Постановление Верховного Суда Удмуртской Республики от 11 июня 2020 года №22-819/2020

 
ВЕРХОВНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
 
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
 
от 11 июня 2020 года Дело N 22-819/2020
Верховный Суд Удмуртской Республики в составе:
председательствующего судьи Крыласова О.И.,
при помощнике судьи Стяжкиной Н.В.,
с участием: прокурора уголовно-судебного управления прокуратуры Удмуртской Республики Нургалиевой Г.Ф.,
потерпевшей, гражданского истца ГВИ,
представителей потерпевшей, гражданского истца - МРИ, ГАА,
защитника - адвоката Шиврина С.А., представившего удостоверение N и ордер N от ДД.ММ.ГГГГ,
рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению и дополнению к нему заместителя прокурора Первомайского района г. Ижевска Удмуртской Республики Аксенова Е.И., апелляционным жалобам потерпевшей, гражданского истца ГВИ и ее представителей МРИ, ГАА на приговор Первомайского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ, которым
Мартиросян ЛР, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <данные изъяты> не судимый,
осужден по ч. 1 ст. 109 УК РФ к 1 году исправительных работ с удержанием из заработной платы 5 % в доход государства.
На основании ст. 73 УК РФ наказание постановлено считать условным, с испытательным сроком 1 год, с возложением обязанностей: встать на учет и один раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, ведающий исполнением наказания по месту жительства, не менять места жительства без уведомления данного органа.
Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.
Постановлено исковые требования потерпевшей ГВИ удовлетворить частично, взыскать с Мартиросян ЛР в пользу ГВИ в счет компенсации морального вреда <данные изъяты> 000 рублей.
Разрешена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Крыласова О.И., выступление прокурора Нургалиевой Г.Ф., поддержавшей доводы апелляционного представления, потерпевшей, гражданского истца ГВИ и ее представителей МРИ и ГАА, поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение защитника - адвоката Шиврина С.А., просившего приговор оставить без изменения, а апелляционные представление и жалобы - без удовлетворения, суд апелляционной инстанции
установил:
Мартиросян Л.Р. признан виновным в причинении смерти по неосторожности.
Преступление совершено в период с ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Удмуртской Республики при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В судебном заседании Мартиросян Л.Р. свою вину признал.
В апелляционном представлении и дополнении к нему заместитель прокурора Первомайского района г. Ижевска Аксенов Е.И. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, несправедливости вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания. В обоснование своих доводов указывает, что в результате преступных действий Мартиросяна Л.Р. наступила смерть человека, никаких исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершения преступления, не имеется, мотивом преступления послужило отсутствие критики к своему поведению и нежелание решать конфликтные ситуации мирным путем, в связи с чем суду необходимо было назначить наказание в виде ограничения свободы. Отмечает, что в обоснование противоправного поведения потерпевшего судом приняты показания свидетеля КМН, вместе с тем данный свидетель при допросе в суде не указывала о причинах конфликта между подсудимым и погибшим, в связи с чем ссылка об этом на показания данного свидетеля подлежит исключению из приговора. Полагает, что на странице N приговора указано о предоставлении суду копии справки формы N от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой КАИ просил выдать паспорт (т. N), однако на данных страницах присутствует протокол допроса свидетеля КАИ, чьи показания в суде не оглашались, в связи с чем ссылка на копию данной справки также подлежит исключению из приговора. Просит приговор отменить.
В апелляционной жалобе потерпевшая, гражданский истец ГВИ выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением ее прав на доступ к правосудию и судебную защиту. В обоснование своих доводов указывает, что осужденный умышленно причинил потерпевшему тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и его действия должны быть квалифицированы по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Утверждает, что явка с повинной осужденного это лишь повод уйти от наказания за совершение им тяжкого преступления, которое совершено без видимой и понятной причины, при этом с места преступления он скрылся и его были вынуждены разыскивать. Выражает несогласие с видом и размером назначенного Мартиросяну Л.Р. наказания и размером компенсации морального вреда. Просит приговор отменить, возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.
В апелляционной жалобе представители потерпевшей, гражданского истца ГВИ - МРИ и ГАА выражают несогласие с приговором суда. В обоснование своих доводов указывают, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, суд первой инстанции существенно нарушил нормы УПК РФ и неправильно применил уголовный закон, приговор является несправедливым, выявлены обстоятельства, указанные в ч. 1 и п. 1 ч. 1.2 ст. 237 УПК РФ, нарушены конституционные права потерпевшей при определении размера компенсации морального вреда. Приводя содержание показаний осужденного, свидетелей ГПГ и КАА, указывают, что выводы суда о том, что удары рукой, повлекшие падение потерпевшего нанес именно подсудимый, что удары не причинили тяжкого вреда здоровью, что смерть потерпевшего наступила в результате падения, что после двух ударов подсудимого рукой в область лица КАИ последний упал, ударившись головой и иными частями тела о бетонное напольное покрытие, не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании. При этом считают, что смерть КАИ наступила от удара кулаком в височную область, что повлекло образование у него ОЧМТ и смерть, после удара потерпевший упал на спину и ударился затылком. Полагают, что суд не учел показания свидетелей о том, что потерпевший ударился затылком и что сведения о гематоме в карте вызова скорой помощи и результаты МРТ об образовании гематомы на затылке, исключают падение КАИ на височную область и ее повреждение в виде ОЧМТ в результате удара о напольное покрытие. Обращают внимание, что судом в приговоре не указано, по каким основаниям он взял за основу показания Мартиросян ЛР о двух пощечинах, нанесенных КАИ за его противоправное поведение, что подтвердил свидетель ААС и отверг показания свидетелей ГПГ и ЧГЭ, опровергающие данные обстоятельства. Утверждают, что не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании выводы суда о противоправном поведении КАИ в отношении Мартиросян ЛР, что последний в сравнении с КАИ никакими боевыми искусствами и специальными навыками не владел и посторонних предметов для нанесения ударов не использовал, что эксперт Г. является высококвалифицированным специалистом и его выводы научно обоснованы и полностью согласуются с другими материалами дела. Фактически ставят под сомнение заключение эксперта, считая, что его вывод о возможности образования ОЧМТ в виде перелома левой височной кости в результате падения КАИ на неограниченную контактирующую плоскость не может соответствовать обстоятельствам об ударе последнего затылком при падении. Настаивая о нарушении прав потерпевшего на государственную защиту и доступ к правосудию, выражают несогласие с отказом суда в проведении комиссионной судебной экспертизы, в возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в связи с наличием оснований для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ и противоречиями в обвинительном заключении относительно данных о времени совершения преступления, а также постановлением следователя М А.В. о передаче сообщения о преступлении ААС по подследственности в ОП N, что исключило квалификацию действий Мартиросян ЛР, как совершенных группой лиц. Оспаривают размер компенсации морального вреда. Отмечают, что в выданной копии приговора отсутствует оригинальная подпись судьи. Просят приговор отменить, возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.
В возражениях на апелляционные жалобы защитник осужденного - адвокат Шиврин С.А. выражает несогласие с ними, считает, что никаких нарушений уголовного, уголовно-процессуального закона не допущено, действия осужденного судом квалифицированы правильно, гражданский иск разрешен в соответствии с законом, просит оставить их без удовлетворения.
Проверив материалы дела, выслушав мнение участников уголовного судопроизводства, оценив доводы апелляционных представления и жалоб, дополнений к ним, суд апелляционной инстанции считает приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.
Вывод суда первой инстанции о виновности Мартиросяна Д.Р. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ полностью подтвержден исследованными доказательствами, которые приведены в приговоре суда, в том числе показаниями потерпевшей ГВИ, свидетелей КАИ, ГПГ, ПВА, КАА, МЛВ, ААС, ВВН, КМН, ГСА, ЧГЭ, КАА, М А.В., эксперта ГЭА, протоколами осмотров места происшествия, выемки, осмотра предметов, заключениями экспертов, рапортами сотрудников полиции, картой вызова скорой медицинской помощи, а также другими доказательствами, перечень и анализ которых подробно изложены в приговоре.
