Постановление Волгоградского областного суда от 11 марта 2015 года №22-860/2015

 
ВОЛГОГРАДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
 
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
 
от 11 марта 2015 года Дело N 22-860/2015
 
г. Волгоград 11 марта 2015 г.
Волгоградский областной суд в составе:
председательствующего судьи Ермаковой А.И.,
при секретаре Гусейновой С.А.,
с участием:
прокурора отдела Волгоградской областной прокуратуры Дмитриенко Д.М.,
осуждённого Королева А.В.,
защитника осуждённого Королева А.В. - адвоката Волкова А.В., предоставившего удостоверение № <...> и ордер № <...> от ... ,
потерпевшей М.Е.Н.,
представителя потерпевшей М.Е.Н. - адвоката Драгуша Г.В., предоставившего удостоверение № <...> и ордер № <...> от ... ,
потерпевшей Р.М.Б.,
рассмотрел в открытом судебном заседании 11 марта 2015 года апелляционную жалобу защитника осуждённого Королева А.В. - адвоката Волкова А.В. на приговор Дзержинского районного суда г. Волгограда от 09 декабря 2014 года, по которому
Королев А. В., <.......>, несудимый,
осуждён по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 4 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении и с лишением права управления транспортными средствами на 3 года.
Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу сохранена.
Постановлено к месту отбывания наказания Королеву А.В. надлежит следовать за счёт государства самостоятельно в порядке, предусмотренном чч. 1, 2 ст. 75.1 УИК РФ.
Постановлено взыскать с Королева А.В. в пользу Р.М.Б. в счёт возмещения материального ущерба <.......> рублей и в счёт компенсации морального вреда <.......> рублей.
Разрешена судьба вещественных доказательств по уголовному делу.
Доложив содержание приговора, существо апелляционной жалобы защитника осуждённого Королева А.В. - адвоката Волкова А.В., возражений государственного обвинителя по уголовному делу Орлова В.Ю. на апелляционную жалобу, выслушав осуждённого Королева А.В., адвоката Волкова А.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Дмитриенко Д.М., потерпевших Р.М.Б., М.Е.Н., представителя потерпевшей М.Е.Н. - адвоката Драгуша Г.В., полагавших приговор оставить без изменения, а доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе защитника осуждённого, - без удовлетворения, суд
установил:
по приговору суда Королев А.В. признан виновным в том, что, управляя автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека и смерть другого человека.
Преступление совершено при следующих обстоятельствах.
27 августа 2011 года, примерно в 21 часов 10 минут Королев А.В., управляя по доверенности технически исправным автомобилем <.......>, государственный регистрационный знак <.......>, следовал в тёмное время суток по проезжей части автодороги улицы <.......>, имеющей по одной полосе движения транспортных средств в каждом направлении, со стороны улицы <.......> в сторону улицы <.......> в Дзержинском районе г. Волгограда. В пути следования, находясь напротив <.......>, Королев А.В. при выполнении манёвра поворота налево создал помеху и опасность для движения: не уступил дорогу встречному транспортному средству, выехал на полосу встречного движения, допустил столкновение с мотоциклом "<.......>", государственный регистрационный знак <.......>, под управлением водителя Р.А.В., в результате чего Р.А.В. получил тяжкие телесные повреждения, повлекшие смерть, а пассажир мотоцикла - М.Е.Н. получила телесные повреждения, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Своими действиями Королев А.В. нарушил требования пп. 1.5, 8.1, 8.2, 8.8 Правил дорожного движения РФ.
Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе защитник осуждённого - адвокат Волков А.В., считая приговор суда незаконным и необоснованным, просит его отменить и вынести оправдательный приговор ввиду отсутствия в деянии Королева А.В. состава преступления, гражданский иск Р.М.Б. оставить без удовлетворения. Полагает, что судом не дана надлежащая оценка показаниям Королева А.В. и свидетеля Я.С.В.(очевидца происшедшего), которые подтвердили, что Королев А.В. не имел реальную возможность обнаружить возникшую опасность для своего движения со стороны водителя мотоцикла Р.А.В. Указанные данные подтверждаются протоколом следственного эксперимента о том, что водитель Королев А.В. не видел мотоцикла; выводами справки об исследовании от 29.11.2011 г., проведённого ЭКЦ ГУМВД России Волгоградской области, а также выводами трёх заключений экспертов: автотехнической и транспортно-трасологической экспертизы №128/12904 от 20.12.2012 г., повторной автотехнической экспертизы №825-826/04-1 от 20.09.2012 г., повторной автотехнической экспертизы №6/2312-826/04-1 от 29.07.2013 г., повторной автотехнической экспертизы, из которых следует, что действия водителя Р.А.В., допустившего столкновение с автомобилем не соответствовали требованиям пп. 10.1 и 11.1 Правил дорожного движения и с технической точки зрения могли явиться причиной ДТП; в действиях водителя Королева А.В. при осуществлении манёвра левого поворота нарушений правил дорожного движения не усматривается. К аналогичным выводам пришёл эксперт Астраханского филиала ФБУ ВЛСЭ МЮ РФ в заключении №112/08-1.113/08-1 от 05.05.2014 г. По мнению автора апелляционной жалобы, суд первой инстанции безосновательно критически отнёсся к данным экспертным заключениям, не дав оценки схемы ДТП, протоколу осмотра места происшествия, из которых следует, что после столкновения транспортные средства сместились; также не дано оценки повреждениям транспортных средств, которые косвенно подтверждают значительное превышение скорости Р.А.В. Повторная автотехническая экспертиза № 10/272 э-2012 от 22.01.2012 г., положенная в основу обвинения Королева А.В., проведена с нарушением уголовно-процессуального закона, в описательно-мотивировочной части постановления следователя о назначении экспертизы не указано, что по делу проведены две экспертизы, выводы которых согласуются между собой и свидетельствуют об отсутствии в действиях водителя Королева А.В. нарушений Правил дорожного движения. Кроме того, материалы дела содержат письменное заявление Королева А.В., датированное 04.10.2012 г., то есть за сутки до назначения экспертизы, о привлечении неизвестных ему лиц к уголовной ответственности, которые указали о том, что экспертиза будет назначена в <.......> и за переданные деньги в сумме <.......> руб. будут выводы, свидетельствующие о его невиновности. постановление об отказе в передаче выделенного материала по заявлению Королева А.В. в следственные органы для возбуждения уголовного дела подписано заместителем прокурора г. Волгограда Орловым В.Ю., который поддерживал обвинение и косвенно заинтересован в сохранении выводов эксперта Ж.Р.А. При проведении проверки не проверены эксперты <.......>, и в том числе Ж.Р.А., на предмет обращения к Королеву А.В. о даче заключения за деньги, что вызывает сомнение в беспристрастности эксперта Ж.Р.А.
Обвиняемому Королеву А.В. и защитнику в соответствии со ст.198 УПК РФ не была предоставлена возможность заявить отвод эксперту Ж.Р.А., поставить дополнительные вопросы, что является нарушением принципа состязательности, установленного ст. 15 УПК РФ. Следователем было отказано в ходатайстве о предоставлении им времени (3-4 дня) для представления дополнительных вопросов эксперту.
Полагает, что заключение специалиста в виде автотехнического исследования № 12/05-107 от 15.05.2012 г. является недопустимым доказательством, поскольку исследование проведено вне рамок уголовного дела, на основании запроса адвоката Л.В.Н., представившего специалисту материалы по ДТП в виде заверенных копий. Обвиняемому Королеву А.В. и защитнику не была предоставлена возможность заявить отвод специалисту Г.А.А., проводившему исследование, поставить дополнительные вопросы, также они не ознакомлены с заключением специалиста.
Суд первой инстанции, ссылаясь на протокол следственного эксперимента, безосновательно утверждает, что установлена видимость мотоцикла, что является нарушением ст. 15 УПК РФ.
По мнению автора апелляционной жалобы, заключение специалиста № 12/05-107 от 15.05.2012 г., заключение автотехнической экспертизы № 10/272 э-2012 от 22.01.2012 г. являются недопустимыми доказательствами, суд необоснованно отказал в ходатайстве защиты о признании заключений недопустимыми доказательствами, в связи с чем постановление подлежит отмене. Суд не дал правовой оценки выводам повторной автотехнической экспертизы № 6/2312-826/04-1 от 29.07.2013 г., согласно которой с технической точки обосновывается несоответствие выводов эксперта Ж.Р.А. фактическим обстоятельствам дела. В ходе судебного следствия вина Королева А.В. не нашла своего подтверждения.
В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель по делу Орлов В.Ю., считая приговор суда законным и обоснованным, назначенное наказание справедливым, просит приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника - без удовлетворения.
Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционной жалобы, возражений на апелляционную жалобу, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции находит приговор суда подлежащим изменению.
Вывод суда о виновности осуждённого в совершении инкриминируемого ему преступления соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведённых в приговоре.
В судебном заседании Королев А.В. вину в предъявленном обвинении не признал и пояснил, что 27 августа 2011г., примерно в 20 час. 50 мин., управляя автомашиной <.......>, он выехал на <.......> и напротив ТЦ "<.......>", в районе церкви, намеревался повернуть налево. При этом пропустил движущуюся во встречном направлении автомашину <.......>, навстречу ему ехала автомашина <.......>. Поскольку расстояние до неё было значительным, он убедился, что больше никому не мешает и начал осуществлять поворот налево. Не останавливаясь при совершении манёвра поворота налево, он выехал на полосу встречного движения примерно на полтора метра, неожиданно для него в переднюю правую часть его автомашины врезался мотоцикл. От удара произошла деформация кабины его машины, заклинило обе двери и треснуло лобовое стекло. Спустя только несколько минут, он смог открыть водительскую дверь. Выйдя из автомобиля, увидел, что примерно на расстоянии метра от машины на боку лежит мотоцикл. По имеющимся повреждениям и от смещения транспортных средств он понял, что скорость мотоциклиста была высокой. Водитель мотоцикла отлетел за металлическое ограждение. На тот момент потерпевшую М., ехавшую в качестве пассажира на мотоцикле, он не видел. К нему подошёл водитель Я.С.В. и сообщил, что видел, как мотоцикл на большой скорости обогнал его (Я.) машину, после чего врезался в его автомобиль. В июле 2012 г. проводился следственный эксперимент, в результате которого было установлено, что водитель мотоцикла находился вне зоны его видимости. Он не видел приближения мотоцикла. При осуществлении манёвра он включал сигнал поворота. Столкновение произошло на полосе движения мотоцикла. Считает, что причиной дорожно-транспортного происшествия послужило превышение скорости потерпевшим Р.А.В.
Потерпевшая М.Е.Н. пояснила, что она в качестве пассажира находилась на мотоцикле "<.......>" под управлением Р.А.В. Перед поездкой Р.А.В. надел шлем, а она не стала его надевать. Они двигались по ул. <.......> не очень быстро, примерно 50-60 км/ч. В какой момент произошло столкновение, она не помнит, так как пришла в сознание только в больнице. В результате ДТП она получила перелом таза, руки, разбит плечевой сустав, а также в процессе лечения выявились осложнения на позвоночнике. Подсудимый до сих пор не извинился, не принял мер к возмещению ей какого-либо ущерба.
Потерпевшая Р.М.Б. пояснила, что вечером 27 августа 2011г. находилась дома и от родственника С.Д. узнала, что на ул. <.......> произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого погиб её сын Р.А.В. Вместе с племянником они быстро прибыли на место происшествия, где она увидела, что автомобиль "<.......>" стоял по диагонали на полосе встречного движения, то есть на полосе движения её сына, где и произошло столкновение транспортных средств. У автомобиля "<.......>" спереди была большая вмятина, были разбиты фары и треснуло лобовое стекло, а у мотоцикла полностью была разбита передняя часть. На месте происшествия находился следователь Н.Д.Е., также было много очевидцев, от которых ей стало известно, что виновником происшествия явился водитель автомашины "<.......>". Со слов очевидцев "<.......>", пытаясь обогнать некий джип, выехала на полосу встречного движения, где стала совершать поворот налево, и в этот момент произошло столкновение с мотоциклом. Она просила следователя Н.Д.Е. записать показания очевидцев, на что тот ответил, что показания очевидцев ему не нужны, поскольку у него уже есть свидетель Я.С.В., на глазах которого произошло ДТП и в совершении которого виноват водитель "<.......>". Эти слова слышала не только она, но и находившиеся рядом с ней люди. Подсудимый до настоящего времени не извинился перед ней, добровольно не принял мер к возмещению материального ущерба и морального вреда.
Свидетель Х.М.С. пояснил, что вечером 27 августа 2011г. при подходе к дому ... , он увидел Р.А.В., который проезжал мимо них на своём мотоцикле. На заднем сидении у него находился пассажир. Скорость мотоцикла была небольшая. Он пошёл в клуб мотолюбителей "<.......>". Примерно в 22 часа туда же пришел его знакомый по имени Д который сообщил, что Р.А. попал в ДТП. Они сразу же поехали на место происшествия. Авария произошла на проезжей части ул. <.......>, возле торгового дома "<.......>" на стороне движения мотоцикла потерпевшего. На месте ДТП он увидел лежащий на дороге мотоцикл и автомобиль "<.......>", стоящий под углом на полосе движения мотоцикла. У мотоцикла была сильно повреждена передняя часть, у автомобиля "<.......>" - передняя часть кабины, разбито лобовое стекло. С учётом этих повреждений он понял, что произошло лобовое столкновение. Очевидцы сообщили, что мотоцикл двигался по своей полосе, а автомобиль "<.......>" неожиданно выехал на его полосу движения и из-за этого произошло ДТП. Потерпевшего Р. знает как аккуратного водителя, который никогда не нарушал Правила дорожного движения. Дорожное покрытие находилось в неудовлетворительном состоянии, поэтому быстро ехать по данной дороге было опасно.
Свидетель Н.Д.Е. - бывший следователь пояснил, что 27 августа 2011г. он в составе оперативно-следственной группы приехал для осмотра места происшествия.
По прибытии на место происшествия им было установлено, что произошло столкновение автомобиля "<.......>" под управлением Королева А.В. и мотоцикла "<.......>" под управлением Р.А.В., вместе с которым в качестве пассажира ехала М.Е.Н.
Был произведен осмотр места происшествия, сотрудники ДПС составили схему дорожно-транспортного происшествия, записали данные очевидцев. Автомобиль "<.......>" стоял на полосе движения мотоцикла. У мотоцикла была сильно деформирована вся передняя часть, у автомобиля "<.......>" имелась вмятина в середине передней части кабины, а также было повреждено лобовое стекло. Указанные повреждения характерны для лобового столкновения. Он разговаривал на месте ДТП с подсудимым Королевым А.В., который пояснял, что хотел повернуть налево, но не успел, так как внезапно выскочил мотоцикл. Подсудимый находился в трезвом состоянии. ДТП произошло на полосе движения мотоцикла. Мотоцикл находился на своей полосе движения, лежал на боку. Он считает, что ДТП произошло по вине обоих водителей. Подсудимый Королев А.В., не убедившись в безопасности совершаемого им манёвра, не уступил дорогу движущемся во встречном направлении мотоциклу. Вина потерпевшего Р.А.В. состоит в том, что он превысил разрешенную скорость. Но это его субъективное мнение, не подтверждённое объективными данными о скорости движения мотоцикла, поскольку тормозного пути у столкнувшихся транспортных средств не было.
Свидетель Я.С.В. пояснил, что 27 августа 2011г. на своей машине <.......> он двигался по ул. <.......> г. Волгограда в сторону Центрального района. Приближаясь к пересечению с ул. <.......>, напротив "<.......>", он увидел движущийся ему навстречу автомобиль марки "<.......>", у которой был включен указатель левого поворота. Когда расстояние между его автомобилем и автомобилем "<.......>" равнялось примерно 50 метрам, он услышал нарастающий звук двигателя мотоцикла. В это время водитель "<.......>" уже начал выполнять поворот налево. Звук мотоцикла быстро нарастал, когда он повернул голову, то увидел, как мимо него промелькнула тень. В тот момент, когда он поворачивал голову обратно, произошло столкновение между автомобилем "<.......>" и мотоциклом. Видимость на дороге была хорошей. Мотоцикл совершил обгон его машины примернов метре от него, и в этот момент на полосе движения мотоцикла произошло столкновение. В результате происшествия пострадали парень и девушка. Он предполагает, что скорость мотоцикла составляла примерно 100 км/ч, поскольку мотоцикл двигался очень быстро. После столкновения автомобиль "<.......>" стоял по диагонали на повороте налево, а в нескольких метрах от него лежал мотоцикл. Непосредственно перед ДТП расстояние между автомобилем "<.......>" и мотоциклом было примерно 30 метров. До того, как мотоцикл его обогнал, транспортных средств не было и дорога была свободна. Автомобиль "<.......>" перед совершением поворота налево не останавливался. Водитель машины только сбросил скорость, включил сигнал поворота и, не останавливаясь, начал совершать манёвр, и в этот момент произошло ДТП. С водителем "<.......>" после ДТП он не разговаривал, оставил ему номер своего телефона, и уехал. По его мнению, причиной ДТП стало превышение скорости водителем мотоцикла.
Свидетель К.В.Ю. пояснил, что, подходя к торговому дому "<.......>", услышал сильный грохот и увидел, что произошло дорожно-транспортное происшествие с участием мотоцикла и автомобиля "<.......>". Увидев двоих пострадавших - молодого человека и девушку, он вызвал скорую помощь. Поскольку он не является водителем, то ему трудно определить, кто был виновником ДТП.
В связи с противоречиями в показаниях свидетеля суд на основании ч.3 ст.281 УПК РФ огласил показания свидетеля К.В.Ю., данные им на предварительном следствии, из которых следует, что на месте дорожно-транспортного происшествия он увидел машину "<.......>" с кабиной белого цвета, которая находилась на встречной для неё полосе движения, не доезжая 1-2 метра к переулку между церковью и ТД "<.......>". Возле передней части кузова автомашины "<.......>", на расстоянии 1-1, 5 метра, лежал мотоцикл, около проезжей части, за металлическим ограждением под ёлками, на спине лежал водитель мотоцикла, на котором был одет шлем. Он подошел к указанному молодому человеку и, увидев, что тот находится в тяжёлом состоянии, вызвал скорую помощь. Во время разговора с диспетчером скорой помощи увидел девушку, которая лежала на боку в 1, 5 метрах от водителя мотоцикла головой под металлическим ограждением. Девушка находилась без сознания. К моменту приезда скорой помощи водитель мотоцикла скончался. Он помог погрузить девушку в машину скорой помощи, после чего покинул место ДТП. Считает, что причиной ДТП послужило нарушение водителем "<.......>" правил выполнения манёвра. Водитель "<.......>" пытался повернуть в переулок между церковью и ТД "<.......>", при этом не убедился в безопасности поворота, не пропустил транспорт, следовавший по встречной полосе. Автомашина "<.......>" стояла на встречной полосе движения за несколько метров до поворота в переулок. Исходя из данного положения автомашины "<.......>", ей требовалось проехать еще 1-2 метра по проезжей части ул. <.......>, после чего выполнять манёвр поворота налево. Водитель "<.......>" пытался войти в поворот, выехав на встречную полосу для того, чтобы сократить траекторию поворота (т. 1, л.д. 222-224).
Свидетель К.В.Ю. подтвердил свои показания на предварительном следствии, пояснив наличие противоречий прошедшим значительным периодом времени.
Свидетели Н.В.Ю. и Г.Д.В. пояснили, что являются сотрудниками ОБДПС ГИБДД УМВД РФ по г. Волгограду. 27 августа 2011г., примерно в 21 час, поступило сообщение о дорожно-транспортном происшествии, произошедшем на ул. <.......> в Дзержинском районе г.Волгограда с участием автомобиля "<.......>" и мотоцикла, после чего они выехали на место происшествия. По прибытии на место ими было установлено, что на проезжей части, напротив ТЦ "<.......>", передней частью кузова на встречной полосе движения находится автомобиль "<.......>". У автомобиля была повреждена кабина, в середине которой имелась большая вмятина, были разбиты фары, решётка радиатора и лобовое стекло. Примерно в полутора метра от "<.......>" на боку лежал мотоцикл, у которого также имелись значительные повреждения всей передней части. Около дороги за металлическим ограждением лежал потерпевший Р.А.В., который к тому времени уже скончался. Пострадавшую девушку, которая ехала вместе с Р.А.В., увезла скорая помощь. Затем приехала следственно-оперативная группа во главе со следователем Н.Д.Е., который производил осмотр места происшествия. В присутствии понятых Н.В.Ю. произвёл осмотр транспортных средств, зафиксировал имеющиеся у транспортных средств технические повреждения, а также произвёл замеры участка проезжей части, места столкновения транспортных средств, их расположение на проезжей части, составил схему и справку о дорожно-транспортном происшествии. После столкновения автомобиль "<.......>" находился в левом повороте, стоял на полосе движения мотоцикла. Дорога была в удовлетворительном состоянии, погодные условия были хорошие, дорога освещалась уличными фонарями. Столкновение произошло на полосе движения мотоцикла. В результате столкновения проезжая часть была залита горюче-смазочными материалами, которые впоследствии были смыты большим количеством воды, поэтому установить присутствие либо отсутствие следов торможения или юза не представилось возможным. От удара транспортные средства сместились от места их столкновения, но не на большое расстояние. Подсудимый рассказал им, что при совершении поворота налево заметил мотоциклиста, в результате чего произошло происшествие.
По существу аналогичные показания дали на предварительном следствии свидетели понятые В.Д.А. и Ш.Д.С., показания которых суд огласил с согласия сторон в соответствии с ч.1 ст. 281 УПК РФ.
Заключением судебно-медицинской экспертизы № 2426 от 16.05.2012г. установлено, что у Р.А.В. имелись телесные повреждения в виде: тупой сочетанной травмы живота, таза, правой верхней конечности, левой нижней конечности, множественных разрывов ткани печени, другие телесные повреждения, которые в совокупности оцениваются как повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, повлекшие смерть потерпевшего.
Заключением судебно-медицинской экспертизы за № 249 и/б от 15.02.2012г. установлено, что у М.Е.Н. имелись телесные повреждения в виде: закрытой черепно-мозговой травмы в форме ушиба головного мозга средней степени тяжести; тупой травмы таза с закрытым переломом боковой массы крестца справа, другие телесные повреждения, которые осложнились развитием травматического шока 2-3 степени и квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для её жизни.
Из протокола осмотра и проверки технического состояния транспорта от 27.08.2011г. следует, что автомобиль <.......> имеет повреждения в виде разбитого лобового стекла, переднего бампера, капота, решётки радиатора, передней левой и правой блок фары, передней панели, переднего левого и правого крыла (т. 1, л.д. 28), а мотоцикл "<.......>" имеет повреждения в виде повреждения руля, бензобака, выхлопной трубы, диска переднего колеса, обширных повреждений по периметру.
Доводы подсудимого Королева А.В. о том, что он не видел мотоцикл, а, следовательно, не мог избежать наезда, и что причиной дорожно-транспортного происшествия послужило превышение скорости Р.А.В., были предметом судебного разбирательства, полно исследованы судом и обоснованно признаны несостоятельными.
Согласно заключению повторной автотехнической экспертизы № 10/272Э-2012 от 22.01.2013г. водитель мотоцикла "<.......>" при движении с фактической скоростью (60-100 км/ч) не имел технической возможности предотвратить столкновение транспортных средств путём своевременного экстренного торможения. Выполнение манёвра обгона водителем мотоцикла "<.......>", № <...>, других транспортных средств, двигавшихся в попутном направлении, перед столкновением с автомашиной <.......>, № <...>, в данной дорожно-транспортной ситуации возможно и не противоречит требованиям ПДД РФ. В данной дорожно-транспортной ситуации с технической точки зрения водитель автомобиля <.......> Королев А.В. должен был руководствоваться требованиями пп. 1.5, 8.1, 8.2 и 8.8 ПДД РФ, а водитель мотоцикла "<.......>" Р.А.В. должен был руководствоваться требованиями пп. 1.5, 10.1 и 10.2 ПДД РФ. Однако в ходе производства экспертизы объективных данных, указывающих на несоответствия требованиям Правил дорожного движения РФ в действиях водителя мотоцикла "<.......>" Р.А.В., не установлено. Непосредственной причиной возникновения дорожно-транспортного происшествия с технической точки зрения явилось непредоставление преимущества в движении водителю мотоцикла "<.......>" водителем автомобиля <.......> (т. 2, л.д. 127-148).
Согласно заключению автотехнического исследования № 12/05-107 от 15.05.2012г. в действиях водителя мотоцикла, не располагавшего технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем <.......>, каких-либо несоответствий требованиям Правил дорожного движения не усматривается. В действиях водителя автомобиля <.......> при выполнении манёвра поворота налево, создавшего помеху и опасность для движения и не уступившего дорогу встречному транспортному средству, усматриваются несоответствия требованиям пп. 1, 5, 8, 1 и 8, 8 Правил дорожного движения, с технической точки зрения, могли явиться причиной данного происшествия.
Заключение специалиста, касающееся собственных выводов в отношении причин дорожно-транспортного происшествия, не противоречит заключению автотехнической экспертизы № 10/272Э-2012 от 22.01.2013г. Это заключение получило надлежащую оценку в приговоре в совокупности с другими доказательствами.
Из протокола следственного эксперимента от 04.07.2012г., проведённого в присутствии адвоката, осуждённого Королева А.В., понятых, свидетеля Я.С.В. следует, что в поле зрения водителя автомобиля <.......> наблюдался автомобиль <.......>, при этом мотоцикла в данном положении не было видно, но был виден свет фар, то есть Королев А.В. видел, что наряду с автомобилем <.......> двигается другое транспортное средство. При таких обстоятельствах суд правильно пришёл к выводу, что установлена видимость мотоцикла на месте происшествия (т. 2, л.д. 65-73).
Суд обоснованно отверг в качестве доказательств заключения автотехнических экспертиз № 128/129/04-1 от 20 февраля 2012 г.; №825/04-1; 826/04-1 от 20 сентября 2012 г, №6/2312 от 29 июля 2013 г.; № 112, 113/08-1 от 05 мая 2014 г. по следующим основаниям.
В заключении автотехнического эксперта №128/129/04-1 от 20 февраля 2012 г. исследовательская часть противоречит выводам. В частности, эксперт указывает в исследовательской части на отсутствие следов торможения автомобиля и мотоцикла, поэтому не определяет их скорости, однако в выводах указывает, что действия водителя мотоцикла не соответствуют требованиям пп. 10.1, 10.2, 11.1 ПДД РФ, указывающих на превышение скорости.
В заключении автотехнического эксперта №825/04-1; 826/04-1 от 20 сентября 2012 г. эксперт указывает, что столкновение транспортных средств произошло под углом 150 градусов, при этом не указывает, почему пришёл к такому выводу. Заключение не содержит информации о проведённых им моделированиях происшествия для установления механизма происшествия. Имея в распоряжении схему происшествия, сведения о расположении транспортных средств, механических повреждениях, эксперт указал, что решить вопрос о расположении транспортных средств в момент их первичного контакта относительно края проезжей части автодороги не представляется возможным. Отсутствует экспертная оценка действиям водителя "<.......>".
В заключении эксперта №6/2312 от 29 июля 2013 г. отсутствуют сведения о специальности эксперта, предоставляющей ему право на проведение исследований в области безопасности дорожного движения, что ставит под сомнение законность проведённых им исследований и его компетентность. Кроме того, эксперт в исследовательской части указывает, что не может определить скорость движения мотоцикла, однако при выполнении расчёта указывает скорость движения мотоцикла - 100 км/ч, принимая во внимание лишь ничем не подтверждённые показания свидетеля Я.С.В.
Заключение автотехнического эксперта № 112, 113/08-1 от 05 мая 2014 г. не соответствует требованиям ст. 8 Закона РФ "О государственной судебно-экспертной деятельности", а также требованиям п.9 ч.1 ст.204 УПК РФ, запрещающей эксперту самостоятельно определять исходные данные для проведения экспертизы. В исследовательской части не имеется никакой информации о том, что подсудимый на своём автомобиле не уступил дорогу потерпевшему, управлявшему мотоциклом; исходя из чего эксперт пришёл к выводу, опровергаемому материалами уголовного дела. Кроме того, в заключении неправильно указаны даты совершения ДТП, неверно указана фамилия подсудимого (вместо Королев указано Я.), а также имеется ссылка на неподтверждённое материалами дела установление того факта, что Р. следовал со скоростью, превышающей установленное ограничение, и то, что водитель мотоцикла при совершении обгона выехал на полосу встречного движения.
Исследовав доказательства, суд первой инстанции правильно не принял во внимание выводы указанных экспертиз, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, противоречат требованиям федеральных законов, не мотивированы и противоречивы. Заключения содержат лишь краткие описания механизма происшествия; без каких-либо объяснений сделаны выводы о выполнении потерпевшим Р.А.В. обгона, технической возможности мотоцикла и превышении потерпевшим скорости движения. Указанные заключения не отвечают требованиям о полном, всестороннем и объективном исследовании.
Пояснения подсудимого, свидетеля Я.С.В. о нарушении потерпевшим Р.А.В. Правил дорожного движения также не нашли своего подтверждения и опровергаются представленными суду стороной обвинения доказательствами. Нарушение Правил дорожного движения подсудимым объективно подтверждается тем, что происшествие произошло на полосе движения мотоцикла; при совершении манёвра - поворота налево с целью въезда на дворовую территорию - подсудимый выехал на полосу встречного движения, не предоставив право преимущественного проезда движущемуся во встречном направлении транспорту.
Королев А.В в ситуации, изложенной им, имел возможность избежать ДТП при условии полного и своевременного выполнения требований пп. 1.5, 8.1, 8.2, 8.8 Правил дорожного движения РФ, предписывающих лицу, управляющему транспортным средством, действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, перед началом движения подать соответствующий сигнал, предупредив других участников движения о своих намерениях, при выполнении манёвра не создавать опасность для движения, а также помех другим участникам дорожного движения.
Исследовав доказательства, суд обоснованно критически отнёсся к показаниям Королева А.В., отрицавшего свою вину в совершении дорожно-транспортного происшествия, и расценил их как желание избежать уголовной ответственности, поскольку его показания опровергаются доказательствами, представленными суду, а именно: показаниями потерпевших, свидетелей, а также письменными материалами дела.
Подробный анализ материалов уголовного дела указывает на то, что все доказательства исследованы судом всесторонне, полно и объективно, являются относимыми, допустимыми, достоверными и достаточными для постановления обвинительного приговора.
Ссылка стороны защиты на недопустимость заключения № 10/272Э-2012 от 22.01.2012 г. также является несостоятельной. Как следует из материалов уголовного дела, данная экспертиза назначена в соответствии с требованиями закона, проводилась с соблюдением действующих инструкций и норм уголовно-процессуального законодательства, а также в надлежащем экспертном учреждении, лицом, имеющим специальные познания, который был предупреждён об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Данная экспертиза судом оценена в совокупности с другими доказательствами по делу, сомнений в своей достоверности не вызывает, в связи с чем, обоснованно положена в основу доказательств вины Королева А.В. в совершённом преступлении, с чем апелляционная инстанция не может не согласиться.
Довод защитника о возможной заинтересованности эксперта Ж.Р.А. на материалах дела не основан, а является лишь предположением защитника. Заявление Королева А.В. о вымогательстве у него неизвестными лицами <.......> рублей за производство экспертизы рассмотрено правоохранительными органами. Оснований для направления материала в следственный орган для проведения процессуальной проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ прокуратура г. Волгограда не усмотрела (т. 2, л.д. 191).
Как усматривается из материалов уголовного дела осуждённый и его адвокат с постановлением о назначении экспертизы от 5 октября 2012 г. были ознакомлены. Ходатайства об отводе эксперта Ж.Р.А., постановке дополнительных вопросов и другие ходатайства от них не поступили. С результатами экспертизы они также ознакомлены.
решение следователя от 19 октября 2012 г., оставившего без удовлетворения ходатайство обвиняемого и его защитника о предоставлении им времени (3-4 дня) для предоставления дополнительных вопросов эксперту, само по себе не может свидетельствовать о нарушении права обвиняемого Королева А.В. на защиту. Оснований для вывода о необоснованности этого отказа нет.
Таким образом, обвиняемый и защитник были ознакомлены с постановлением о назначении дополнительной экспертизы, им предоставлялась возможность ознакомиться с постановлением от 5 октября 2012 г. и заключением, заявить ходатайства, в том числе о недоверии к эксперту, которой они не воспользовались.
Кроме того, Королев А.В. и его защитник не были лишены возможности и в дальнейшем заявлять ходатайства, связанные с назначением и производством экспертиз, поскольку расследование по делу продолжалось до 12 декабря 2013г., а затем проходило ознакомление обвиняемого и его защитника с материалами дела. Осуждённый и его защитник этим правом воспользовались, они заявили ходатайство о проведении автотехнической экспертизы в ФБУ Краснодарской ЛСЭ МЮ РФ, о постановке дополнительных вопросов экспертам. Таким образом, реально права Королева А.В., предусмотренные ст.198 УПК РФ, нарушены не были.
Судом в ходе судебного заседания обоснованно отказано в удовлетворении ходатайств защиты об исключении из числа доказательств как недопустимых постановления следователя о назначении повторной технической экспертизы от 05.10.2012 г., заключения автотехнической экспертизы № 10/272Э-2012 от 22.01.2012 г., заключения специалиста от 15 мая 2012 г., поскольку каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона при проведении данных следственных действий не допущено.
Несогласие с принятыми в ходе судебного следствия решениями по заявленным стороной защиты ходатайствам не свидетельствует о незаконности постановленных судом решений. Все ходатайства в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона судом рассмотрены с заслушиванием мнений сторон, по ним постановлены обоснованные решения, не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. Отклонение судом заявленных ходатайств не может свидетельствовать о нарушении принципа состязательности сторон и не нарушает право осуждённого на защиту.
Не было законных оснований, указанных в ст. 61 УПК РФ, для отвода государственного обвинителя Орлова В.Ю., который в период расследования уголовного дела письменно сообщил о том, что оснований для направления материала в следственный орган для проведения процессуальной проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ по заявлению Королева А.В. в следственные органы для возбуждения уголовного дела о привлечении неизвестных ему лиц к уголовной ответственности за вымогательство неизвестными лицами <.......> рублей за производство экспертизы, не имеется.
Сложившиеся обстоятельства не следует рассматривать как основание полагать, что государственный обвинитель лично, прямо или косвенно, заинтересован в исходе данного уголовного дела.
Конкретных обстоятельств, предусмотренных законом и исключающих участие государственного обвинителя Орлова В.Ю. в рассмотрении дела, а также свидетельствующих о необходимости его отвода, в апелляционной жалобе не указано.
Проанализировав показания Королева А.В., потерпевших М.Е.Н., Р.М.Б., свидетелей Я.С.В., Н.Д.Е., Н.В.Ю. и Г.Д.В., других свидетелей, заключения экспертов, протокол осмотра места происшествия, схему ДТП, материалы дела, суд правильно пришёл к выводу о том, что причиной дорожно-транспортного происшествия явилось то, что водитель Королев А.В., управляя автомобилем, не уступил дорогу потерпевшему Р.А.В., двигавшемуся на мотоцикле во встречном направлении. Наступление тяжких последствий в результате дорожно-транспортного происшествия (смерть одного потерпевшего и причинение тяжких телесных повреждений второй потерпевшей) находится в прямой причинно-следственной связи с нарушением подсудимым Королёвым А.В. требований пп. 1.5 и 8.8, 8.2 Правил дорожного движения РФ.
Действия Королева А.В. по ч. 3 ст. 264 УК РФ квалифицированы правильно.
Оснований, свидетельствующих о необъективности и предвзятости органов предварительного следствия и суда в соответствии с требованиями ст. 61, 63 УПК РФ, по делу не установлено.
Доводы жалобы адвоката Волкова А.В. о том, что судебное следствие проведено односторонне, неполно, являются несостоятельными, поскольку противоречат материалам дела.
Доводы адвоката Волкова А.В. об отмене приговора и прекращении дела производством являются необоснованными и противоречат материалам дела.
Наказание осуждённому Королеву А.В. назначено с учётом характера и степени общественной опасности совершённого им преступления, относящегося к категории средней тяжести, данных о личности виновного, а также смягчающего наказание обстоятельства, которым суд первой инстанции признал: нахождение на иждивении малолетнего ребенка.
При этом суд также обоснованно принял во внимание положительную характеристику, отсутствие судимости, занятие трудовой деятельности, а также отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.
Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, совершённого Королевым А.В., существенно уменьшающих степень его общественной опасности, дающих основание для применения ст. 64 УК РФ, судом не установлено, не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции, равно как не усматривает оснований для применения положений ст. 73 УК РФ.
С учётом фактических обстоятельств и степени общественной опасности преступления, данных о личности осуждённого, оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую не имеется.
Вывод о возможности исправления осуждённого только в условиях реального отбывания наказания судом мотивирован с учётом тяжести содеянного, фактических обстоятельств дела и данных о личности виновного, указанных в приговоре. Режим исправительного учреждения, в котором осуждённому надлежит отбывать наказание, определён правильно.
Вместе с тем, ссылка суда в приговоре при назначении наказания на то, что учитывается наступление тяжких последствий (смерть одного потерпевшего и причинение тяжких телесных повреждений второй потерпевшей) является ошибочной, поскольку данное обстоятельство является результатом преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, входящим в его объективную сторону и в силу ч.2 ст.63 УК РФ не может повторно учитываться при назначении наказания. Указанную ссылку следует исключить из приговора и снизить осуждённому наказание.
Гражданский иск рассмотрен судом в соответствии с требованиями закона, а взысканная с осуждённого компенсация морального вреда является разумной и справедливой.
Вместе с тем приговором суда на Королева А.В. возложена обязанность самостоятельно проследовать к месту отбывания наказания. Однако срок к отбыванию наказания не исчислен.
Срок отбывания наказания Королеву А.В. следует исчислять со дня его прибытия в колонию-поселение. Время следования осуждённого к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным ч. 1 ст. 75.1 УИК РФ, засчитать в срок лишения свободы из расчёта один день за один день.
Кроме того, суд в приговоре указал фамилию осуждённого - "Королёв А.В.", вместо "Королев А.В.", в связи с чем, из приговора следует исключить фамилию"Королёв". Данное нарушение не является существенным и не нарушает прав осуждённого.
Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену обжалуемого судебного решения, не допущено. Таким образом, апелляционную жалобу защитника осуждённого - адвоката Волкова А.В. следует оставить без удовлетворения.
Руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд
постановил:
приговор Дзержинского районного суда г. Волгограда от 09 декабря 2014 года в отношении Королева А. В. изменить:
по ч. 3 ст. 264 УК РФ снизить ему наказание до 3 лет 10 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении и с лишением права управления транспортными средствами на 3 года.
Исключить из приговора ссылку суда на то, что при назначении наказания учитывается наступление тяжких последствий (смерть одного потерпевшего и причинение тяжких телесных повреждений второй потерпевшей).
Срок отбывания наказания Королеву А.В. следует исчислять со дня его прибытия в колонию-поселение. Время следования осуждённого к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным ч. 1 ст. 75.1 УИК РФ, засчитать в срок лишения свободы из расчёта один день за один день.
В приговоре суда указать фамилию осуждённого - "Королев А.В.", исключив из приговора фамилию "Королёв".
В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника осуждённого - адвоката Волкова А.В. - без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.
Председательствующий
Справка: Королев А.В. на свободе.



Электронный текст документа
подготовлен З и сверен по:
файл-рассылка