Дата принятия: 25 июня 2020г.
Номер документа: 22-823/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ СУДА ХАНТЫ-МАНСИЙСКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 25 июня 2020 года Дело N 22-823/2020
Судебная коллегия по уголовным делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе:
председательствующего Чистовой Н.В.,
судей Москвина А.М., Ушаковой Т.А.,
при секретаре Зенченко А.В.,
с участием прокурора Булавина В.В.,
защитника - адвоката Ефименко А.А., представившего удостоверение (номер), ордер (номер) от (дата),
представителя потерпевшего - адвоката Тренина Н.А., представившего удостоверение (номер), ордер (номер) от (дата),
рассмотрела в открытом судебном заседании в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя - прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры ХМАО-Югры Булавина В.В., апелляционным жалобам защитника осужденного Даудова Б.А. - адвоката Ефименко А.А. и представителя потерпевшего К.Е.А. - адвоката Тренина Н.А. на приговор Октябрьского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 26 марта 2020 года, которым
ДАУДОВ Б.А., родившийся <данные изъяты>, не судимый, осужден по:
ч. 3 ст. 264 УК РФ к 4 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 3 года.
В соответствии со ст. 75.1 УИК РФ Даудову Б.А. постановлено самостоятельно явиться к месту отбывания наказания в колонию-поселение, явившись за предписанием в уголовно-исполнительную инспекцию по месту регистрации не позднее десяти суток со дня вступления приговора в законную силу.
Мера пресечения осужденному Даудову Б.А. до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
На основании ч. 3 ст. 75.1 УИК РФ срок отбывания Даудову Б.А. наказания в виде лишения свободы исчислен со дня фактического прибытия в колонию-поселение, с зачетом времени следования к месту отбывания наказания в срок лишения свободы из расчета один день за один день.
В соответствии с п. "в" ч. 3.1, ч. 3.4 ст. 72 УК РФ в срок отбывания Даудовым Б.А. наказания постановлено зачесть его время фактического задержания с (дата), время нахождения под домашним арестом с (дата), время содержания под стражей с (дата) по (дата) включительно, из расчета: два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы; один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении.
Наказание в виде лишения права управления транспортными средствами постановлено исполнять самостоятельно.
Гражданские иски К.Е.А. и ФКУ "<данные изъяты>" оставлены без рассмотрения с разъяснением права на их удовлетворение в порядке гражданского судопроизводства.
Разрешена судьба вещественных доказательств и обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество.
Заслушав доклад судьи Чистовой Н.В., мнение прокурора Булавина В.В., поддержавшего доводы представления, выступление адвоката Ефименко А.А., просившего удовлетворить апелляционную жалобу, мнение представителя потерпевшего - адвоката Тренина Н.А., настаивавшего на удовлетворении требований своей жалобы, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Даудов Б.А. признан виновным и осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.
Преступление совершено 29 сентября 2017 года в с. Перегребное Октябрьского района Ханты-Мансийского автономного округа-Югры при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В судебном заседании Даудов Б.А. вину не признал; судом постановлен обвинительный приговор.
В апелляционной жалобе защитник осужденного Даудова Б.А. - адвокат Ефименко А.А. просит приговор отменить и принять новое решение с оправданием Даудова Б.А. по предъявленному обвинению, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, противоречат фактическим обстоятельствам дела. Сторона защиты не соглашается с выводами суда о безусловной доказанности виновности Даудова Б.А. в нарушении ПДД РФ, повлекших по неосторожности смерть человека. Если суд на основании исследованных доказательств установит, что указанные в ст. 264 УК РФ последствия наступили не только вследствие нарушения лицом, управляющим транспортным средством, правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, но и ввиду несоблюдения потерпевшим конкретных пунктов правил, эти обстоятельства могут быть учтены судом как смягчающие наказание. Суд в обоснование доказанности вины Даудова Б.А. указывает, что данный факт подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств, в том числе проведенными автотехническими экспертизами. В рамках дела были проведены две автотехнические экспертизы, результаты которых отражены в заключении экспертов от (дата) и от (дата). Обе они являются идентичными друг другу, при этом обстоятельства, изложенные в заключениях экспертов, противоречат фактическим обстоятельствам, установленным в ходе судебного разбирательства, выводы на ряд вопросов являются предположительными, необъективными и неполными. Однако суд приходит к выводу о том, что у него не имеется оснований подвергать выводы двух автотехнических экспертиз. С данными выводами нельзя согласиться, поскольку допущенные нарушения при производстве экспертиз ставят под сомнение легитимность и объективность выводов, отраженных в них, так как многие аспекты, на которые ссылалась сторона защиты, являются значимыми для определения виновности действий каждого из участников ДТП во взаимосвязи с наступившими последствиями. К таким аспектам можно отнести разночтения в определении места столкновения. Так, согласно схемы ДТП, местом столкновения была определена встречная (для мотоцикла) полоса дороги. Вместе с тем, в материалах дела имеются фотографии с места ДТП от (дата) (диск М.Д.Ф., диск К.М.Е.) просмотренные в судебном заседании, согласно которым на поверхности дорожной плиты отчетливо видны два следа заноса, оставленные протектором шин колес транспортных средств, расположенные в непосредственной близости от места столкновения. Исходя из анализа фактов, приведенных стороной защиты в судебном заседании, данные следы были оставлены мотоциклом, зона месторасположения следа заноса переднего колеса и будет являться местом столкновения и совпадает с зоной места столкновения, отмеченной на схеме места ДТП. Таким образом, с учетом произведенных расчетов, можно говорить о том, что месторасположение места столкновения расположено на расстоянии около одного метра от правого края проезжей части (адрес) в направлении от (адрес) к (адрес), то есть на встречной для мотоцикла полосе. Данные факты не были учтены при производстве экспертиз от (дата) и (дата), поскольку первая определяет место столкновения как "примерно на середине проезжей части", вторая же вообще место столкновения не определяет. Более того, указанные следы заноса, обнаруженные и зафиксированные на месте ДТП свидетелями, экспертами при производстве экспертиз, вообще не исследовались и никакой оценки не получили. Кроме того, в рамках уголовного дела была назначена и проведена экспертиза технического состояния транспортных средств участников ДТП, выводы которой отражены в заключение эксперта (номер) от (дата). Согласно выводам экспертизы: "Тормозная система заднего колеса мотоцикла находилась в работоспособном состоянии. Тормозная система переднего колеса находилась в неисправном состоянии". Определить причину повреждения, а так же время образования относительно ДТП не представляется возможным. Вместе с тем, экспертом указывается, что в случае, если указанная неисправность присутствовала до ДТП, она повлияла бы на характеристики торможения мотоцикла путем увеличения тормозного пути, так как у водителя отсутствовала бы возможность применить тормоз переднего колеса совместно с тормозом заднего колеса при торможении. Данное обстоятельство является нарушением положений закона, при которых запрещается эксплуатация транспортного средства с неисправной тормозной системой. Так же в рамках расследования дела была проведена физико-химическая судебная экспертиза, на разрешение которой был поставлен вопрос о работе электроламп в фарах транспортных средств, участников ДТП, в момент разрушения их нити накаливания. Выводы указанной экспертизы отражены в заключении эксперта (номер), согласно которому лампа габаритного огня мотоцикла в момент столкновения находилась в рабочем состоянии и горела, касательно работоспособности лампы ближнего света фар экспертом ответа не дается. Данный факт не опровергает показания Даудова Б.А. в части того, что перед столкновением ближний свет фар мотоцикла не горел, что также является нарушением правил. Все вышеуказанные обстоятельства при производстве автотехнических экспертиз учтены не были. Экспертами оставлены без внимания ряд нарушений ПДД РФ, допущенных водителем мотоцикла, а именно п. 8.1 (при совершении маневра выезд на полосу дороги, предназначенную для встречного движения), 10.1 ПДД РФ (при отсутствии следов торможения на месте ДТП), не дана оценка их влияния на действия другого участника ДТП, а так же возможной причинно-следственной связи нарушений с наступившими последствиями. Таким образом, выводы суда доказанности вины Даудова Б.А. в нарушении ПДД РФ, повлекших по неосторожности смерть человека, фактически строятся исключительно на фактах, носящих предположительный характер, и не могут быть признанными объективными, поскольку противоречат нормам действующего законодательства. В силу положений ч. 1 ст. 5 УК РФ, ч. 4 ст. 7, ст. 14 УПК РФ приговор не может быть построен на предположениях, и в данном случае вина Даудова Б.А. не доказана, поскольку выводы суда построены на неустранимых противоречиях и недопустимых предположениях. Кроме того, судом дана оценка акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения (номер) от (дата), которым состояние опьянения Даудова Б.А. на 12:10 час. не было установлено. Согласно справке (номер) от (дата), кровь и моча Даудова Б.А. были проверены методикой, соответствующей действующему законодательству, при которой, как указанно в справке, наркотических и сильнодействующих веществ не обнаружено. Заключение экспертизы (номер) от (дата), согласно выводов суда, не носит конкретного характера, основано на предположениях, которые не могут быть положены в основу выводов суда об управлении Даудовым Б.А. транспортным средством в состоянии опьянения. В то же время судом учитывается, что факт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, проведенного Я.М.Ф., и составленный по его результатам акт от (дата) какими-либо доказательствами не опровергнут. Право проведения освидетельствования Даудова Б.А. на состояние опьянения у Я.М.Ф. имелось на основании закона "О полиции", свидетели И.Е.В. и С.Д.Г. факт проведения освидетельствования и его результаты не оспаривали. Так же судом была дана всесторонняя и объективная оценка как показаниям свидетелей, так и иным процессуальным документам из материалов уголовного дела, на которые ссылалось обвинение при обосновании своей позиции о совершении Даудовым Б.А. деяния в состоянии опьянения. Таким образом, предложенная органами следствия квалификация действий Даудова Б.А., по мнению суда, не нашла своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, и с учетом презумпции невиновности, неустранимые сомнения были истолкованы в пользу Даудова Б.А., что повлекло за собой переквалификацию его действий. Кроме того, решая вопрос о виде и размере наказания Даудову Б.А., судом были учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства дела, в результате которого погиб несовершеннолетний, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, данные, характеризующие личность Даудова Б.А., его возраст и состояние здоровья, влияние наказания на его исправление. Вместе с тем, с учетом всех обстоятельств дела, несмотря на наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, суд необоснованно приходит к выводу, что Даудову Б.А. должно быть назначено наказание в виде реального лишения свободы, без применения ст. 73 УК РФ. Так, судом не принято во внимание, что Даудов Б.А. пояснил, что непосредственно после произошедшего ДТП он предпринимал неоднократные попытки как самостоятельно, так и через родственников, выйти на контакт с потерпевшими, однако последние контактировать с Даудовым Б.А. отказались. Таким образом, вывод суда о том, что Даудовым Б.А. не предпринималось мер по заглаживанию вреда, является необоснованным. Так же необоснованным является вывод суда об особом статусе Даудова Б.А. на момент совершения преступления (<данные изъяты>), поскольку, за исключением статуса лица, управляющего транспортным средством, остальное значения не имеет. Помимо этого, судом назначен практически максимально возможный срок наказания, предусмотренный санкцией статьи, без обоснования, по каким причинам суд пришел к выводу о необходимости назначения такого наказания.
В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Ефименко А.А. государственный обвинитель просит приговор по доводам жалобы оставить без изменения. Считает, что вина Даудова Б.А. находит свое подтверждение в показаниях свидетелей и материалах дела, а оснований подвергать сомнениям выводы экспертиз не имеется. Экспертизы согласуются с другими доказательствами, которые содержат однозначные выводы о том, что действия водителя Даудова Б.А., который выезжал с второстепенной дороги на главную, не соответствовали с технической точки зрения требованиям ПДД и находились в причинно-следственной связи с наступившими последствиями.
В апелляционном представлении и дополнениях к нему государственный обвинитель - прокурор уголовно-судебного отдела прокуратуры ХМАО-Югры Булавин В.В. просит приговор в отношении Даудова Б.А. отменить с направлением материалов уголовного дела на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда. Указывает, что выводы суда об исключении из действий Даудова Б.А. квалифицирующего признака "совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения" являются незаконными и необоснованными. Факт нахождения Даудова Б.А. в состоянии опьянения установлен на основании показаний свидетелей Б.Е.Г., Б.А.В., С.Т.В., У.И.С., К.Р.А., Л.Ю.В., Д.Л.А., Х.О.А., Ж.Н.Н., М.Д.Ф. Данное обстоятельство также подтверждается вещественными доказательствами: видеозаписью, где Даудов Б.А. приобретает неустановленную емкость, и изъятой на месте ДТП пустой банкой из-под пива, на которой содержится биологический материал (слюна) Даудова Б.А. Кроме того, исходя из показаний свидетелей С.Т.В., Д.Л.А. и И.Р.Г. следует, что Даудов Б.А. просил их фактически сфальсифицировать освидетельствования, а свидетель М.Е.Ю. показал, что после того, как он провел освидетельствование Даудова Б.А., алкотектор показал 0,549 промилле. Из протокола осмотра предметов и документов от (дата) следует, что проверки Даудову Б.А. на алкотекторе были проведены в тот день в 16:58 час. с результатом 0,000 промилле, в 19:03 час. с результатом 0,750 промилле, в 20:55 с результатом 0,549 промилле. При этом свидетель Ф.И.С. показал, что, если следовать версии Даудова Б.А. об употреблении им после освидетельствования не более 100 грамм водки, то с учетом скорости выведения алкоголя из организма на момент освидетельствования Даудов Б.А. должен был уже находиться в состоянии опьянения. Кроме того, согласно выводам заключения эксперта (номер), "исключить с достоверностью возможность употребления Даудовым Б.А. незадолго до дорожно-транспортного происшествия нельзя". Вместе с тем, суд взял за основу версию Даудова Б.А. и не в полной мере дал оценку вышеизложенным доказательствам, как и показаниям свидетелей С.Д.Г. и И.Е.В. о том, что они не видели конкретных действий Я.М.Ф. при освидетельствовании Даудова Б.А., а согласно показаниями свидетеля Т.И.А. в том случае имела место имитация процедуры. Суд не принял во внимание данные обстоятельства и не учел, что в отношении Я.М.Ф. возбуждено уголовное дело по факту служебного подлога при составлении акта медицинского освидетельствования. Также судом Даудову Б.А. назначено чрезмерно мягкое наказание, без надлежащего учета характера и степени общественной опасности преступления, нахождение Даудова Б.А. в состоянии опьянения и непринятие им мер по заглаживанию причиненного вреда.
В апелляционной жалобе представитель потерпевшего К.Е.А. - адвокат Тренин Н.А. просит приговор в отношении Даудова Б.А. изменить, установив в действиях осужденного наличие признака управления транспортным средством в состоянии опьянения, и назначить ему наказание по ч. 4 ст. 264 УК РФ в виде 7 лет лишения свободы. Указывает, что, вопреки выводам суда, факт нахождения Даудова Б.А. в состоянии опьянения сомнений не вызывает. Согласно актам освидетельствования от (дата), у Даудова Б.А. в 19:03 час. установлено 0,750 промилле, в 20:55 час. - 0,549 промилле, а в выводах заключения эксперта (номер) указывается, что возможность употребления Даудовым Б.А. алкоголя незадолго до ДТП не исключается. Даже если учитывать все показания и погрешности приборов, позиция Даудова Б.А. не находит своего подтверждения, поскольку с учетом скорости рассасывания алкоголя в крови всё свидетельствует о нахождении Даудова Б.А. в средней степени опьянения. Также суду следовало признать недопустимым доказательством акт освидетельствования от (дата) (номер), поскольку в действиях Я.М.Ф., проводившего освидетельствование, усматривается служебный подлог, о чем в отношении него выделено в отдельное производство уголовное дело. Кроме того, алкотектор, которым Я.М.Ф. проводил освидетельствование, был вверен Даудову Б.А., и не мог быть использован на законных основаниях не наделённого на то полномочиями Я.М.Ф., к тому же являющегося другом Даудова Б.А. Кроме того, данный акт не может являться законным и потому, что на чек-тексте проставлено время 16:58 час., тогда как сам акт составлен в 16:50 час. Полнота проведения процедуры освидетельствования тоже вызывает сомнения, поскольку понятые И.Е.В. и С.Д.Г. не видели конкретных действий, и данные обстоятельства подтвердились протоколом следственного эксперимента и показаниями свидетеля Т.И.А. Суду следовало критически отнестись к показаниям Даудова Б.А., который, являясь сотрудником полиции с большим опытом в области безопасности дорожного движения, осознавал всю тяжесть последствий за совершенное в алкогольном опьянении преступление. Даудов Б.А. с самого начала избрал защитную позицию, отрицая вину в ДТП, и прибег к помощи друзей, стараясь избежать ответственности. И совсем непонятно, для чего ему потребовалось после ДТП употреблять алкоголь, и почему он оставил место происшествия. О том, что Даудов Б.А. изначально пытался исказить истину своего состояния, свидетельствуют также показания многих свидетелей: М.Д.Ф., Б.Л.В., С.Т.В., Д.Л.А., Ж.Н.Н., Х.О.А., К.Р.А., У.И.С., И.Р.Г., М.М.В., Б.Е.Г., Б.Н.Н. Все свидетели не имели причин для оговора Даудова Б.А., а их показания согласуются также с видеозаписью и изъятой с места ДТП банкой из-под пива, на которой обнаружилась слюна Даудова Б.А. При таких обстоятельствах приговор суда не может являться законным и обоснованным.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и дополнений к нему, апелляционных жалоб и возражений, выслушав мнение сторон, судебная коллегия приходит к следующему выводу.
Судебной коллегией установлено, что предварительное и судебное следствие проведены в соответствии с требованиями действующего уголовно-процессуального законодательства и закреплены в надлежащих процессуальных документах, чья допустимость сомнений не вызывает.
При рассмотрении дела полностью соблюдена процедура, общие условия и принципы уголовного судопроизводства, в том числе положения ст. 15 УПК РФ, права осужденного на защиту нарушены не были.
В судебном заседании исследованы все существенные для дела доказательства, представленные сторонами; заявленные участниками процесса ходатайства, разрешены судом в соответствии с требованиями закона.
Судебная коллегия признает необоснованными доводы жалоб и не усматривает оснований для признания недопустимыми доказательствами заключений экспертов, поскольку все имеющиеся в деле заключения оформлены надлежащим образом, соответствует требованиям ст. 240 УПК РФ и Федерального Закона Российской Федерации от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации"; выводы экспертов, чья квалификация сомнений не вызывает, являются научно-обоснованным и понятными; все сомнения и противоречия устранены судом при постановлении приговора в совокупности с иными исследованными доказательствами.
Доводы жалобы стороны защиты о том, что заключение эксперта от (дата) (номер) (том 20, л. д. 211-222) идентично заключению от (дата) (номер) (том 9, л. д. 121-138), по мнению судебной коллегии, не повлиял на объективность судебного следствия и на правильность выводов суда по фактическим обстоятельствам дела.
Кроме того, по вопросам установления полноты и порядка исследования при производстве экспертизы от (дата), в ходе судебного следствия были оглашены показания эксперта К.О.Г., проводившего комплексную автотехническую судебную экспертизу, где он подробно разъяснил механизм столкновения транспортных средств с привязкой к конкретным объектам (том 9, л. д. 142-143).
Судебная коллегия приходит к выводу, что положенные в основу приговора доказательства, исследованные в судебном заседании, оценены в соответствии с требованиями ст. ст. 87-88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в своей совокупности - достаточности для разрешения данного дела; все принятые судом решения по оценке доказательств основаны на законе и материалах дела.
Доводы стороны защиты о невиновности Даудова Б.А. в совершенном ДТП проверялись судом первой инстанции, результаты проверки отражены в приговоре с указанием мотивов принятых решений, не согласиться с принятым решением у судебной коллегии оснований не имеется.
Установлено и материалами дела подтверждается, что 29 сентября 2017 года в период времени с 15 часов 11 минут до 15 часов 27 минут водитель Даудов Б.А., двигаясь по грунтовой дороге, ведущей от (адрес) в сторону (адрес) в (адрес), имея намерение осуществить поворот налево, выехал на перекресток с (адрес), понимая, что грунтовая дорога, с которой он собирался выполнять поворот, является второстепенной по отношению к дороге по (адрес), имеющей твердое покрытие и являющейся главной дорогой. Проявляя преступную небрежность, Даудов Б.А. своевременно не обнаружил мотоцикл под управлением несовершеннолетнего водителя К.А.Е., движущийся по главной дороге, слева направо по ходу движения автомобиля модели "УАЗ", не уступил мотоциклу дорогу и допустил столкновение с ним на перекрестке (адрес) и грунтовой дороги. В результате дорожно-транспортного происшествия мотоцикл опрокинулся, произошло возгорание, и распространившийся по всему мотоциклу огонь перешел на К.А.Е., смерть которого наступила на месте от полученных телесных повреждений, установленных заключением эксперта (номер) от (дата) (том 9, л. д. 12-23).
Судебная коллегия, проверив доводы, приведенные в жалобе, приходит к выводу о том, что версия стороны защиты и осужденного о невиновности Даудова Б.А. полностью опровергается исследованными судом и изложенными в приговоре достоверными и допустимыми доказательствами, совокупность которых указывает на то, что именно действия (бездействие) водителя Даудова Б.А., нарушившего правила дорожного движения, послужили причиной столкновения транспортных средств, повлекшего тяжкие последствия.
Так, свидетель Г.И.Д., не являющийся очевидцем ДТП, показал, что его двоюродный брат Даудов Б.А. впоследствии пояснил, что мотоцикл выехал ему навстречу, и они столкнулись, однако свидетель Р.А.Е., находившийся рядом с местом аварии, показал, что когда Даудов вышел из машины после ДТП, он сказал, что не видел, откуда взялся мотоциклист.
Р.А.Е. также показал, что когда они с Г.Н.Н. подъезжали к технологическому переезду, то на грунтовой дороге с левой стороны стоял автомобиль "УАЗ", в нем он видел Даудова Б.А. Через некоторое время он увидел, что "УАЗ" стал двигаться в сторону проезжей части (адрес), практически сравнялся с его "Камазом" и стал переезжать дорогу. Через несколько секунд Р.А.Е. услышал удар, увидел, что мотоцикл уже лежит, горит, а УАЗик докатывается в кювет.
Свидетель П.Е.В. показала, что ехала на своем автомобиле со стороны (адрес) в сторону (адрес) за машиной М.Д.Ф. и видела, как горел мотоцикл. В кювете стоял "УАЗ" Даудова Б.А., на месте происшествия также присутствовали Г.Н.Н. и Р.А.Е. Она также видела грязные следы от автомобиля со стороны второстепенной дороги, то есть автомобиль "УАЗ" ехал со второстепенной дороги через главную.
По поводу имевшихся следов ДТП, свидетель Ш.В.В. также показал, что когда он приехал на место ДТП, то пошел осматривать следы транспортных средств, но тормозного пути не было, траектория движения автомобиля была зигзагообразная.
Из оглашенных показаний свидетеля М.Д.Ф. следует, что он и П.Е.В. выехали от его дома, каждый на своем автомобиле. Он обогнал на своем автомобиле П.Е.В., проехал кольцо и увидел, что с грунтовой дороги слева (по его направлению движения) выезжает транспортное средство "УАЗ", и, не замечая мотоциклиста, сбивает его. Мотоциклист въехал в переднюю часть "УАЗ", при этом, "УАЗ" проехал по мотоциклисту, переехал его, а мотоцикл протащил на встречную полосу мотоциклиста, после чего, мотоцикл взорвался, а сам автомобиль УАЗ загорелся, и по инерции скатился в кювет. Мотоцикл продолжал лежать на дороге и гореть, сам М.Д.Ф. объехал мотоцикл, остановился на обочине.
После оглашения указанных показаний, М.Д.Ф. подтвердил, что давал их в ходе следствия, но уточнил, что само ДТП не видел. Он видел, как "УАЗ" выезжает со второстепенной дороги, потом произошла вспышка, куда М.Д.Ф. и поехал, при этом не помнит, видел ли он мотоцикл.
Видеозапись с камеры видеорегистратора автомобиля М.Д.Ф. свидетельствует о том, что данный свидетель действительно приближался к горящему мотоциклу на месте ДТП.
Показания свидетелей в целом согласуются с общей картиной произошедшего, а также не противоречат положенным в основу обвинительного приговора письменным материалам дела (протоколам осмотра места происшествия, схемам ДТП, протоколам осмотра транспортных средств, вещественным доказательствам, заключением экспертов и т. д.).
Доводы стороны защиты относительно выводов заключений экспертов по факту технического состояния транспортных средств и нарушения водителями правил дорожного движения, судебная коллегия обоснованными не признает.
Согласно выводам заключения эксперта от (дата) (номер) (том 9, л. д. 155-169):
-на момент осмотра "УАЗ" находился в неисправном состоянии, установленные повреждения являлись как следствием ДТП, так и полученными в результате эксплуатации автомобиля - последние неисправности не могли оказать влияние на управляемость, устойчивость и характеристики торможения; тормозная система "УАЗа" находилась в исправном состоянии;
-на момент осмотра мотоцикл находился в неисправном состоянии, установленные повреждения являлись следствием ДТП, при этом тормозная система заднего колеса находилась в работоспособном состоянии, однако тормозная система переднего колеса была неисправна. Причиной неисправности являлась потеря подвижности троса привода, что произошло после ДТП, однако определить причину отделения наконечника троса, а также время образования данного повреждения относительно момента ДТП не представляется возможным.
Сторона защиты ссылается на то, что данное повреждение имелось у мотоцикла до ДТП, однако версия эксперта, выдвинувшего предположение, что при таких обстоятельствах неисправность тормозной системы переднего колеса действительно могла бы повлиять на характеристики торможения мотоцикла, является лишь предположением, а причина повреждения относительно времени ДТП экспертом не была установлена.
Относительно неисправностей транспортных средств также проведена криминалистическая судебная экспертиза; заключением эксперта от (дата) (номер) установлено, что по результатам исследований можно предположить, что лампа основного света автомобиля УАЗ в момент столкновения не горела, лампа габаритного огня мотоцикла находилась в исправном состоянии (том 9, л. д. 205-209).
Вместе с тем, установленные экспертом обстоятельства не находятся в причинно-следственно связи между данными техническими характеристиками и дорожно-транспортным происшествием, поскольку, согласно выводам заключения эксперта от (дата) (номер) (том 9, л.д. 121-138):
-предотвращение ДТП водителем "УАЗа" зависело не от технической возможности, а от выполнения им указанных требований ПДД РФ; водитель мотоцикла не располагал технической возможностью предотвратить путем торможения, с остановкой до линии движения "УАЗа";
-в сложившейся ситуации водитель "УАЗа" в своих действиях должен был руководствоваться требованиями п. 1.3, ч. 1 п. 1.5, п. 8.1, п. 13.9 ПДД РФ; с технической точки зрения действия водителя "УАЗа" не соответствовали требованиям данных пунктов;
-в сложившейся ситуации водитель мотоцикла в своих действиях должен был руководствоваться требованиями ч. 2 п. 10.1 ПДД РФ; с технической точки зрения в действиях водителя мотоцикла несоответствий требованиям ч. 2 ст. 10.1 ПДД РФ не усматривается;
-с технической точки зрения не усматривается иных причин происшествия, кроме опасных действий (бездействия) водителя УАЗа, противоречащих (несоответствующих) требованиям ПДД РФ, которые находились в причинно-следственной связи с фактом ДТП;
-с технической точки зрения, версия водителя "УАЗа" о том, что он уже якобы выровнял свой автомобиль на встречной полосе, не состоятельна, поскольку в этом случае все повреждения и осколки были бы образованы в том же месте и в передней части автомобиля без выезда его за пределы проезжей части, при которой водитель "УАЗа" протащил бы мотоцикл перед собой и остановился бы на проезжей части, но никак не за пределами в кювете, что, собственно, не соответствует обстановке, зафиксированной на месте происшествия, конечному положению транспортных средств, их повреждениям, а также доказательствам, имеющимся в деле;
-водитель мотоцикла не располагал технической возможностью предотвратить столкновение путем торможения с остановкой до линии движения "УАЗа".
Выводы о том, что действия (бездействие) водителя Даудова Б.А. с технической точки зрения находились в причинно-следственной связи с фактом ДТП, также установлен заключением эксперта от (дата) (том 20, л. д. 211-221).
Кроме того, в приговоре суд обоснованно указал, что доводы об оценке действий другого участника дорожно-транспортного происшествия с точки зрения нарушения им правил дорожного движения, предшествующих столкновению транспортных средств, не могут быть приняты во внимание, поскольку не влияют на выводы о виновности Даудова Б.А. при наличии неопровержимых доказательств, что Даудов Б.А. мог избежать столкновения при соблюдении им п. 1.3, ч. 1 п. 1.5, п. 8.1, п. 13.9 ПДД РФ.
Вместе с тем, судебная коллегия признает обоснованным вывод суда об исключении из действий Даудова Б.А. квалифицирующего признака "управление транспортным средством лицом, находившимся в состоянии алкогольного опьянения".
В силу закона (примечания к ст. 264 УК РФ, п. 10.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года N 25 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения"), факт употребления лицом, управляющим транспортным средством, веществ, вызывающих алкогольное опьянение, должен быть установлен по результатам освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) медицинского освидетельствования на состояние опьянения, а наличие в организме такого лица наркотических средств или психотропных веществ - по результатам химико-токсикологических исследований при медицинском освидетельствовании на состояние опьянения.
Несмотря на то, что свидетели П.А.А., Б.Л.В., Б.Е.Г., М.Д.Ф., Х.О.А., Ж.Н.Н., Л.Ю.В., Д.Л.А., С.Т.В., У.И.С., Н.Р.У. указывают о том, что осужденный Даудов Б.А. после ДТП проявлял признаки опьянения (цвет лица, шаткая походка, запах перегара и т.п.), факт его нахождения в состоянии опьянения документально не подтвержден.
Свидетели Э.Б.К., Г.И.Д., Б.В.В., Я.М.Ф., С.Д.Г., Ш.П.Л., А.Э.М., Р.А.Е. утверждают, что не ощущали запаха алкоголя от Даудова Б.А., а свидетели С.А.А. и Д.С.Н. показали, что им со слов Даудова Б.А. известно, что тот выпил 100 грамм (стакан) водки после ДТП.
Иными документально зафиксированными доказательствами версия Даудова Б.А. о том, что он выпил уже после ДТП, не опровергается, а все неустранимые сомнения, в силу закона, толкуются судом в пользу осужденного.
Доводы потерпевшей стороны и обвинения о том, что, согласно показаниям свидетелей С.Т.В., Д.Л.А. и И.Р.Г., осужденный Даудов Б.А. явными действиями провоцировал фальсификацию своего освидетельствования, а сотрудники полиции М.Е.Ю. и Я.М.Ф. превысили свои должностные полномочия, также документально не подтверждает факт нахождения Даудова Б.А. в состоянии опьянения, а остальные обстоятельства не являются предметом рассмотрения в рамках данного уголовно дела, тем более что вина М.Е.Ю. и Я.М.Ф., в отношении которых в отдельное производство выделены уголовные дела (том 1, л. д. 57-59, 113-115), судом не установлена.
Заключением экспертов от (дата) (номер) (том 9, л. д. 239-241) действительно установлено, что на изъятой с места ДТП банке из-под пива обнаружен биологический материал (слюна); из выводов заключения экспертов от (дата) (номер) (том 9, л. д. 260-264) следует, что данный биологический материал мог произойти от Даудова Б.А.; заключением эксперта от (дата) N МСК-5446-2018 (том 9, л. д. 288-326) принадлежность слюны на банке из-под пива Даудову Б.А. установлена.
Вместе с тем, указанные выводы не подтверждают ни факта нахождения осужденного в состоянии опьянения, ни то обстоятельство, что пиво он употребил до ДТП.
Кроме того, (дата) УУП ОМВД России по (адрес) Я.М.Ф. в 16:58 час. провел освидетельствование Даудова Б.А. с применением технического средства измерения; по показаниям прибора наличие абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе составило 0,00 мг/л, бумажный носитель с показаниями прикреплён к акту; с показаниями Даудов Б.Б. согласился, понятые присутствовали, замечаний не поступило (том 1, л. д. 154-155).
Признавать данный акт недопустимым доказательством оснований не имеется: Я.М.Ф. обладал полномочиями проводить освидетельствование в силу служебного положения и п. 4 ч. 1 ст. 13 ФЗ "О полиции", что также подтверждается показаниями свидетеля Т.И.А.; замечаний к акту от понятых не поступало; грубых процессуальных нарушений при составлении акта не допущено (незначительное расхождение по времени составления акта в 16:50 час. и проведения освидетельствования в 16:58 час. таковым не является).
Как показал свидетель И.Е.В. (том 20, л. д. 138), он не приглядывался в сам момент, когда Даудов Б.А. делал выдох, но алкотектор показал нулевой результат. Свидетель С.Д.Г. показал (том 20, л. д. 97), что не видел, как к алкотектору присоединили трубку, но от Даудова Б.А. он запаха алкоголя не чувствовал, чек им потом показали, он ознакомился с результатами и подписал протокол.
С целью проверки и уточнения данных об обстоятельствах освидетельствования Даудова Б.А. в рамках уголовного дела проведен следственный эксперимент, по результатам которого установлено, что участковым Я.М.Ф. алкотектор был включен после подсоединения сменного мундштука, Даудов Б.А. осуществлял выдох в мундштук алкотектора в течение 1,35 секунд; свидетель И.Е.В., с участием которого проводился следственный эксперимент, своих замечаний по факту следственного действия не представил (том 3, л. д. 61). Следственный эксперимент проведен и с участием свидетеля С.Д.Г., результаты аналогичны, за исключением длительности выдоха Даудова Б.А., который составил 3,31 секунду; от свидетеля замечаний также не поступило (том 3, л. д. 237).
Заключением эксперта от (дата) (номер) (том 9, л. д. 288-326) идентифицировать биологический материал на корпусе алкотектора не представилось возможным. При этом согласно техническому заключению от (дата) (том 18, л. д. 262-269) алкотектор PRO-100 combi (номер) находился в работоспособном состоянии.
Согласно протоколу осмотра (том 8, л. д. 85-91), (дата) в отношении Даудова Б.А. трижды произведено освидетельствование с использованием технических средств измерения, по результатам протоколов тестов установлено состояние опьянения: в 16:58 час. - 0,000 мг/л, в 19:03 час. - 0,750 мг/л, в 20:55 час. - 0,549 мг/л.
Согласно акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения от (дата) (номер) (том 11, л. д. 149-150), проведённого в 11:10 час., у Даудова Б.А. состояние опьянения не установлено. Согласно справке о результатах химико-токсикологических исследований от (дата) (номер) (том 11, л. д. 151) в моче Даудова Б.А. наркотических и сильнодействующих веществ не обнаружено.
Из выводов заключения экспертов (номер) (том 18, л. д. 234-254) усматривается, что:
-концентрация этанола 0,000 мг/л в выдыхаемом воздухе может иметь место при отсутствии этанола в организме и в промежуток времени между приемом алкоголя и его всасыванием; изменение концентраций этанола в выдыхаемом воздухе с 0,750 мг/л до 0,549 мг/л соответствует возможности употребления Даудовым Б.А. 100 грамм водки без приема пищи в интервале 17:00-17:30 час.;
-отсутствие у Даудова Б.А. состояния опьянения на момент освидетельствования (дата), по-видимому, обусловлено выведением алкоголя из крови к моменту освидетельствования; выводы, изложенные в акте (номер) и справке (номер), соответствуют положениям закона, данных, свидетельствующих о недостоверности их выводов, не имеется;
-определить с достоверностью концентрацию алкоголя в крови Даудова Б.А. на момент ДТП не представляется возможным, объективных данных, свидетельствующих о наличии у Даудова Б.А. состояния опьянения на момент ДТП, не имеется, в то же время, исключить с достоверностью возможность употребления Даудовым Б.А. незадолго (десятки минут) до ДТП нельзя.
Таким образом, несмотря на указание в выводах эксперта, что "исключить с достоверностью возможность употребления Даудовым Б.А. незадолго (десятки минут) до ДТП нельзя", судебная коллегия учитывает, что данное обстоятельство является предположением, документальных доказательств, подтверждающих нахождение Даудова Б.А. в состоянии алкогольного опьянения на момент ДТП, материалы дела не содержат.
Судебная коллегия приходит к выводу, что суд первой инстанции всесторонне и полно, с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, исследовал представленные сторонами обвинения и защиты доказательства, надлежащим образом оценил их, и в соответствии с совокупностью исследованных доказательств, правильно установил фактические обстоятельства дела.
Все противоречия между показаниями участников уголовного судопроизводства в соответствии с требованиями закона судом первой инстанции выяснены и получили надлежащую оценку в совокупности с другими доказательствами, собранными по делу, с указанием мотивов приведенной позиции.
Правовая оценка преступным действиям Даудова Б.А. дана правильно, квалификация содеянного в приговоре мотивирована; оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ судебная коллегия не усматривает, соглашаясь в этой части с выводами суда первой инстанции.
Рассматривая вопрос о несправедливости назначенного осужденным наказания, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии исключительных обстоятельств, связанных с целью и мотивом совершенных осужденными преступлений, существенно уменьшающих степень его общественной опасности, и позволяющих назначить Даудову Б.А. наказание с учетом требований ст. ст. 64, 73 УК РФ.
При назначении Даудову Б.А. наказания судом в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ приняты во внимание все обстоятельства дела, тяжесть, характер и степень общественной опасности преступлений, положительная характеристика личности осужденного и социальная адаптация, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни семьи, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.
Смягчающими обстоятельствами на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ, признаны: состояние здоровья, в том числе перенесенная операция на сердце, наличие несовершеннолетнего сына, находящегося на иждивении осужденного, участие в боевых действиях, наличие ведомственных наград, положительные характеристики по месту службы и соболезнования родственникам погибшего, высказанные в последнем слове.
Отягчающих по делу обстоятельств судом не установлено, не усматривает таких оснований и судебная коллегия, учитывая, что факт нахождения Даудова Б.А. в состоянии алкогольного опьянения на момент ДТП не подтвержден, а непринятие мер по заглаживанию причиненного вреда не является таковым обстоятельством в соответствии со ст. 63 УК РФ.
Решая вопрос о виде и размере наказания, суд учёл все вышеприведённые обстоятельства, а также то, что каких-либо мер, направленных на заглаживание причиненного вреда, осужденным предпринято не было: данное обстоятельство подтвердил потерпевший К.Е.А., не доверять его показаниям оснований не имеется.
В силу положений ст. 60 УК РФ суд вправе при назначении наказания учитывать личность виновного и характер преступления, в связи с чем, не имеется оснований исключать то обстоятельство, что суд учёл особый статус осужденного, состоявшего в должности <данные изъяты> на момент совершения преступления.
Суд первой инстанции надлежащим образом мотивировал свое решение в части дополнительного вида наказания, с чем также соглашается судебная коллегия.
Назначенное Даудову Б.А. наказание не превышает установленного законом предела, является справедливым, соразмерным содеянному и соответствует личности осужденного, оснований для изменения вида наказания, его смягчения либо усиления, судебная коллегия не усматривает.
Все имеющие существенное значение для разрешения вопроса о виде и размере наказания обстоятельства по уголовному делу в отношении Даудова Б.А. исследованы и учтены, наказание и вид исправительного учреждения назначены в соответствии с требованиями ст. ст. 6-7, 43, 47, 58, 60-62 УК РФ.
Решение суда о зачете времени содержания Даудова Б.А. под стражей и домашним арестом соответствует требованиям ст. 72 УК РФ; вопрос об обеспечительных мерах и вещественных доказательствах разрешён в соответствии с требованиями закона.
Гражданские иски К.Е.А. и ФКУ "<данные изъяты>" правомерно оставлены без рассмотрения с разъяснением права на их удовлетворение в порядке гражданского судопроизводства.
Приговор суда первой инстанции является законным, обоснованным и справедливым. Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих безусловную отмену приговора, не установлено.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Приговор Октябрьского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 26 марта 2020 года, которым ДАУДОВ Б.А. осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ, оставить без изменения, апелляционные жалобы и апелляционное представление - без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 471 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Челябинск) путем подачи кассационных жалобы или представления через Октябрьский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