Доказательства, положенные в основу приговора получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, проверены судом первой инстанции путем сопоставления их с другими доказательствами согласно положениям ст. 87 УПК РФ, каждое доказательство оценено с точки зрения относимости, допустимости и достоверности в соответствии с правилами, установленными ст. 88 УПК РФ.
Суд апелляционной инстанции не находит оснований ставить под сомнение данную судом оценку указанных выше доказательств, отмечая, что каких-либо существенных противоречий, не устраненных судом, свидетельствующих бы об их недостоверности, в материалах дела не имеется.
Доказательства, на которых основаны выводы суда непосредственно исследованы в ходе судебного разбирательства, в достаточной для этого степени подробно мотивированы и не содержат взаимоисключающих сведений относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.
Суд в соответствии с требованиями закона привел в приговоре не только доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осужденного, но и раскрыл их содержание и существо сведений, содержащихся в них.
Все обстоятельства, которые могли повлиять на выводы суда, учтены.
Данных, свидетельствующих об одностороннем судебном следствии в деле не имеется.
В ходе судебного рассмотрения принципы судопроизводства, в том числе и указанные в ст. ст. 14 и 15 УПК РФ - состязательности и равноправия сторон, презумпции невиновности, судом были соблюдены, предвзятого отношения к той или иной стороне протокол судебного заседания не содержит.
Условия, необходимые для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, председательствующим по делу были созданы, сторонам было обеспечено процессуальное равенство, право по представлению и исследованию доказательств.
Согласно протоколу судебного заседания, судебное разбирательство проведено с участием подсудимого, все доводы участников процесса в судебном заседании были проверены и получили соответствующую оценку в приговоре суда, все заявленные сторонами ходатайства рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, обоснованные ходатайства участников судопроизводства как со стороны обвинения, так и со стороны защиты председательствующим судьей удовлетворялись, а в случае отказа в их удовлетворении, принимались обоснованные и мотивированные решения, правильность которых сомнений не вызывает.
Требования УПК РФ к составлению приговора судом полностью соблюдены.
Причин, которые бы указывали на заинтересованность свидетелей в оговоре осужденного, судом не установлено. Все они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания относительно фактических обстоятельств дела последовательны, согласуются между собой. Существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, в том числе ссылка на которые имеется в апелляционных жалобах, не имеется, они объективно подтверждены иными доказательствами, изложенными в приговоре.
Отдельные неточности и противоречия в показаниях допрошенных по делу лиц в судебном заседании устранялись в установленном законом порядке путем оглашения ранее данных ими показаний в порядке ст. 281 УПК РФ, что согласуется с положениями уголовно-процессуального закона.
Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, были предметом тщательного рассмотрения судом первой инстанции, своего подтверждения не нашли, поэтому обоснованно, с приведением убедительных мотивов, отвергнуты как несостоятельные.
Судом в том числе были проверены доводы потерпевшей и ее представителей о том, что смерть потерпевшего наступила не от падения в результате ударов осужденного, а от его удара потерпевшему кулаком в височную часть головы, что повлекло образование у него открытой черепно- мозговой травмы, от чего он упал на спину и ударился затылком.
Так, судом установлено, что Мартиросян Л.Р., в ходе конфликта, возникшего на почве личных неприязненных отношении, осознавая противоправный характер и общественную опасность своих действий, не предвидев возможности наступления от своих действий общественно опасных последствий в виде смерти КАИ, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог их предвидеть, умышленно нанес не менее двух ударов рукой в область лица КАИ, в результате чего он упал ударившись головой и другими частями тела о бетонное напольное покрытие и получил телесные повреждения характера открытой черепно-мозговой травмы в виде перелома левой височной кости с переходом на среднюю черепную ямку слева, малое крыло клиновидной кости и глазничный отросток лобной кости слева, острой субдуральной гематомы над правым полушарием головного мозга, контузионно-геморрагического очага в правом полушарии большого мозга, крупноочагового кровоизлияния в левой височной мышце, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.
Данные обстоятельства подтверждаются как показаниями самого осужденного, так и показаниями свидетелей, заключениями экспертиз и иными материалами дела.
Так, из показаний Мартиросяна Л.Р., допрошенного на стадии предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого следует, что в ответ на оскорбления, которые были высказаны в его адрес со стороны потерпевшего он нанес ему один удар ладонью руки по лицу слева, потом еще один удар ладонью руки по лицу с правой стороны, от чего он пошатнулся и упал спиной на площадку, выложенную брусчаткой.
Свидетель ГПГ суду показал, что осужденный ударил кулаком Караваеву в лицо, потом его ударил второй мужчина, а третий удар по лицу в нос снова нанес Мартиросян. От третьего удара К. упал и ударился головой о плитку.
Данные показания подозреваемый Мартиросян Л.Р. и свидетель ГПГ подтвердили в ходе проверки показаний на месте.
Свидетель ААС суду показал, что успокаивая потерпевшего он нанес ему пощечину ладошкой по щеке, от чего он не падал и продолжал ругаться.
Свидетель ПВА, лечащий врач потерпевшего, суду показал, что наличие телесных повреждений у него не помнит.
Свидетель КАА, врач скорой помощи, суду показал, что у потерпевшего была субдуральная гематома на затылке, если бы были какие-то повреждения в области лица, то это было бы обязательно зафиксировано в карте вызова.
В соответствии с картой вызова скорой медицинской помощи, КАИ поставлен диагноз: открытая черепно-мозговая травма, перелом основания черепа, субдуральная гематома.
При осмотре трупа КАИ следов телесных повреждений наружным осмотром у него не выявлено.
Согласно заключения судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ при экспертизе трупа КАИ обнаружена открытая черепно-мозговая травма в виде перелома левой височной кости с переходом на среднюю черепную ямку слева, малое крыло клиновидной кости и глазничный отросток лобной кости слева, острой субдуральной гематомы над правым полушарием головного мозга, контузионно-геморрагического очага в правом полушарии большого мозга, крупноочагового кровоизлияния в левой височной мышце. Смерть КАИ наступила от открытой черепно-мозговой травмы, осложнившейся отеком и дислокацией головного мозга, она образовалась от однократного травмирующего воздействия (удара) тупого предмета с неограниченной поверхностью, в т.ч. не исключено ее образование при падении из вертикального положения на плоскость, с зоной травмирующего воздействия в височной области слева, причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти КАИ Обстоятельства, указанные Мартиросяном Л.Р. не противоречат результатам экспертизы трупа КАИ
Из заключения дополнительной судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что обстоятельства, указанные в ходе проверки показаний на месте Мартиросяном Л.Р. и ГПГ, в ходе допроса в качестве подозреваемого и обвиняемого Мартиросяна Л.Р., в ходе допроса свидетеля ГПГ относительно зоны травмирующего воздействия, не противоречат результатам экспертизы трупа.
Допрошенная в качестве эксперта ГЭА подтвердила выводы экспертизы, пояснив, что кровоподтеков в области челюсти и ссадин в области переносицы у Караваева не было, при ударе в переносицу и челюсть, имеющаяся у Караваева черепно-мозговая травма образоваться не могла, гематомы на затылке у него обнаружено не было, а был отек мягких тканей в затылочной области, который за 4 суток мог спать, кости своды черепа, лицевого скелета, хрящи носа и ушных раковин у него были целы, что подтверждается и сведениями из медицинской карты потерпевшего с рентгенологическим исследованием, МРТ головного мозга, протоколом операции.
Заключения экспертиз, положенные судом в основу приговора, обоснованно признаны в качестве допустимых доказательств, поскольку все они полностью отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, а также Федеральному Закону "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ". Экспертизы проведены экспертом, имеющим стаж работы по специальности, указанной в них, он предупреждался об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, его квалификация сомнений не вызывает. Выводы эксперта являются ясными, понятными, научно обоснованными и убедительно аргументированными, противоречий не содержат, а также подтверждаются иными медицинскими документами.
При этом показания свидетеля ГПГ о нанесении осужденным двух ударов потерпевшему кулаком в лицо в область челюсти и носа, сведения о наличии у потерпевшего гематомы на затылочной области не ставят под сомнение выводы и решение суда о виновности Мартиросяна Л.Р.
Учитывая это, суд правильно отказал потерпевшей и ее представителям в назначении повторной судебно-медицинской экспертизы.
Не имелось у суда никаких оснований и для назначения судебно-криминалистической видео-технической экспертизы.
Тот факт, что Мартиросян Л.Р. уехал с места преступления на правильность применения уголовного закона не влияет.
Доводы потерпевшей и ее представителей о том, что суду первой инстанции надлежало уголовное дело вернуть прокурору, в том числе для предъявления Мартиросяну Л.Р. более тяжкого обвинения, поскольку его действия, как они указывают, должны быть квалифицированы по ч. 4 ч. 111 УК РФ, совершенные группой лиц, не основаны на требованиях закона.
Действительно, в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления, либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.
В данном случае, обстоятельств, которые могли бы служить основанием для возвращения уголовного дела прокурору с целью предъявления Мартиросян ЛР более тяжкого обвинения, о котором указывает потерпевшая и ее представители, судом обоснованно не установлено.
Изложенные в обвинительном заключении обстоятельства инкриминируемого Мартиросяну Л.Р. деяния, установленные судом фактические обстоятельства, не свидетельствуют о наличии оснований для квалификации его действий по более тяжкому закону - как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенные группой лиц, повлекшие по неосторожности смерть потерпевшего.
Исследованные судом доказательства не подтверждают доводы потерпевшей и ее представителей по поводу указанной ими версии событий, в связи с чем, оснований для возврата дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ по данным основаниям не имелось.
Не являются основанием для возвращения уголовного дела и доводы апелляционных жалоб о том, что в обвинительном заключении время совершения противоправных действий Мартиросяна Л.Р. указано в период до <данные изъяты> часа, а согласно видеозаписи с камеры наблюдения конфликт произошел после <данные изъяты> мин.
Обвинительное заключение по делу составлено в полном соответствии с положениями ст. 220 УПК РФ, в нем указано в том числе существо обвинения, место и время его совершения, способ, мотив, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для дела.
Как следует из протокола осмотра диска, на который ссылается сторона защиты, конфликт потерпевшего и осужденного в объективы камер видеонаблюдения не попадает, в нем лишь зафиксировано, что на месте конфликта после <данные изъяты> часа находятся мужчины, в том числе один из них Мартиросян Л.Р.
Кроме того, согласно карты вызова скорой помощи, вызов от неизвестного в кафе "<адрес>" поступил в <данные изъяты> мин. выезд уже был осуществлен.
Не имеют под собой достаточных оснований и несогласие представителей потерпевшей с выводами суда: о противоправном поведении КАИ в отношении Мартиросяна Л.Р., что последний в сравнении с КАИ никакими боевыми искусствами и специальными навыками не владел и посторонних предметов для нанесения ударов не использовал, что эксперт Г. является высококвалифицированным специалистом и его выводы научно обоснованы и полностью согласуются с другими материалами дела, поскольку данные обстоятельства подтверждаются исследованными материалами дела.
Оценка законности вынесения старшим следователем СО по <адрес> СУ СК России по Удмуртской <адрес> А.В. постановления о передаче сообщения о преступлении по подследственности по факту нанесения ударом ААС в область лица КАИ, предметом рассмотрения по настоящему уголовному делу не является.
Утверждение апелляционной жалобы о том, что в копии приговора отсутствует оригинальная подпись судьи, основанием для отмены приговора не служит. Приговор в материалах дела председательствующим судей Назаровой О.М. подписан.
Доводы апелляционного представления о необходимости исключения из приговора ссылки на копию справки формы N КАИ от ДД.ММ.ГГГГ являются необоснованными, поскольку данный документ, содержащийся в N судом был исследован, ссылка же в приговоре на то, что он содержится в т. N является явной технической опиской, которая очевидна и сомнений не вызывает.
Вопрос о психическом состоянии Мартиросяна Л.Р. исследован судом с достаточной полнотой. Выводы суда о его вменяемости основаны на материалах дела.
С учетом этого, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что суд первой инстанции правильно установив фактические обстоятельства по делу, оценив представленные доказательства, как стороной обвинения, так и стороной защиты, дал им надлежащую юридическую оценку и верно квалифицировал действия осужденного Мартиросяна Л.Р. по ч. 1 ст. 109 УК РФ. Оснований для иной квалификации его действий не имеется.
При назначении Мартиросяну Л.Р. наказания суд, исходя из положений ст. ст. 6, 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о его личности, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, желание добровольно возместить моральный вред, причиненный в результате преступления (потерпевшая отказалась принять компенсацию морального вреда).
При этом судом было учтено, что Мартиросян Л.Р. ранее не судим, к административной ответственности не привлекался, на учете у психиатра и нарколога не состоит, по месту жительства и работы характеризуется положительно.
Обстоятельствами, смягчающими наказание Мартиросяна Л.Р. судом обоснованно признаны явка с повинной, признание вины и раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления, принесение извинений в ходе судебного заседания, состояние здоровья.
Учитывая указанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о необходимости назначения осужденному наказания в виде исправительных работ, с применением ст. 73 УК РФ.
Не согласиться с данными выводами у суда апелляционной инстанции оснований не имеется, поскольку они соответствуют закону, надлежащим образом аргументированы, убедительны и признаются верными.
Каких-либо исключительных обстоятельств, позволяющих назначить осужденному более мягкое наказание, в том числе с применением ст. 64 УК РФ, а также оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ судом первой инстанции не установлено.
Данный вывод суд мотивировал в соответствии с требованиями закона, не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.
С учетом изложенного, вопреки доводам апелляционных представления и жалоб, назначенное осужденному наказание является справедливым и соразмерным содеянному, соответствует общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечает задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.
Потерпевшей ГВИ заявлен гражданский иск о взыскании с Мартиросяна Л.Р. компенсации морального вреда в сумме <данные изъяты> 000 рублей.
Осужденный Мартиросян Л.Р. исковые требования признал частично, в сумме <данные изъяты> 000 рублей.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, гражданский иск потерпевшей ГВИ разрешен судом в соответствии с нормами материального и процессуального права, решение по нему надлежащим образом мотивировано.
При определении размера компенсации морального вреда суд, руководствовался ст. ст. 151, 1101 ГК РФ и в полной мере учел конкретные обстоятельства дела, характер причиненных потерпевшей нравственных страданий, связанных с утратой родного брата и психологическим стрессом в связи с этим, требования разумности и справедливости, и обоснованно взыскал с осужденного 200 000 рублей в пользу потерпевшей ГВИ
Вместе с тем приговор подлежит изменению.
Согласно описательно-мотивировочной части приговора суд установил, что поводом для совершения преступления было противоправное поведение потерпевшего, что подтверждается в том числе показаниями свидетеля КМН, согласно которым КАИ вел себя агрессивно, оскорблял лиц кавказской национальности, в связи с чем оно признано смягчающим наказание обстоятельством.
Однако, как следует из показаний свидетеля КМН, данных ей в судебном заседании и на стадии предварительного следствия, она не показывала о том, что КАИ вел себя агрессивно и оскорблял лиц кавказской национальности.
В связи с этим, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора при признании смягчающего наказание обстоятельства - противоправное поведение потерпевшего, ссылку на показания свидетеля КМН
Иных, кроме указанных выше, нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора суда по делу не установлено, в остальной части приговор является законным, обоснованным и справедливым.
С учетом этого, суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами апелляционных жалоб и не находит оснований для их удовлетворения.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
постановил:
приговор Первомайского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Мартиросяна Л.Р изменить.
Исключить из описательно-мотивировочной части приговора при признании смягчающего наказание обстоятельства - противоправное поведение потерпевшего, ссылку на показания свидетеля КМН
В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление и дополнение к нему заместителя прокурора Первомайского района г. Ижевска Удмуртской Республики Аксенова Е.И., апелляционные жалобы потерпевшей, гражданского истца ГВИ и ее представителей МРИ и ГАА - без удовлетворения.
Председательствующий О.И. Крыласов
Копия верна:
Судья Верховного Суда
Удмуртской Республики О.И. Крыласов


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка