Дата принятия: 09 апреля 2019г.
Номер документа: 33-1001/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ПЕНЗЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 9 апреля 2019 года Дело N 33-1001/2019
9 апреля 2019 года судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе:
председательствующего Елагиной Т.В.
и судей Земцовой М.В., Ирышковой Т.В.
при секретаре Жуковой О.М.
рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе Корнеевой М.А. на решение Сердобского городского суда Пензенской области от 24 января 2019 года, которым постановлено:
Иск Корнеевой М.А. к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Пензенской области о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.
Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Корнеевой М.А. компенсацию морального вреда в размере 25000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 5000 рублей.
Заслушав доклад судьи Елагиной Т.В., объяснения Корнеевой М.А. и ее представителя адвоката Федорова А.И., действующего на основании ордера от ДД.ММ.ГГГГ N, поддержавших доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия
установила:
Корнеева М.А. обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о возмещении материального и морального вреда в порядке реабилитации, указав, что ДД.ММ.ГГГГ в отношении нее было возбуждено уголовное дело на основании постановления руководителя Сердобского МСО СУ СК России по Пензенской области по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.285 УК РФ. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она пребывала в статусе подозреваемой.
В указанный период изымались документы по месту ее работы - в Центре занятости населения Сердобского района Пензенской области, где она является руководителем, а также опрашивались многочисленные свидетели, как ее подчиненные, так и посетители Центра занятости, что оказывало на нее сильнейшее психологическое давление.
На основании постановления следователя-криминалиста Сердобского МСО СУ СК РФ по Пензенской области от ДД.ММ.ГГГГ вменяемое ей преступление было переквалифицировано с ч.1 ст.285 УК РФ на ч.4, ч.5 ст.33, ч.1 ст.327 УК РФ.
ДД.ММ.ГГГГ она была задержана в качестве подозреваемой и помещена в ИВС г.Пензы.
ДД.ММ.ГГГГ ей было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч.4, ч.5 ст.33, ч.1 ст.327 УК РФ, и избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
В производстве Сердобского МСО СУ СК России по Пензенской области уголовное дело находилось до ДД.ММ.ГГГГ.
На основании постановления следователя-криминалиста Сердобского МСО СУ СК РФ по Пензенской области от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело было прекращено в соответствии с п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в виду отсутствия в ее действиях признаков составов преступлений, предусмотренных ч.4, ч.5 ст.33, ч.1 ст.327 УК РФ, т.е. по реабилитирующему основанию, в связи с чем у нее возникло право на возмещение материального и морального вреда.
Имущественный вред ей был причинен в связи с несением ею расходов на оплату услуг адвокатов в размере 168000 руб. в ходе расследования уголовного дела.
Моральный вред ей причинен в результате возбуждения в отношении нее уголовного дела с указанием на наличие в ее в действиях составов преступлений, которых она не совершала; нахождения длительное время в статусе подозреваемого, статусе обвиняемого; задержания в изоляторе временного содержания г.Пензы по обвинению в совершении преступления небольшой тяжести; избрания меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении; проведения выемки документов на работе; действий следственных органов, направленных на недобровольное помещение ее в ГБУЗ "Областная психиатрическая больница им.К.Р.Евграфова"; причинения ей ДД.ММ.ГГГГ сотрудниками полиции кровоподтеков на спине и запястьях рук в результате доставления ее в г.Пензу; распространения сотрудниками правоохранительных органов ДД.ММ.ГГГГ в здании Сердобской районной администрации информации в присутствии посторонних лиц относительно привода ее в психиатрический стационар; а также в результате потери близкого человека - смерти ДД.ММ.ГГГГ матери Першиной З.В., что стало следствием уголовного преследования; госпитализации ее самой в лечебные учреждения ДД.ММ.ГГГГ в результате острого медикаментозного отравления и ДД.ММ.ГГГГ в кардиологическое отделение с диагнозом сердечная недостаточность и гипертонический криз; невозможности участия в церемонии бракосочетания единственного сына К.Е.О., состоявшейся в г.Москве, из-за действия в этот период отобранной у нее подписки о невыезде и надлежащем поведении.
Моральные страдания усугублялись тем, что она занимает должность руководителя Центра занятости населения Сердобского района Пензенской области, по внешнему совместительству является учителем истории СОШ N г.Сердобска Пензенской области, в прошлом занимала должность заместителя главы администрации Сердобского района Пензенской области, и возбуждение в отношении нее уголовного дела могло привести к потере авторитета руководителя и учителя.
Она переживала не только за себя, но и за своего сына К.Е.О., за его будущее, т.к. ее судимость может повлечь неблагоприятные последствия для него.
При проведении предварительного следствия она находилась в постоянном напряжении, боялась, что ее уволят, и она останется без работы. Кроме того, будучи судимой, в дальнейшем она не сможет осуществлять преподавательскую деятельность.
На основании изложенного просила суд взыскать в ее пользу с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 800000 руб., в счет возмещения материального ущерба 168000 руб., а также расходы на оплату услуг представителя в размере 20000 руб.
Определением судьи Сердобского городского суда Пензенской области от 18.12.2019 Корнеевой М.А. отказано в принятии искового заявления в части требования к Министерству финансов Российской Федерации о возмещении материального вреда на основании п.1 ч.1 ст.134 ГПК РФ.
Сердобский городской суд Пензенской области постановилвышеуказанное решение.
В апелляционной жалобе Корнеева М.А. просит решение суда отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении заявленных ею требований в полном объеме, ссылаясь на то, что отказывая во взыскании в ее пользу компенсации морального вреда в заявленном ею размере, суд руководствовался требованиями разумности и справедливости и исходил из анализа и оценки характера и степени причиненных ей нравственных страданий, длительности их причинения, продолжительности производства по уголовному делу, а также применения меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении и времени нахождения в ИВС. Полагает, что, определяя размер подлежащей взысканию в ее пользу компенсации морального вреда, суд надлежащим образом не исследовал существенные для дела обстоятельства, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.
Кроме того, указывает, что размер взысканных в ее пользу расходов на оплату услуг представителя определен судом без учета оказанной представителем помощи, продолжительности судебного разбирательства, характера спора, сложности дела, что не отвечает требованиям разумности.
В возражениях на апелляционную жалобу представители Министерства финансов Российской Федерации и прокуратуры Пензенской области просят решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу Корнеевой М.А. - без удовлетворения, полагая размер компенсации морального вреда, взысканной судом в ее пользу, соответствующим характеру и степени перенесенных истицей страданий, отвечающим принципам разумности и справедливости.
В судебное заседание суда апелляционной инстанции представители ответчика Министерства финансов Российской Федерации, и третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, прокуратуры Пензенской области и Следственного управления Следственного комитета РФ по Пензенской области не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, об уважительности причин своей неявки не сообщили.
Судебная коллегия на основании ст.ст.167, 327 ГПК РФ полагает возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.
Проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии с п.1 ст.1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
Согласно ст.1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.
На основании ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.
Как следует из материалов дела и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ руководителем Сердобского МСО СУ СК РФ по Пензенской области в отношении Корнеевой М.А. было возбуждено уголовное дело N по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.285 УК РФ.
Поводом для возбуждения уголовного дела послужил рапорт старшего оперуполномоченного группы ЭБ и ПК ОМВД России по Сердобскому району Пензенской области и материал проверки, поступивший из ОМВД России по Сердобскому району Пензенской области по факту возможного злоупотребления своими должностными полномочиями директора ГКУ Центр социальной защиты населения Сердобского района Пензенской области Корнеевой М.А.
ДД.ММ.ГГГГ Корнеева М.А. уведомлена о возбуждении в отношении нее уголовного дела и ей разъяснено право обжаловать постановление в порядке, установленном главой 16 УПК РФ.
ДД.ММ.ГГГГ истица была допрошена в качестве подозреваемой.
ДД.ММ.ГГГГ Корнеева М.А. в соответствии со ст.172 УПК РФ была уведомлена о том, что ДД.ММ.ГГГГ ей будет предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.285 УК РФ.
