Дата принятия: 19 ноября 2020г.
Номер документа: 22-6998/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ КРАСНОЯРСКОГО КРАЕВОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 19 ноября 2020 года Дело N 22-6998/2020
Судебная коллегия по уголовным делам
Красноярского краевого суда в составе:
председательствующего Граненкина В.П.,
судей Верхотурова И.И., Ефименко П.В.,
при секретаре - помощнике судьи Колесниковой Т.С.,
с участием:
прокурора управления по обеспечению участия прокуроров в рассмотрении уголовных дел судами Красноярского края Дятловой Т.М.,
потерпевшей ФИО39
осужденных Исоева М.Ш., Бурхонова Д.С., Мирзоева Б.Б.,
адвокатов Селезнева С.И., Сашиной М.М., Репиной Г.Н.,
переводчиков Зоирова М.С., Мирзаева Ш.Ф.,
рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам с дополнениями осужденного Исоева М.Ш. и его адвоката Сулейманова И.С., осужденного Мирзоева Б.Б. и его адвоката Вебера С.В. на приговор <адрес> от <дата>, которым:
И с о е в ФИО41 в <адрес>, гражданин <данные изъяты>, состоящий в браке, не работающий, проживающий в <адрес>, несудимый,
осужден по ч.3 ст.162 УК РФ на 8 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;
Мирзоев ФИО43 в <адрес>, гражданин <данные изъяты>, в браке не состоящий, не работающий, постоянного места жительства не имеющий, несудимый,
осужден по ч.3 ст.162 УК РФ на 8 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Бурхонов ФИО44 в <адрес>, гражданин <данные изъяты>, состоящий в браке, не работающий, проживающий в <адрес>, несудимый,
осужден по ч.3 ст.162 УК РФ на 7 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Срок наказания постановлено исчислять с <дата>, с зачётом в срок отбытия наказания времени содержания под стражей Исоева М.Ш. - с <дата> по <дата>; Бурхонова Д.С. - с <дата> по <дата>, Мирзоева Б.Б. - с <дата> по <дата>
По гражданскому иску с Исоева ФИО41, Бурхонова ФИО44, Мирзоева ФИО43 солидарно в пользу потерпевшей ФИО39 взыскано <данные изъяты> рубля в счёт возмещения причинённого материального ущерба.
Приговором также разрешён вопрос по мере пресечения, которая оставлена без изменения - в виде заключения под стражей и судьбе вещественных доказательств: денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, изъятые в ходе обыска у Исоева М.Ш., и <данные изъяты> рублей, изъятые в ходе выемки у Мирзоева Б.Б., обращены в счёт возмещения ущерба, причинённого потерпевшей ФИО39.; нож в чехле, налобный фонарь, женская сумка, паспорт на имя ФИО39 сотовый телефон - оставлены по принадлежности потерпевшей ФИО39., автомобиль "Тойота Спринтер", г/н N, - оставлен по принадлежности ФИО12
В отношении осужденного Бурхонова Д.С. в апелляционном порядке приговор не обжалуется.
Заслушав доклад судьи Граненкина В.П. по обстоятельствам уголовного дела и доводам апелляционных жалоб с дополнениями, осужденных Исоева М.Ш., Мирзоева Б.Б., Бурхонова Д.С., их защитников - адвокатов Селезнева С.И., Сашиной М.М., Репиной Г.Н., которые поддержали апелляционные доводы, выступление потерпевшей ФИО39 возражавшей против удовлетворения жалоб; прокурора Дятловой Т.М., просившей приговор изменить, судебная коллегия
установила:
Исоев М.Ш., Мирзоев Б.Б. и Бурхонов Д.С. осуждены за разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершённое с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, в крупном размере - на сумму <данные изъяты> рублей.
Преступление совершено ими <дата> в отношении потерпевшей ФИО39. в <адрес>, при обстоятельствах подробно изложенных судом в приговоре.
В апелляционной жалобе с дополнениями к ней осужденный Исоев М.Ш. просит приговор изменить, а его действия переквалифицировать на пп."а", "г" ч.2 ст.161 УК РФ. Жалобу мотивирует тем, что в ходе судебного следствия не доказана причастность к хищению денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей. Потерпевшая ФИО39. не представила доказательств тому, что она располагала данными деньгами, которые бы ей принадлежали, в ходе предварительного следствия она неоднократно меняла свои показания относительно происхождения <данные изъяты> рублей. Каких-либо письменных доказательств, подтверждающих наличие указанной суммы, в материалах уголовного дела не имеется. Считает, что потерпевшая умышленно вводит суд в заблуждение. Выражает несогласие с обращением взыскания на денежные средства, изъятые у него и Мирзоева Б.Б., поскольку суд не установил, что изъятые денежные средства похищены у потерпевшей. Изъятая денежная сумма в размере <данные изъяты> рублей заработана им законным путём, что подтверждается информацией в его сотовом телефоне, который также был изъят сотрудниками полиции, однако был утрачен, а его жалобы по факту пропажи телефона остались без удовлетворения. В указанном телефоне имеются доказательства его невиновности. Считает, что доказан ущерб только на сумму в размере <данные изъяты> рублей, которая крупным размером не является. Обращает внимание на то, что в ходе предварительного и судебного следствия он был лишён права на защиту, так как является гражданином <данные изъяты>, а все осуждённые и потерпевшая пользовались услугами переводчика Шарипова Н.Х., что противоречит ст.74 УПК РФ, так как один переводчик не может представлять интересы обвиняемых и потерпевшей одновременно, которая является уроженкой Республики <данные изъяты>. Считает, что во время судебного следствия переводчик Шарипов Н.Х. осуществлял неправильный перевод. Ссылается на то, что при ознакомлении с материалами уголовного дела присутствовал адвокат Шилова Л.Р., представлявшая ранее интересы потерпевшей ФИО39., которой он заявил отвод, при этом, он не высказывал намерений по отказу от дальнейшего ознакомления с материалами уголовного дела. Таким образом, он не был обеспечен не только защитником, но и переводчиком. Указывает, что очная ставка была проведена с нарушениями требований закона, так как следователь задавал наводящие вопросы. Кроме того, на следственном действии - предъявления лица для опознания, он находился в неравных условиях, так как был заведомо для потерпевшей изобличен. Просит признать указанные доказательства недопустимыми. Считает протокол принятия устного заявления выполненным с нарушением ст.141 УПК РФ, так как большая часть протокола нечитаемая. Ссылается на то, что протоколы его допросов в ходе предварительного следствия также выполнены с нарушением требований ч.3 ст.166 УПК РФ, а в протоколе от <дата> подделана его подпись, что может подтвердить экспертиза. Также считает указанные им доказательства недопустимыми. Указывает, что имеющийся в материалах дела протокол его допроса от <дата> недопустим, так как в тот день он на ИВС не содержался, время проведения следственных действий не совпадает с датами выезда из СИЗО-1 на ИВС. Кроме того, согласно детализации телефонных соединений в 00 часов 7 минут он находился в 200 м. от посёлка <адрес>, в то время как жильё потерпевшей находится в <адрес>. Кроме того, обвинительное заключение составлено с нарушениями требования ст.220 УПК РФ, так как в нём отсутствует дата подписания обвинительного заключения следователем, неверно указано на отсутствие у него и Мирзоева Б.Б. малолетних детей, нет информации о наличии смягчающих наказание обстоятельств. Кроме того, в качестве доказательства его вины представлен отпечаток пальца с настенных часов, однако, экспертиза от <дата> указала, что указанный отпечаток принадлежит Бурхонову Д.С., при этом, до указанных событий они заходили в дом к потерпевшей и вполне вероятно могли оставить там свои следы. Кроме того, описательно-мотивировочная часть приговора не содержит указаний о форме вины и мотивах совершения преступления. Полагает, что в действиях Бурхонова Д.С. имеется эксцесс исполнителя. Кроме того, при осмотре места происшествия установлено разрушение печи, что свидетельствует о том, что лица, похитившие денежные средства, заведомо знали о месте нахождения указанной суммы. На основании этого просит приговор отменить, а уголовное дело возвратить прокурору для устранения недостатков.
В апелляционной жалобе с дополнениями к ней адвокат Сулейманов И.С., в интересах осужденного Исоева М.Ш., просит приговор отменить из-за несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Жалобу мотивирует тем, что Исоев М.Ш. вину в совершении преступления не признал, дал подробные показания об обстоятельствах инцидента с его участием. Судом не доказано, каким образом Исоев М.Ш. угрожал потерпевшей, осведомлённость Исова М.Ш. о наличии у кого-либо оружия не нашло своего подтверждения, поскольку отсутствуют доказательства этому. Полагает, что к показаниям потерпевшей ФИО39 следовало относиться критически, так как они носят субъективный характер, имеют противоречия. Предъявлению для опознания предшествовал предварительный допрос лица, которое предъявлялось как объект. Опознание не может быть признано обоснованным, если опознающий указал такие признаки и приметы, которые вследствие своей неопределённости недостаточны для установления личности, либо находятся в противоречии с ранее данным описанием предмета опознания. При допросе по данному делу не отражены индивидуальные признаки и индивидуальные особенности, наличие или отсутствие характерных примет наблюдаемых ими объектов, где она, в частности, поясняли предположения в отношении Исоева М.Ш. Указывает, что Исоев М.Ш. применением насилия в отношении потерпевшей не угрожал, не похищал её денежные средства.
В апелляционной жалобе с дополнениями (обращениями) осужденный Мирзоев Б.Б. выражает несогласие с приговором, поскольку выводы суда, изложенные в нём, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Жалобу мотивирует тем, что прибыв на место преступления, он лишь хотел установить контакт с человеком, который, со слов Исоева М.Ш., причинил ему материальный ущерб поломкой автомобиля. Так как Исоев М.Ш. плохо разговаривает на русском языке, то попросил его (Мирзоева) о помощи. Не доезжая до адреса, они остановились, Бурхонов Д.С. надел маску и они с Исоевым М.Ш. пошли к строению, где находилась потерпевшая, он же пошёл в сторону теплиц. У него не было умысла на хищение, так как он имеет стабильный источник дохода. В дом, где находилась потерпевшая, не входил. Кроме того, помещение, не имеющее юридического адреса, не является жилищем, а документов, подтверждающие права потерпевшей ФИО39. на указанное помещение, не предоставлено, законным владельцем данного помещения является иное лицо, поэтому признак незаконного проникновения в жилище отсутствует, действия могли быть квалифицированы по ч.2 ст.162 УК РФ. Считает, что его обвинили в проникновении в помещение, которого не существует. Потерпевшая ФИО39. занимала чужое помещение, что также является преступлением. Кроме того, потерпевшая поясняла, что сама не видела, кто и как похищал её имущество, поэтому содеянное следовало квалифицировать как тайное хищение чужого имущества по ст.158 УК РФ и по ст.139 УК РФ. Обращает внимание, что к ФИО39. приехали с целью разговора, но без цели хищения, а умысел на хищение возник уже после взлома, телесных повреждений он потерпевшей не причинял и угроз в её адрес не высказывал. Указывает, что по заключению дактилоскопической экспертизы в помещении, где находилась потерпевшая, его следов не обнаружено, что свидетельствует о том, что он в указанное помещение не заходил. Кроме того, в протоколе очной ставки между ним и Бурхоновым Д.С. указано, что разбойное нападение он совершил совместно с Исоевым М.Ш. и Бурхоновым Д.С., однако он такие показания не давал. Вместе с тем, суд сослался на них в приговоре. Также выражает несогласие с судебно-медицинской экспертизой в отношении потерпевшей, которая проведена спустя семь месяцев после произошедших событий. Не было доказано, что применение Бурхоновым Д.С. предмета, используемого в качестве оружия, охватывалось умыслом всех подсудимых. В приговоре отсутствует оценка всем доказательствам, в том числе, о его непричастности к совершению преступления. В ходе судебного заседания потерпевшая пояснила, что не имеет к нему претензий, так как на месте преступления его не видела, однако судом указанному обстоятельству оценка не дана. Считает, что в ходе следственных действий их показания были неправильно переведены, что подтверждается тем, что в суд потерпевшая пришла со своим переводчиком. Указывает, что он является гражданином Республики <данные изъяты>, плохо владеет русским языком, вместе с тем, не был обеспечен компетентным переводчиком, что подтверждается копией письма от <дата> Кроме того, в ходе судебного заседания переводчик был замечен в заведомо неправильном переводе, осуществлял перевод, как обвиняемым, так и потерпевшей, которая является уроженкой Республики <данные изъяты>; переведённые переводчиком документы содержат огромное количество ошибок, неточностей, меняющих смысл показаний. В ходе следствия потерпевшая неоднократно меняла показания, в том числе о наличии и о размере суммы, не смогла объяснить, откуда у неё появились деньги. Считает, что она умышленно ввела суд в заблуждение из корыстных целей. Выражает несогласие с обращением взыскания на изъятые у него и Исоева М.Ш. денежные средства, поскольку судом не установлено, что указанные деньги похищены у потерпевшей. Также выражает несогласие с протоколом принятия устного заявления от потерпевшей, который выполнен с нарушением требований ст.141 УПК РФ. Обращает внимание на то, что в материалах уголовного дела отсутствует протокол допроса свидетеля ФИО18, однако в приговоре есть ссылка на его показания. Указанный человек ему не знаком, его показания являются недопустимыми.
Полагает, что обвинительное заключение по делу составлено с нарушением ст.220 УПК РФ, содержит множество ошибок. Указывает, что в его действиях отсутствует состав преступления по ст.162 УК РФ, а показания Исоева М.Ш. и Бурхонова Д.С., явка с повинной Бурхонова Д.С. в ходе предварительного следствия являются недопустимыми доказательствами, так как получены с нарушением требований УПК РФ, без переводчика. Кроме того, перевод протоколов судебного заседания не заверен подписью переводчика, до настоящего времени им не получен приговор на таджикском языке. Из показаний потерпевшей следует, что он находился на улице и какого-либо вреда здоровью ей не причинял. Кроме того, выводы суда о том, что Бурхонов Д.С. держал потерпевшую ФИО39 за волосы и шею, а одновременно второй рукой угрожал ей ножом и в то же время забрал телефон, считает несостоятельными, так как эти действия одномоментно произвести невозможно. Показания ФИО39 в части того, что происходило в доме, вызывают большие сомнения, поскольку по заключению судебно-медицинской экспертизы точное время причинения ей телесных повреждений не установлено. Ссылается на то, что летний домик не является жилищем, поскольку в нём нет окон, кровати и электроэнергии. Считает, что указанная потерпевшей сумма в <данные изъяты> рублей, объективно ничем не подтверждена. У потерпевшей в теплицах работали нелегальные эмигранты, вследствие чего хранить указанную сумму денег в доме не имело смысла. Указывает, что он и Бурхонов Д.С. не владеют русским языком, однако переводчик не всегда принимал участие в следственных действиях. Более того, во время судебных заседаний присутствовал переводчик Шарипов Н.Х., который не только не знает русский язык, но и плохо знает узбекский и таджикские языки, о чём свидетельствует обвинительное заключение, имеющее множество ошибок, неправильный перевод показаний в зале суда. Им (Мирзоевым) подано ходатайство, в котором он указывал на то, что в протоколе судебного заседания от <дата> неверно изложена речь потерпевшей, не настаивающей на строгом наказании для подсудимых, однако в протоколе судебного заседания указано, что она настаивает на строгом наказании для них. Ссылается на то, что назначенное ему наказание является чрезмерно суровым, не соответствует тому, что он совершил и данным о его личности, положительным характеристикам, смягчающим наказание обстоятельствам.
В апелляционной жалобе с дополнениями к ней адвокат Вебер С.В., действуя в защиту интересов осужденного Мирзоева Б.Б., просит об изменении приговора. Жалобу мотивирует тем, что целью поездки являлось возмещение ущерба за поврежденный автомобиль. По приезду на место происшествия Бурхонов Д.С. и Исоев М.Ш. отправились к помещению, где находилась потерпевшая ФИО39 а Мирзоев Б.Б. не имел намерений участвовать в разрешении вопросов по возмещению ущерба, никаких действий, связанных с нападением на потерпевшую ФИО39., не предпринимал. Все активные действия выполняли Бурхонов Д.А. и Исоев М.Ш., а Мирзоев Б.Б. их действия не видел, не высказывал потерпевшей угроз, не требовал денежных средств, поэтому не может нести уголовную ответственность за других лиц. Полагает, что действия Мирзоева Б.Б. возможно было бы квалифицировать по ч.1 ст.161 УК РФ, так как, находясь в помещении, он взял нож, принадлежащий потерпевшей. Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями самой потерпевшей ФИО39. Обращает внимание на то, что судом в приговоре отражены только одни показания потерпевшей, а не все, которые были даны ею в ходе предварительного следствия.
На апелляционную жалобу Исоева М.Ш. помощником прокурора <адрес> Панариной В.А. поданы возражения, в которых выражается несогласие с жалобами, указывается на то, что вина в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.162 УК РФ, доказана, права Исоева М.Ш., Мирзоева Б.Б., Бурхонова Д.С. в ходе предварительного и судебного следствия не нарушены, им назначено справедливое наказание.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.
Вина Исоева М.Ш., Мирзоева Б.Б., Бурхонова Д.С. в совершении преступления, за которое они осуждены, подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами, добытыми в установленном законом порядке и получившими надлежащую оценку в приговоре в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ.
Вопреки доводам апелляционных жалоб, доказательствами вины в совершении преступления, судом обоснованно признаны:
- показания потерпевшей ФИО39 о том, что <дата> в 1 часов 30 минут она проснулась от сильного шума со стороны двери. Посмотрев на дверь, увидела, что её резко открыли и в комнату зашли двое мужчин. Так как у неё на потолке был прикручен электрический фонарик, она видела, что на одном из них была надета черная маска, им оказался ранее незнакомый ей Бурхонов. Второй мужчина был без маски, им был ранее незнакомый Исоев. Бурхонов резко подбежал к ней, схватил рукой за волосы и шею, Исоев стоял в проёме дверей и что-то говорил Бурхонову на таджикском языке. У Бурхонова в правой руке был нож, который он подставил к её шее, она кричала и звала на помощь. Бурхонов крикнул ей, чтобы она перестала кричать, а то он её сейчас убьёт. Она пыталась левой рукой убрать его руку от волос, так как ей было больно. В этот момент почувствовала порез левой руки. Она опасалась за свою жизнь, так как понимала, что Бурхонов может её убить. Бурхонов кричал, где деньги, она сказала, что дома денег нет. На самом деле, деньги в сумме <данные изъяты> рублей были спрятаны в печке-буржуйке. Бурхонов со стола взял её телефон марки "LG", положил себе в карман брюк. Кроме того, Бурхонов забрал налобный фонарик. После этого Бурхонов сказал ей идти на улицу, толкнул её в проём двери к Исоеву, который прикрывал своё лицо рукой. Когда Бурхонов толкнул её в проём двери и вывел на улицу, то там находился мужчина таджикской национальности. Впоследствии она узнала, что это Мирзоев. Втроем они повели её в рабочую комнату, находящуюся рядом с домом. Рабочие спали, а когда проснулись, то побоялись выходить. У одного из рабочих она взяла телефон и стала звонить в полицию, не дозвонившись, позвонила мужу и рассказала, что произошло. Через щель рабочей комнаты видела, что в летнем домике, где она ранее спала, находятся Исоев, Бурхонов и Мирзоев, которые действовали заодно, что-то искали. Когда вернулась домой, вещи были разбросаны, печка в которой были спрятаны деньги - разобрана, из кирпичной кладки похищено <данные изъяты> рублей различными купюрами, вырученные от продажи помидор. Из помещения дома также пропал кухонный нож с чёрной рукоятью в чехле чёрного цвета, рация в корпусе чёрного цвета. В комнате у неё стояла женская лакированная сумка "<данные изъяты>", где находились ювелирные изделия: три кольца и серьга, 10 рублевые монеты в сумме <данные изъяты> рублей купюрами 5 купюр по <данные изъяты> рублей, 1 купюра <данные изъяты>, паспорт на её имя. Сумку она нашла недалеко от теплицы вместе с паспортом. Утром вызвала сотрудников полиции. В ходе проведения следственных действий опознала мужчину в маске как Бурхонова, Мирзоева опознала по куртке, Исоева опознала как мужчину, который стоял в дверном проёме летнего домика. Позже сотрудники полиции вернули ей нож в чехле, налобный фонарь, а также сотовый телефон "LG <данные изъяты>";
- показания свидетеля ФИО66 на предварительном следствии о том, что он и его супруга ФИО39. на участке земли, расположенном на территории сельскохозяйственных угодий, на расстоянии около 5 км. от <адрес>, где имеется 12 теплиц, выращивают помидоры. Рядом с теплицами находится помещение, которое используют в качестве дома, где ФИО39. постоянно проживает. <дата> ему позвонила супруга и сказала, что в дом ворвались неизвестные лица, заперли её в соседнем помещении, требовали деньги, приставив к горлу нож. Когда приехал к супруге, последняя ему рассказала, что когда спала в доме, закрывшись изнутри, сломав дверь, ворвались двое мужчины, один из них был в маске, схватил её за волосы, приставив к горлу нож, стал требовать деньги. ФИО39. пояснила, что денег в доме нет. Мужчина забрал телефон, рацию и фонарик, принадлежащие их семье. Когда нападавшие ушли из дома, то его супруга (ФИО39 обнаружила, что в доме все перевернуто, из её сумки похищены деньги в размере <данные изъяты> рублей, золотые украшения: 3 кольца и серьга, а также <данные изъяты> рублей, которые они хранили в печке;
- показания свидетеля Свидетель N 1 на предварительном следствии, согласно которым <дата> в 21 час 50 минут в ООО <данные изъяты>" на <адрес> в <адрес> она приобрела сотовый телефон "<данные изъяты>" в корпусе чёрного цвета, с IMEI N, за 4500 рублей, без документов. По приезду домой, она вставила свою сим-карту в телефон и стала им пользоваться. О том, что телефон был похищен, ей стало известно от сотрудников полиции;
- показания свидетеля ФИО18 на предварительном следствии о том, что Исоев М.Ш. - его дальний родственник. Супруга Исоева М.Ш. и его родной брат ФИО71 в августе 2018 г. уехали в <данные изъяты> Денег у них никогда большими суммами не было, они малообеспеченные. Исоев М.Ш. говорит неправду о том, что <данные изъяты> рублей принадлежат брату и жене;
- заявление ФИО39., где она просит привлечь к уголовной ответственности лиц, которые <дата> в 1 часов 30 минут, по адресу: <адрес>, вблизи <адрес>, из помещения её дома похитили денежные средства в размере <данные изъяты> рублей, золотые украшения, сотовый телефон, рацию, нож (т.1, л.д.16);
- протоколы осмотра места происшествия от <дата> и <дата> (т.1, л.д.17-28, 43-47);
- протоколы осмотра изъятых предметов (т.1, л.д.48-50, 64-66);
- протокол от <дата> обыска по месту проживания Исоева М.Ш., в ходе которого обнаружено и изъято <данные изъяты> рублей (т.1, л.д.165-167);
- протокол осмотра распечатки детализации телефонных переговоров с привязкой к базовым станциям абонентского номера на Мирзоева Б.Б., в ходе которой установлено, что <дата> в 00:15:16 абонент находился вблизи базовой станции: <адрес> (т.1, л.д.226-229);
- протокол осмотра детализации телефонных переговоров с привязкой к базовым станциям абонентского номера на Исоева М.Ш. на диске СД-R, которым закреплено, что <дата> с 00:07:47 он находился вблизи <адрес>, <дата> в 02:18:04 находился вблизи базовой станции <адрес> (т.2, л.д.11-14);
- протокол от <дата> выемки у Мирзоева Б.Б. <данные изъяты> рублей (т.2, л.д.120-123);
- протокол от <дата> обыска по месту проживания Бурхонова Д.С., в ходе которого изъят налобный фонарь (т.2, л.д.10-12);
- протокол очной ставки между подозреваемым Исоевым М.Ш. и свидетелем Мирзоевым Б.Б., при проведении которого Исоев М.Ш. показал, что <дата> он совместно с Бурхоновым Д.С. и Мирзоевым Б.Б. приехали на автомобиле "Toyota Sprinter", г/н N, на территорию участка с кадастровым номером <данные изъяты>, относительно ориентира <адрес>, по направлению на юг, где Мирзоев Б.Б. передал Бурхонову Д.С. маску и перчатки, в последующем Бурхонов Д.С. вскрыл дверь в дом, из которого вывел ФИО39 он стоял в дверном проёме дома. Бурхонов Д.С. вывел ФИО39 в другое помещение, после чего он вместе с Мирзоевым Б.Б. зашли в дом. Бурхонов Д.С. похитил телефон, налобный фонарь, радиостанцию, сумку, Мирзоев похитил нож в чехле (т.2, л.д.41-46);
- протокол очной ставки между обвиняемыми Мирзоевым Б.Б. и Бурхоновым Д.С., в ходе которой Мирзоев Б.Б. показал, что <дата> он совершил разбойное нападение совместно с Бурхоновым Д.С. и Исоевым М.Ш. Дверь в помещение дома выломал Бурхонов Д.С. с Исоевым М.Ш. (т.2,л.д.192-194);
- заключение товароведческой судебной экспертизы N от <дата> с выводами о том, что стоимость сотового телефона "LG <данные изъяты>" составляет <данные изъяты> рублей, фонарика налобного - <данные изъяты>, всего на общую сумму <данные изъяты> рублей (т.3, л.д.53-62);
- заключение дополнительной дактилоскопической экспертизы N от <дата> с выводами о том, что на отрезках светлой дактилоскопической пленки, представленных на экспертизу, перекопировано семь следов рук, пригодных для идентификации. След руки из пакета с пояснительной надписью "<дата> следы рук, изъятые с настенных часов на 1 отрезке СДП" оставлен средним пальцем правой руки Бурхонова Д.С. След пальца руки из пакета с надписью "<дата> следы рук на 3 отрезках СДП, изъятые с рамки с фотографией" оставлен указательным пальцем правой руки Исоева М.Ш. Три следа пальцев рук из пакета с надписью "<дата> 3 СДП со следами рук, изъятыми с зеркала заднего вида а/м Тойота "<данные изъяты>"" оставлены большим пальцем правой руки Мирзоева Б.Б. Следы рук из пакета с надписью "<дата> 2 СДП со следами рук, изъятыми с водительской двери а/м Тойота "<данные изъяты> оставлены фрагментом ладони правой руки и большим пальцем левой руки Мирзоева Б.Б. (т.1, л.д.75-78);
- протокол выемки у свидетеля Свидетель N 1 сотового телефона "LG <данные изъяты>" (т.3, л.д.89-92);
- протокол предъявления потерпевшей ФИО39. предмета для опознания, согласно которому она из трёх представленных ей на опознание ножей, в ножнах, в предмете N опознала нож, который был похищен из помещения дома на участке вблизи д.<адрес> (т.1, л.д.132-134);
- протокол предъявления потерпевшей ФИО39. предмета для опознания, согласно которому из трёх представленных ей налобных фонарей, в предмете N она опознала налобный фонарь, который был похищен из помещения дома на участке вблизи д.<адрес>; (т.3, л.д.40,41);
- протокол предъявления потерпевшей ФИО39. предмета для опознания, согласно которому она из трёх представленных ей на опознание сотовых телефонов, в предмете N опознала сотовый телефон "LG <данные изъяты>", который был похищен из её дома на участке вблизи д.<адрес> (т.3, л.д.237,238);
- протокол явки с повинной Бурхонова Д.С., где он сообщил о совершении им совместно с Исоевым М.Ш. и Мирзоевым Б.Б. разбойного нападения и хищении имущества, принадлежащего ФИО39
- показания в судебном заседании свидетеля Свидетель N 2 о том, что является оперуполномоченным ОУР МО МВД России "<данные изъяты>" в его присутствии Бурхонов Д.С. написал явку с повинной, какого-либо давления на него не оказывалось;
- копия свидетельства о регистрации права собственности от <дата> на участок, расположенный - ориентир <адрес> (т.3, л.д.70,71);
- заключение судебно-медицинской экспертизы N, согласно выводам которой, у ФИО39. имелись повреждения: 1.1. резаная рана на левом предплечье, которая согласна п.27 Приказа МЗ и СР РФ от 24.04.2018 г. N 194н "Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека", не может быть учтена при определении степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, так как неизвестен её исход и длительность расстройства здоровья (свидетельствуемая не явилась для повторного осмотра после заживления повреждения). 1.2. Кровоподтек в затылочной области с переходом на шею. Указанное повреждение не влечет за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, поэтому согласно п.9 раздела 2 Приказа МЗ и СР РФ от 24.04.2018 N 194н "Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека" расценивается как повреждение не причинившее вред здоровью. 2. Рана на левом предплечье могла образоваться в результате воздействия орудия (оружия) обладающего режущими свойствами, каковым мог быть и нож, кровоподтек в затылочной области с переходом на шею мог образоваться в результате воздействия тупого твердого предмета, либо при ударе о таковой, возможно и при обстоятельствах, указываемых свидетельствуемой. Давность образования указанных повреждений на момент обследования составляла около 1-2 суток (т.3, л.д.242-244);
- заключением судебной медицинской экспертизы N доп. С выводами о том, что у ФИО39. имелись повреждения: 1.1. резаная рана на левом предплечье. Указанное повреждение вызвало расстройство здоровья на срок не менее 21-го дня, на что указывают свойства рубца, показания освидетельствуемой (корочка отпала на 14-й день). Длительность расстройства здоровья менее 21-го дня, согласно п.п. 8.1 Приказа МЗ и СР РФ от 24.04.2018 г. N 194н "Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека" отнесено к категории, характеризующей квалифицирующий признак- "кратковременное расстройство здоровья". По данному признаку, утвержденным правилам определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденным Постановлением правительства РФ от <дата> N, указанное повреждение квалифицируется как вред, причиненный здоровью человека, легкой степени тяжести. 1.2. Кровоподтек в затылочной области с переходом на шею. Указанное повреждение не влечет за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, поэтому согласно п. 9 раздела 2 Приказа МЗ и СР РФ от <дата> Nн "Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека" расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью. 2. Рана на левом предплечье могла образоваться в результате воздействия орудия (оружия) обладающего режущими свойствами, каковым мог быть и нож, кровоподтек в затылочной области с переходом на шею мог образоваться в результате воздействия тупого твердого предмета, либо при ударе о таковой, возможно и при обстоятельствах, указываемых свидетельствуемой. Давность образования указанных повреждений на момент первичного обследования <дата> составляла около 1-2 суток т.4, л.д.5-9);
- протокол предъявления лица для опознания, в ходе которого ФИО39. опознала Исоева М.Ш., как лицо, которое совершило на неё нападение <дата>, опознала по внешнему виду, по разрезу глаз, по телосложению (т.1, л.д.153-156);
- протокол предъявления лица для опознания от <дата>, в ходе которого потерпевшая ФИО39 опознала Мирзоева Б.Б., как лицо, которое <дата> находилось у помещения дома, опознала по телосложению, по внешнему виду (т.2, л.д.166-169).
Перечисленные и иные доказательства, собранные по делу и положенные в обоснование доказанности вины, суд в соответствии с требованиями ст.ст.87,88 УПК РФ проверил, сопоставил их между собой, и дал им правильную оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признал их достаточными для разрешения уголовного дела и постановления обвинительного приговора. При этом, суд привёл мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие.
Как следует из материалов уголовного дела, протоколы допроса обвиняемых в ходе предварительного следствия составлены в соответствии с требованиями УПК РФ, им были разъяснены процессуальные права, в том числе положения ст.51 Конституции РФ, допросы производились с участием адвокатов и переводчика, которым отводы не заявлены.
Протоколы очных ставок между обвиняемыми Исоевым М.Ш. и Мирзоевым Б.Б., между Мирзоевым Б.Б. и Бурхоновым С.Д. проводились в соответствии с нормами УПК РФ, при участии защитников и переводчика; сведений о наводящих вопросах протоколы очных ставок не содержат, так как вопросы задавались по существу обстоятельств уголовного дела и относительно того, что про них известно участникам очных ставок.
Судебная коллегия приходит к выводу, что показания при проведении указанных следственных действий даны добровольно, в обстановке, исключающей возможность оказания давления или воздействия, право на защиту обеспечено, замечаний и заявлений по окончанию следственных действий не поступало, они удостоверяли своей подписью содержание оформленных протоколов.
Вопреки апелляционным доводам оснований для признания явки с повинной Бурхонова Д.С. о совместном совершении преступления недопустимым доказательством не имеется, так как сведения, изложенные им в явке с повинной, полностью совпадают с показаниями, данными Бурхоновым Д.С. с участием защитника и переводчика. Более того, ходатайств о признании протокола явки с повинной недопустимым доказательством от самого Бурхонова Д.С. не поступало. Добровольность волеизъявления при даче явки с повинной подтверждена свидетелем Свидетель N 2, содержание которых суд изложил в приговоре, и не имеется оснований к тому, чтобы им не доверять.
Доводы осужденного Исоева М.Ш. о недопустимости его показаний данных в ходе предварительного следствия <дата> рассмотрению не подлежат, поскольку суд на указанные показания в обжалуемом приговоре, как на доказательство его вины, не ссылался.
Доводы жалобы осужденного Мирзоева Б.М. о том, что протокол допроса свидетеля ФИО18 в судебном заседании не оглашался, подлежат отклонению, так как постановлением <адрес> от <дата> были удовлетворены замечания государственного обвинителя - помощника прокурора <адрес> Панариной В.А. на протокол судебного заседания от <дата>, согласно которым, в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, с согласия участников процесса, были оглашены показания свидетеля ФИО18, данные им в ходе предварительного следствия. Тот факт, что непосредственно Мирзоев Б.М. не знаком с данным свидетелем не указывает на их недостоверность. Кроме того, рассмотрены замечания Мирзоева Б.М. относительно позиции потерпевшей по наказанию, которые не были удостоверены судом, апелляционные жалобы на постановления о рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания участниками процесса не приносились, что расценивается судебной коллегией как их согласие с принятым решением.
Кроме того, вопреки доводам осужденных, показания потерпевшей ФИО39., положенные в основу приговора были даны ею в судебном заседании, большую часть показаний она давала непосредственно на русском языке, отводов переводчику не заявляла и заявлений о неверном переводе не делала.
Доводы апелляционных жалоб об отсутствии у потерпевшей ФИО39. денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей, являлись предметом тщательной проверки суда первой инстанции и обоснованно были отклонены, поскольку опровергаются: показаниями самой потерпевшей о наличии денег, её заявлением о привлечении к уголовной ответственности неизвестных лиц, похитивших имущество и денежные средства, в том числе <данные изъяты> рублей, показаниями свидетеля ФИО66 (супруга потерпевшей), пояснявшего, что похищенные денежные средства являлись их накоплениями от продажи помидор.
Факт выращивания и реализации потерпевшей сельскохозяйственной продукции не подвергали сомнению и сами осужденные, ссылаются на это же в своих апелляционных жалобах.
Оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшей и допрошенных по делу свидетелей со стороны обвинения не имеется, поскольку они последовательны, логичны и непротиворечивы, соответствуют другим доказательствам, подробно приведённым в приговоре.
Согласно протоколу судебного заседания и имеющейся в материалах уголовного дела подписке в порядке ч.2 ст.278 УПК РФ потерпевшая ФИО39. и свидетель ФИО66 были предупреждены об уголовной ответственности по ст.ст.307, 308 УПК РФ. На протяжении всего следствия потерпевшая последовательно указывала на хищение у неё денежных средств и иного имущества, что повлекло причинение для неё ущерба в крупном размере.
Заявление потерпевшей ФИО39 о преступлении соответствует положениям ст.141 УПК РФ, где также она предупреждалась об уголовной ответственности за заведомо ложный донос по ст.306 УПК РФ, а изложенные в нём ограниченные сведения об обстоятельствах преступления не ставят под сомнение роль Исоева М.Ш. и Мирзоева Б.Б. в совершении преступления.
Показания потерпевшей ФИО39., которые она давала в ходе предварительного следствия (т.1, л.д.92-96, 230-325; т.3, л.д.42-44, 45-47, 67-69, т.4, л.д.14-18), вопреки доводам жалобы защитника, исследовались судом при рассмотрении уголовного дела по существу, что следует из протокола судебного заседания (т.6, л.д.43), существенных противоречий, влияющих на доказанность вины осужденных, в них не содержится.
Ссылка осужденных на то, что судебно-медицинская экспертиза проведена по истечении длительного времени после причинения телесных повреждений потерпевшей, поэтому не доказывает сам факт причинения вреда, судебной коллегией признаётся несостоятельной, поскольку телесные повреждения зафиксированы у потерпевшей в установленном законом порядке, сама потерпевшая указывает на получение их именно при нападении на неё <дата>, что по давности соотносится с выводами проведённых по уголовному делу экспертных исследований.
Доводы осужденного Мирзоева Б.Б. о том, что потерпевшая могла получить повреждения в результате собственной неосмотрительности, либо в другое время, опровергаются приведёнными в приговоре доказательствами, в том числе показаниями самой потерпевшей ФИО39. и заключением судебно-медицинской экспертизы.
Кроме того, вопреки доводам осужденных суд правомерно признал протоколы опознания потерпевшей ФИО39 осужденных Исоева М.Ш. и Мирзоева Б.Б. допустимыми доказательствами, так как они получены в соответствии с требованиями ст.193 УПК РФ. При этом потерпевшая указывала конкретные приметы и особенности внешности Исоева М.Ш., Мирзоева Б.Б. по которым и опознала их из трёх предъявленных лиц для опознания. Обстоятельств, которые бы могли повлечь недопустимость данных доказательств, не установлено. Сведений о том, что до опознания, они были для потерпевшей изобличены, в материалах уголовного дела не имеется.
Не влияет на допустимость протоколов осмотра мест происшествий отсутствие при осмотрах понятых, поскольку в соответствии с ч.1.1 ст.170 УПК РФ такой вариант осмотра допускается при условии использования технических средств фиксации хода и результатов осмотра. Как следует из материалов уголовного дела, к протоколам осмотров мест происшествий приложены фототаблицы.
Осмотр жилища потерпевшей ФИО39 проведён с соблюдением порядка, установленного ст.177 УПК РФ, с её согласия, о чём имеется соответствующая запись и её подпись в протоколе осмотра, при этом исходя из положений ст.170 УПК РФ осмотр проведен без привлечения понятых, но с применением технических средств фиксации, в данном случае - фотоаппарата, ход и результаты данного следственного действия полностью отражены в протоколе осмотра и приложенной к нему фототаблице. Оснований сомневаться в подписи потерпевшей ФИО39., судебная коллегия не усматривает.
Вопреки доводам апелляционных жалоб, суд обоснованно усмотрел в поведении осужденных признаки группы лиц по предварительном сговору, поскольку они заранее договорились о совершении преступления, действовали сообща с целью достижения преступного результата.
К доводам Мирзоева Б.Б. о том, что он не знал о роли иных участников группы, суд обоснованно отнесся критически, поскольку доводы об этом опровергаются материалами уголовного дела, в том числе показаниями потерпевшей ФИО39 показаниями осужденных, из которых следует, что для совершения преступления они заранее приготовили маску, перчатки, автомобиль поставили в лесном массиве, чтобы его не было видно, распределили между собой роли. Действовали осужденные совместно и согласованно, при этом Исоев М.Ш. и Мирзоев Б.Б., воспользовавшись высказанными угрозами и применением предмета, используемого в качестве оружия, для завладения имуществом потерпевшей, продолжили совершать преступление, совместно закрыв потерпевшую в соседнем помещении, проникли в дом, где похитили имущество потерпевшей, Мирзоев Б.Б. также забрал нож.
Доводы жалоб о том, что помещение, откуда совершено хищение, не является жилым, подлежат отклонению, поскольку осужденные не оспаривают, что в указанном помещении проживала потерпевшая ФИО39 там имеется спальное место, посуда, обеденный стол с продуктами, а также печь для отопления в холодное время года. Кроме того, в соответствии с законом, под жилищем понимается, в том числе, иное помещение или строение, не входящее в жилищный фонд, но используемое для временного проживания. Сама потерявшая пояснила, что в указанном помещении она проживала. Тот факт, что на праве собственности либо ином вещном праве строение потерпевшей ФИО39 не принадлежит, не исключает его назначение, как жилого помещения, а, следовательно, и умысла виновных на незаконное проникновение в жилое помещение.
Доводы Исоева М.Ш. о том, что в 00 часов 7 минут он находился в 200 м. от <адрес>, что видно из детализации, не свидетельствует о его отсутствии на месте совершения преступления, поскольку в 2 часа 18 минут он уже находился вблизи базовой станции <адрес>, а место совершения преступления находится примерно в 5 км. от <данные изъяты>. Более того, сам осужденный Исоев М.Ш. не оспаривал, что находился на месте совершения преступления.
Ссылки осужденных Мирзоева Б.Б. и Исоева М.Ш. на то, что не во всех следственных действиях, произведённых с их участием присутствовал переводчик, опровергаются протоколами этих следственных действий, в которых имеются ссылки на участие переводчика Шарипова Н.Х. То обстоятельство, что в сообщениях заместителя начальника ИВС МО МВД России <данные изъяты> ФИО26, адресованных осужденным, не указано об участии в следственных действиях переводчика Шарипова Н.Х., не ставит под сомнение проведение следственных действий с участием переводчика, поскольку согласно ответу на запрос от <дата>, участие переводчика не всегда отражается в книгах учёта присутствующих лиц, так как переводчик не имеет самостоятельного права посещать ИВС, а только совместно со следователем или с защитником.
Не допущено нарушений прав осужденных и при ознакомлении их с материалами уголовного дела.
Судебная коллегия отмечает, что в связи с тем, что адвокат Сулейманов И.С. с <дата> не осуществляет свою профессиональную деятельность в порядке ст.51 УПК РФ на территории <адрес> осужденному Исоеву М.Ш. для защиты предоставлена адвокат Шилова Л.Р. для ознакомления с материалами уголовного дела совместно с переводчиком. Вопреки доводам осужденного Исоева М.Ш., адвокат Шилова Л.Р. ранее по указанному уголовному делу участия не принимала, в том числе не осуществляла защиту потерпевшей ФИО39
Осужденный Исоев М.Ш., ознакомившись с 1 томом уголовного дела - л.д.1-53, от дальнейшего ознакомления с материалами уголовного дела отказался, что подтверждается актом подписанным секретарем судебного заседания ФИО27, переводчиком и дежурным ИВС. Вместе с тем, судебная коллегия отмечает, что Исоев М.Ш. ранее знакомился с материалами дела с <дата> по <дата> с участием переводчика.
Кроме того, суд апелляционной инстанции дважды снимал уголовное дело с апелляционного рассмотрения с тем, чтобы осужденные были ознакомлены с материалами уголовного дела в полном объёме по их ходатайствам, с вручением им переводов текстов протоколов судебного заседания, копий процессуальных решений, переведённых на их родной язык. Копия приговора на таджикском языке, вопреки доводам жалоб, также была направлена в адрес осужденных (т.6, л.д.107-117) и получена ими (т.6, л.д.120-122).
Доводы Мирзоева Б.Б. о том, что он знакомился с материалами уголовного дела без переводчика, также подлежат отклонению, поскольку согласно графику ознакомления осужденного с материалами уголовного дела, он ознакомился с делом со <дата> по <дата> с участием переводчика (т.6, л.д.203), кроме того, ему были выданы копии протоколов судебных заседаний на русском языке (т.6, л.д.1) и на таджикском языке (т.7, л.д.204), о чём имеются соответствующие расписки.
При этом судебная коллегия отмечает, что переводчик Шарипов Н.Х. имеет сертификат, аттестован по уровню владения узбекским и таджиксим языками в соответствии с положением об аттестации по иностранным языкам языкового центра "<данные изъяты>
Помимо этого, из материалов уголовного дела усматривается, что Шарипов Н.Х. в качестве переводчика допущен к участию в судебном разбирательстве на основании надлежащих документов, его личность судом удостоверена, ему разъяснены права переводчика, предусмотренные ст.59 УПК РФ, и в установленном порядке он предупреждён об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ - за заведомо неправильный перевод, что нашло своё отражение, как в отдельной подписке переводчика, так и в протоколе судебного заседания. С момента допуска переводчика к участию и на протяжении всего судебного разбирательства отводов переводчику участниками процесса также не было заявлено.
Ссылки осужденных в жалобах на нарушение права на защиту, в связи с ненадлежащим переводом, признаются несостоятельны. Так, ходатайств об отводе переводчику в порядке ст.ст.61,69 УПК РФ Исоев М.Ш., Мирзоев Б.Б., а также их защита, не заявляли. Сведений о ненадлежащем выполнении переводчиком своих обязанностей, предусмотренных ст.59 УПК РФ, материалы уголовного дела, вопреки доводам жалоб, не содержат. Ссылка на то, что под некоторыми переводами отсутствует подпись переводчика, на достоверность этих переводов не влияет. При этом, сами осужденные не ссылаются на конкретные обстоятельства о том, в какой части произведенные по уголовному делу переводы искажают существо показаний, положенных судом в основу приговора, содержание протоколов судебного заседания, апелляционных жалоб и возражений на них.
Кроме того, переводчик не выступает на стороне осужденных или потерпевших, он призван осуществлять перевод в соответствии с требованиями УПК РФ.
Несмотря на утверждения апеллирующих сторон, обвинительное заключение по уголовному делу соответствует требованиям ст.220 УПК РФ, не имеет недостатков, которые исключали бы возможность отправления на основании его судопроизводства по делу и постановление приговора.
Отсутствие в тексте обвинительного заключения даты составления следователем и сведений о наличии у обвиняемых малолетних детей, не нарушает прав обвиняемых и в соответствии с требованиями УПК РФ, не является обстоятельством, препятствующим рассмотрению уголовного дела судом по существу, так как наличие этих обстоятельств устанавливает суд.
Доводы жалоб о том, что дело рассмотрено с обвинительным уклоном, судебная коллегия также признаёт несостоятельными, поскольку из материалов дела следует, что судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. При этом сторона защиты активно пользовалась предоставленными законом правами, в том числе, исследуя доказательства и участвуя в решении процессуальных вопросов. Суд исследовал все представленные сторонами доказательства и разрешилпо существу все заявленные ходатайства в точном соответствии с требованиями ст.271 УПК РФ. Данных, свидетельствующих о необоснованном отклонении ходатайств, судебной коллегией не установлено. Все доводы осужденных и их защитников, в том числе о недопустимости доказательств, проверены судом первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, которая сомнений у судебной коллегии не вызывает.
Вопреки доводам апелляционной жалобы осуждённого Исоева М.Ш., из материалов уголовного дела не следует, что у него в ходе предварительного следствия изымался сотовый телефон, который был бы признан по делу вещественным доказательством и затем утрачен. В этой связи судебная коллегия не может принять во внимание доводы Исоева М.Ш. о том, что информация, имеющаяся в его телефоне, подтверждает невиновность в совершении преступления, при наличии совокупности доказательств, изложенных выше, уличающих Исоева М.Ш. в совершении преступления.
Нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы путём лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения, судебная коллегия не усматривает.
Таким образом, действия осужденных обоснованно квалифицированы по ч.3 ст.162 УК РФ - разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, в крупном размере.
Апелляционные доводы о возможной квалификации действий по ст.330 УК РФ, так как осужденные, по их версии, приехали забрать денежные средства за поврежденный автомобиль, также являлись предметом рассмотрения в суде первой инстанции и обоснованно отвергнуты судом как несостоятельные с приведением мотивов принятого решения, с которыми соглашается судебная коллегия.
Доводы Мирзоева Б.Б. о тайном хищении чужого имущества судебная коллегия также признаёт несостоятельными, так как разбойное нападение считается оконченным преступлением с момента нападения на потерпевшего, высказывая требований о передаче имущества и в последующем не имеет значения тот факт, наблюдал ли потерпевший за изъятием имущества либо не видел этого или не мог видеть в силу определённых обстоятельств. Также отсутствуют основания для квалификации действий осужденных и отдельно по ст.139 УК РФ, поскольку незаконное проникновение в жилище является квалифицирующим признаком, входящим в ст.162 УК РФ.
Доводы осужденных о квалификации их действий по ст.161 УК РФ, подлежат отклонению, так как по показаниям потерпевшей, по отношению к ней высказывались угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья, она опасалась за свою жизнь, а из заключения эксперта следует, что у ФИО39. зафиксированы повреждения: 1.1. резаная рана на левом предплечье. Указанное повреждение вызвало расстройство здоровья на срок не менее 21-го дня, на что указывают свойства рубца, показания свидетельствуемой (корочка отпала на 14-й день). Длительность расстройства здоровья менее 21-го дня, согласно п.п.8.1 Приказа МЗ и СР РФ от 24.04.2018 г. N 194н "Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека" отнесено к категории, характеризующей квалифицирующий признак - "кратковременное расстройство здоровья". По данному признаку, утвержденным правилам определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденным Постановлением правительства РФ от 17.08.2007 г. N 55, указанное повреждение квалифицируется как вред, причиненный здоровью человека, легкой степени тяжести. 1.2. Кровоподтек в затылочной области с переходом на шею. Указанное повреждение не влечёт за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, поэтому согласно п.9 раздела 2 Приказа МЗ и СР РФ от 24.04.2018 г. N 194н "Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека" расценивается как повреждение не причинившее вред здоровью. 2. Рана на левом предплечье могла образоваться в результате воздействия орудия (оружия) обладающего режущими свойствами, каковым мог быть и нож, кровоподтек в затылочной области с переходом на шею мог образоваться в результате воздействия тупого твердого предмета, либо при ударе о таковой, возможно и при обстоятельствах, указываемых свидетельствуемой.
Психическое состояние здоровья осужденных при постановлении приговора проверено надлежащим образом, с учётом их поведения в судебном заседании, того обстоятельства, что на учётах у врачей психиатра и нарколога они не состоят, на основании чего судом обоснованно установлено, что преступления совершены ими во вменяемом состоянии, они способны нести уголовную ответственность и отвечать за содеянное.
Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, при расследовании данного уголовного дела и при рассмотрении его судом первой инстанции, не установлено.
При назначении наказания суд учитывал данные о личности виновных, характер и степень общественной опасности совершенного ими особо тяжкого преступления, влияние назначаемого наказания на исправление.
В частности суд учитывал, что они не были судимы, характеризуются удовлетворительно.
Обстоятельством, смягчающим наказание, в отношении Исоева М.Ш. и Мирзоева Б.Б. суд первой инстанции обоснованно признал наличие у них малолетних детей.
Обстоятельств, отягчающих наказание, в отношении виновных лиц суд первой инстанции обоснованно не установил.
С учётом обстоятельств совершенного преступления, суд пришёл к верному выводу об отсутствии оснований к назначению наказания с применением положений ст.ст. 64, 73 УК РФ и наличии оснований для назначения наказания только в виде реального лишения свободы. Соответствующие выводы надлежащим образом в приговоре мотивированы, равно как и отсутствие оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую по правилам ч.6 ст.15 УК РФ.
Вид исправительного учреждения - исправительная строгого режима осужденным определён в соответствии с п."в" ч.1 ст.58 УК РФ, так как ими совершено особо тяжкое преступление.
Вместе с тем, назначенное всем осужденным наказание подлежит смягчению, поскольку в отношении них, при определении вида и размера уголовного наказания, вопреки требованиям материального закона, регламентирующего основания назначения наказания, суд учёл мнение потерпевшей о строгом наказании, которое в соответствии со ст.ст.6,43,60 УК РФ не подлежит учёту, не предусмотрено ст.63 УК РФ в качестве обстоятельства, отягчающего наказание.
В указанной связи данное обстоятельство, как не предусмотренное УК РФ, подлежит исключению из приговора при изложении судом мотивов о назначении вида и размера наказания, влечёт его смягчение.
Кроме того, в приговоре указано о том, что Бурхонов Д.С. вину в совершении преступления не признал. Однако это противоречит протоколу судебного заседания, согласно которому, высказываясь по предъявленному обвинению, после его оглашения прокурором, Бурхонов Д.С. пояснил, что вину признаёт полностью (т.6, л.д.35).
В подтверждение этому он дал показания о своих действиях и действиях Исоева М.Ш., Мирзоева Б.Б. при совершении преступления, а суд при назначении наказания сослался, как на доказательство вины осужденных, кроме прочего, на протокол явки с повинной Бурхонова Д.С.
С учётом этого, указание в приговоре на непризнание вины Бурхоновым Д.С., противоречит протоколу судебного заседания и указанию суда о том, что Бурхонов Д.С. раскаялся в содеянном, желает возместить материальный ущерб, поэтому подлежит исключению из приговора с констатацией факта, что Бурхонов Д.С. вину признал.
Данное обстоятельство на основании ч.2 ст.61 УК РФ коллегия считает возможным признать в качестве смягчающего наказание и снизить срок наказания Бурхонову Д.С. по ч.3 ст.162 УК РФ.
В соответствии с положениями ст.1064 ГК РФ судом правильно разрешён гражданский иск по делу, так как сумма причинённого преступлением материального ущерба подтверждена в ходе судебного следствия.
Указание осужденных на то, что у потерпевшей ФИО39 отсутствуют документы, подтверждающие факт принадлежности ей <данные изъяты> рублей, не ставят под сомнение их хищение осужденными, так как данная денежная сумма не является заработной платой, полученной в установленном законом порядке, либо кредитом, выдача которых сопровождается оформлением соответствующих документов бухгалтерской отчётности.
Судебная коллегия не усматривает нарушений и при обращении судом взыскания для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иску на <данные изъяты> рублей, изъятые в ходе обыска у Исоева М.Ш., и денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, изъятые в ходе выемки у Мирзоева Б.Б., поскольку по делу был разрешён гражданский иск на сумму в размере <данные изъяты> рубля, должниками по которому признаны осужденные, с которых постановлено о взыскании причинённого преступлением материального ущерба в солидарном порядке. Вопреки доводам апелляционных жалоб для обращения взыскания на денежные средства, изъятые у осужденных, не имеет юридического значения то, что эти деньги были похищены у потерпевшей либо являются непосредственно денежными средствами, принадлежащими виновным, так как они обязаны возместить материальный вред, причиненный потерпевшей в результате совершения преступления, связанного с хищением чужого имущества.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия
определила:
Приговор <адрес> от <дата> в отношении Исоева ФИО41, Мирзоева ФИО43, Бурхонова ФИО44 изменить:
- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о том, что Бурхонов Д.С. вину не признал. Считать Бурхонова Д.С. признавшим вину, что учесть в качестве обстоятельства, смягчающего наказание на основании ч.2 ст.61 УК РФ;
- исключить из описательно-мотивировочной части приговора при назначении наказания учёт судом мнения потерпевшей о строгом наказании;
- наказание, назначенное по ч.3 ст.162 УК РФ, смягчить осужденным Исоеву М.Ш. и Мирзоеву Б.Б. до 7 лет 9 месяцев лишения свободы, Бурхонову Д.С. - до 7 лет 2 месяцев лишения свободы.
В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного Исоева М.Ш. и его адвоката Сулейманова И.С., осужденного Мирзоева Б.Б. и его адвоката Вебера С.В. - без удовлетворения.
Апелляционное определение и приговор суда первой инстанции могут быть обжалованы в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ.
Председательствующий: Граненкин В.П.
Судьи: Верхотуров И.И.
Ефименко П.В.
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
