Постановление Иркутского областного суда от 29 апреля 2020 года №22К-1372/2020

 
ИРКУТСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
 
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
 
от 29 апреля 2020 года Дело N 22К-1372/2020
Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Покровской Е.С., при помощнике судьи Дыбовой Ю.А., с участием прокурора Барановой М.И., обвиняемой Г. посредством видеоконференц-связи, адвоката Игумновой Э.Н. рассмотрел в открытом судебном заседании судебный материал по апелляционной жалобе адвоката Игумновой Э.Н. на постановление Усть-Кутского городского суда Иркутской области от 9 апреля 2020 года, которым
Г., (данные изъяты), ранее не судимой, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ,
мера пресечения в виде домашнего ареста изменена на заключение под стражу сроком на 2 месяца, то есть по 8 июня 2020 года включительно.
Заслушав выступление обвиняемой Г., адвоката Игумнову Э.Н., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Барановой М.И., считавшей постановление суда законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции
УСТАНОВИЛ:
13 августа 2018 года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ.
29 декабря 2018 года производство предварительного расследования уголовного дела было приостановлено ввиду неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, - на основании п.1 ч.1 ст.208 УПК РФ.
15 марта 2020 года предварительное следствие было возобновлено, установлен срок следствия 1 месяц, до 15 апреля 2020 года.
30 марта 2020 года срок предварительного следствия продлён на 3 месяца, а всего до 8 месяцев 15 суток, до 15 июля 2020 года заместителем руководителя следственного органа субъекта РФ.
18 марта 2020 года по подозрению в совершении убийства была задержана Г. на основании п.3 ч.1 ст.91 УПК РФ.
19 марта 2020 года ей предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ.
Постановлением Падунского районного суда г.Братска от 19 марта 2020 года обвиняемой Г. была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 28 суток, до 15 апреля 2020 года.
6 апреля 2020 года старший следователь первого следственного отделения (по расследованию преступлений прошлых лет) третьего отдела по расследованию ОВД СУ СК РФ по Иркутской области К., с согласия руководителя следственного органа, возбудил перед судом ходатайство об изменении обвиняемой Г. меры пресечения на заключение под стражу.
Постановлением Усть-Кутского городского суда Иркутской области от 9 апреля 2020 года ходатайство следователя было удовлетворено, мера пресечения обвиняемой Г. в виде домашнего ареста была изменена на заключение под стражу сроком на 2 месяца, по 8 июня 2020 года включительно.
В апелляционной жалобе адвокат Игумнова Э.Н. считает постановление суда незаконным, необоснованным и немотивированным; выводы суда - не соответствующими фактическим обстоятельствам дела. При этом указывает на допущенные судом первой инстанции существенные нарушения требований уголовно-процессуального закона.
На основании изложенного просит постановление суда отменить, Г. из-под стражи освободить.
На апелляционную жалобу адвоката старшим помощником прокурора г.Усть-Кута Пирожковой О.А. поданы возражения, где приведены аргументы о несостоятельности доводов жалобы и высказаны суждения о законности и обоснованности постановления суда первой инстанции.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции адвокат Игумнова Э.Н., поддержав доводы апелляционной жалобы, дополнительно указала на отсутствие доказательств обоснованности подозрения Г. в причастности к преступлению, утверждая, что таких данных протоколы допросов свидетелей Ж., Л., Н., а также заключения экспертиз, представленные не в полном объёме, - не содержат.
Обратила внимание на то, что её подзащитной не были разъяснены последствия нарушения меры пресечения в виде домашнего ареста; возложенные на неё запреты не соответствуют требованиям ст.107 УПК РФ; указала, что посещения Г. её сыном Д. являлись вынужденными и обусловленными необходимостью передачи обвиняемой лекарств и продуктов питания. Утверждала, что постановление суда содержит противоречия относительно нарушения Г. запрета использования сотовой связи; мобильный телефон, изъятый у её подзащитной в ходе обыска, использовался ею лишь для экстренных вызовов, с разрешения и ведома начальника филиала УИИ В.. Также привела доводы о необоснованности отказа суда первой инстанции в удовлетворении её ходатайства о вызове в суд для допроса в качестве свидетеля В. в целях выяснения приведённых обстоятельств.
Обвиняемая Г., поддержав доводы, приведённые её защитником, дополнительно указала, что к совершению инкриминированного ей преступления она непричастна; после задержания на неё регулярно оказывается психологическое и моральное давление сотрудниками правоохранительных органов с целью дачи признательных показаний. Просила освободить её из-под стражи, указывая на отсутствие намерений скрыться либо воспрепятствовать производству по уголовному делу.
Прокурор Баранова М.И. в судебном заседании суда апелляционной инстанции возражала против удовлетворения апелляционной жалобы адвоката, считая, что судом принято обоснованное решение об изменении Г. меры пресечения на заключение под стражу ввиду нарушения обвиняемой запретов, возложенных на неё судебным решением.
Выслушав участников судебного разбирательства, изучив материалы судебного производства, проверив доводы апелляционной жалобы адвоката, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
Согласно ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.
В соответствии со ст. 108 ч. 1 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения.
При решении вопроса об изменении в отношении Г. меры пресечения с домашнего ареста на заключение под стражу, судом в полной мере были приняты во внимание положения ст. ст. 97, 99, 107, 108, 110 УПК РФ, исследованы все обстоятельства, необходимые для принятия законного и обоснованного решения.
В соответствии с положениями ч. 14 ст. 107 УПК РФ, в случае нарушения подозреваемым или обвиняемым, в отношении которого в качестве меры пресечения избран домашний арест, условий исполнения этой меры пресечения, следователь вправе подать ходатайство об изменении меры пресечения.
Принимая решение об удовлетворении ходатайства следователя и изменении Г. меры пресечения, суд руководствовался указанными положениями закона.
Выводы суда первой инстанции о необходимости изменения ранее избранной меры пресечения в виде домашнего ареста на заключение под стражу в отношении обвиняемой Г. надлежащим образом мотивированы, основаны на представленных материалах, исследованных в судебном заседании, подтверждающих правильность принятого решения.
Как усматривается из представленных материалов, на обвиняемую Г. постановлением Падунского районного суда г.Братска от 19 марта 2020 года при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста, в числе прочих, были возложены запреты общаться без разрешения следователя с любыми лицами, а также со всеми лицами, проходящими по уголовному делу в качестве свидетелей, кроме встреч с защитником в месте исполнения меры пресечения и при проведении следственных действий; на ведение переговоров с использованием любых средств связи, включая стационарные и мобильные телефоны, электронную почту, сеть Интернет, за исключением случаев, предусмотренных законом.
Однако Г. указанные запреты были неоднократно нарушены: в период с 20 марта по 2 апреля 2020 года обвиняемая Г. неоднократно общалась со свидетелем по делу Д. по месту нахождения под домашним арестом; а также использовала средства мобильной связи, осуществив звонок С., также являющемуся свидетелем по уголовному делу.
Доводы защиты о вынужденности указанных действий обвиняемой являлись предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно им отвергнуты. Вопреки доводам стороны защиты, утверждавшей, что свидетель Д., являющийся сыном обвиняемой, приходил к ней лишь с целью обеспечения её продуктами питания и лекарствами, судом установлены именно факты общения обвиняемой со свидетелем, что следовало из его показаний о том, что у матери он находился от 5 минут до полутора часов, приходя к ней по месту отбывания домашнего ареста.
Таким образом, уважительные причины, вызвавшие нарушение порядка нахождения под домашним арестом, у Г. отсутствовали.
Установив данные обстоятельства, оценив представленные материалы, данные о личности обвиняемой Г., суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что изменение меры пресечения на заключение под стражу является необходимым и целесообразным.
Согласно ст. 107 УПК РФ, существо меры пресечения в виде домашнего ареста состоит именно в нахождении в изоляции в жилом помещении и в установлении лицу судом запретов и ограничений свободы передвижения. Однако обвиняемой Г. данные условия соблюдены не были, что и явилось основанием для изменения ей меры пресечения.
Таким образом, судом первой инстанции правильно установлено, что Г. нарушила условия нахождения под домашним арестом, и эта мера пресечения перестала отвечать интересам уголовного судопроизводства, поскольку не обеспечивает целей, предусмотренных ст. 97 УПК РФ. Оснований сомневаться в правильности данного вывода суда у апелляционной инстанции не имеется.
То обстоятельство, что обвиняемой в судебном решении об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста не разъяснялись последствия нарушения избранной меры пресечения, само по себе не является препятствием для принятия решения об изменении меры пресечения на более строгую. Кроме того, эти последствия были разъяснены обвиняемой начальником Усть-Кутского межрайонного филиала УИИ В., что подтверждается памяткой лицу, в отношении которого избрана мера пресечения в виде домашнего ареста от 20 марта 2020 года, которая содержит подпись обвиняемой (л.м.126-127 т.1). Обвиняемая была предупреждена о том, что в случае нарушения условий исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста ей может быть судом изменена мера пресечения (л.м.128 т.1), что подтверждается соответствующей подпиской от 20 марта 2020 года.
Суд первой инстанции принял решение на основе представленных материалов, с учетом данных о личности обвиняемой, её возраста, состояния здоровья, а также конкретных обстоятельств дела, характера инкриминируемого ей деяния, относящегося к категории особо тяжких преступлений и сведений о допущенных неоднократных нарушениях ранее избранной меры пресечения в виде домашнего ареста. Каких-либо данных медицинского характера, свидетельствующих о невозможности содержания Г. под стражей, в представленном материале не имеется и участниками процесса не представлено.
Не может суд апелляционной инстанции согласиться и с доводами защитника об отсутствии обоснованных подозрений Г. в возможной причастности к преступлению. Обоснованность подозрения в причастности обвиняемой Г. к совершению убийства была проверена судом при избрании ей меры пресечения в виде домашнего ареста. Выводы о наличии достаточных данных, подтверждающих возможную причастной Г. к преступлению, изложены в постановлении Падунского районного суда г.Братска от 19 марта 2020 года (л.м.119-123 т.1), которое вступило в законную силу. То обстоятельство, что следователем в обоснование ходатайства об изменении Г. меры пресечения на заключение под стражу были представлены в суд лишь выдержки из заключений проведённых по делу экспертиз, не влияет на выводы суда о наличии достаточных данных, позволяющих следствию подозревать Г. в возможной причастности к убийству своей матери. Эти данные содержатся в представленных материалах, в частности, в выводах заключений эксперта (номер изъят) от 5 сентября 2018 года о том, что на срезах ногтевых пластин Г. и мобильном телефоне, которым пользовалась обвиняемая 12 августа 2018 года присутствуют следы продуктов выстрела (л.м.193-194); (номер изъят) от 30 ноября 2018 года о том, что на поверхностях внутренней отделки автомобиля Тойота Таун Эйс с г/н (номер изъят) также обнаружены следы продуктов выстрела (л.м.195-196 т.1).
Таким образом, суждения суда о достаточности данных, подтверждающих обоснованность подозрения Г. в причастности к преступлению, основаны на исследованных в судебном заседании материалах.
Что касается доводов адвоката о необоснованном отказе суда в вызове для допроса в судебном заседании в качестве свидетеля В., то суд апелляционной инстанции также не может с ними согласиться. Как следует из протокола судебного заседания, своё ходатайство защитник обосновала необходимостью выяснения у В., являющейся начальником Усть-Кутского межрайонного филиала УИИ, почему последняя не вышла с ходатайством об изменении Г. меры пресечения. Между тем, указанные обстоятельства не относятся к существу вопроса, поставленного перед судом следователем, а потому в удовлетворении ходатайства было отказано обоснованно. Материалы судебного производства содержат достаточно данных, позволявших суду разрешить ходатайство следователя и принять обоснованное решение.
Вопреки доводам жалобы, судебное решение противоречий не содержит. Суд счёл необоснованными доводы следователя о пользовании обвиняемой телефоном Айфон, изъятым при обыске, однако, признал установленным факт совершения Г. звонка с другого телефона, что не отрицала сама обвиняемая.
При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что ходатайство следователя об изменении меры пресечения рассмотрено судом с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон и принятое судом решение является законным, обоснованным и мотивированным.
Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену либо изменение постановления, судом апелляционной инстанции не установлено.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
Постановление Усть-Кутского городского суда Иркутской области от 9 апреля 2020 года в отношении Г. оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Игумновой Э.Н. - без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.
Председательствующий Покровская Е.С.


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка