Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 18 июня 2021 года Дело N 33-10050/2021

от 18 июня 2021 года по делу N 33-10050/2021 (2-3984/2020)

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:

председательствующего Алексеенко О. В.,

судей Индан И. Я., Фахрисламовой Г. З.,

при секретаре Бикбулатовой Р. Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Уфа Республики Башкортостан гражданское дело по иску государственного учреждения Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Октябрьском районе города Уфы Республики Башкортостан к Арслановой С. Н., Арсланову Г. Р. о взыскании переплаты пенсии по случаю потери кормильца,

по апелляционным жалобам Арслановой С. Н., Арсланова Г. Р. на решение Октябрьского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 29 сентября 2020 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Индан И. Я., судебная коллегия

установила:

государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Октябрьском районе города Уфы Республики Башкортостан обратилось в суд с иском к Арслановой С. Н., Арсланову Г. Р. о взыскании переплаты пенсии по случаю потери кормильца. В обоснование заявленных требований указано, что решением Октябрьского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 02 октября 2007 года Арсланов Р. Ш., дата года рождения, признан безвестно отсутствующим. Управлением по заявлению Арслановой С. Н. с 19 октября 2007 года назначена пенсия по случаю потери кормильца, получателем которой до совершеннолетия детей являлась их мать - Арсланова С. Н., затем Арсланов Г. Р. Согласно сведениям индивидуального лицевого счета застрахованного лица, Арсланов Р. Ш. с 01 января 2015 года по настоящее время официально трудоустроен, однако сообщений о том, что он жив и проживает в адрес, а также заявлений о прекращении выплаты пенсии от ответчиков не поступало. По информации, поступившей от самого Арсланова Р. Ш., он ежемесячно перечислял денежные средства на содержание детей на расчетный счет Арслановой С. Н., задолженности по алиментным обязательствам не имеет, Арсланов Г. Р. проживал совместно с ним в адрес, также он оплачивал обучение сына. Решением суда от 19 мая 2020 года отменено решение Октябрьского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 02 октября 2007 года об объявлении Арсланова Р. Ш. безвестно отсутствующим. За период с 01 октября 2007 года по 30 ноября 2019 года образовалась переплата пенсии Арсланову Г. Р. в размере 808 847,19 руб., за период с 01 октября 2007 года по 31 сентября 2015 года Арслановой Э. Р. в размере 416 739,89 руб. Направленное ответчикам досудебное напоминание о погашении переплаты не исполнено.

Просили взыскать переплату пенсии по случаю потери кормильца с Арслановой С. Н. в размере 833 478,70 руб., с Арсланова Г. Р. в размере 392 107,84 руб.

Решением Октябрьского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 29 сентября 2020 года постановлено: взыскать с Арслановой С. Н. в пользу государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Октябрьском районе города Уфы Республики Башкортостан сумму переплаты пенсии по случаю потери кормильца в размере 833 478,70 руб. Взыскать с Арсланова Г. Р. в пользу государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Октябрьском районе города Уфы Республики Башкортостан сумму переплаты пенсии по случаю потери кормильца в размере 392 107,84 руб. Взыскать в доход местного бюджета государственную пошлину с Арслановой С. Н. в размере 11 534,79 руб., с Арсланова Г. Р. - 7 121,08 руб.

В апелляционной жалобе Арсланова С. Н. просит об отмене решения суда по мотиву его незаконности и необоснованности. Указывает, что судом безосновательно отклонено ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности обращения в суд, поскольку с 01 января 2015 года Арсланов Р. Ш. производил отчисления пенсионных взносов, о чем свидетельствует выписка из индивидуального лицевого счета застрахованного лица, следовательно, пенсионный орган знал, что он перестал быть безвестно отсутствующим, однако с заявлением об отмене решения суда от 02 октября 2007 года обратился только в конце 2019 года. С учетом пропуска истцом срока исковой давности, расчет переплаты должен быть произведен с сентября 2017 года на дату последней выплаты - ноябрь 2019 года. До отмены решения суда все платежи являлись обоснованными, поскольку юридически Арсланов Р. Ш. был безвестно отсутствующим. О месте пребывания Арсланова Р. Ш. она не знала, поскольку он скрывался. Арсланов Г. Р. у Арсланова Р. Ш. не проживал, с 2013 года по 2015 год проживал у родственника ФИО5, а с 2015 года в студенческом общежитии по месту учебы.

В апелляционной жалобе Арсланов Г. Р. просит об отмене решения суда по мотиву его незаконности и необоснованности. Указывает, те же доводы, что и Арсланова С. Н. Полагает, что судом первой инстанции необоснованно отклонено ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности обращения в суд.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о дате и времени судебного заседания. Участвующие по делу лица также извещались публично путем заблаговременного размещения информации о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы на интернет-сайте Верховного Суда Республики Башкортостан в соответствии со ст. 14, 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 года N 262-ФЗ "Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации". Неявившиеся лица о причинах уважительности неявки не сообщили, в связи с чем, руководствуясь ст. 167, 327 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

В силу требований ст. 327.1 ГПК Российской Федерации законность и обоснованность решения суда проверяется в пределах доводов апелляционной жалобы.

Проверив и оценив фактические обстоятельства дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав явившихся лиц, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 330 ГПК Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Всеобщая Декларация прав человека, принятая Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 года, установила, что каждый человек имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами в случае нарушения его основных прав, предоставленных ему конституцией и законом. Право на судебную защиту закрепляется также в ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах и части 1 ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Решение суда должно быть законным и обоснованным (ч. 1 ст. 195 ГПК Российской Федерации). Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Обжалуемое решение суда указанным требованиям не соответствует и подлежит отмене.

Как следует из материалов дела и установлено судом, решением Октябрьского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 02 октября 2007 года Арсланов Р. Ш., 02 декабря 1965 года рождения, признан безвестно отсутствующим (том 1 л. д. 7-8).

30 октября 2007 года законный представитель Арсланова Г. Р., дата, ФИО6, дата года рождения - Арсланова С. Н. обратилась в государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Октябрьском районе города Уфы Республики Башкортостан с заявлением о назначении пенсии по случаю потери кормильца (том 1 л. д. 11-13, 14-16).

Пенсионным органом Арсланову Г. Р. и ФИО6 назначена пенсия с 19 октября 2007 года по 22 сентября 2015 года (том 1 л. д. 9, 10).

21 августа 2017 года Арслановой С. Н. дано письменное обязательство, согласно которому она обязалась сообщить в Пенсионный фонд в 5-дневный срок об изменениях, влияющих на выплату пенсии: если до окончания срока обучения в учебном заведении будет оставлена учеба, произведено отчисление, либо переход на заочное отделение (том 1 л. д. 20).

19 сентября 2019 года Арслановой С. Н. дано письменное обязательство, согласно которому она обязалась сообщить в Пенсионный фонд не позднее следующего рабочего дня, после наступления соответствующих обстоятельств: о поступлении на работу, о наступлении других обстоятельств, влекущих изменение размере федеральной доплаты к пенсии или прекращения ее выплаты (том 1 л. д. 21).

Решением N... Арсланову Г. Р. прекращена выплата пенсии; решением от 14 июня 2016 года выплата пенсии прекращена ФИО6 (том 1 л. д. 22, 23).

Согласно справке-расчету Арслановой С. Н. излишне выплачена сумма пенсии на сына Арсланова Г. Р. за период с 19 октября 2007 года по 22 сентября 2015 года в размере 416 739,35 руб., на дочь ФИО6 за период с 19 октября 2007 года по 22 сентября 2015 года в размере 416 739,35 руб. (том 1 л. д. 26-27, 29-30); Арсланову Г. Р. за период с 23 сентября 2015 года по 30 ноября 2019 года в размере 392 107,84 руб. (том 1 л. д. 28).

Решением Октябрьского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 19 мая 2020 года отменено решение Октябрьского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 02 октября 2007 года о признании Арсланова Р. Ш., 02 декабря 1965 года рождения безвестно отсутствующим (том 1 л. д. 31-33).

Истцом в адрес Арслановой С. Н., Арсланова Г. Р. направлено досудебное напоминание N... от 10 июня 2020 года о погашении возникшей переплаты пенсии в сумме 1 219 510, 12 руб. (том 1 л. д. 34).

29 июня 2020 года Арслановой С. Н. на досудебное напоминание даны следующие пояснения: в 2007 году она обратилась с заявлением о назначении детям Арсланову Г. Р. и ФИО6 пенсии по случаю потери кормильца. Назначена пенсия на основании решения Октябрьского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 02 октября 2007 года о признании безвестно отсутствующим бывшего мужа Арсланова Р. Ш. На момент признания Арсланова Р. Ш. его действительно не могли найти. В 2011 году он объявился и начал на свое усмотрение, без подтвержденных доходов переводить денежные средства на ее счет, однако данных денежных средств не хватало на содержание детей, поскольку платежи были незначительными, ниже МРОТ. Поскольку была в крайне тяжелом финансовом положении, она не подала заявление на отмену пенсии на содержание своих детей, на тот момент у нее было трое несовершеннолетних детей. Арсланов Р. Ш. на контакт не шел, скрывался. С 2005 года он уехал в неизвестном направлении, оставив ее с тремя несовершеннолетними детьми. Именно поэтому было подано заявление о судебном приказе. Действия по его розыску были безуспешны. В 2007 году подано заявление в суд о признании его безвестно отсутствующим. 19 февраля 2009 года постановлением N... возбуждено исполнительное производство в отношении Арсланова Р. Ш. по взысканию алиментов на основании судебного приказа от 31 марта 2006 года. После того, как был найден Арсланов Р. Ш. он начал производить выплаты, примерно с октября 2011 года. Расчет неосновательно полученной суммы должен исчисляться именно с этого времени. Решение Октябрьского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 02 октября 2007 года отменено только 19 мая 2020 года. В настоящее время ею подано заявление приставам о расчете долга в соответствии с доходами Арсланова Р. Ш. О том, что исполнительное производство прекращено, документы не получала, по каким основаниям оно прекращено ей неизвестно. Финансовой возможности выплатить 1 219 510,12 руб. в срок до 17 июля 2020 года не имеет, поскольку находится в тяжелом финансов состоянии, перенесла серьезные операции. Просит дать рассрочку платежа сроком на 5 лет и произвести расчет с октября 2011 года, с момента когда начала получать денежные средства от Арсланова Р. Ш. (том 1 л. д. 35).

Разрешая исковые требования, суд руководствовался положениями ст. 8, 15 ГК Российской Федерации, ст. 11, 13 Федерального закона от 15 декабря 2001 года N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации", ст. 10, 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", пришел к выводу, что ответчики не сообщили в пенсионный орган о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты пенсии по случаю потери кормильца, указанное привело к неосновательной выплате пенсии.

Основания и мотивы, по которым суд пришел к таким выводам, а также доказательства, принятые судом во внимание, подробно приведены в мотивировочной части решения и оснований считать их неправильными не имеется.

Изложенные выводы суда первой инстанции следуют из анализа всей совокупности представленных сторонами и исследованных доказательств, оцененных в соответствии с правилами ст. 67 ГПК Российской Федерации, с которыми соглашается судебная коллегия.

Вопреки доводам подателей апелляционной жалобы, судом правильно возложено бремя доказывания недобросовестности ответчиков при получении сумм пенсии по случаю потери кормильца на пенсионный орган, требующий их возврата, то есть на истца. При этом установлено по информации, подтвержденной документально, поступившей от самого лица, ранее признанного безвестно пропавшего, Арсланова Р. Ш., что в спорный период он перечислял денежные средства на расчетный счет матери его детей - Арслановой С. Н., он проводил время с детьми, сын - Арсланов Г. Р. проживал с ним в адрес, следовательно, им было достоверно известно, что отец не является безвестно отсутствующим.

Вместе с тем, определяя период для расчета возникшей переплаты пенсии по случаю потери кормильца и в полном объеме удовлетворяя исковые требования, суд пришел к выводу о том, что срок исковой давности пенсионным фондом не пропущен, поскольку его исчисление началось в декабре 2019 года, в момент поступления сведений об Арсланове Р. Ш.

Судебная коллегия с такими выводами суда первой инстанции не соглашается, исходя из следующего.

В соответствии с ч. 5 ст. 26 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" получатель пенсии обязан безотлагательно извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера трудовой пенсии или прекращение ее выплаты.

Частью 3 ст. 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ установлено, что в случае невыполнения указанных обязанностей и выплаты в связи с этим излишних сумм пенсии, получатель пенсии возмещает пенсионному органу, производящему выплату пенсии, причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Согласно ст. 195 ГК Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пунктом 1 ст. 196 ГК Российской Федерации предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 данного кодекса.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п. 2 ст. 199 ГК Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Такое правовое регулирование направлено на создание определенности и устойчивости правовых связей между участниками правоотношений, их дисциплинирование, обеспечение своевременной защиты прав и интересов субъектов правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников правоотношений от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

По общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, действующее законодательство связывает возможность применения судом срока исковой давности с обращением лица в суд с иском по истечении установленного законом срока, исчисляемого либо с момента, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но длительное время не предпринимало действий к его защите, либо с момента, когда лицо в силу своих компетенций и полномочий должно было узнать о таком нарушении права.

Исходя из изложенного для решения вопроса об исчислении срока исковой давности по иску пенсионного органа суду необходимо было установить начальный момент течения данного срока, то есть день, когда пенсионный орган узнал или должен был узнать о нарушении условий, связанных с назначением и осуществлением выплаты пенсии по случаю потери кормильца, в данном случае о том, что отец детей обнаружен, что влечет прекращение выплаты. При этом начало течения срока исковой давности должно совпадать с моментом возникновения у пенсионного органа права на иск и возможности реализовать его в судебном порядке.

Приведенные нормативные положения, определяющие начало течения срока исковой давности, судом применены неправильно.

Определяя начало течения срока исковой давности по заявленным требованиям, суд в качестве точки отсчета давностного срока указал на дату поступления из иного государственного учреждения пенсионного фонда сведений об отце детей, в то время как согласно положениям п. 1 ст. 200 ГК Российской Федерации для установления начала течения срока исковой давности должны приниматься во внимание не только день, когда истцу стало известно о нарушении своего права, в данном случае о нарушении ответчиками требований нормативных правовых актов, регулирующих отношения по предоставлению сумм пенсии по случаю потери кормильца, но и день, когда пенсионный органа в силу своих компетенций и полномочий должен был об этом узнать.

Положением о Пенсионном фонде Российской Федерации, утвержденным постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2122-I, предусмотрено, что Пенсионный фонд Российской Федерации и его денежные средства находятся в государственной собственности Российской Федерации. Денежные средства Пенсионного фонда Российской Федерации не входят в состав бюджетов, других фондов и изъятию не подлежат (п. 2 Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации). Пенсионный фонд Российской Федерации обеспечивает в том числе контроль за правильным и рациональным расходованием его средств (п. 3 Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации).

Исходя из приведенных норм Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации на пенсионный орган возложена функция контроля за правильным и рациональным расходованием его средств, формируемых в том числе за счет федерального бюджета.

Нормативные положения, определяющие полномочия пенсионного фонда по контролю за правильным и рациональным расходованием его бюджета, суду необходимо было учитывать во взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации о сроке исковой давности, о применении которой было заявлено ответчиками, при разрешении вопроса об исчислении срока исковой давности.

Однако приведенные нормативные положения в их взаимосвязи, подлежащие применению к спорным отношениям, судом были применены неправильно, вследствие этого не установлены обстоятельства, связанные с определением начального момента возникновения у пенсионного органа с учетом имеющихся у него полномочий по контролю за расходованием его средств, в том числе на осуществление выплат пенсии по случаю потери кормильца, права на иск о взыскании излишне выплаченных сумм.

При таком положении, решение Октябрьского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 29 сентября 2020 года следует отменить, применить последствия пропуска срока исковой давности за период до августа 2017 года с учетом даты обращения в суд - 18 августа 2020 года (том 1 л. д. 2-4), следует принять по делу новое решение, которым отказать в удовлетворении иска к Арслановой С. Н., поскольку требования о взыскании переплаты заявлены за пределами срока исковой давности - за период с октября 2007 года по сентябрь 2015 года (том 1 л. д. 26-27), вместе с тем, следует взыскать с Арсланова Г. Р. в пользу государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Октябрьском районе города Уфы Республики Башкортостан сумму переплаты пенсии по случаю потери кормильца за период с августа 2017 года в размере 233 521,72 руб. (том 1 л. д. 28: 5 789,39 руб. * 7 мес. + 5 957,28 руб. * 12 мес. + 6 076,42 руб. * 8 мес. + 2 225,61 * 4 мес. + 2 530,61 * 3 мес. + 2 362,72 * 4 мес. + 36 249,39 руб. + 2 687,73 руб. + 5 000 руб.).

На основании ст. 103 ГПК Российской Федерации, абз. 24 ст. 50, абз. 8 п. 2 ст. 61.1, абз. 5 п. 2 ст. 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации с Арсланова Г. Р. надлежит взыскать в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 5 535 руб. (пропорционально удовлетворенной части исковых требований имущественного характера).