Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Мордовия от 18 мая 2020 года №22-722/2020

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ МОРДОВИЯ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 18 мая 2020 года Дело N 22-722/2020
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Республики Мордовия в составе:
председательствующего судьи Кольбова Е.А.,
судей Дерябина Е.В., Мелешкиной О.В.,
при секретаре Лагоша О.А.,
с участием прокурора Тепляковой Н.Г.,
адвоката Дудникова М.П.,
рассмотрела в судебном заседании апелляционную жалобу с дополнениями осужденного Михеева Д.С. на приговор Пролетарского районного суда г.Саранска Республики Мордовия от 31 января 2020 года, которым
Михеев Д.С., <дата> года рождения, уроженец <данные изъяты>, гражданин Российской Федерации, со <данные изъяты> зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес> судимый:
17 апреля 2019 года Пролетарским районным судом г.Саранска Республики Мордовия по части 3 статьи 159 УК РФ (за 18 преступлений), на основании ч.3 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно к 2 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима,
осужден по ч.3 ст.159 УК РФ (по эпизоду хищения денежных средств у Потерпевший N 1) к 1 году 6 месяцам лишения свободы, по ч.3 ст.159 УК РФ (по эпизоду хищения денежных средств у Потерпевший N 2) к 1 году 6 месяцам лишения свободы, по ч.3 ст.159 УК РФ (по эпизоду хищения денежных средств у Потерпевший N 3) к 1 году 6 месяцам лишения свободы, по ч.3 ст.159 УК РФ (по эпизоду хищения денежных средств у Потерпевший N 4) к 1 году 6 месяцам лишения свободы, по ч.3 ст.159 УК РФ (по эпизоду хищения денежных средств у Потерпевший N 5) к 1 году 6 месяцам лишения свободы, на основании ч.3 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказаний к 2 годам лишения свободы, в соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказаний по настоящему приговору и приговору Пролетарского районного суда г.Саранска Республики Мордовия от 17 апреля 2019 года, окончательно к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
Судом удовлетворены гражданские иски потерпевших Потерпевший N 1 и Потерпевший N 3, и постановлено взыскать с осужденного Михеев Д.С. в пользу Потерпевший N 1 - 20 000 (двадцать тысяч) рублей, в пользу Потерпевший N 3 - 33 000 (тридцать три тысячи) рублей.
Производство по гражданскому иску потерпевшей Потерпевший N 5 прекращено в связи с ее отказом от иска.
По делу разрешена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад председательствующего, объяснения осужденного Михеева Д.С. и в защиту его интересов адвоката Дудникова М.П., поддержавших апелляционную жалобу с дополнениями по изложенным в них доводам, мнение прокурора Тепляковой Н.Г. об оставлении приговора суда без изменения, судебная коллегия
установила:
Михеев Д.С. осужден за мошенничество, то есть хищение чужого имущества, путем злоупотребления доверием, с использованием своего служебного положения, с причинением значительного ущерба гражданину (за 5 преступлений).
Как установлено судом, преступления Михеевым Д.С., являвшимся <данные изъяты>, совершены в период времени с <дата> на территории <адрес>, с причинением значительного материального ущерба потерпевшим Потерпевший N 1 в размере 20 000 рублей, Потерпевший N 2 в размере 38 800 рублей, Потерпевший N 4 в размере 20 000 рублей, Потерпевший N 3 в размере 33 000 рублей, Потерпевший N 5 в размере 22 000 рублей, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В судебном заседании осужденный Михеев Д.С. вину в предъявленном обвинении не признал.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный Михеев Д.С., выражая несогласие с приговором суда, считает его незаконным и необоснованным ввиду несоответствия изложенных в нем выводов, фактическим обстоятельствам дела, а также неправильного применения норм материального и процессуального права, выразившихся в несоответствии обжалуемого приговора требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ. Оспаривая вывод суда об отсутствии у него намерений выполнить взятые на себя обязательства и распорядиться денежными средствами потерпевших по своему усмотрению, утверждает о том, что все денежные средства вносились в кассу общества наличными купюрами, и впоследствии лично им размещались на расчетном счету организации для последующей оплаты поставщикам. Высказывает мнение о том, что ссылка в приговоре на оптический диск с движением средств по расчетному счету носит формальный характер, поскольку в ходе судебного разбирательства данные с диска не снимались, на обозрение суда не представлялись, содержащуюся на диске информацию суд не изучал и не оценивал, а это порядка 940 операций, подтверждающих, на какие нужды расходовались денежные средства. Заявляет о том, что согласно содержащейся на оптическом диске банковской выписке, в период с <дата> было оплачено на заводы около ста конструкций, последний заказ был оплачен <дата>, что свидетельствует о том, что вступая в договорные обязательства, имелись все возможности для их исполнения. Отмечает, что факт использования поддельных документов при заключении договоров с потерпевшими, стороной обвинения не заявлялся и не обсуждался. Высказывает мнение о том, что его причастность к совершению инкриминируемых ему деяний не нашла своего подтверждения ни на стадии предварительного расследования, ни в ходе судебного разбирательства. В связи с чем, просит приговор отменить и оправдать его ввиду отсутствия в его действиях составов преступлений.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы с дополнениями, судебная коллегия находит приговор суда подлежащим оставлению без изменения по следующим основаниям.
Суд принял все, предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования всех обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по настоящему уголовному делу, предусмотренных ст.73 УПК РФ.
Обвинительный приговор отвечает требованиям ст.ст.299, 307 УПК РФ. В нем отражены обстоятельства, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие выводы суда как о виновности Михеева Д.С. в совершении преступлений, так и о юридической квалификации содеянного им.
Вопреки доводам апелляционной жалобы с дополнениями, выводы суда о виновности Михеева Д.С. в совершении преступлений при обстоятельствах, изложенных в приговоре, являются обоснованными, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, основаны на собранных по делу с соблюдением требований ст.ст.74, 86 УПК РФ, подробно исследованных в судебном заседании и проанализированных в приговоре доказательствах.
Суд в соответствии с требованиями закона дал в приговоре анализ и надлежаще оценил с точки зрения относимости, допустимости и достоверности показания осужденного, потерпевших, свидетелей, письменные материалы, привел мотивы, по которым показания потерпевших Потерпевший N 1, Потерпевший N 2, Потерпевший N 4, Потерпевший N 3, Потерпевший N 5 и свидетелей Свидетель N 1, Свидетель N 2, Свидетель N 3, Свидетель N 4, Свидетель N 5, Свидетель N 6, Свидетель N 7 при производстве по делу признал достоверными, а к показаниям осужденного Михеева Д.С. в судебном заседании отнесся критически.
Оснований ставить под сомнение обоснованность такой оценки, данной судом первой инстанции, то есть фактически переоценивать доказательства, у судебной коллегии не имеется.
В судебном заседании осужденный Михеев Д.С., не признав своей вины, не оспаривал факты получения от потерпевших денежных средств в качестве предоплаты в рамках оформленных с ними договоров на изготовление и поставку дверей и секционных ворот, однако утверждал об отсутствии у него умысла на хищение денежных средств потерпевших и его намерении впоследствии исполнить договорные обязательства, которые, по его мнению, носили гражданско-правовой характер, а сложившуюся ситуацию с неисполнением договоров и причинением материального ущерба потерпевшим, объяснял возникшими временными финансовыми трудностями в возглавляемой им коммерческой организации.
Несмотря на такую позицию осужденного, проанализировав в соответствии с положениями ст.ст.17, 88 УПК РФ представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд сделал правильный вывод о доказанности вины Михеева Д.С. в совершении пяти преступлений, предусмотренных ч.3 ст.159 УК РФ.
Данный вывод подтверждается показаниями потерпевших и свидетелей об обстоятельствах заключения договоров с <данные изъяты> на изготовление и монтаж дверей и секционных ворот, переданных ими в качестве предоплаты конкретных денежных сумм, как при заключении договоров в офисе фирмы, так и непосредственно Михееву Д.С. при его выезде на объекты с замерами, а также дальнейшими действиями осужденного, переносившего под выдуманными предлогами сроки выполнения заказов, а затем совсем переставшего отвечать на телефонные звонки и не возвратившего потерпевшим их денежные средства.
Так, показаниями потерпевшей Потерпевший N 1 в суде установлено, что с целью заменить дверь они с мужем обратилась в магазин, расположенный по адресу: <адрес> где общались с менеджером СвидетельN 1 и образцы дверей в магазине им понравились. После произведенных Михеевым Д.С. <дата> замеров, <дата> между ней и <данные изъяты> в лице Михеева Д.С. был заключен договор, по которому она внесла предоплату в размере 20 000 рублей. Однако в течение озвученных в договоре 45 рабочих дней дверь ей не установили. Они с мужем неоднократно приходили в офис, интересовались насчет двери, но ничего кроме обещаний не получили, а <дата> менеджер <данные изъяты> СвидетельN 1 сообщила, что они переезжают. Поскольку дверь ей так и не доставили, а деньги не вернули, она обратилась в прокуратуру и в суд.
Аналогичные показания в суде дал свидетель Свидетель N 2, являющийся супругом потерпевшей Потерпевший N 1
Из показаний допрошенной в суде потерпевшей Потерпевший N 2 следует, что в связи с необходимостью установки ворот в гараже, ее муж по объявлению в сети интернет связался с фирмой <данные изъяты>, устанавливающей секционные ворота, от которой на замер к ним приехал директор Михеев Д.С., и после того, как последний сделал замеры, они с мужем через <данные изъяты>, то есть через ту организацию (подрядчика), которая возводила им жилой дом, перечислили деньги в размере 38 800 рублей на счет <данные изъяты>. Однако в оговоренное время ворота им не поставили и не установили. На их многочисленные звонки им лишь обещали исполнить договор, а затем и вовсе перестали отвечать. Ее муж ездил в офис той фирмы, где Михеев Д.С. пообещал ему в течение месяца установить ворота, о чем составил гарантийное письмо, однако и в этом случае обязательства по договору так и не были исполнены. Поняв, что их обманули, они заказали ворота в другой фирме.
Показания потерпевшей Потерпевший N 2 подтвердил в судебном заседании свидетель Свидетель N 8, являющийся ее супругом, указав также, что ввиду неисполнения договора, он звонил в офис "СК Вертикаль", где ему сообщили, что перед Новым годом возникли проблемы с заводом, и все это продолжалось до апреля 2018 г., но ворота так и не поставили. Переведенные ими через подрядную организацию - <данные изъяты> деньги за полную стоимость секционных ворот, им тоже не вернули.
Факт перечисления супругами Потерпевший N 2 и В.А. <дата> через <данные изъяты> денежных средств в размере 38 800 рублей на счет <данные изъяты> в качестве оплаты за изготовление и монтаж секционных ворот для гаража в доме СвидетельN 8, подтвердили в судебном заседании свидетели Свидетель N 4 и Свидетель N 5 - <данные изъяты>, пояснив также, что обязательства фирмой <данные изъяты> по договору не были исполнены.
Потерпевший Потерпевший N 3 суду показал, что в <дата> он позвонил в офис <данные изъяты> по поводу секционных ворот. В этот же день Михеев Д.С. выехал к нему и сделал замеры, поле чего он приехал в офис <данные изъяты>, расположенный на <адрес> где они заключили договор, а деньги в размере 33 000 рублей в качестве предоплаты (75% от стоимости ворот) он передал менеджеру фирмы СвидетельN 1, которая выписала ему квитанцию, пообещав установку ворот в течение 10 дней. По истечении установленного в договоре срока ворота установлены не были. Он неоднократно связывался с СвидетельN 1 по телефону и заезжал в офис, где ему говорили, что заказ отправлен на завод, который перегружен, и нужно немного подождать, а затем и вовсе перестали отвечать на телефонные звонки.
Как установлено, показаниями потерпевшего Потерпевший N 4 в судебном заседании, в <дата> он решилзаказать секционные ворота, обратившись с этой целью в <данные изъяты> откуда после телефонного разговора, к нему в тот же день приехал Михеев Д.С., представившись директором и замерщиком, произвел замеры и назвал ориентировочную стоимость заказа - 42 000 рублей, пояснив, что нужно внести 50% от стоимости, то есть 20 000 рублей. В автомобиле Михеева Д.С. они оформили письменный договор, заказ-наряд, акт замера, и он передал Михееву Д.С. 20 000 рублей в качестве предоплаты, которые ему передала его жена. Со слов Михеева Д.С., срок изготовления заказа составлял от 10 дней до 2-х недель. Однако в предусмотренный срок ворота установлены не были. На его неоднократные звонки в офис, менеджер просила его подождать, поясняя, что из-за больших объемов завод не справляется. Затем при встрече с Михеевым Д.С. последний ему пояснил тоже самое, а на его требование вернуть деньги, Михеев Д.С. сообщил, что денег нет и не будет, так как деньги куда-то ушли.
Показания потерпевшего Потерпевший N 4 подтвердила в суде свидетель Свидетель N 3, являющаяся его супругой, пояснив, что деньги на секционные ворота в сумме 20 000 рублей, которые муж оплатил Михееву Д.С., она снимала со своей кредитной карты. Из-за нарушения сроков поставки ворот, их попытки выйти на контакт с директором фирмы Михеевым Д.С. избегались, а затем из офиса фирмы сотрудники съехали и на связь вообще не выходили.
Как следует из показаний в суде потерпевшей Потерпевший N 5, <дата> она обратилась к ранее знакомому Михееву Д.С. по поводу установки окон и двери в коридорчике своего дома. После того, как Михеев Д.С. сделал замеры, они в офисе на <адрес> заключили договор, она внесла предоплату в размере 5 000 рублей, а через 2-3 месяца еще 17 000 рублей. По истечении установленного срока заказ исполнен не был, она неоднократно звонила в офис, где ей сообщили о том, что нужно подождать, а потом вообще перестали брать трубку.
У судебной коллегии нет оснований сомневаться в достоверности правомерно положенных судом в основу приговора показаний вышеприведенных потерпевших и свидетелей, поскольку ранее с Михеевым Д.С. (за исключением Потерпевший N 5) они знакомы не были, данные об их оговоре осужденного в деле отсутствуют, к тому же их показания логичны, последовательны, детализированы и объективно основаны на достаточной совокупности иных, исследованных в судебном заседании письменных материалов:
- на протоколах выемки от 09 января 2019 г. (т.1 л.д.178-179), 05 марта 2019 г. (т.4 л.д.49, 85-88), 07 февраля 2019 г. (т.2 л.д.150-152), 13 февраля 2019 г. (т.3 л.д.138-140), 23 августа 2019 г. (т.5 л.д.48-51), в ходе которых у потерпевших Потерпевший N 1, Потерпевший N 2, Потерпевший N 3, Потерпевший N 4, Потерпевший N 5 изъяты:
- договоры от <дата>, от <дата>, от <дата> от <дата>, от <дата>;
- наряд-заказы от <дата>, от <дата>,
- квитанции к приходным кассовым ордерам от <дата>. на сумму 20 000 рублей, на сумму 33 000 рублей, на сумму 20 000 рублей, от <дата> на сумму 5000 рублей, от <дата> на сумму 17 000 рублей
- на протоколах осмотров предметов, в ходе которых вышеназванные документы были осмотрены и приобщены к делу (т.1 л.д.181-183, т.4 л.д.53-59, 89-91, т.2 л.д.153-155, т.3 л.д.146-151, т.5 л.д.83-87).
В свою очередь, полномочия Михеева Д.С., как <данные изъяты> подтверждаются не только исследованными судом письменными материалами - выпиской из ЕГРЮЛ от <дата> с основным видом деятельности данного юридического лица - работы по монтажу стальных строительных конструкций, и Уставом данного хозяйствующего субъекта, утвержденным решением единственного учредителя от <дата>, но и основаны на показаниях допрошенных в суде свидетелей.
Так, показаниями свидетеля Свидетель N 1 установлено, что с 2016 г. по март 2018 г. она работала менеджером в <данные изъяты> по адресу: <адрес> их фирма занималась поставкой и монтажом дверей и секционных ворот, которые они заказывали на заводах-изготовителях. В ее обязанности входило прием заказов, оформление договоров и получение денежных сумм от клиентов. Предоплату клиенты оплачивали сразу либо Михееву Д.С. при замере, либо ей в офисе. Так как кассы в офисе не было, все деньги она передавала директору Михееву Д.С., всеми деньгами распоряжался и оплатой с заводами занимался только он. Некоторые денежные средства перечислялись на карту Михеева Д.С., однажды на расчетный счет организации. Счета на оплату она передавала Михееву Д.С., поскольку заводы, с которыми работала их фирма, принимали заказы только после оплаты счета. Михеев Д.С. сам принимал решение, оплачивать счет или нет. В начале 2018 г. от клиентов начали поступать претензии из-за не нарушения сроков исполнения заказов. По указанию Михеева Д.С. она говорила клиентам, что заказы находятся в производстве и будут исполнены. Заказы потерпевших Потерпевший N 1, Потерпевший N 2, Потерпевший N 4, Потерпевший N 3 и Потерпевший N 5 не были исполнены.
Согласно показаний свидетеля Свидетель N 6, свою деятельность он начинал, как индивидуальный предприниматель, а встретившись с Свидетель N 7, которая занималась поставкой и монтажом ворот и дверей, они решилизаниматься этой деятельностью вместе, впоследствии образовав <данные изъяты> где он был единственным учредителем, а она менеджером. Они работали с компаниями <данные изъяты>", занимавшейся поставкой дверей, а также <данные изъяты>, которые поставляли ворота. Во время его работы проблем с клиентами и массовых задержек по исполнению заказов не было. Денежных средств в качестве предоплаты, которую они брали с клиентов, хватало, чтобы оплатить заводу. Затем он передал фирму Свидетель N 7
Из показаний свидетеля Свидетель N 7 следует, что изначально <данные изъяты> занимавшееся поставкой и установкой автоматических ворот, стальных дверей и роль-ставней, было образовано Свидетель N 6, у которого она работала менеджером. Затем она работала с Михеевым Д.С., они вместе купили <данные изъяты> где являлись соучредителями, вместе управляли этой фирмой, а с сентября 2015 г. Михеев Д.С. стал <данные изъяты>. За время ее работы сбоев, массовых невыполнений заказов, проблем с клиентами не было, <данные изъяты> вполне себя окупало. Оплата на заводы-изготовители перечислялась всегда с расчетного счета, принадлежащего "<данные изъяты> Если клиент вносил платеж наличными, они вносили его в банк и оплачивали заказанную продукцию. С клиентами оформлялся договор с приложением к нему наряд-заказа и акта выполненных работ. Также составлялась квитанция. С ноября 2015 г. заказы стала принимать менеджер - Свидетель N 1, а с 2016 г. они с Михеевым Д.С. разошлись, и <данные изъяты> стало полностью принадлежать Михееву Д.С.
Как следует из сообщения <данные изъяты> от <дата> и приложенного к нему акта сверки взаимных расчетов, в адрес <данные изъяты> (клиентом которого на основании договора поставки от <дата> являлось <данные изъяты> предоплата со стороны <данные изъяты> по заказам в период с <дата> не производилась, а неисполненных заказов от <данные изъяты> не имеется (т.3 л.д.52-53).
Согласно сообщения <данные изъяты> от <дата> (с которой у <данные изъяты> с <дата> по <дата> имелись договорные отношения) все заказы, принятые <данные изъяты> от <данные изъяты> в период с 2014 по 2017 гг. включительно, были исполнены, оплачены покупателем в полном объеме и отгружены в адрес <данные изъяты> (т.4 л.д.33).
Заключением судебно-бухгалтерской экспертизы от <дата> подтвержден факт выявления на основании первичных бухгалтерских документов того, что <данные изъяты> были получены в качестве предоплаты в соответствии с заключенными договорами денежные средства:
- по договору от <дата> за изготовление и монтаж двери <данные изъяты> от Потерпевший N 1 - в сумме 20 000 руб. 00 коп.;
- по договору от <дата> за изготовление и монтаж окон ПВХ в готовый металлический каркас, изготовление крыши для металлического каркаса, а также решетки и арочного проема с кованными элементами из материала заказчика от Потерпевший N 5 - в сумме 22 000 руб. 00 коп.;
- по договору от <дата> за изготовление и монтаж секционных ворот <данные изъяты> от Потерпевший N 3 - в сумме 33 000 руб. 00 коп.;
- по договору от <дата> за изготовление и монтаж автоматических секционных ворот <данные изъяты> от Потерпевший N 4 - в сумме 20 000 руб. 00 коп.;
- по договору за изготовление и монтаж секционных ворот от <данные изъяты> - в сумме 38 800 руб. 00 коп.
Акты приема-передачи товара, предусмотренные этими договорами, отсутствуют, следовательно, предусмотренные указанными договорами работа и поставка товара выполнены не были (т.4 л.д.150-151).
Вышеприведенные доказательства в своей совокупности в полной мере опровергают доводы апелляционной жалобы Михеева Д.С. о непричастности к совершению преступлений, поскольку напротив, свидетельствуют, что осужденный, будучи директором и единственным участником <данные изъяты> и получив от потерпевших денежные средства в качестве оплаты услуг по изготовлению и монтажу ворот и дверей, не имел реальных намерений выполнять взятые на себя обязательства, распорядившись денежными средствами потерпевших по своему усмотрению.
По смыслу уголовного закона, в случаях, когда лицо получает чужое имущество, не намереваясь при этом исполнять обязательства, связанные с условиями передачи ему указанного имущества, в результате чего потерпевшему причиняется материальный ущерб, содеянное следует квалифицировать как мошенничество, если умысел, направленный на хищение чужого имущества, возник у лица до получения чужого имущества.
При этом о наличии такого умысла могут свидетельствовать, в частности, заведомое отсутствие у лица реальной возможности исполнить обязательство в соответствии с условиями договора, сокрытие лицом информации о наличии задолженностей, распоряжение полученным имуществом в личных целях вопреки условиям договора и другие (п.4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 г. N 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате").
В данном случае, фактические обстоятельства, установленные на основании совокупности исследованных судом доказательств, приведенных в приговоре, объективно подтверждают заведомое отсутствие у осужденного намерений на исполнение взятых на себя обязательств, поскольку получив от потерпевших Потерпевший N 1, Потерпевший N 2, Потерпевший N 4, Потерпевший N 3, Потерпевший N 5 в качестве предоплаты деньги за изготовление и установку им ворот и дверей, Михеев Д.С. от имени <данные изъяты> не направил эти финансовые средства на заводы в <данные изъяты> и <данные изъяты> в качестве предоплаты для изготовления заказов потерпевших, а распорядился их денежными средствами по своему усмотрению.
Указанные мошеннические действия осужденного носили умышленный характер, о чем свидетельствует количество заключенных им договоров, периодичность их заключения, связанная с непродолжительным промежутком времени, а также поведение Михеева Д.С. после обращения к нему потерпевших, который не принял никаких действенных мер по выполнению заказов либо возмещению материального ущерба, а напротив, давал заведомо ложные и невыполнимые обещания об исполнении взятых на себя обязательств, решив <дата> ликвидировать <данные изъяты>, что в свою очередь, подтверждается показаниями допрошенных судом свидетелей Свидетель N 9 и Свидетель N 10
При таких обстоятельствах утверждения Михеева Д.С. об отсутствии у него умысла на хищение денежных средств потерпевших и о гражданско-правовом характере его действий, не соответствуют действительности.
Тем более, что обличение осужденным своих действий в форму гражданско-правовых сделок, создавало лишь видимость возникших между сторонами правоотношений и такие действия являлись только способом завуалирования его преступной деятельности, направленной на хищение денежных средств потерпевших.
Способ совершения мошеннических действий Михеевым Д.С. - путем злоупотребления доверием, судом установлен правильно и убедительно мотивирован в приговоре.
Злоупотребление доверием при мошенничестве заключается в использовании с корыстной целью доверительных отношений с владельцем имущества. Злоупотребление доверием имеет место в случаях принятия на себя лицом обязательств при заведомом отсутствии у него намерения их выполнить с целью безвозмездного обращения в свою пользу или в пользу третьих лиц чужого имущества или приобретения права на него (например, получение физическим лицом кредита, аванса за выполнение работ, услуг, предоплаты за поставку товара, если оно заведомо не намеревалось возвращать долг или иным образом исполнять свои обязательства).
Осужденному было достоверно известно о финансовом состоянии <данные изъяты> и введя потерпевших в заблуждение о своей готовности исполнить заказы, он их на заводы-изготовители не направлял, длительное время вводил в заблуждение потерпевших о причинах неисполнения обязательств, полученные денежные средства в качестве предоплаты либо оплаты заказов в последующем потерпевшим не возвратил.
Квалифицирующий признак преступлений, совершенных Михеевым Д.С. с использованием служебного положения <данные изъяты>, судом также установлен верно, поскольку осужденный, являясь в силу Устава данного хозяйствующего субъекта единоличным исполнительным органом юридического лица и его единственным участником, действуя в силу имеющихся у него полномочий, давал указания по оформлению документов, производстве замеров, осуществлял организационно-распорядительные функции и руководство как производственной, так и административной деятельностью, как директор принимал решения, имеющие правовые последствия.
Обстоятельства, на которые ссылается в апелляционной жалобе с дополнениями осужденный Михеев Д.С., не влекут недопустимости и не свидетельствуют о недостоверности представленных органом следствия доказательств, оценка которых судом произведена в соответствии с положениями закона в совокупности и взаимосвязи с другими доказательствами по делу.
Доводы апелляционной жалобы Михеева Д.С. о незаконной ссылке в приговоре на оптический диск с движением денежных средств по расчетному счету общества, ввиду не исследования в судебном разбирательстве содержащейся на этом диске информации, судебная коллегия считает несостоятельными.
Как следует из протокола судебного заседания (т.7 л.д.185-186), в судебном разбирательстве по ходатайству государственного обвинителя непосредственно были исследованы посредством их оглашения протоколы осмотра предметов от 02.09.2019 г., в том числе оптического диска с данными о движении средств по счету <данные изъяты> (т.5 л.д.83-93), в связи с чем суд в соответствии с положениями ст.240 УПК РФ правомерно сослался в приговоре на содержание указанных доказательств.
При этом в силу положений ч.1 ст.284 УПК РФ в ее взаимосвязи с ч.8 ст.186 УПК РФ, осмотр вещественных доказательств производится в любой момент судебного следствия, но лишь по ходатайству сторон.
Тогда как из протокола судебного заседания усматривается, что осужденный и сторона его защиты не ходатайствовала об исследовании в суде конкретного содержания информации (файлов), находящейся на указанном оптическом диске с данными о движении средств по счету <данные изъяты>
При этом осужденным было заявлено ходатайство лишь о личном ознакомлении с вещественными доказательствами - оптическим диском с информацией с <данные изъяты> содержащим данные о движении средств по счету <данные изъяты>, которое однако было удовлетворено судом и для такого ознакомления объявлялся перерыв, о чем объективно свидетельствует протокол судебного заседания (т.7 л.д.189-193), с которым осужденный был в установленном законом порядке ознакомлен, но каких-либо замечаний не подавал.
В связи с изложенным, судебная коллегия считает, что надлежащие анализ и оценка исследованных в судебном заседании доказательств позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершенных осужденным преступлений, прийти к обоснованному выводу о его виновности по делу, а также верно квалифицировать его преступные действия по ч.3 ст.159 УК РФ по каждому из пяти совершенных преступлений.
Оснований для оправдания Михеева Д.С., о чем он ставит вопрос в своей апелляционной жалобе, не имеется.
Наказание за содеянное Михееву Д.С. назначено в строгом соответствии с положениями статей 6 и 60 УК РФ, с учетом в полной мере характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о его личности, и всех обстоятельств дела, влияющих на его назначение, в том числе наличия смягчающих и отсутствия отягчающих его наказание обстоятельств, а также с учетом влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.
Все обстоятельства, имеющие значение при назначении наказания, судом установлены, полно приведены в приговоре и должным образом учтены.
Изложенные в приговоре обстоятельства, смягчающие его наказание, признаны в качестве таковых правомерно.
Суд первой инстанции, приняв во внимание всю совокупность установленных по делу обстоятельств, характер и общественную опасность совершенных преступлений, личность подсудимого и условия жизни его семьи, обоснованно не усмотрел оснований для назначения Михееву Д.С. наказания с применением положений ст.73 УК РФ и сделал правильный вывод, мотивировав его, о том, что исправлен осужденный, может быть лишь в местах лишения свободы, с которым судебная коллегия полностью соглашается.
Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, а также поведением виновного и существенно уменьшающих степень его общественной опасности, судом при назначении осужденному наказания обоснованно не усмотрено, не находит таковых и судебная коллегия, полагая об отсутствии оснований для применения положений статьи 64 УК РФ.
Справедливость назначенного Михееву Д.С. наказания за совершенные преступления сомнений у судебной коллегии не вызывает, поскольку оно отвечает целям, предусмотренным ч.2 ст.43 УК РФ, соразмерно тяжести содеянного и снижению не подлежит.
Окончательное наказание обоснованно назначено осужденному по правилам ч.5 ст.69 УК РФ - в соответствии с требованиями уголовного закона.
Не назначение осужденному дополнительных видов наказания в виде штрафа и ограничения свободы, в приговоре также мотивировано.
Вид исправительного учреждения, в котором осужденному надлежит отбывать наказание, определен судом правильно - в соответствии с п. "б" ч.1 ст.58 УК РФ.
Указание суда первой инстанции об отсутствии предусмотренных законом оснований для применения в отношении Михеева Д.С. положений ч.6 ст.15 УК РФ, касающиеся изменения категории преступления, судебная коллегия тоже находит обоснованным, исходя при этом из фактических обстоятельств, характера и степени общественной опасности совершенных им преступлений.
Судьба гражданских исков разрешена судом в соответствии с нормами закона, тем более, что Михеев Д.С. признал исковые требования потерпевших в полном объеме в связи с причинением им ущерба.
Нарушений требований уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела и вынесении приговора не допущено.
В связи с чем, оснований для отмены или изменения приговора, о чем ставятся вопросы в апелляционной жалобе и дополнениях к ней, судебная коллегия не находит.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
определила:
Приговор Пролетарского районного суда г.Саранска Республики Мордовия от 31 января 2020 года в отношении Михеева Д.С. оставить без изменения, апелляционную жалобу с дополнениями - без удовлетворения.
Настоящее определение может быть обжаловано в кассационную инстанцию в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.
Председательствующий Кольбов Е.А.
Судьи Дерябин Е.В.
Мелешкина О.В.


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка