Постановление Краснодарского краевого суда от 26 апреля 2021 года №22К-3025/2021

КРАСНОДАРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 26 апреля 2021 года Дело N 22К-3025/2021
Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Краснодарского краевого суда в составе:
председательствующего Бузько Н.М.
при секретаре судебного заседания Ерохиной Н.А.
с участием: прокурора Пшидаток С.А.
обвиняемого (посредством ВКС) Ч.Н.Н.
адвоката Курдаковой И.В.
рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе адвоката Курдаковой И.В., действующей в интересах обвиняемого Ч.Н.Н., на постановление Советского районного суда г. Краснодара от 10 апреля 2021 года, которым в отношении
Ч.Н.Н., <...>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,
продлен срок содержания под стражей на 08 суток, а всего до 02 месяцев 15 суток, то есть до 20 апреля 2021 года.
Заслушав доклад судьи Бузько Н.М., изложившего обстоятельства дела, доводы апелляционной жалобы, пояснения обвиняемого Ч.Н.Н. и его защитника - адвоката Курдаковой И.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Пшидаток С.А., полагавшей постановление суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции
УСТАНОВИЛ:
Постановлением Советского районного суда г. Краснодара от 10 апреля 2021 года обвиняемому Ч.Н.Н. продлена мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 08 суток, а всего до 02 месяцев 15 суток, то есть до 20 апреля 2021 года.
В апелляционной жалобе адвокат Курдакова И.В., действующая в интересах обвиняемого Ч.Н.Н., считает постановление суда незаконным, необоснованным, вынесенным с нарушением норм уголовно-процессуального законодательства.
В обоснование своих доводов указывает, что при повторном рассмотрении ходатайства следователя о продлении Ч.Н.Н. меры пресечения было грубо нарушено требования ч. 3 ст. 389.19 УПК РФ, суд первой инстанции вновь не принял мер к надлежащему уведомлению потерпевших о дате, месте и времени судебного заседания и выяснению их отношения к рассматриваемому ходатайству.
Считает, что приобщенные светокопии заявлений потерпевших не могут свидетельствовать о том, что потерпевшие либо их представители надлежащим образом были уведомлены о судебном процессе, поскольку в судебном заседании не выяснялся вопрос кем и при каких обстоятельствах написаны заявления от имени потерпевших и почему суду представлены светокопии заявлений, а не подлинники.
Отмечает, что суд первой инстанции вышел за пределы указаний суда апелляционной инстанции и рассмотрел ходатайство следователя по существу, дав оценку обстоятельствам, которые уже были исследованы судом первой инстанции при рассмотрении ходатайства 17 марта 2021 года и подтверждены судом апелляционной инстанции.
Ссылается на то, что суд первой инстанции 10 апреля 2021 года немотивированно продлил Ч.Н.Н. меру пресечения в виде заключения под стражу, несмотря на то, что срок действия этой меры пресечения истек 20 марта 2021 года, и при новом рассмотрении дела суд первой инстанции мог только избрать, а не продлить такую меру пресечения.
Полагает, что судом не дана оценка бездействию следователя за период прошедший с заключения Ч.Н.Н. под стражу, поскольку за этот период с её подзащитным было проведено всего два следственных действия - допрос подозреваемого по эпизоду мошенничества в отношении потерпевшего А.Н.Г. и очная ставка с потерпевшим Ж.Г.А.
Отмечает, что каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что Ч.Н.Н. может скрыться от органов предварительного следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, оказать давление на потерпевших и свидетелей, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, следователем представлено не было и в судебном заседании не исследовалось.
Считает, что формально между Ч.Н.Н. и потерпевшими А.Н.Г., Ж.Г.А. сложились гражданско-правовые отношения по договору займа денежных средств, подтвержденные расписками.
Обращает внимание, что Ч.Н.Н. ранее к уголовной ответственности не привлекался, положительно характеризуется по месту жительства и работы, признал свою вину, раскаялся в содеянном, практически полностью возместил ущерб потерпевшему А.Н.Г., женат, имеет на иждивении малолетнюю дочь, имеет постоянное место работы, проживает и зарегистрирован на территории РФ, добросовестно являлся по вызовам правоохранительных органов в ходе доследственной проверки.
Указывает, что стороной защиты было заявлено ходатайство об избрании более мягкой меры пресечения в виде домашнего ареста, мотивированное тем, что Ч.Н.Н. проживает по адресу <Адрес...>, собственником квартиры является его супруга К.Я.А., от которой в суд было представлено письменной согласие на нахождение Ч.Н.Н. под домашним арестом в данной квартире на весь срок расследования и рассмотрения уголовного дела. Однако в этой части доводы ходатайства по существу не рассмотрены, в резолютивной части постановления решение по ходатайству защитника не принято.
Просит постановление Советского районного суда г. Краснодара от 10 апреля 2021 года отменить, в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей в отношении Ч.Н.Н. отказать, избрать её подзащитному меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу: <Адрес...>.
Проверив представленные материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции находит постановление суда подлежащим отмене по следующим основаниям.
Из представленных материалов дела следует, что в производстве старшего следователя второго отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории отдела полиции (Карасунский округ) следственного управления УМВД России по г. Краснодару находится уголовное дело , возбужденное 20 января 2021 года по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.
05 февраля 2021 года Ч.Н.Н. был задержан в порядке, предусмотренном ст.ст. 91, 92 УПК РФ. В этот же день ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.
07 февраля 2021 года Советским районным судом г. Краснодара в отношении Ч.Н.Н. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 01 месяц 15 суток, то есть до 20 марта 2021 года.
17 марта 2021 года Советским районным судом г. Краснодара ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей в отношении Ч.Н.Н. на 01 месяц 00 суток, а всего до 02 месяцев 15 суток оставлено без удовлетворения, в отношении Ч.Н.Н. избрана мера пресечения в виде домашнего ареста на 01 месяц 03 суток, то есть до 20 апреля 2021 года включительно.
Апелляционным постановлением Краснодарского краевого суда от 02 апреля 2021 года отменено постановление Советского районного суда г. Краснодара от 17 марта 2021 года, материал направлен на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции, в отношении Ч.Н.Н. избрана мера пресечения в виде домашнего ареста на 10 суток, то есть до 12 апреля 2021 года включительно.
Обжалуемым постановлением ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей удовлетворено, обвиняемому Ч.Н.Н. продлена мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 08 суток, а всего до 02 месяцев 15 суток, то есть до 20 апреля 2021 года.
Суд первой инстанции, принимая решение об удовлетворении ходатайства следователя о продлении Ч.Н.Н. меры пресечения в виде заключения под стражу, исходил из того, что последний обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, отнесенного законом к категории тяжких, подозревается в совершении аналогичного тяжкого преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, что делает вероятным предположение о криминальной направленности действий Ч.Н.Н., а также позволяет прийти к выводу о том, что в случае избрания меры пресечения, не связанной с лишением свободы, обвиняемый может продолжить заниматься преступной деятельностью, оказать давление на свидетелей и потерпевших, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.
Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ, постановление должно быть законным, обоснованным и мотивированным, судебное решение является законным и обоснованным, если оно вынесено в соответствии с требованиями УПК РФ.
Из обжалуемого постановления следует, что эти требования закона судом выполнены не были.
Выводы суда, изложенные в описательно-мотивировочной части постановления, свидетельствуют о том, что конкретные обстоятельства, обосновывающие необходимость продления в отношении Ч.Н.Н. самой строгой меры пресечения, а также конкретные фактические данные, подтверждающие наличие этих обстоятельств, судом не указаны.
В соответствии с п.п. 3,5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года N 41 "О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста", в качестве оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу и её продления могут быть признаны такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения обвиняемым действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения в отношении лица иной меры пресечения.
Исходя из положений статьи 97 УПК РФ ни одна из мер пресечения, предусмотренных в статье 98 УПК РФ, в том числе мера пресечения в виде заключения под стражу, не может быть избрана подозреваемому или обвиняемому, если в ходе судебного заседания не будут установлены достаточные данные полагать, что подозреваемый или обвиняемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, либо может продолжить заниматься преступной деятельностью, либо может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства или иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.
Судам следует иметь в виду, что наличие таких данных еще не свидетельствует о необходимости применения к лицу самой строгой меры пресечения в виде заключения под стражу.
Между тем, вопреки требованиям закона, по мнению суда апелляционной инстанции, суд формально мотивировал свое решение, ссылаясь на тяжесть содеянного и перечислив лишь обстоятельства, указанные в ст. 97 УПК РФ, считая это доказательством возможности Ч.Н.Н. продолжить заниматься преступной деятельностью, оказать давление на потерпевших и свидетелей, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.
Вместе с тем, в материалах дела фактически не имеется доказательств, свидетельствующих о том, что Ч.Н.Н. может оказать давление на свидетелей и потерпевших, скрыться от органов предварительного следствия, продолжить заниматься преступной деятельностью, так как последний имеет постоянное место жительства на территории РФ, зарегистрирован по адресу: <Адрес...>, фактически проживает по адресу: <Адрес...>, его личность установлена, ранее он не скрывался от органов предварительного расследования, в розыск по уголовному делу не объявлялся, фактов оказания давления на свидетелей и потерпевших в материалах дела не имеется.
Кроме того, при принятии решения суд первой инстанции не в полной мере оценил данные о личности обвиняемого Ч.Н.Н., который является гражданином РФ, имеет постоянное место регистрации и место жительства в <Адрес...>, проживает совместно с супругой К.Я.А. и их общим малолетним ребенком, то есть имеет устойчивые социальные связи (л.д. 32,33), положительно характеризуется по месту жительства и месту работы (л.д. 34,35), ранее не судим и не привлекался к уголовной ответственности (л.д. 31), возместил через своего близкого родственника потерпевшему А.Н.Г. материальный ущерб.
Кроме этого, из п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 г. N 41 "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога" следует, что, решая вопрос об избрании меры пресечения и о продлении срока ее действия, суд обязан в каждом случае обсудить возможность применения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления любой категории иной, более мягкой, меры пресечения вне зависимости от наличия ходатайства об этом сторон, а также от стадии производства по уголовному делу, в решении суда должно быть указано, почему в отношении лица не может быть применена более мягкая мера пресечения, приведены результаты исследования в судебном заседании конкретных обстоятельств, обосновывающих избрание данной меры пресечения, доказательства, подтверждающие наличие этих обстоятельств, а также оценка судом этих обстоятельств и доказательств с изложением мотивов принятого решения.
Как видно из обжалуемого постановления, судом первой инстанции вопрос о возможности применения в отношении обвиняемого Ч.Н.Н. более мягкой меры пресечения в должной мере не обсуждался, несмотря на заявленное адвокатом ходатайство об изменении меры пресечения на домашний арест.
Кроме того, по мнению суда апелляционной инстанции, необходимость дальнейшего производства следственных действий не может выступать в качестве достаточного основания для продления срока содержания обвиняемого под стражей. Решение суда о продлении срока содержания под стражей должно основываться на фактических данных, подтверждающих необходимость сохранения этой меры пресечения.
При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что судом первой инстанции в нарушение ст.ст. 108, 110 УПК РФ в постановлении не приведены конкретные фактические обстоятельства, на основании которых принято решение и результаты исследования данных обстоятельств, а также не представлены доказательства, подтверждающие предусмотренные ст. 97 УПК РФ обстоятельства, послужившие основаниями к продлению меры пресечения, что в совокупности лишило суд первой инстанции сделать вывод о возможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения в отношении обвиняемого Ч.Н.Н. иной меры пресечения, не связанной с лишением свободы.
Таким образом, продление Ч.Н.Н. в настоящее время меры пресечения в виде заключения под стражей не соответствует обстоятельствам дела, установленным органом предварительного следствия и судом первой инстанции, а основания продления именно такой - наиболее строгой меры пресечения в отношении обвиняемого отсутствуют, в то время как доводы защиты о возможности избрания более мягкой меры пресечения, в виде домашнего ареста, заслуживают внимания.
Так, из материалов дела следует, что обвиняемый Ч.Н.Н. постоянно проживает в жилом помещении по адресу: <Адрес...>, которое на праве собственности принадлежит его супруге К.Я.А., что подтверждается копией свидетельства о государственной регистрации права собственности. В материалах дела имеется также согласие К.Я.А. на проживание Ч.Н.Н. по вышеуказанному адресу, в случае избрания ему меры пресечения в виде домашнего ареста.
При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции находит возможным избрать Ч.Н.Н. меру пресечения в виде домашнего ареста по указанному адресу.
Определение данного жилого помещения в качестве места домашнего ареста не нарушает конституционные права проживающих с ним членов семьи, поскольку его супруга, проживая в данном домовладении по настоящее время, выразила согласие на проживание в нем Ч.Н.Н.
По мнению суда апелляционной инстанции, такая мера пресечения как домашний арест, позволит в полной мере исключить обстоятельства, с которыми органы следствия и суд первой инстанции связывали необходимость содержания Ч.Н.Н. под стражей, а именно: необходимость ограничения его общения с участниками уголовного судопроизводства, с целью оказания на них воздействия, исключения возможности продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от органов предварительного следствия и обеспечения надлежащей явки в суд.
В соответствии с п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года N 41 "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога" в решении об избрании в качестве меры пресечения домашнего ареста суд должен указать вид и пределы налагаемых на лицо ограничений и (или) запретов.
Суд апелляционной инстанции считает необходимым при исполнении домашнего ареста установить Ч.Н.Н. ограничения, указанные в ч. 7 ст. 107 УПК РФ. Данные ограничения будут способствовать объективному и всестороннему расследованию уголовного дела, соответствуют данным о личности Ч.Н.Н. и фактическим обстоятельствам, учитываемым при избрании этой меры пресечения, - необходимость его участия в расследовании уголовного дела, возможность обеспечения такого участия специально уполномоченным органом, предотвращение непосредственного и личного его общения с потерпевшими и свидетелями по делу.
Данная мера пресечения в состоянии будет обеспечить надлежащее поведение обвиняемого, в том числе его явку к следователю и в суд, так как положения ст. 107 УПК РФ, регламентирующие содержание этой меры пресечения, в полной мере соответствуют как тяжести предъявленного обвинения, так и данным о личности обвиняемого Ч.Н.Н., что позволит провести предварительное следствие в оптимальные сроки, исключив при этом возможность общения обвиняемого со свидетелями и потерпевшими, либо скрыться от следствия.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.20, 389.23, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
постановление Советского районного суда г. Краснодара от 10 апреля 2021 года, которым в отношении Ч.Н.Н. продлена мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 08 суток, а всего до 02 месяцев 15 суток, то есть до 20 апреля 2021 года, отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.
В удовлетворении ходатайства старшего следователя отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории отдела полиции (Карасунский округ) следственного управления УМВД России по г. Краснодару О.Д.С. - отказать.
Избрать в отношении Ч.Н.Н., <...>, меру пресечения в виде домашнего ареста на срок 25 суток, то есть до 20 мая 2021 года.
Из-под стражи Ч.Н.Н. освободить немедленно.
Определить отбывание меры пресечения в виде домашнего ареста Ч.Н.Н. по адресу: <Адрес...>.
Во время действия меры пресечения запретить Ч.Н.Н. общение с участниками уголовного судопроизводства по делу, за исключением защитников, следователя, прокурора и суда; использование средств связи, за исключением общения с защитниками, следователем и прокурором, информационно-телекоммуникационной сети "Интернет"; отправку и получение почтово-телеграфных сообщений; покидать жилое помещение в <Адрес...>, кроме выходов, связанных с получением медицинской помощи.
В соответствии с ч. 8 ст. 107 УПК РФ разъяснить Ч.Н.Н. его право на использование телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб при возникновении чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом, следователем, адвокатами и необходимость информировать контролирующий орган о каждом таком звонке.
Контроль за нахождением Ч.Н.Н. в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и исполнением наложенных ограничений, а также обязанность по доставке Ч.Н.Н. в орган предварительного следствия или в суд транспортным средством возложить на орган, обеспечивающий исполнение наказаний в отношении осужденных - уголовно-исполнительную инспекцию по месту отбытия домашнего ареста Ч.Н.Н.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вынесения, а обвиняемым, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии судебного решения. В случае подачи кассационной жалобы, представления, обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий Н.М. Бузько


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка