Постановление Иркутского областного суда от 11 августа 2020 года №22К-2434/2020

 
ИРКУТСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
 
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
 
от 11 августа 2020 года Дело N 22К-2434/2020
Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Штыренко О.В.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мухамедзяновой А.М.,
с участием прокурора Ненаховой И.В.,
обвиняемого ФИО1, путем использования систем видеоконференц-связи,
защитника - адвоката Закриева С.С.,
рассмотрел в открытом в судебном заседании материал по апелляционной жалобе адвоката Федорова В.С. в интересах обвиняемого ФИО1 на постановление Ленинского районного суда г. Иркутска от 29 июля 2020 года, которым в отношении
ФИО1, родившегося (данные изъяты) ранее судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,
- продлен срок содержания под стражей на 2 месяца 00 суток, а всего до 6 месяцев 21 суток, то есть по 1 октября 2020 года, включительно.
Изложив содержание апелляционной жалобы, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции
УСТАНОВИЛ:
Органами предварительного расследования ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, квалифицируемого как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное в особо крупном размере.
Уголовное дело возбуждено 2 марта 2020 года по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.
12 марта 2020 года ФИО1 задержан в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ, основанием задержания явилось то, что потерпевшие или очевидцы указали на данное лицо, как на лицо совершившее преступление.
13 марта 2020 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.
Постановлением Ленинского районного суда г. Иркутска от 14 марта 2020 года срок задержания обвиняемого ФИО1 продлен на 72 часа. Постановлением этого же суда от 17 марта 2020 года обвиняемому ФИО1 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста на 2 месяца, то есть по 12 мая 2020 года, с установлением определенных запретов.
Апелляционным постановлением Иркутского областного суда от 27 марта 2020 года данная мера пресечения изменена на заключение под стражу на 1 месяц 15 суток, всего на 1 месяц 26 суток, то есть по 11 мая 2020 года включительно.
Срок предварительного следствия по делу и срок содержания ФИО1 под стражей ранее продлевался в установленном законом порядке.
21 июля 2020 года срок предварительного следствия по делу продлен руководителем следственного органа - заместителем начальника ГСУ ГУ МВД России по Иркутской области ФИО4 на 2 месяца 00 суток, а всего до 7 месяцев 00 суток, то есть по 2 октября 2020 года, включительно.
Постановлением Ленинского районного суда г. Иркутска от 29 июля 2020 года срок содержания ФИО1 под стражей продлен на 2 месяца 00 суток, а всего до 6 месяцев 21 суток, то есть по 1 октября 2020 года, включительно.
В апелляционной жалобе адвокат Федоров В.С., действующий в интересах обвиняемого ФИО1 просит постановление отменить, как незаконное и необоснованное; изменить ранее избранную меру пресечения на иную, более мягкую, а именно на залог в размере 1 000 000 рублей.
В обоснование указывает, что судом допущены существенные нарушения норм процессуального законодательства, которые являются достаточными основаниями для отмены постановления. Так, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции. Судом не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его умозаключения, равно как они и не подтверждались доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.
Полагает, что суд руководствовался лишь аргументацией апелляционной инстанции Иркутского областного суда, которая 27 марта 2020 года изменила ФИО1 меру пресечения с домашнего ареста на заключение под стражу. Указывает, что вышеуказанное апелляционное постановление в настоящее время является предметом изучения в кассационной инстанции.
Находит постановление Ленинского районного суда г. Иркутска об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста законным, справедливым и обоснованным.
Обращает внимание, что в фабуле постановления о возбуждении уголовного дела указаны фактические обстоятельства, еще на тот момент следствием не установленные, которые стали известны органу расследования только спустя 23 минуты после вынесения соответствующего постановления и направлении его копии прокурору. Так, из протокола допроса потерпевшего следует, что допрос начат в 11 часов 23 минуты, в то время как постановление о возбуждении уголовного дела вынесено в 11 часов 30 минут. Кроме того, уголовное дело возбуждено 2 марта 2020 года, однако 13 марта 2020 года по ходатайству следователя срок предварительного следствия продлен еще на 1 календарный месяц, то есть еще не начав проведение следственных действий, следователь заведомо и заблаговременно запасся солидным временным промежутком для деятельности. Следователь еще 5 марта 2020 года начала собирать материал именно в отношении ФИО1, а не в отношении иного лица, где указала, что основанием для этого послужил факт привлечения его к уголовной ответственности, в то время как настоящее дело было возбуждено не в отношении конкретного лица, а опознание ФИО1 по фотографии, послужившее единственным и изначальным основанием предполагать к этому, имело место лишь спустя 7 дней.
Отмечает, что все заявления потерпевшего об опасениях написаны им на русском языке под диктовку, без присутствия переводчика, но протоколы всех следственных действий переводчик переводит ему на китайский язык и последний понимает их смысл и содержание.
Указывает, что опознание ФИО1 потерпевшим осуществляется с 14 часов 14 минут до 14 часов 15 минут в присутствии свидетеля ФИО10, выступающего очевидцем совершенного преступления, с его непосредственным участием, и через 5 минут он уверено опознает ФИО1 с 14 часов 50 минут до 15 часов 00 минут по точно такой же фотографии, выступая уже не в роли статиста, а в статусе опознающего. Помимо прочего, перед опознанием ФИО1 по фотографии потерпевший не допрашивался относительно его внешности, тем особенностям, по которым смог бы опознать его. Протокол допроса потерпевшего от 2 марта 2020 года таких сведений не содержит. Протокол допроса свидетеля ФИО10 содержит сведения о внешности расплывчатого и абстрактного свойства.
Обращает внимание, что при первоначальных допросах потерпевшего и свидетеля Ван Вэйцзе, равно как и во всех прочих следственных действиях, где принимал участие переводчик, в нарушение требований ч. 5 ст. 164, ч. 2 ст. 169 УК РФ, ему не разъясняются его права и обязанности, он не предупреждается об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за заведомо ложный перевод. Кроме того, законность допуска переводчика к участию в деле не подтверждена, доказательств надлежащего процессуального оформления не приведено.
Выражает несогласие с заявлением об опасениях потерпевшего, поскольку оно носит противоречивый и странный характер, оформлено не надлежащим образом. Кроме того, потерпевший указал, что опасается за свою жизнь и здоровье, тем не менее, не просил применить в отношении него меры государственной защиты.
Отмечает, что за время нахождения ФИО1 под домашним арестом, последний не допускал нарушений установленных ему судом ограничений, что по мнению автора жалобы свидетельствует о законопослушности обвиняемого и эффективности избранной меры пресечения.
Указывает на явную волокиту по делу, неэффективность проведения следственных действий.
Полагает, что судом не принято во внимание, что ФИО1 имеет постоянное место жительства в <адрес изъят>, проживал в квартире, которая принадлежит его отцу на праве собственности. Находит выводы суда об отсутствии у ФИО1 социальных связей, источника дохода, склонности к совершению преступлений, голословными.
По мнению автора жалобы, продемонстрированные денежные средства в размере 1 000 000 рублей в судебном заседании, которые могли быть переданы для внесения в качестве залога, свидетельствуют о высоком уровне материального благополучия отца ФИО1
В судебном заседании обвиняемый ФИО1, его защитник - адвокат Закриев С.С. доводы апелляционной жалобы поддержали, просили об отмене обжалуемого постановления.
Прокурор Ненахова И.В. возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, полагала обжалуемое судебное решение законным и обоснованным.
Проверив представленные материалы, доводы апелляционной жалобы, возражений, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.
В соответствии с ч. 1, 2 ст. 109 УПК РФ, содержание под стражей при расследовании преступлений не может превышать 2 месяца. В случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев суд при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения может продлить этот срок в порядке ст. 108 УПК РФ до 6 месяцев.
На основании ч. 2 ст. 109 УПК РФ при невозможности окончить предварительное расследование в ранее установленные сроки, срок содержания под стражей свыше 6 месяцев и до 12 месяцев может быть продлен только в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, и только в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения судьей районного суда по ходатайству следователя, внесенному с согласия руководителя соответствующего следственного органа по субъекту Российской Федерации.
Согласно ст. 110 УПК РФ, мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.
Как видно из представленных материалов требования вышеприведенных норм закона при решении вопроса о продлении ФИО1 срока содержания под стражей соблюдены.
Удовлетворяя ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО1, судья мотивировал свои выводы.
Мера пресечения в виде заключения под стражу была избрана в отношении ФИО1 с учетом личности обвиняемого, тяжести предъявленного обвинения, оснований и обстоятельств, предусмотренных ст.ст. 97, 99 УПК РФ. При избрании меры пресечения судом проверялась законность задержания ФИО1 Постановление об избрании в отношении последнего меры пресечения в виде заключения под стражу от 27 марта 2020 года не отменено. При этом постановление Ленинского городского суда г. Иркутска от 17 марта 2020 года, на которое имеется ссылка в апелляционной жалобе, с приведением выводов суда, признано незаконным и отменено, а, следовательно, не имеет юридического значения.
Основания, учтенные судом при избрании меры пресечения, на момент рассмотрения ходатайства о продлении срока содержания под стражей были вновь проверены судом. Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о том, что на момент рассмотрения ходатайства, указанные основания не утратили своей актуальности. Новых обстоятельств, свидетельствующих о необходимости изменения меры пресечения на не связанную с лишением свободы, по материалу не имеется.
Материалы, представленные суду в обоснование необходимости продления в отношении ФИО1 срока содержания под стражей, являются достаточными для вывода о причастности ФИО1 к преступлению, предусмотренному ч. 4 ст. 159 УК РФ.
Характер инкриминируемого ФИО1 деяния, относящегося к категории тяжкого, за которое предусмотрено наказание в виде длительного лишения свободы, а также полные данные о личности ФИО1, обстоятельства, предусмотренные ст. 99 УПК РФ, позволили суду первой инстанции при решении вопроса о продлении избранной в отношении обвиняемого меры пресечения прийти к выводу о наличии оснований полагать, что, находясь на свободе, ФИО1 может скрыться от органов предварительного следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, воспрепятствовать производству по уголовному делу, угрожая потерпевшему и свидетелям, являющимся гражданами другого государства, с целью изменения ими показаний, о чем потерпевший указал в своем заявлении. Указанное свидетельствует о том, что судом при принятии решения о продлении ФИО1 срока содержания под стражей, учтены все, имеющие значение для данного вопроса обстоятельства, в том числе и данные о его личности, характеризующие обвиняемого сведения.
Судом установлено, что ФИО1 ранее неоднократно судим, в том числе за совершение аналогичных преступлений, имеет неснятую и не погашенную в установленном порядке судимость (л.м. Номер изъят); официально не трудоустроен, не имеет регистрации на территории РФ (л.м. Номер изъят), устойчивыми социальными связями не обладает.
В связи с этим, тяжесть предъявленного ФИО1 обвинения не является единственным основанием, обосновывающим выводы суда о невозможности изменения обвиняемому меры пресечения, в том числе на предложенные стороной защиты - домашний арест или залог, поскольку указанные меры пресечения не смогут обеспечить достижение целей, предусмотренных ст. 97 УПК РФ. Доводы стороны защиты об отсутствии у ФИО1 намерений и возможности совершать действия, указанные в ст. 97 УПК РФ, не служат безусловной гарантией правопослушного поведения обвиняемого.
Оснований не доверять заявлению потерпевшего об опасении за свою жизнь и здоровье (л.м. Номер изъят), в том числе по мотивам, изложенным стороной защиты, у суда апелляционной инстанции не имеется.
Наличие у обвиняемого места жительства были известно суду, и данные обстоятельства учитывались судом при решении вопроса о продлении срока содержания под стражей. При этом само по себе данное обстоятельство не предопределяет необходимость отмены избранной меры пресечения, с учетом наличия установленных обстоятельств, предусмотренных ст.ст. 97, 99 УПК РФ.
Установленные судом основания, послужившие поводом для продления срока содержания обвиняемого под стражей, соответствуют фактическим обстоятельствам, надлежаще подтверждаются представленными материалами, соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона.
Особая сложность и исключительность расследования уголовного дела основана на конкретных фактических данных, имеющихся в материалах судебного производства и приведенных в судебном заседании суда апелляционной инстанции следователем ФИО8
Доводы стороны защиты о незаконности и необоснованности выводов суда о наличии обстоятельств, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, фактически сводятся к переоценке доказательств. Вместе с тем, оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.
Отсутствие оснований для изменения или отмены меры пресечения судом в достаточной степени мотивировано и доводами осужденного не опровергается.
Срок содержания под стражей обвиняемого установлен в пределах срока предварительного расследования, который продлен уполномоченным на то должностным лицом по объективным причинам.
При решении вопроса о продлении обвиняемому меры пресечения суд первой инстанции проверил ходатайство следователя о том, что закончить предварительное расследование по уголовному делу не представляется возможным, в связи с необходимостью проведения процессуальных действий.
Судом принят во внимание объем следственных действий, о необходимости выполнения которых сообщено органами следствия. Вопреки доводам жалобы, фактов волокиты и несвоевременного проведения следственных действий, а также других обстоятельств, свидетельствующих о необоснованном продлении в отношении ФИО1 сроков содержания под стражей, не установлено. При этом, суд апелляционной инстанции учитывает, что ход и порядок расследования уголовного дела определяется следователем самостоятельно.
Что же касается доводов стороны защиты о фактическом оспаривании обстоятельств, подлежащих доказыванию, в соответствии со ст. 73 УПК РФ, то суд апелляционной инстанции не вправе давать оценку обстоятельствам, которые подлежат доказыванию при производстве по уголовному делу, и доказательствам на предмет их относимости и допустимости, то есть, не должен каким - либо образом предрешать вопросы, которые подлежат разрешению при рассмотрении дела по существу судом первой инстанции, в связи с чем, доводы на этот счет, суд апелляционной инстанции признает не состоятельными.
Каких - либо документов, свидетельствующих о наличии у ФИО1 заболеваний, препятствующих содержанию его в условиях следственного изолятора, в материалах дела не содержится, суду первой инстанции и суду апелляционной инстанции они не представлены.
С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции также не усматривает оснований для изменения ФИО1 меры пресечения на иную более мягкую, в том числе на домашний арест или залог.
Судебное заседание по рассмотрению ходатайства следователя о продлении в отношении ФИО1 срока содержания под стражей проведено полно и объективно, с соблюдением всех требований уголовно-процессуального закона, в том числе и права обвиняемого на защиту.
Законность, обоснованность и справедливость обжалуемого постановления судом апелляционной инстанции проверены в полном объеме, в соответствии с положениями ст. 38919 УПК РФ.
Вопреки доводам жалобы, постановление суда соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.
Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение постановления, судом первой инстанции не допущено.
С учетом изложенного, апелляционная жалоба адвоката Федорова В.С. в защиту интересов обвиняемого ФИО1 удовлетворению не подлежит.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
Постановление Ленинского районного суда г. Иркутска от 29 июля 2020 года в отношении обвиняемого ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Федорова В.С. в защиту интересов обвиняемого ФИО1 - без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ.
Судья: подпись О.В. Штыренко
Копия верна, судья


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка