Дата принятия: 10 декабря 2020г.
Номер документа: 22-7960/2020
МОСКОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 10 декабря 2020 года Дело N 22-7960/2020
от 10 декабря 2020 г.
г.Красногорск Московской области
Московский областной суд в составе: председательствующего судьи Филимоновой О.Г.,
с участием прокурора Неумойчева В.Н.,
оправданного З.,
защитника-адвоката Запоточного И.В.,
при помощнике судьи Павлове С.И.,
рассмотрел в судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению помощника Подольского городского прокурора Петряковой Т.Г. на приговор <данные изъяты> года, которым
З., <данные изъяты>
оправдан по ст.245 ч.2 УК РФ на основании п.2 ч.1 ст.24 УК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления.
Доложив доводы апелляционного представления, существо принятого решения, выслушав мнение и объяснения участников процесса, суд апелляционной инстанции
установил:
З. оправдан по обвинению в совершении жестокого обращения с животным в целях причинения ему боли и страданий, повлекшем его гибель, с применением садистских методов.
В апелляционном представлении ставится вопрос об отмене оправдательного приговора и направлении дела на новое рассмотрение из-за несоответствия выводов, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела,
Так, согласно приговору суда, З. предприняв меры к установке ветхого забора вокруг территории земельного участка, расположенного в <данные изъяты> установил силок - петлю на месте расположения прохода в заборе, для ловли бездомных собак, проникающих на его территорию, в которую и попалась собака, метис овчарки. Из-за агрессивного поведения животного, находящегося в петле, З. не мог ее освободить, поэтому опасаясь за свою безопасность и своей семьи, бросил вилы в сторону собаки, чтобы она успокоилась. Таким образом, действия З. были обусловлены поведением собаки, при этом он находился на своем земельном участке, общественный порядок не нарушал, не выражал явное неуважение к обществу и не стремился извлечь материальную выгоду для себя.
С вышеуказанными выводами суда первой инстанции автор представления не согласна, поскольку выводы суда не подтверждаются доказательствами, представленными и рассмотренными в судебном заседании. Как усматривается из материалов уголовного, З. при сложившихся обстоятельствах, ввиду того, что на его участок проникали бездомные собаки, не предпринял мер к установке забора, огораживающего его участок, вместо этого, он <данные изъяты> года в месте отсутствия профильного листа от забора, установил ловчую петлю, которая согласно Федеральному закону от 24 июля 2009 г. N 209-ФЗ "Об охоте и сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты" и Федеральному закону от 14 марта 1995 г. N 33-ФЗ "Об особо охраняемых природных территориях", является запрещенным способом отлова некоторых животных, в которую и попалась собака.
З. обнаружил собаку в петле около <данные изъяты> года, однако, вместо того, чтобы помочь освободиться собаке из петли, или хотя бы позвонить в соответствующую службу и вызвать сотрудников по отлову бродячих собак, чтобы они забрали ее, уехал на охоту, с которой вернулся около <данные изъяты> часов. Таким образом, пойманная в ловчую петлю собака, продолжительное время находилась без воды и еды, кроме того, любые действия по освобождению из петли приводили к удушающим действиям, вследствие чего собака вынуждена была практически висеть на петле и не двигаться, чтобы не задушить себя, соответственно никакой опасности ни для З., ни для других людей не представляла. Считает, что выводы суда первой инстанции и доводы З. в этой части опровергаются объективными материалами уголовного дела.
Далее, не зная, что делать с попавшейся в петлю собакой, З., взял вилы и нанес ими удар в область жизненно-важного органа - головы собаки, понимая, что причиняет собаки физическую боль и страдания. После чего, оставил собаку висеть в петле с пробитой головой и истекающей кровью. Автор представления считает, что налицо объективная сторона преступления, предусмотренного п. "в" ч. 2 ст. 245 УК РФ, выразившаяся в жестоком обращении с животными. Свидетели обвинения З., Р. подтвердили, что <данные изъяты> года, проезжая по <данные изъяты>, увидели в петле задыхающуюся собаку, которая лежала около забора и не двигалась. Около собаки, в районе головы, находилась кровь, рядом валялись вилы. Голова собаки была пробита. При этом З. пояснил им, что это он поймал собаку в петлю и нанес удар вилами по голове, поскольку собака воровала находящихся на участке кур. Впоследствии, от противоправных действий З. собака умерла в ветеринарной клинике, несмотря на предпринятое ветеринарными врачами лечение. На основании вышеизложенного автор представления считает, что З. осознавал, что подвергает собаку жестокому обращению, причиняет ей физическую боль и страдания, кроме этого, предвидел возможность и неизбежность ее гибели или увечья и желал наступления данных последствий, поскольку оставил на длительное время без воды и пищи, в ловчей петли, сковывающие движение собаки, причинил телесные повреждения в область головы, не совместимые с жизнью, от которых собака продолжительное время умирала в агонии и мучении, не предпринял мер к оказанию медицинской помощи, не вызвал соответствующие службы, что свидетельствует о наличии субъективной стороны преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ. Таким образом, действия З. по мнению автора представления подлежат квалификации по <данные изъяты> УК РФ, и ему должно быть назначено наказание в пределах санкции указанной статьи.
Просит оправдательный приговор <данные изъяты> года в отношении З. отменить в связи с неправильным применением уголовного закона. квалифицировать действия З. по <данные изъяты> УК РФ как жестокое обращение с животными в целях причинения ему боли и страдания с применением садистских методов и назначить наказание в пределах санкции указанной статьи УК РФ.
Заслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции считает приговор законным и обоснованным.
Согласно ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.
На основании п. 1 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения уголовного дела вправе принять решение об оставлении приговора или иного решения суда первой инстанции без изменения, а жалобы или представления - без удовлетворения.
Уголовное дело поступило в суд с обвинительным заключением, согласно которому З. обвинялся в том, что он в точно неустановленное следствием время, но до <данные изъяты>, находясь по месту жительства в домовладении, расположенном на участке <данные изъяты>, имея умысел на жестокое обращение с животным с применением к нему садистских методов, с целью причинения боли и страданий бездомной собаке, ранее неоднократно проникавшей к нему, З., на территорию указанного участка через отверстие в заборе, умышленно не загородил указанное отверстие и самостоятельно изготовил из троса диаметром 0.2 см самодельную петлю-удавку, которую в целях реализации своего преступного умысла, в точно неустановленное следствием время, но до <данные изъяты> натянул на доски, расположенные вблизи вышеуказанного отверстия в заборе, а второй конец троса, из которого и состоит вышеуказанная петля-удавка, закрепил на бетонном столбе, расположенном на участке. Установив петлю-удавку, он стал ожидать поимки собаки.
Так, З., <данные изъяты>, обнаружил, что в установленную им петлю-удавку, попала бездомная собака породы метис, которая производя активные действия пыталась выбраться из нее, удушая себя ею, испытывая при этом физическую боль и страдания. Таким образом, З. во исполнение своего преступного умысла, направленного на причинение собаке физической боли и страданий, применил садистские методы в виде удушения. От этого он получал удовольствие, поскольку не помог вышеуказанной собаке выбраться из петли-удавки, не вызвал соответствующую службу по отлову бездомных животных, не сообщил о происходящем в иные государственные органы с целью оказания помощи в ее освобождении, и не давая собаке еды и воды, наблюдал за происходящим. При этом, З., отчетливо осознавая, что из-за физической боли от воздействия петли-удавки, которая стягивалась на шее собаки сильнее в результате ее активных действий по освобождению и может привести к наступлению смерти животного, оставил вышеуказанную собаку в петле, применяя к ней особые садистские методы в виде мучительного умерщвления.
<данные изъяты> З., наблюдая за мучениями собаки от воздействия на ее шею петли-удавки, не давая ей еды и воды, продолжая свой преступный умысел, направленный на жестокое обращение с животным в целях причинения ему боли и страданий, вновь игнорируя принципы общечеловеческой морали и гуманного обращения с животными, получая удовольствие от того, что животное продолжительное время мучается и не может освободиться самостоятельно, предвидя причинение гибели животного, и сознательно желая этого, применяя садистские методы, нанес один удар садовыми вилами в область головы собаки, от чего животное испытало мучительные боли и от полученных ранений, причиненных З., стало медленно умирать, находясь в вышеуказанной петле-удавке, при этом он не оказал собаке помощь и наблюдал за происходящим.
Своими преступными действиями он, З., применяя садистские методы в виде мучительного умерщвления, причинил собаке физическую боль, особые страдания и телесные повреждения в виде: колото-ушибленной раны головы <данные изъяты> - несквозная проникающая рана с входным отверстием (диаметром 0,2 мм) в области лобной кости слева, с последующим разрывом мышечных волокон, оскольчатым переломом левой лобной кости и повреждением оболочек и ткани головного мозга, рана головы N 2 - несквозная проникающая рана с входным отверстием (диаметром 0,2 мм) в области лобной кости справа, с последующим разрывом мышечных волокон, ушибленной травмы головы - отека и обширных кровоизлияний в мягкие ткани в области решетчатой, лобной и затылочных костей, механической закрытой травмы шеи с обширными кровоизлияниями в мягкие ткани в области нижней челюсти и гортани, закрытой механической травмы - вывиха левого локтевого сустава с обширными кровоизлияниями в мягкие ткани в области левой передней конечности, вследствие чего, несмотря на оказание животному квалифицированной медицинской помощи, собака погибла от полученных в результате преступных действий З. телесных повреждений.
В обоснование предъявленного обвинения государственным обвинителем представлены доказательства: показания свидетелей Б., Р., З., О. и других, -заявление о преступлении <данные изъяты>, согласно которому свидетель Б. просит привлечь З., проживающего в <данные изъяты> который <данные изъяты> года из хулиганских побуждений с применением садистских методов причинил увечье собаке (бездомному животному), протокол осмотра места происшествия от <данные изъяты> протокол осмотра вил и металлического троса, протокол осмотра фото и видео файлов с места происшествия, заключение судебной ветеринарной экспертизы <данные изъяты> и другие.
Суд их тщательно исследовал, проанализировал и пришел к выводу о том, что представленные органами следствия доказательства не подтверждают виновность З. в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ, поскольку ни одно из вышеуказанных доказательств не подтверждает наличие в действиях З. субъективной стороны состава данного преступления, З. был оправдан в совершении указанного преступления в связи с отсутствием состава преступления.
При оценке показаний свидетелей Р., З., являющихся ловцами животных, свидетелей М., В., Щ., Й., Е., Г., суд указал, что данные доказательства подтверждают событие произошедшего, которое никем не оспаривается, но не подтверждают виновность З. в совершении указанного преступления.
Согласно заключению судебной ветеринарной экспертизы повреждения, установленные у собаки, от которых и наступила ее смерть, были образованы от колющего предмета, имеющего два острых конца, коим являются вилы, иных повреждений установлено не было, а вывих мог образоваться от нахождения и движения собаки в петле. Суд первой инстанции установил в ходе судебного разбирательства, что удар был один с одновременным образованием этих двух повреждений на голове собаки, что, по мнению суда, свидетельствует о том, что З. не наносил многочисленных ударов собаке вилами, и у него не было умысла на причинение боли и страданий животному, а глубина повреждений, составляющая всего 2 мм не свидетельствует о том, что удары З. наносились со всей силой. Принимая во внимание длину зубцов вил, составляющую 20,5 см, количество и массивность ударов, суд обоснованно пришел к выводу о том, что З. не применялись садистские методы в отношении животного, и у него не было умысла на причинение страдания и боли животному.
По смыслу этого закона - <данные изъяты> УК РФ, под жестоким обращением с животным, повлекшим за собой его гибель, с применением садистских методов понимается мучительный способ умерщвления животного, в том числе и ради желания видеть его мучения.
Судом установлено, что З. проживал с семьей на дачном участке в <данные изъяты> занимался разведением домашней птицы, в том числе дорогостоящих кур. На его участок стали проникать бродячие собаки, отловом которых никто не занимался, которые уничтожали его домашнюю птицу и причиняли ему существенный вред. Он пытался в целях сохранности домашней птицы перенести их в другое место, парник, однако к положительному результату это не привело, собаки все равно проникали на участок, у З. были серьезные основания опасаться бездомных агрессивных животных, в том числе и за жизнь и здоровье членов своей семьи. Предприняв возможные меры к ограждению, а также поимке непрошенных животных, им был установлен силок - петля на место расположения прохода в заборе, в который попалась данная собака. Также установлено, что это была взрослая собака, метис овчарки, которая была агрессивна и создавала опасность. З. хотел, но не мог ее освободить из-за ее агрессивного поведения, поскольку считал, что у нее имелись признаки бешенства. Он, опасаясь за свою безопасность и безопасность членов своей семьи, желая нейтрализовать угрозу в виде агрессивного животного, бросил вилы в ее сторону, иных действий, направленных на причинение боли и страданий данному животному, не предпринимал, не затягивал петлю на ее шее.
Суд первой инстанции установил, что в действиях З. отсутствовал умысел на жестокое обращение с животным с целью причинения ему боли и (или) страданий, придя к выводу, что З. установил петлю на своем заборе с целью поимки собаки для предотвращения уничтожения домашней птицы. Тот факт, что на теле собаки обнаружены механические повреждения, свидетельствуют о том, что она пыталась освободиться от петли.
При таких обстоятельствах вывод суда об отсутствии в действиях З. состава инкриминируемого преступления суд апелляционной инстанции признает соответствующим фактическим обстоятельствам дела, оснований для удовлетворения доводов апелляционного представления не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20,, 389.28, суд апелляционной инстанции
постановил:
Приговор <данные изъяты> года в отношении З. оставить без изменения, апелляционное представление без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке.
Председательствующий
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