Постановлением и.о. руководителя Сердобского МСО СУ СК РФ по Пензенской области от ДД.ММ.ГГГГ предварительное следствие по уголовному делу было приостановлено по основанию, предусмотренному п.4 ч.1 ст.208 УПК РФ, в связи с тяжестью состояния подозреваемой Корнеевой М.А., госпитализацией ее в отделение токсикологии и невозможностью проведения следственных действий с ее участием.
ДД.ММ.ГГГГ постановлением заместителя руководителя Сердобского МСО СУ СК РФ по Пензенской области предварительное следствие по уголовному делу было возобновлено.
Постановлением заместителя руководителя Сердобского МСО СУ СК РФ по Пензенской области от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Корнеевой М.А. была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
ДД.ММ.ГГГГ первым заместителем руководителя СУ СК РФ по Пензенской области было вынесено постановление об отмене (изменении) меры пресечения, которым мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении подозреваемой Корнеевой М.А. отменена по причине непредъявления с ДД.ММ.ГГГГ по день вынесения постановления ей обвинения.
Постановлением руководителя 2 отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Пензенской области от ДД.ММ.ГГГГ уголовные дела N, N, N, N соединены в одно производство с присвоением соединенному уголовному делу N.
Постановлением следователя-криминалиста Сердобского МСО СУ СК РФ по Пензенской области от ДД.ММ.ГГГГ действия Корнеевой М.А. перекралифицированы с ч.1 ст.285 УК РФ на ч.4, ч.5 ст.33, ч.1 ст.327 УК РФ.
ДД.ММ.ГГГГ в 13:40 Корнеева М.А. в соответствии со ст.ст.91, 92 УПК РФ была задержана в качестве подозреваемой и направлена для содержания в Изолятор временного содержания УМВД России по Пензенской области, о чем в 14:10 ДД.ММ.ГГГГ сообщено прокурору Пензенской области К.Н.Е.
Постановлением Первомайского районного суда г.Пензы от 30.06.2018 отказано в удовлетворении ходатайства следователя об избрании меры пресечения в отношении Корнеевой М.А. в виде домашнего ареста.
Постановлением следователя-криминалиста Сердобского МСО СУ СК РФ по Пензенской области от ДД.ММ.ГГГГ Корнеевой М.А. было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч.4, ч.5 ст.33, ч.1 ст.327 УК РФ.
Постановлением следователя-криминалиста Сердобского МСО СУ СК РФ по Пензенской области от ДД.ММ.ГГГГ в отношении обвиняемой Корнеевой М.А. избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
После проведения ряда следственных действий и ознакомления Корнеевой М.А. с материалами уголовного дела постановлением следователя-криминалиста СУ СК РФ по Пензенской области от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело N и уголовное преследование в отношении обвиняемой Корнеевой М.А. прекращены по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, ввиду отсутствия в ее действиях признаков составов преступлений, предусмотренных ч.4, ч.5 ст.33, ч.1 ст.327, ч.1 ст.285, ч.1 ст.286, ч.1 ст.292, ч.1 ст.293, ч.3 ст.160 УК РФ, в отношении нее отменена в мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении и за Корнеевой М.А. в соответствии со ст.134 УПК РФ признано право на реабилитацию.
В пункте 34 ст.5 УПК РФ определено, что реабилитация - это порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда.
В силу ч.1 ст.133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.
На основании п.3 ч.2 приведенной выше нормы уголовно-процессуального закона право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4-6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.
Разрешая спор по существу и удовлетворяя в части исковые требования Корнеевой М.А. о взыскании с Министерства финансов Российской Федерации компенсации морального вреда, суд первой инстанции, ссылаясь на положения ст.ст.151, 1070, 1071, 1100 ГК РФ, исходил из того, что моральный вред причинен истице в результате незаконного уголовного преследования, что установлено постановлением органа предварительного расследования, которым признано право Корнеевой М.А. на реабилитацию, в связи с чем пришел к выводу одоказанности причинения ей нравственных страданий в результате такого преследования.
Указывая на продолжительность уголовного преследования, принимая во внимание характер и степень нравственных страданий Корнеевой М.А., ее индивидуальные особенности, суд определилкомпенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с ответчика в еепользу, в размере 25000 руб.
При этом, суд отклонил доводы истицы о том, что возбужденное в отношении нее уголовное дело и уголовное преследование отразились на ее общественной жизни и трудовой деятельности, деловой репутации, о наличии у нее нравственных страданий в связи с ухудшением состояния здоровья, указав, что из медицинских документов и показаний свидетеля К.Л.В., врача ГБУЗ "Сердобская МРБ им.А.И.Настина, не следует, что вред здоровью истицы причинен в результате незаконного уголовного преследования. Суд отклонил также доводы истицы о наличии нравственных страданий в связи с переживаниями за своих родственников, сославшись на отсутствие доказательств, с бесспорностью подтверждающих эти обстоятельства.
С выводами суда первой инстанции в части размера компенсации морального вреда согласиться нельзя по следующим основаниям.
Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Согласно абз.3 ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.
В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (с последующими изменениями и дополнениями) разъяснено, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.
Кроме того, необходимо учитывать, что Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в г.Риме 04.11.1950, с изменениями от 13.05.2004) признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации.
Из положений ст.46 Конвенции, ст.1 Федерального закона от 30.03.1998 N54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" следует, что правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в его окончательных постановлениях, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов.
Как разъяснено в п.10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 N5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", применение судами Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции.
Согласно ст.8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.
Семейная жизнь в понимании ст.8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие "семейная жизнь" не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми.
Однако судом первой инстанции нормы Конвенции о защите прав человека и основных свобод и разъяснения вышеприведенного постановления Пленума при разрешении спора применены не были.
Как следует из материалов дела и объяснений Корнеевой М.А., она поддерживала близкие семейные отношения сосвоим единственным сыном Корнеевым Е.О., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в ходе незаконного уголовного преследования переживала, что ее судимость могла негативно сказаться на его будущем, из-за возбужденного уголовного дела у него могли возникнуть трудности и ограничения при трудоустройстве, а также морально-психологические сложности; из-за избранной ей меры пресечения в виде подписки о невыезде была лишена возможности осуществлять помощь и проявлять заботу о сыне, в том числе, в существенные моменты семейной жизни, была лишена возможности присутствовать на церемонии его бракосочетания, которая состоялась в г.Москве ДД.ММ.ГГГГ. В период незаконного уголовного преследования истица потеряла еще одного близкого ей человека - мать П.З.В., которая умерла ДД.ММ.ГГГГ, и в похоронах которой истица не смогла принять участие. Указанные доводы истицы являются обоснованными и должны быть учтены при определении размера компенсации морального вреда.
Наличие указанных фактических обстоятельств сомнений невызывает в силу их очевидности и необходимости учета при решении вопроса о размере компенсации морального вреда, что было проигнорировано судом первой инстанции. Обстоятельства, касающиеся утраты семейных связей применительно квышеприведенным нормам материального права, судом приопределении степени нравственных страданий не учитывались.
Суд первой инстанции также не учел доводы истицы о том, что привлечение к уголовной ответственности оказало влияние на ее авторитет как руководителя и педагога, что изъятие документов после возбуждения уголовного дела производилось по месту ее работы в Центре занятости населения Сердобского района Пензенской области в присутствии ее подчиненных и посетителей, вследствие чего Корнеева М.А. испытывала сильнейшие переживания, что подтвердила, будучи допрошенной в судебном заседании, сотрудник Центра А.А.А, показаниям которой суд первой инстанции надлежащей оценки не дал. Сообщение Корнеевой М.А. о предстоящем предъявлении ей обвинения в совершении преступления, которого, как было установлено впоследствии, она не совершала, усилило ее нравственные страдания и привело к попытке суицида, хотя согласно объяснениям свидетеля К.Л.В. истица, которую она знает со времени обучения в школе, всегда являлась человеком уравновешенным, здравомыслящим, с развитым чувством сохранения, позитивно настроенным.
Суд первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда также оставил без внимания личность истицы, которая ранее не судима, являлась добропорядочным членом общества, работала, в связи с чем незаконное уголовное преследование, длившееся более года, избрание в отношение нее меры пресечения и помещение ее в изолятор временного содержания явилось существенным психотравмирующим фактором.
Не дано судом первой инстанции надлежащей оценки и доводам истицы о том, что она испытывала сильнейшие эмоциональные переживания в связи с вынесением Сердобским городским судом Пензенской области постановления о принудительным помещением ее в психиатрический стационар, которое впоследствии было отменено апелляционной инстанцией Пензенского областного суда.
Доводы истицы об ухудшении состояния здоровья вследствие незаконного уголовного преследования подтверждаются имеющимися в материалах дела эпикризами и справками учреждений здравоохранения, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ Корнеева М.А. обращалась к врачу-психотерапевту ГБУЗ "Сердобская МРБ им.А.И.Настина" по поводу посттравматического стрессового расстройства, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на стационарном лечении в отделении неврозов ГБУЗ "Областная психиатрическая больница им.К.Р.Евграфова", с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на стационарном лечении в ГБУЗ "Сердобская МРБ им.А.И.Настина" с диагнозом: гипертоническая болезнь 2 ст., кризовое течение, заключительным эпикризом ГБУЗ "Клиническая больница N6 им.Г.А.Захарьина", из которого следует, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истица находилась на стационарном лечении с диагнозом: отравление психотропными медикаментами тяжелой степени, энцефалопатия сложного генеза, затяжной депрессивный эпизод психогенно обусловленный, суицидальная попытка, а также показаниями врача ГБУЗ "Сердобская МРБ им.А.И.Настина" Котовой Л.В., согласно которым продленная стрессовая ситуация и волнения, которые испытывала истица, проявляются нестабильностью давления, работы сердца, развитием невроза, который впоследствии может привести к депрессии как проявлению истощения нервной системы.
Доказательства того, что ухудшение состояния здоровья истицы, возникшее в период уголовного преследования, является следствием ранее имевшихся у нее заболеваний, в материалах дела отсутствуют.
Требования о компенсации морального вреда истицей были мотивированны, в частности, причинением нравственных и физических страданий, выразившихся в возникновении заболеваний в период незаконного уголовного преследования, по поводу которых она проходила лечение.
В пунктах 2 и 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N10 (с последующими изменениями и дополнениями) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
Судебная коллегия, рассмотрев перечисленные доводы и установленные по делу обстоятельства, приходит к выводу, что присуждение компенсации морального вреда в размере 25000 руб. в связи с необоснованным уголовным преследованием, продолжавшимся более 13 месяцев, является явно несправедливым, и считает, что компенсация в размере 200000 руб. с учетом перенесенных истицей нравственных и физических страданий в течение указанного продолжительного времени будет являться разумной.
В соответствии со ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. Неправильным применением норм материального права являются: неприменение закона, подлежащего применению; применение закона, не подлежащего применению; неправильное истолкование закона.
Судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, что повлекло неправильное применение норм материального права. Выводы суда первой инстанции не соответствуют обстоятельствам дела.
В связи с изложенным размер компенсации морального вреда подлежит увеличению, а решение суда изменению, с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Корнеевой М.А. в возмещение морального вреда подлежит взысканию компенсация в размере 200000 руб.
Не может судебная коллегия согласиться и с размером расходов на оплату услуг представителя, взысканных в пользу истицы, в связи с чем решение суда в этой части также подлежит изменению.
Согласно ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Вместе с тем, определяя ко взысканию в пользу Корнеевой М.А. в качестве возмещения понесенных им расходов на оплату услуг представителя 5000 руб., суд в полной мере не учел объем оказанной представителем помощи, сложность данного гражданского дела, продолжительность его рассмотрения, ценность подлежащего защите права, иные заслуживающие внимания обстоятельства, а также отсутствие возражений ответчика о чрезмерности требуемых истицей расходов.
По мнению судебной коллегии, разумным пределом подлежащих взысканию в пользу истицы расходов на оплату услуг представителя по настоящему делу будет являться сумма в размере 15000 руб., которая подлежит взысканию с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.
Руководствуясь ст.ст.328-330 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Сердобского городского суда Пензенской области от 24 января 2019 года изменить, взыскать в пользу Корнеевой М.А. с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда до 200000 руб. и в возмещение расходов на оплату услуг представителя до 15000 руб.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
