Дата принятия: 17 декабря 2020г.
Номер документа: 22-7585/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ КРАСНОЯРСКОГО КРАЕВОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 17 декабря 2020 года Дело N 22-7585/2020
Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе:
председательствующего судьи Дроздовой Л.В.,
судей: Цыбули Ю.Н., Шарабаевой Е.В.,
при секретаре помощнике судьи Булдаковой О.К.,
с участием прокурора Красиковой Ю.Г.,
осуждённого Агибалова И.В. и его защитника адвоката Дробушевского П.А., участвовавших посредством видеоконференцсвязи,
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осуждённого Агибалова И.В. на постановление Норильского городского суда Красноярского края от 22 апреля 2020 года, которым частично удовлетворены замечания на протокол судебного заседания; по апелляционным жалобам осужденного Агибалова И.В., по апелляционному представлению и.о. заместителя прокурора г. Норильска Красноярского края Поломко Ф.А. на приговор Норильского городского суда Красноярского края от 4 февраля 2020 года, которым
Агибалов <данные изъяты>, родившийся <дата> в <адрес> <данные изъяты>, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, судимый:
1) 06.09.2018 года по ч.1 ст. 204.2 УК РФ (17 преступлений), ч.2 ст. 69 УК РФ к 150 часам обязательных работ, наказание отбыто 25.12.2019 года;
2) 30.10.2018 года по ч.1 ст.119 УК РФ к обязательным работам сроком 120 часов, на основании ч.5 ст. 69 УК РФ по совокупности с приговором от 06.09.2018 года к 250 часам обязательных работ, наказание отбыто 25.12.2019 года;
3) 25.03.2019 года по ст.116.1 УК РФ к штрафу в размере 7000 рублей, штраф не оплачен;
осужден
по ч.2 ст.162 УК РФ 4 годам лишения свободы,
в соответствии с ч.5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем полного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору от 30.10.2018 года и от 25.03.2019 года 4 годам 15 дням лишения свободы со штрафом в размере 7000 рублей в исправительной колонии общего режима.
Заслушав доклад судьи краевого суда Дроздовой Л.В. по материалам уголовного дела, доводам апелляционного представления, апелляционных жалоб и возражений, мнение прокурора краевой прокуратуры Красиковой Ю.Г., просившей изменить приговор по доводам апелляционного представления и возражавшей против доводов апелляционных жалоб, мнения осужденного Агибалова И.В. и его защитника - адвоката Дробушевского П.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб и возражавших против удовлетворения доводов апелляционного представления, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Агибалов И.В. осужден за нападение в целях хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия опасного для жизни и здоровья, и с угрозой применения такого насилия, с применением предметов, используемых в качестве оружия, совершенное в отношении Потерпевший N 1
Преступление совершено в период времени с 21 часа 50 минут до 22 часов 10 минут <дата> в <адрес> края, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционном представлении и.о. заместителя прокурора г.Норильска Красноярского края Поломко Ф.А. ставится вопрос об изменении приговора вследствие неправильного применения уголовного закона и несправедливости назначенного наказания в связи с его чрезмерной мягкостью. Апелляционное представление мотивировано тем, что суд первой инстанции в нарушение ч.5 ст.69 УК РФ при назначении окончательного наказания путем полного сложения назначенных наказаний по совокупности с приговорами от 25 марта 2019 года и 30 октября 2018 года, сложил назначенное наказание лишь с преступлением, предусмотренным ч.1 ст.119 УК РФ по приговору от 30 октября 2018 года, а не в целом с наказанием по приговору от 30 октября 2018 года. Просит приговор суда изменить, назначить Агибалову окончательное наказание по правилам ч.5 ст. 69 УК РФ путем полного сложения назначенного наказания с наказанием, назначенным по приговору от 30.10.2018 года в виде лишения свободы сроком 4 года 1 месяц 1 день в исправительной колонии общего режима со штрафом в размере 7 000 рублей. Зачесть в окончательное наказание виде лишения свободы наказание в виде 250 часов обязательных работ, отбытое по приговору суда от 30.10.2018 года, из расчета один день лишения свободы за 8 часов обязательных работ.
В апелляционной жалобе основной и дополнительных осужденный Агибалов И.В. просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор, указывая, что его вина не доказана, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, доказательства положенные в основу приговора получены с нарушением уголовного процессуального закона; судом нарушены принципы презумпции невиновности и состязательности сторон; суд необоснованно отказал в проведении предварительного слушания; его действия неверно квалифицированы, угроз и насилия он не применял; показания потерпевшей Потерпевший N 1, свидетелей ФИО12 Свидетель N 3, Свидетель N 3 и ФИО14 полученные в ходе судебного следствия и предварительного расследования, являются непоследовательными, противоречивыми, потерпевшая и свидетели его оговаривают, их показания являются недопустимыми доказательствами; факт нанесения вреда здоровью потерпевшей Потерпевший N 1, факт использования кабеля, обогревателя в качестве оружия не установлены; отпечатки его пальцев на обогревателе и на кабеле не обнаружены, протокол осмотра места происшествия не отражает наличие в квартире обогревателя; денежные средства он не похищал, в ходе личного досмотра денежных средств у него не обнаружено, факт того, что он (Агибалов) мог распорядиться данными денежными средствами в судебном заседании не установлен, а выводы суда в данной части основаны на предположениях, наличие у потерпевшей денежных средств ничем не подтверждено; выводы судебно-медицинских экспертиз являются противоречивыми; нарушен порядок назначения и проведения экспертиз; суд необоснованно признал заключения экспертов ФИО30 и ФИО17 допустимыми доказательствами; приговор содержит доказательства, которые не были исследованы в ходе судебного следствия, а именно показания свидетеля ФИО29 что подтверждается протоколом судебного заседания; суд необоснованно признал в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку медицинского освидетельствования либо отказа от проведения такового, материалы уголовного дела не содержат, при этом свидетели Свидетель N 4, Свидетель N 5, ФИО51 и Свидетель N 1 пояснили, что от Агибалова алкоголем не пахло, вел он себя адекватно, протокол осмотра места происшествия не отражает факт наличия пустых бутылок; суд необоснованно назначил наказание по правилам ч.5 ст. 69 УК РФ, поскольку наказание по приговору от 30.10.2018 года в виде обязательных работ им отбыто полностью 25.12.2019 года, что подтверждается справкой; необоснованно зачтено в срок отбывания наказания время содержания его под стражей в период с 01.01.2019 года по 29.07.2019 года, с 04.02.2020 года по предшествующий день вступления приговора суда в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания, поскольку условия содержания СИЗО-1 г. Красноярска приравнены к строгому режиму; суд неверно изложил в протоколе судебного заседания показания свидетеля ФИО10, что подтверждается аудиозаписью протокола судебного заседания, в связи с чем, просит постановление о рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания изменить, удовлетворить его замечания в данной части.
На апелляционную жалобу осуждённого потерпевшей Потерпевший N 1 и государственным обвинителем - страшим помощником прокурора г. Норильска Красноярского края Сагалаковой Е.С. принесены возражения, в которых указано на несостоятельность ее доводов.
На апелляционное представление и осужденным Агибаловым И.В, принесены возражения, в которых указывает на необоснованность доводов апелляционного представления.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб и возражений, судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.
Фактические обстоятельства уголовного дела судом установлены правильно, а выводы суда, изложенные в приговоре, полностью соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, при этом суд, в соответствии со ст. 307 УПК РФ, в своем решении подробно изложил описание преступного деяния совершенного осужденным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, целей и последствий преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда, изложенные в приговоре, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания и обоснование принятых решений по другим вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ.
Выводы суда о доказанности вины Агибалова И.В. в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.162 УК РФ, подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами, которые получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, согласуются между собой, дополняют друг друга, не содержат существенных противоречий, в связи с чем, правильно признаны судом достоверными и положены в основу приговора.
Всем исследованным доказательствам в соответствии со ст. 88 УПК РФ в приговоре дана надлежащая оценка, не согласиться с которой, оснований не имеется.
Суд проверил все доводы стороны защиты и обоснованно признал их несостоятельными, опровергающимися всей совокупностью доказательств по делу. Суд убедительно мотивировал свои выводы о том, почему он признает достоверными одни доказательства и отвергает другие, оснований считать выводы суда по указанным вопросам неверными, не имеется.
Оценив собранные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд пришёл к правильному выводу об их достаточности для разрешения уголовного дела, обоснованно постановив в отношении Агибалова обвинительный приговор.
Не смотря на непризнание Агибаловым И.В. своей вины, его вина полностью доказана в ходе судебного следствия и не вызывает сомнений у судебной коллегии.
Обосновывая вывод о виновности Агибалова, суд верно сослался на
- показания потерпевшей Потерпевший N 1, данные в ходе предварительного следствия и оглашенные с согласия сторон в суде первой инстанции, достоверность которых она подтвердила в судебном заседании, из которых следует, что вечером дочь в присутствии Агибалова И.В. сказала, что Свидетель N 3 дал ей 10000 рублей на пуховик. 16.10.2018 Агибалов И.В. попросил её примириться с ним по уголовному делу по ст. 119 УК РФ. На ее отказ, Агибалов И.В. выдернул из телевизора и розетки кабель, сложил его и держал в левой руке и ходил с ним по квартире. Затем стал просить деньги для приобретения спиртного и забрал из рюкзака 10000 рублей, она (Потерпевший N 1) просила вернуть деньги, но он не реагировал. После чего Агибалов сначала нанес ей один удар ладонью по голове, схватил ее за шею двумя руками, обмотал кабелем от телевизора её шею и начал душить. Дочь закричала, что он сейчас её убьет, и Агибалов прекратил свои действия, отпустил кабель, взял металлический обогреватель и замахнулся им на неё, деньги Агибалов И.В. не отдал. Она (Потерпевший N 1) позвонила в полицию, а Агибалов И.В. вышел из квартиры. Агибалов И.В. вернулся минут через 15 после приезда полиции и спросил, что происходит. На вопрос сотрудников полиции о том, что находится у него в карманах верхней одежды, Агибалов И.В. достал кабель от телевизора;
- показания несовершеннолетнего свидетеля ФИО12, данные в ходе предварительного следствия и оглашенные в суде первой инстанции в соответствии с требованиями ст.281 УПК РФ, согласно которым, ее дядя Свидетель N 3 дал ей 10000 рублей на пуховик, она сообщила об этом дома и в присутствии Агибалова И.В. положила деньги в наружный карман своего рюкзака. Около 22 часов 16.10.2018 г. Агибалов И.В. стал просить у мамы деньги на приобретение пива, когда мама отказала, сказал, чтобы она дала ему деньги, которые дал Свидетель N 3 на приобретение пуховика. После того, как мама отказала, Агибалов И.В. сам достал деньги из рюкзака. Мама стала просить Агибалова И.В. отдать ей деньги, Агибалов И.В. спрятал деньги и толкнул маму рукой в голову, и она ударилась боком о косяк двери. Мама снова стала просить у Агибалова И.В. вернуть деньги, однако он взял маму за шею обеими руками и стал ее душить проводом от телевизора. Мама стала падать на пол. Она крикнула, чтобы Агибалов И.В. отпустил маму. Потом Агибалов И.В. взял обогреватель, чтобы кинуть его в маму, она снова крикнула, чтобы он отпустил маму, а то он убьет её. Тогда Агибалов И.В. поставил обогреватель на место. Видела, как он замахнулся ногой на лежавшую на полу маму. Агибалов И.В. нанес ей один удар ногой в область туловища. Мама говорила, чтобы Агибалов И.В. отдал деньги, затем она стала звонить в полицию. Агибалов И.В. ушел. Когда приехали сотрудники полиции, Агибалов И.В. вернулся в квартиру, говорил, что ничего не брал, хотя у него еще никто не спрашивал о деньгах;
-показания свидетеля Свидетель N 2, из которых следует, что от внучки ФИО12 и сына Свидетель N 3 ей известно, что Свидетель N 3 давал ФИО12 10000 рублей на приобретение пуховика. Агибалов И.В. забрал эти деньги и душил ФИО13;
- показания свидетеля Свидетель N 3, данные в ходе предварительного следствия и оглашенные в суде первой инстанции в соответствии с требованиями ст.281 УПК РФ, достоверность которых он подтвердил в суде, согласно которым, 16.10.2018 он передал племяннице ФИО12 10000 рублей, двумя купюрами по 5000 рублей, для приобретения пуховика. Позднее от Потерпевший N 1 и ФИО12 он узнал, что Агибалов И.В. отобрал у Потерпевший N 1 эти деньги и избил её;
- показания свидетеля ФИО14, из которых следует, что в середине октября 2018 года Свидетель N 3 дал ФИО12 10000 рублей, двумя купюрами по 5000 рублей, для приобретения пуховика. Деньги он положил в передний карман её рюкзака. Однако пуховик приобретен не был, так как деньги были похищены Агибаловым И.В.;
- показания свидетеля Свидетель N 1, из которых следует, что в вечернее время в октябре 2018 года в составе следственно-оперативной группы выезжал по вызову по <адрес>. В квартире был беспорядок, имелись признаки употребления алкоголя - бутылки. Потерпевший N 1 пояснила, что Агибалов И.В. вытащил из рюкзака её ребенка 10000 рублей, пытался душить её кабелем от телевизора. На кожных покровах Потерпевший N 1 в районе шеи имелись покраснения: с одной стороны шеи было пятно, и с другой стороны - продолговатое пятно.
- показания свидетеля ФИО15, данные в ходе предварительного следствия и оглашенные с согласия сторон, из которых следует, что 16.10.2018 г. выехав по сообщению о совершении преступления, Потерпевший N 1 заявила о том, что её бывший сожитель - Агибалов И.В., в присутствии дочери ФИО12 открыто похитил 10000 рублей, применив к ней насилие;
- показания свидетелей Свидетель N 5, данные в ходе предварительного следствия и оглашенные с согласия сторон в суде первой инстанции, достоверность которых он подтвердил в судебном заседании, а также Свидетель N 4, согласно которым, 16.10.2018 г. они с водителем выехали по сообщению о том, что по <адрес> происходит семейный скандал. Потерпевший N 1, на шее которой были покраснения, пояснила, что её сожитель Агибалов И.В. забрал у неё 10000 рублей, после чего душил проводом от телевизора. Потерпевший N 1 находилась в квартире с дочерью Пальцевой. Вскоре в квартиру зашел Агибалов И.В. Потерпевший N 1 закричала, что у него в кармане куртки находится шнур от телевизора, которым он её душил. Агибалов И.В. вытащил из кармана шнур от телевизора.
Достоверность показаний потерпевшей и свидетелей не вызывает сомнений у судебной коллегии, поскольку они согласуются между собой и другими доказательствами: протоколом осмотра места происшествия от 16.10.2018 г.: <адрес>, в ходе которого был обнаружен и изъят телевизионный кабель черного цвета; протоколом выемки от 09.04.2019, согласно которому Потерпевший N 1 добровольно выдала металлический обогреватель в корпусе черного цвета марки "Redmond"; протоколом осмотра предметов от 07.02.2019 с участием потерпевшей Потерпевший N 1, согласно которому осмотрен видеофайл на сотовом телефоне iPhone X, принадлежащем Агибалову И.В., снятый в 22 часа 14 минут 16.10.2018 г., на котором зафиксировано, Агибалов И.В., обращаясь к Потерпевший N 1, требует дать пройти ему в коридор. При этом на шее Потерпевший N 1 четко просматривается след в виде полосы розового цвета. Затем Потерпевший N 1 говорит, что вызовет полицию, после чего она кричит: "Не трогай меня!", изображение в телефоне дергается, и снова слышен крик Потерпевший N 1: "Не трогай меня!". После этого Потерпевший N 1 говорит: "Девушка, <адрес>, происходит кража", "кабель от телевизора! Все ворует. Еще и причиняет тяжкие телесные повреждения". Далее слышен посторонний стук и снова голос Потерпевший N 1: "Потерпевший N 1". Изображение на экране пропадает, виден фон черного цвета, слышно тяжелое дыхание и голос Потерпевший N 1: "Агибалов! Да, 150, ключ, четыре ноля". Далее слышен стук металлических предметов, после чего появляется дергающееся изображение и крик Потерпевший N 1: "Только тронь меня!". Затем на экране видно изображение лестницы и стены подъезда, слышен звук шагов. Видео завершено. Потерпевший N 1 пояснила, что на данном видеофайле зафиксированы события от 16.10.2018 г., как Агибалов И.В. после хищения денежных средств дернул её за руку и скрылся с места происшествия. При этом на видео четко видны телесные повреждения, причиненные им до начала съёмки. Видеосъемку производил сам Агибалов И.В.; заключением судебно-медицинской экспертизы от 26.02.2019 г., согласно которому у Потерпевший N 1 обнаружены телесные повреждения в виде кровоподтеков с мелкоточечными кровоизлияниями на их фоне на правой (1) и левой (1) боковой поверхности шеи; ссадины в поднижнечелюстной области, сразу по центру (1). Данные кровоподтеки образовались в срок не менее 12-ти, но не более 24-х часов на момент осмотра Потерпевший N 1 в результате сдавления кожи и подлежащих мягких тканей между тупым твёрдым предметом (предметами) с ограниченной контактирующей поверхностью и подлежащей костной тканью. Ссадина образовалась в результате одного скользящего воздействия тупого твердого предмета с ограниченной контактирующей поверхностью, имеющего в своей следообразующей части угол и ребро. Данные повреждения не привели к каким-либо нарушениям функций гортани, угрожающим жизни состояниям. Таким образом, кровоподтеки и ссадина в области шеи по своему характеру являются поверхностными, не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, что не соответствует ни одному из квалифицирующих признаков вреда, и квалифицируются как повреждения, не причинившие вреда здоровью; заключением судебно-медицинской экспертизы от 30.07.2019 г., из которого следует, что у Потерпевший N 1 были выявлены следующие телесные повреждения в области шеи: кровоподтёк на левой боковой поверхности шеи в средней трети, напоминающий широкую полосу размерами 6,5x3,5 см., ориентированную косо-поперечно спереди назад и несколько снизу вверх, с чётко выраженными верхним и нижним краями, с наличием между ними крупноточечных внутрикожных кровоизлияний; кровоподтёк на правой боковой поверхности шеи в средней трети аналогичный вышеописанному, размерами 3,5x2,5 см., образованный сливающимися внутрикожными и крупноточечными подкожными кровоизлияниями; ссадина в поднижнечелюстной области, ближе к полосовидной форме, ориентированная вдоль срединной линии, размерами 0,3x0,1 см. Морфологические особенности кровоподтёков на шее справа и слева в виде образующих их подкожных и внутрикожных кровоизлияний являются характерными для ущемления и сильного сдавления участков кожи между тупыми твёрдыми предметами с ограниченной поверхностью контакта. В том числе, специфическая полосовидная форма кровоподтёка на левой боковой поверхности шеи может свидетельствовать о его образовании в результате сдавления участка кожи между двумя предметами, имевшими узкую удлинённую форму, расположенными параллельно на расстоянии около 3,5 см. друг от друга. Указанными предметами могли быть два параллельных витка сложенного не менее чем вдвое электрического кабеля (при неплотном прижатии витков друг к другу), подобного изъятому с места происшествия и представленному на экспертизу телевизионному шнуру. Ссадина в поднижнечелюстной области возникла от скользящего воздействия по коже тупого твёрдого предмета с узкой удлинённой поверхностью контакта, каковым также быть электрический кабель, подобный представленному на экспертизу телевизионному шнуру. Все вышеперечисленные телесные повреждения (кровоподтёки на шее справа и слева, ссадина в поднижнечелюстной области) могут представлять собой структурные элементы одиночной, двухвитковой прерывистой незамкнутой странгуляционной борозды, образование которой возможно в результате однократного сдавления шеи сложенным вдвое электрическим кабелем, при натяжении его в направлении спереди назад и слева направо (о чём свидетельствует более выраженный характер борозды на левой боковой поверхности шеи). Нападавший при этом мог находиться сзади и несколько справа от потерпевшей. Кровоподтёки и ссадина в области шеи, отмеченные у Потерпевший N 1 после события, произошедшего 16.10.2018 в период с 21 часа 50 минут до 22 часов 10 минут, по своему характеру являются поверхностными, не повлекли за собой какого-либо расстройства здоровья или стойкой утраты общей трудоспособности. Как по отдельности, так и в совокупности квалифицируются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека. В данном случае, отсутствие у Потерпевший N 1 объективных клинических признаков травмы органов шеи и дыхательной недостаточности, подтверждающих наличие механической асфиксии и иных угрожающих жизни явлений, не может влиять на экспертную оценку тяжести причиненного вреда здоровью; заключением судебно-медицинской экспертизы от 08.08.2019 г., согласно которому логика ответа устанавливает факт образования телесных повреждений в области шеи Потерпевший N 1 при сдавлении и ущемлении участков кожи инородным предметом, каковым мог являться сложенный вдвое телевизионный кабель, представленный на экспертизу, при его натяжении руками постороннего человека, находившегося сзади справа от потерпевшей. Логика ответа исключает причинение телесных повреждений в области шеи Потерпевший N 1 голыми руками постороннего человека, а также собственными руками, показаниями судебно-медицинского эксперта ФИО17 в судебном заседании, согласно которым обнаруженные на шее Потерпевший N 1 телесные повреждения образованы по механизму сдавления между двумя жесткими предметами с ущемлением. Предметы должны быть более жесткими, чем простая веревка. Внутрикожные кровоизлияния на фоне кровоподтеков могли образоваться от электрического шнура, сложенного вдвое. Образование кровоизлияний при сдавлении между двумя пальцами маловероятно, так как предметы должны быть более жесткими. Восходящий характер травм может свидетельствовать о том, что причинивший их человек был выше ростом, чем Потерпевший N 1, либо находился в положении выше неё. <данные изъяты>. Самопричинение установленных у Потерпевший N 1 телесных повреждений возможно только при повешении, что ведет к летальному исходу; а также другими доказательствами, которые в своей совокупности бесспорно свидетельствуют о виновности Агабалова в инкриминированном ему деянии.
Доводы осуждённого о том, что нарушен порядок назначения и проведения экспертиз, опровергаются материалами уголовного дела, в которых содержатся постановления о назначении экспертиз, вынесенные следователем, в производстве которого имелось уголовное дело, в которых указаны обстоятельства дела, а также перечень постановленных перед экспертами вопросов. Осужденный и его защитник ознакомлены с постановлениями о назначении экспертиз, что подтверждается протоколами, которые содержат подписи участвующих лиц, каких - либо замечаний относительно производства экспертиз и порядка их назначения протоколы ознакомления не содержат. С заключениями экспертов осужденный и его защитник ознакомлены, каких - либо замечаний стороной защиты в протоколах не высказано.
Оснований для назначения дополнительной или повторной экспертизы, о чём ставится вопрос в суде апелляционной инстанции стороной защиты, не имеется. Судебной коллегией установлено, что все экспертизы проведены на основании соответствующих постановлений, компетентными экспертами, имеющими значительный стаж экспертной деятельности, исследования проведены полно и объективно, содержат ответы на все поставленные вопросы, имеющиеся выводы не противоречивы друг другу, а также всем исследованным доказательствам, соответствуют им, сомнений и неясностей не содержат, заключения экспертов соответствуют требованиями УПК РФ, содержат вводную, исследовательскую части и выводы, подписаны экспертами, предварительно предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, выводы экспертов подтверждены экспертом ФИО17 при его допросе в судебном заседании. Оснований для признания недопустимыми или недостоверными доказательствами заключений экспертов, не имеется.
Вопреки утверждениям осуждённого не имеется оснований и для повторного допроса эксперта ФИО17, поскольку он был допрошен в судебном заседании, стороной защиты были заданы вопросы эксперту, на которые даны полные и развернутые ответы. Нарушения принципов права на защиту, равноправия и состязательности сторон при допросе эксперта не допущено.
Указанные доказательства, на которых основан приговор, всесторонне, полно и объективно исследованы судом, их анализ и оценка изложены в приговоре. В соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ суд дал оценку каждому из указанных выше доказательств, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признал их достаточными для разрешения уголовного дела.
Оснований ставить под сомнение достоверность показаний допрошенных свидетелей и потерпевшей не установлено, их показания подробны, конкретны, последовательны и непротиворечивы, взаимно дополняют друг друга, согласуются с между собой, а также письменными доказательствами. Каких - либо данных о заинтересованности свидетелей и потерпевшей при даче показаний, ставящих их под сомнение, а также мотивов для оговора осужденного не установлено. Потерпевшая и все свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, что подтверждается материалами уголовного дела. При этом, судом первой инстанции дана надлежащая юридическая оценка показаниям потерпевшей и свидетелей, данных ими как в ходе предварительного расследования, так и в суде.
Вопреки утверждению в апелляционных жалобах нарушений процессуального порядка при допросе ФИО12 не допущено, показания несовершеннолетнего свидетеля ФИО12, получены в строгом соответствии с нормами уголовного - процессуального закона, уполномоченным должностным лицом, в производстве которого находилось уголовное дело, в присутствии представителя - специалиста отдела опеки и попечительства, а также социального педагога, протокол содержит подписи всех участвующих в нем лиц. Доводы адвоката Дробушевского П.А. о том, что педагог при допросе Пальцевой фактически не присутствовал, являются надуманными, так как они опровергаются протоколом допроса несовершеннолетней ФИО12 в качестве свидетеля и видеозаписью. Кроме того, в судебном заседании социальный педагог ФИО16 подтвердила свое участие при допросе дочери потерпевшей.
Оснований не доверять показаниям несовершеннолетней ФИО12 у судебной коллегии не имеется, причин для оговора осужденного несовершеннолетней ФИО12 в ходе проверки материалов уголовного дела, не установлено, ее показания согласуются с показаниями всех свидетелей, потерпевшей и письменными доказательствами.
Доводы апелляционных жалоб о том, что не установлен факт нанесения какого - либо вреда здоровью потерпевшей Потерпевший N 1, а также факт использования кабеля от телевизора и обогревателя в качестве оружия, отклоняются судебной коллегией в силу следующего.
В соответствии с п.21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 N 29 (ред. от 16.05.2017) "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" по части первой статьи 162 УК РФ следует квалифицировать нападение с целью завладения имуществом, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, которое хотя и не причинило вред здоровью потерпевшего, однако в момент применения создавало реальную опасность для его жизни или здоровья.
Из показаний потерпевшей и свидетеля ФИО12 следует, что Агибалов, удерживая похищенные деньги, душил Потерпевший N 1 кабелем от телевизора. Наличие странгуляционной борозды подтверждается протоколом осмотра видеофайла с телефона осуждённого, показаниями сотрудников полиции, приехавших по вызову Потерпевший N 1, а также заключениями судебно-медицинских экспертов, установивших также механизм причинения выявленных повреждений. При этом эксперт ФИО17, допрошенный в судебном заседании настаивал, что самопричинение зафиксированных у Потерпевший N 1 телесных повреждений невозможно, а их локализация и характер полностью соответствует показаниями свидетеля ФИО12
Факт причинения вреда здоровью Потерпевший N 1 и его механизм, а также использование предметов в качестве оружия (кабеля от телевизора и обогревателя) подтверждается показаниями самой потерпевшей, свидетеля ФИО12, эксперта ФИО17 также заключениями судебно - медицинских экспертиз, видеозаписью.
Таким образом, достоверно установлено, что Агибалов с целью удержания незаконно изъятого имущества душил Потерпевший N 1 кабелем от телевизора, от чего она задыхалась, начала терять сознание, и прекратил свои действия только тогда, когда ФИО12 закричала, что он убьет ее мать и что она вызовет полицию, то есть применил к Потерпевший N 1 насилие опасное для ее жизни и здоровья, которое хотя и не причинило вреда здоровью потерпевшей, но в момент его причинения создавало реальную опасность для ее жизни и здоровья.
О реальности опасности действий Агибалова по удушению Потерпевший N 1 для жизни и здоровья потерпевшей свидетельствует то, что Агибалов душил Потерпевший N 1 кабелем от телевизора, который использовал в качестве оружия, в области шеи, где находятся жизненно важные органы, при этом потерпевшая задыхалась и начала терять сознание. То обстоятельство, что телесные повреждения в области шеи Потерпевший N 1 не причинили травму шеи, механическую асфиксию и квалифицированы как не причинившие вреда здоровью человека, может свидетельствовать о том, что сдавление шеи потерпевшей электрическим кабелем могло быть кратковременным, как указано в заключении эксперта N 14/89/274/1836 и подтверждается показаниями Потерпевший N 1 и ФИО12 о том, что душить потерпевшую Агибалов прекратил после того, как ФИО12 стала кричать, что он убьет ее мать и пригрозила вызвать полицию. Однако данные обстоятельства не влияют на оценку насилия, которое применил Агибалов к Потерпевший N 1 как опасного для ее жизни и здоровья квалификацию его действий.
Необоснованными являются доводы апелляционных жалоб о том, что Агибалов не угрожал Потерпевший N 1 применением насилия опасного для жизни и здоровья. Судом из показаний потерпевшей, свидетелей и заключений экспертов достоверно установлено, что удерживая похищенные денежные средства, Агибалов замахнулся на потерпевшую металлическим обогревателем, угрожая применить его в качестве оружия в случае дальнейшего сопротивления, подкрепив свою угрозу тем, что пнул Потерпевший N 1 ногой в левое плечо, причинив ей физическую боль.
Не заслуживают внимания доводы апелляционных жалоб в части того, что на кабеле и обогревателе не обнаружены отпечатки пальцев Агибалова, а в протоколе осмотра места происшествия отсутствует фото с изображением обогревателя, поскольку они не опровергают выводов суда об использовании указанных предметов в качестве оружия при совершении преступления, так как факт их применения повреждается показаниями потерпевшей Потерпевший N 1 и свидетеля ФИО12, заключениями экспертиз, а также протоколами выемки и осмотра предметов. Тот факт, что обогреватель не отражен в протоколе осмотра места происшествия от 16.10.2018 года, не свидетельствует о незаконности составления указанного процессуального документа, поскольку составлен в соответствии с требованиями ст. ст. 176 - 177 УПК РФ, содержит подписи участвующих в нем лиц.
Доводы осужденного о том, что денежные средства в размере 10 000 рублей он не похищал, несостоятельны и противоречат материала дела. Факт наличия денежных средств и их хищение осуждённым подтверждается показаниями потерпевшей и несовершеннолетнего свидетеля ФИО12 пояснившей, что денежные средства в сумме 10000 рублей дал Свидетель N 3, деньги находились в рюкзаке, которые Агибалов забрал, о чем она сразу сообщила сотрудниками полиции, приехавшим на место преступления; свидетель Свидетель N 3 пояснил, что в октябре месяце дал ФИО12 денежные средства в сумме 10000 рублей на приобретение пуховика, позже ему стало известно, что данные деньги Агибалов отобрал у Потерпевший N 1; свидетель ФИО14 пояснила, что в октябре месяце Свидетель N 3 дал Пальцевой 10000 рублей на пуховик, который она не приобрела, поскольку Агибалов забрал деньги. Вопреки доводам апелляционных жалоб, оснований не доверять показаниям указанных лиц не имеется, при этом сам по себе факт родственных и близких отношений данных свидетелей с потерпевшей, не является основанием для признания их показаний недостоверными не является.
Доводы жалоб о том, что не установлен факт его (Агибалова) распоряжения денежными средства в сумме 10000 рублей, не опровергает выводов суда о хищении денег непосредственно Агибаловым, при этом из материалов дела следует, что после хищения денег он (Агибалов) покинул квартиру, поскольку потерпевшая стала звонить в полицию, что следует из показаний потерпевшей и свидетеля ФИО12, а следовательно имел возможность распорядиться ими, принять меры к их сокрытию, а также доподлинно знал, что по его возвращении в квартиру денежные средства будут обнаружены и изъяты у него прибывшими сотрудниками полиции.
Также судебная коллегия отмечает, что доводы жалоб о наличии несоответствия в показаниях и пояснениях потерпевших и свидетелей о дате передачи денег Свидетель N 3, были предметом проверки и оценки, и обоснованно отвергнуты судом первой инстанции, поскольку данные несоответствия не носят существенный характер, на установленные судом фактические обстоятельства преступления и на квалификацию действий осуждённого не влияют, при этом выводы суда мотивированны, оснований не согласиться с ними судебная коллегия не усматривает.
Вопреки утверждениям осуждённого в апелляционной жалобе о необоснованности указания в приговоре на показания свидетеля ФИО29, не исследованные в судебном заседании, суд в приговоре не ссылался на показания свидетеля ФИО29 как на доказательство виновности Агибалова. Согласно протоколу судебного заседания указанное лицо не вызывалось и не допрашивалось в ходе судебного следствия.
Доводы осужденного о несогласии с квалификацией его действий как разбоя, а именно с применением насилия и с угрозой его применения, судебной коллегией не принимаются, поскольку не основаны на законе. Все квалифицирующие признаки состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 162 УК РФ, нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения уголовного дела, вина Агибалова подтверждается совокупностью относимых и допустимых доказательств, представленных стороной обвинения, исследованных судом первой инстанции и обоснованно положенных в основу обвинительного приговора. При этом доводы осужденного суд расценивает как способ защиты с целью избежать уголовной ответственности за содеянное.
Таким образом. суд первой инстанции обоснованно квалифицировал действия осужденного Агибалова по ч.2 ст. 162 УК РФ как разбой, нападение в целя хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, и с угрозой применения такого насилия с применением предметов, используемых в качестве оружия. Оснований для изменения квалификации действий Агибалова не имеется.
Вопреки утверждению осуждённого существенных нарушений требований УПК РФ в стадии предварительного расследования и судебного разбирательства не допущено, все доказательства, положенные судом в основу приговора, несмотря на утверждение осуждённого об обратном, исследованы в судебном заседании.
Доводы апелляционных жалоб о нарушении принципа презумпции невиновности, опровергаются материалами уголовного дела. Из протокола судебного заседания следует, что судебное разбирательство осуществлялось на основе состязательности сторон, суд создал необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, все доводы стороны защиты проверены и в приговоре им дана надлежащая оценка, все ходатайства сторон разрешены, по каждому из них судом вынесено постановление. Выводы суда в приговоре о виновности Агибалова в совершенном им преступлении являются однозначными, они обоснованы совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании с участием сторон, и в полной мере мотивированы.
Судом проверялись все доводы, выдвинутые осужденным и его защитником, исследовалась допустимость доказательств, правильность квалификации действий осужденного. Все выдвинутые стороной защиты версии обоснованно отвергнуты, как объективно не подтвержденные, с приведением убедительных мотивов, оснований не согласиться с которыми не имеется.
Права Агибалова, как в ходе предварительного расследования, так и в ходе судебного разбирательства соблюдены, квалифицированной юридической помощью в лице адвоката он был обеспечен, все ходатайства, заявленные как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного следствия, были разрешены на всех стадиях уголовного судопроизводства, что объективно следует из представленных материалов уголовного дела, по ним приняты решения полностью соответствующие требованиям закона. Таким образом, доводы жалоб о нарушении принципа состязательности сторон, судебной коллегией признаются несостоятельным.
Вопреки доводам осуждённого в удовлетворении его ходатайства о повелении предварительного слушания судом обоснованно отказано постановлением от 24 октября 2019 года (том 10, л.д. 80). Перечень оснований, по которым назначается предварительное слушание, предусмотрен ст.229 УПК РФ и является исчерпывающим, при этом в ходатайстве Агибалова и его защитника (том 9, л.д. 236-243) такие основания не приведены.
Доводы осуждённого, изложенные в апелляционных жалобах, о том, что протокол судебного заседания не соответствует требованиям закона, являются несостоятельными, в связи с чем, не могут являться основанием к отмене приговора.
В ходе судебного заседания суда первой инстанции велся протокол в письменной форме и протоколирование с использованием средств аудиозаписи (аудиопротоколирование). Протокол и диск с аудиозаписью приобщены к материалам уголовного дела. Протокол судебного заседания подписан секретарем и председательствующим и полностью соответствует требованиям ч.3 ст.259 УПК РФ. Осуждённый ознакомлен с протоколом судебного заседания и аудиозаписью, что подтверждается его расписками.
В соответствии с со ст. 260 УПК РФ в течение 3 суток со дня ознакомления с протоколом и аудиозаписью судебного заседания стороны могут подать на них замечания. Замечания на протокол рассматриваются председательствующим незамедлительно. Замечания на аудиозапись рассматриваются председательствующим в течение 2 суток со дня их подачи.
Как следует из материалов уголовного дела, протокол судебного заседания велся в судебном заседании синхронно по ходу судебного разбирательства, составлен в соответствии с требованиями ст. 259 УПК РФ. В нём отражен порядок рассмотрения материала, в том объеме, в той последовательности, в которой проводилось судебное заседание.
Замечания осужденного на протокол судебного заседания изучены председательствующим, своевременно рассмотрены, их суть изложена в обжалуемом постановлении. По результатам рассмотрения этих замечаний председательствующим судьей вынесено постановление об их отклонении, порядок рассмотрения замечаний на протокол судебного заседания, предусмотренный ст.260 УПК РФ, не нарушен.
При таких данных судебная коллегия полагает, что постановление Норильского городского суда Красноярского края от 22 апреля 2020 года о рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания является законным, обоснованным и мотивированным, а потому не подлежит отмене, а доводы осуждённого - не подлежит удовлетворению.
Таким образом, существенных нарушений уголовно-процессуального права, прав участников уголовного судопроизводства по делу не допущено.
При назначении наказания Агибалову суд первой инстанции в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о личности осужденного, который в браке не состоит, имеет малолетних детей, не трудоустроен, согласно сведениям участкового уполномоченного полиции от соседей жалоб и заявлений в отношении него не поступало, однако неоднократно поступали жалобы от Потерпевший N 1 по фактам причинения телесных повреждений и угроз убийством, в связи с чем,Ю он состоял на профилактических учётах, в том числе как семейный дебошир, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание.
В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд обоснованно признал наличие троих малолетних детей, состояние здоровья осужденного.
Оснований для признания иных обстоятельств, смягчающих Агибалову наказание, судебной коллегией не установлено.
При этом судебная коллегия отмечает, что вопреки доводам апелляционных жалоб, обстоятельством, отягчающим наказание Агибалову, в соответствии с п. "з" ч.1 и ч.1.1 ст. 63 УК РФ, судом обоснованно признано совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, а также совершение преступления в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности. Данные выводы нашли свое отражение в приговоре, оснований не согласиться с мотивировкой суда первой инстанции, судебная коллегия не усматривает.
Доводы осуждённого о том, что в материалах уголовного дела нет медицинского освидетельствования либо отказа от проведения такового, свидетели Свидетель N 4, Свидетель N 5, ФИО10 и Свидетель N 1 пояснили, что от Агибалова алкоголем не пахло, вел он себя адекватно, протокол осмотра места происшествия не отражает факт наличия пустых бутылок, были предметом обсуждения суда первой инстанции и обоснованно отклонены с приведением подробных мотивов, оснований не согласиться с которыми у судебной коллегии не имеется.
Оснований для изменения категории тяжести совершенного преступления, смягчения назначенного наказания, для признания иных обстоятельств, подлежащих обязательному учету в качестве смягчающих, или могущих быть признанными таковыми, влекущих необходимость смягчения назначенного Агибалову наказания, судебная коллегия не усматривает.
Судебная коллегия не находит оснований для назначения осужденному наказания с применением ст. 64 УК РФ. Имеющиеся по делу смягчающие обстоятельства, конкретные обстоятельства дела не свидетельствуют об их исключительности, не уменьшают степень общественной опасности совершенного Агибаловым преступления.
Выводы суда о целесообразности назначения Агибалову наказания в виде реального лишения свободы, изложены в приговоре. Судебная коллегия с данными выводами соглашается, поскольку оснований, позволяющих применить в отношении осужденного условную меру наказания, не установлено.
Решение суда о не назначении осужденному за совершение преступления, предусмотренного ч.2 ст.162 УК РФ дополнительного наказания в виде штрафа и ограничения свободы мотивировано судом в достаточной степени.
Вместе с тем, при назначении Агибалову наказания по правилам ч.5 ст.69 УК РФ судом нарушены требования закона, на что обоснованно указано в апелляционном представлении.
Так, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.52 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 N 58 (ред. от 18.12.2018) "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", решая вопрос о назначении наказания в соответствии с частью 5 статьи 69 УК РФ лицу, совершившему другое преступление до вынесения приговора по первому делу, суд применяет общие правила назначения наказания по совокупности преступлений. При этом окончательное наказание, назначаемое путем частичного или полного сложения, должно быть строже наиболее строгого из наказаний, назначенных за входящие в совокупность преступления.
Пункт 57 того же постановления гласит, что в срок наказания, назначенного по правилам части 5 статьи 69 УК РФ, должно быть, кроме того, зачтено наказание, отбытое полностью или частично по первому приговору.
В силу п.35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 N 55 "О судебном приговоре" при применении судом правил части 5 статьи 69 УК РФ в резолютивной части приговора указывается срок отбытого подсудимым наказания по первому приговору, который подлежит зачету в срок вновь назначенного наказания, в том числе в случаях, когда наказание по прежнему приговору отбыто подсудимым полностью.
Как следует из материалов уголовного дела, преступление совершено Агибаловым 16 октября 2019 года, то есть до вынесения приговоров от 30.10.2018 года и 25.03.2019 г., в связи с чем, вывод суда о назначении Агибалову окончательного наказания по правилам ч.5 ст.69 УК РФ является верным.
Однако, определив окончательное наказание Агибалову путем полного сложения с наказанием по приговору от 25.03.2019 г. и лишь за преступление, предусмотренное ч.1 ст.119 УК РФ по приговору от 30.10.2018 года, суд нарушил требования ч.5 ст.69 УК РФ и назначил несправедливое наказание вследствие его чрезмерной мягкости, так как оставил без внимания, что окончательное наказание по приговору от 30.10.2018 года также назначено на основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности с приговором от 06.09.2018 г.
Доводы осуждённого о том, что он уже отбыл наказание по приговорам от 06.09.2018 г. и от 30.10.2018 г., не имеют правового значения, поскольку окончательное наказание в любом случае должно быть назначено по ч.5 ст.69 УК РФ, при этом наказание, отбытое по предыдущему приговору, в силу вышеприведённых норм, подлежит зачету в окончательный срок наказания.
При таких данных приговор на основании п.3 ст.389.15 УПК РФ подлежит изменению, окончательное наказание Агибалову необходимо назначить на основании ч.5 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений путем полного сложения назначенного наказания с наказанием, назначенным по приговорам от 30 октября 2018 года и от 25 марта 2019 года в виде 4 лет 1 месяца 1 дня лишения свободы в исправительной колонии общего режима со штрафом в размере 7000 (семи тысяч) рублей. Наказание в виде штрафа необходимо исполнять самостоятельно. При этом произвести зачет отбытого наказания в соответствии со справкой начальника Норильского МФ ФКУ УИИ ГУКФСИН России по Красноярскому краю от 27.12.2019 г. (том 10, л.д. 123) и времени содержания Агибалова под стражей в качестве меры пресечения.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.38913, 38920, 38928 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
приговор Норильского городского суда Красноярского края от 04 февраля 2020 года в отношении Агибалова <данные изъяты> изменить:
на основании ч.5 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений путем полного сложения назначенного наказания с наказанием, назначенным по приговорам от 30 октября 2018 года и от 25 марта 2019 года окончательно назначить Агибалову И.В. 4 (четыре) года 1 (один) месяц 1 (один) день лишения свободы в исправительной колонии общего режима со штрафом в размере 7000 (семи тысяч) рублей.
Наказание в виде штрафа исполнять самостоятельно.
Зачесть в окончательное наказание в виде лишения свободы:
в соответствии с частью 5 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации: наказание, отбытое Агибаловым И.В. по приговору мирового судьи судебного участка N 112 в Центральном районе города Норильска Красноярского края от 30 октября 2018 года, в виде обязательных работ сроком 250 (двести пятьдесят) часов из расчёта один день лишения свободы за 8 часов обязательных работ;
в соответствии с пунктом "б" части 3.1 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации: время содержания Агибалова И.В. под стражей по настоящему уголовному делу в порядке задержания и меры пресечения за период с 31 декабря 2018 года по 29 июля 2019 года включительно, а также за период с 04 февраля 2020 года по день, предшествующий дню вступления настоящего приговора в законную силу включительно, из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.
В остальной части приговор в отношении Агибалова И.В. оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного Агибалова И.В. - без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ.
Председательствующий
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
