательный приговор или уголовное преследование в отношении которых было прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, за отсутствием события преступления, отсутствием состава преступления, за непричастностью лица к совершению преступления и по некоторым другим основаниям, а также лица, в отношении которых было отменено незаконное или необоснованное постановление суда о применении принудительной меры медицинского характера (ч. 2).
Согласно части первой статьи 134 УПК Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию; одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.
Данная статья не содержит положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, в отношении которого было вынесено решение о прекращении уголовного преследования по реабилитирующему основанию, по той лишь причине, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении какого-либо другого преступления. По смыслу закона, в таких ситуациях суд, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и руководствуясь принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина, может принять решение о возмещении частично реабилитированному лицу вреда, если такой был причинен в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 20 июня 2006 года N 270-О).
Как видно из дела, вступившим в законную силу приговором Челябинского областного суда от 12 июля 2016 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24 ноября 2016 года (л.д. 43-50) Шамбин К.Н. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, ч 1. ст. 132 УК РФ, п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ с назначением наказания в виде лишения свободы на срок 23 года (л.д. 57-85).
Постановлением Челябинского областного суда от 12 июля 2016 года в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения уголовное дело по обвинению Шамбина К.Н. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 131 УК РФ прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.
При этом в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 133 УПК РФ, ч. 1 ст. 134 УПК РФ за Шамбиным К.Н. признано право на реабилитацию; разъяснено право на возмещение имущественного вреда и компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, в том числе право на восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах (л.д. 41-42).
Таким образом, обстоятельства признания за истцом права на реабилитацию установлены вступившим в законную силу судебным постановлением, которое в силу требований статьи 61 ГПК РФ, имеет преюдициальное значение о гражданско-правовых последствиях для лица, в отношении которого вынесено постановление, в том числе по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.
Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия находит установленным незаконность действий должностных лиц органов предварительного расследования при инициировании уголовного преследования Шамбина К.Н. в части обвинения, не нашедшего подтверждение, следовательно, следует признать установленной причинную связь между такими действиями и перенесенными истцом нравственными страданиями.
Согласно ст. 151 ГК РФ суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда, если гражданину такой вред (физические или нравственные страдания) причинен действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в иных случаях, предусмотренных законом.
По смыслу п. 1 статьи 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, возмещается за счет казны Российской Федерации в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов предварительного следствия, прокуратуры в порядке, установленном законом.
В развитие данных положений статьей 1100 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности.
Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, судебная коллегия принимает во внимание фактические обстоятельства дела, его возраст, период времени, в течение которого продолжалось нарушение личных неимущественных прав Шамбина К.Н., степень его нравственных переживаний, связанных с предъявлением обвинения в совершении тяжкого преступления, объем негативных последствий для него в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, факт вынесения обвинительного приговора по иным инкриминируем ему деяниям, а также требования разумности и справедливости и полагает справедливым определить в счет компенсации морального вреда 5 000 рублей, отказав в удовлетворении остальной части заявленных требований.
При таком положении обжалуемое судебное решение нельзя признать законным, в связи с чем, оно подлежит отмене с принятием нового решения об удовлетворении исковых требований в части.
Руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 22 января 2019 года отменить и принять новое решение.
Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Шамбина К.Н. компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований Шамбину К.Н. отказать.
Председательствующий:
Судьи:


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка