Дата принятия: 01 декабря 2020г.
Номер документа: 22-6980/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ САМАРСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 1 декабря 2020 года Дело N 22-6980/2020
Судебная коллегия по уголовным делам Самарского областного суда в составе председательствующего судьи Махарова А.Ш., судей Горбуль Н.А. и Гулевича М.И., при секретаре Борисовой С.Н., с участием прокурора Кириченко М.М., адвокатов Юдина Н.В. и Печавина С.А., осужденных Ананченко А.А. и Архипова И.М., рассмотрела в судебном заседании апелляционные жалобы адвокатов Юдина Н.В., Печавина С.А., апелляционное представление заместителя прокурора Самарской области Маслова Т.В. на приговор Ленинского районного суда г.Самары от 11.09.2020 года, которым
Ананченко А.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, <данные изъяты>, ранее не судимый,-
осужден по ч.3 ст.159.4 УК РФ (в редакции Федерального закона от 29.11.2012 года N 207-ФЗ) к 3 годам лишения свободы без ограничения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, от назначенного наказания освобожден на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, п."а" ч.1 ст.78 УК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования;
уголовное преследование в отношении Ананченко А.А. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.201 УК РФ, прекращено на основании п.5 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи отсутствием заявления потерпевшего;
оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.174.1 УК РФ, на основании ч. 2 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, за Ананченко А.А. признано право на реабилитацию, разъяснено его право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием;
Архипов И.М., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, гражданин <данные изъяты>, уроженец <адрес>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, <данные изъяты>, ранее не судимый,-
осужден по ч.3 ст.159.4 УК РФ (в редакции Федерального Закона от 29 ноября 2012 года N 207 - ФЗ) к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии - поселении, от назначенного наказания освобожден на основании п.3 ч.1 ст.24 УК РФ, п."а" ч.1 ст.78 УК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования;
осужден по ч.2 ст.174.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.04.2010 года N 60-ФЗ) к 2 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, от назначенного наказания Архипов И.М. освобожден на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, п."а" ч.1 ст.78 УК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.
Заслушав доклад судьи Махарова А.Ш., прокурора Кириченко М.М., поддержавшую доводы апелляционного представления, адвокатов Юдина Н.В., Печавина С.А., осужденных Ананченко А.А., Архипова И.М., поддержавших доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
В апелляционной жалобе адвокат Юдин Н.В., действующий в защиту интересов Ананченко А.А., не оспаривая выводы суда об оправдании Ананченко А.А. по ч.1 ст. 201 УК РФ, указывает, что относительно обвинения Ананченко А.А. в совершении мошенничества в приговоре и обвинительном заключении конкретно не указано, занимая какую должность, Ананченко А.А. воспользовался должностным положением, не указано, когда возник умысел и на хищение какой денежной суммы, имущества он был направлен. Указывает также, что Архипов и Ананченко до проведения следователем очной ставки знакомы не были, <данные изъяты> Свидетель N 1 не является и не являлся <данные изъяты>, следовательно, и ввести в заблуждение лицо, не являющегося руководителем, невозможно. По мнению адвоката, указание в обвинении о том, что Свидетель N 1 как <данные изъяты> является собственником акций <данные изъяты>, не соответствует действительности. Полагает также, что в предъявленном обвинении имеются неустранимые противоречия в части способа введения в заблуждения. Указывает также, что в обвинительном заключении не раскрыты квалифицирующие признаки, а также в обвинении не указано, в какой момент и в какой должности Ананченко А.А. причинил ущерб одному потерпевшему юридическому лицу и в какой - другому юридическому лицу, каким должностными правами пользовался при совершении мошенничества. Ссылается на то, что в ходе предварительного и судебного следствия размер ущерба, размер похищенного не установлены, при этом вменен ущерб в размере <данные изъяты> рублей; при проведении предварительного следствия не установлены все потенциальные потерпевшие, а установленные не указаны в обвинительном заключении, соответственно, им не разъяснены права, не выяснено их мнение по поводу предъявленного обвинения. Обращает внимание на то, что по делу допущены нарушения территориальной подследственности, определённой ст.152 УПК РФ, при его расследовании и получении доказательств, а при проведении предварительного следствия были существенно нарушены конституционные права обвиняемого на защиту, предусмотренные ст. ст. 47, 14, 159, 217, 220 УПК РФ, что, по мнению защитника, свидетельствует о несоответствии обвинительного заключения требованиям закона и исключает возможность постановления судом приговора на основе этого заключения, в связи с чем, автор жалобы полагает, что имеются предусмотренные УПК РФ основания для возвращения уголовного дела прокурору. В связи с чем, в апелляционной жалобе просит отменить приговор и оправдать Ананченко А.А. по всем вмененным составам преступлений.
В апелляционной жалобе адвокат Печавин С.А., действующий в защиту интересов Архипова И.М., указывает, что приговор является незаконным и необоснованным, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. В обоснование доводов жалоб указывает, что в ходе судебного следствия стороной обвинения не представлено не только никаких доказательств, свидетельствующих о причастности Архипова И.М. к совершению инкриминируемых ему преступлений, но даже не представлено доказательств его причастности к описываемым в обвинении событиям. По мнению автора жалобы, все обвинение построено лишь на предположении о совершении хищения путем мошенничества денежных средств <данные изъяты> Архиповым И.М., основанном на том, что он являлся <данные изъяты> и <данные изъяты>. При этом, факт заключения договора на выполнение строительных работ именно Архиповым И.М., по мнению автора жалобы, вообще ничем не подтвержден, и даже проведенной почерковедческой экспертизой не установлена принадлежность Архипову И.М. подписей в договорах и иных документах, однако суд в нарушение требований ст.14 УПК РФ признал почерковедческую экспертизу доказательством факта подписания договоров и других документов именно Архиповым И.М. Ссылается также на то, что не устранено, в том числе, и существенное противоречие между заключением строительной экспертизы и выводами Акта обследования помещения от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного сотрудниками <данные изъяты>, согласно которому подтверждено устройство асфальтобетонных покрытий дорожек и тротуаров площадью <данные изъяты> и частичная установка бортовых камней, при том, что эксперт по непонятным причинам указанные работы зафиксировал как невыполненные. Полагает, что суд необоснованно признал факт хищения на сумму <данные изъяты> рублей, то есть на всю сумму договора подряда, а также необоснованно признал доказательством вины Архипова И.М. протокол допроса свидетеля Архипова И.М. от ДД.ММ.ГГГГ и протокол дополнительного допроса свидетеля Архипова И.М. от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым последний указывает обстоятельства заключения и исполнения договора между <данные изъяты> и <данные изъяты> по капитальному ремонту здания по адресу <адрес>. Указывает, что стороной обвинения в ходе судебного следствия доказательств причастности Архипова И.М. к вмененным ему органами следствия преступлениям не представлено, при этом вмененная сумма обналичивания (легализации) вообще больше вмененной суммы похищенного, а по уголовному делу судом не установлен не только характер и размер вреда, причиненного преступлением, но даже не установлен надлежащий потерпевший, поскольку ущерб по обвинению причинен именно <данные изъяты>, в то время как его представитель потерпевшим по делу даже не привлекался. Ссылается на то, что, принимая решение о переквалификации действий подсудимого со ст.159 ч.4 УК РФ на ст.159.4 ч.3 УК РФ (в редакции Федерального закона РФ от 29.11.2012 N 207 - ФЗ), суд привел все доказательства стороны обвинения по ст.159 ч.4 УК РФ, не обосновав доказательств вины по ст.159.4 ч.3 УК РФ. Указывает также на то, что в нарушение требований п.11 ч.1 ст.299 УПК РФ при постановлении приговора суд не разрешилвопрос, как поступить с имуществом, на которое наложен арест, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, а также прав и законных интересов собственника имущества. Полагает, что суд, устраняя существенные недостатки следствия, изложил в приговоре новые обстоятельства совершения иного преступления, существенно изменив мотив, способ и время совершения преступления, выйдя за пределы предъявленного обвинения и приняв решение с существенными нарушениями норм уголовно-процессуального закона. В связи с чем, в апелляционной жалобе просит отменить приговор в отношении Архипова И.М. и вынести в отношении него оправдательный приговор на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.
В апелляционном представлении заместитель прокурора Самарской области Маслов Т.В. указывает, что приговор суда является незаконным и необоснованным, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, судом существенно нарушен уголовно-процессуальный закон, а назначенное наказание является несправедливым ввиду его чрезмерной мягкости. Ссылается на то, что выводы суда о наличии в действиях Ананченко А.А., Архипова И.М. состава преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159.4 УК РФ, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и противоречат правовой оценке исследованных судом доказательств. Полагает, что основания для переквалификации действий осужденных с ч.4 ст. 159 УК РФ на ч.3 ст. 159.4 УК РФ отсутствовали, поскольку совершенное Архиповым и Ананченко деяние не было сопряжено с преднамеренным неисполнением именно договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, их действия были направлены на хищение денежных средств согласно разработанной преступной схеме, они никаким образом не согласовывались с предпринимательской деятельностью и не носили договорного характера, поскольку заключенный договор подряда, акт о приемке выполненных работ, послужили лишь способом для перечисления денежных средств в организацию, подконтрольную осужденному Архипову И.М. с их последующей легализацией, о чем судом сделан вывод о наличии в действиях последнего состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 174.1 УК РФ, оценив их как способ получения возможности реального распоряжения похищенным на собственные нужды. Обращает внимание на то, что вывод суда о легализованной сумме денежных средств в размере <данные изъяты> рублей не соответствует общей сумме перевода денежных средств в каждую организацию, судом противоречия в части легализованных денежных сумм не устранены, оценка этому в судебном решении не дана. Полагает, что приговор суда в части признания Архипова И.М. виновным по ч.2 ст. 174.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.04.2010 N 60-ФЗ) не может быть признан законным и обоснованным. Ссылается также на то, что судом при назначении наказания осужденным по ч.3 ст. 159.4 УК РФ в виде 3 лет лишения свободы не в полной мере учтены характер и степень общественной опасности содеянного виновными, суд не в полной мере учел роль участия каждого из них, а также последствия их противоправной деятельности, сумму похищенных денежных средств, что повлекло чрезмерно мягкое наказание. Указывает также, в нарушение норм уголовного законодательства суд назначил вид исправительного учреждения осужденным при наличии оснований прекращения уголовного дела в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности. Поскольку суд принял решение об освобождении осужденных от наказания в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности, определение вида исправительного учреждения, а также разъяснение порядка следования к месту отбытия, по мнению автора апелляционного представления, является нецелесообразным. В связи с чем, в апелляционном представлении заместитель прокурора Самарской области Маслов Т.В. просит отменить приговор в отношении Ананченко А.А. и Архипова И.М. и направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе.
В возражениях на апелляционные жалобы заместитель прокурора Самарской области Маслов Т.В. просит в удовлетворении апелляционных жалоб адвоката Юдина Н.В. и Печавина С.А. отказать.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и апелляционного представления, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, он признается таковым, если постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.
Данные требования уголовно-процессуального закона судом первой инстанции при рассмотрении уголовного дела и постановлении приговора в отношении Ананченко А.А. и Архипова И.М. выполнены не были.
В соответствии со ст.ст. 389.15, 389.17, 389.18 УПК РФ одними из оснований к отмене судебного решения в апелляционном порядке является неправильное применение уголовного закона и нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного судебного решения.
В соответствии с п.4 ч.1 ст.389.16 УПК РФ, приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, если выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности либо невиновности осужденного или оправданного, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания.
В соответствии со ст.73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию, в частности, событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы; характер и размер вреда, причиненного преступлением.
Как следует из материалов дела, Ананченко А.А. и Архипов И.М. каждый в отдельности органами предварительного расследования обвинялись в совершении хищения чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, а также в легализации похищенных в результате мошенничества денежных средств группой лиц, по предварительному сговору, в крупном размере, с использованием служебного положения.
Кроме того, органами предварительного следствия Ананченко А.А. обвинялся в злоупотреблении полномочиями, то есть в использовании лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, своих полномочий, вопреки законным интересам этой организации и в целях извлечения выгод и преимуществ для себя и других лиц и нанесения вреда другим лицам, повлекшем причинение существенного вреда правам и законным интересам организаций, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст.201 УК РФ.
Исследовав представленные доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что Ананченко А.А. и Архипов И.М. совершили мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных отношений в сфере предпринимательской деятельности, в особо крупном размере, и квалифицировал их действия по ч.3 ст.159.4 УК РФ (в редакции Федерального Закона от 29.11.2012 года N 207-ФЗ). Выводы суда в этой части основаны на том, что между <данные изъяты> и <данные изъяты> существовали договорные обязательства, о чем, по мнению суда первой инстанции, свидетельствует <данные изъяты>, согласно которому подтверждено наличие договорных обязательств между указанными юридическими лицами, при этом, как указал суд, договорные отношения имели место в сфере предпринимательской деятельности, к которой Архипов И.М., являясь <данные изъяты> <данные изъяты> и Ананченко А.А., являясь <данные изъяты>, имели непосредственное отношение. Свои выводы о переквалификации действий осужденных суд мотивировал также тем, что исходя из установленных обстоятельств, в частности занятия предпринимательской деятельностью осужденными, руководившими коммерческими организациями на момент заключения договора ремонта, а также стоимости и размера похищенного по этому договору, их действия образуют мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением обязательств в сфере предпринимательской деятельности, совершенное в особо крупном размере. При этом суд сослался на то, что осужденные являлись субъектами предпринимательской деятельности, а не создали организационно-правовые формы с целью видимости исполнения обязательств.
В обоснование своих выводов о наличии в действиях осужденных состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.159.4 УК РФ (в редакции Федерального Закона от 29.11.2012 года N 207-ФЗ), суд указал, что Ананченко А.А., как <данные изъяты> являлся лицом, выполняющим <данные изъяты>, а также постоянно выполнял <данные изъяты>; а Архипов И.М., занимая должность <данные изъяты>, являлся <данные изъяты>, а также постоянно выполнял <данные изъяты>.
Судебная коллегия, соглашаясь с доводами апелляционного представления, обращающими внимание на необоснованность такой переквалификации действий осужденных, полагает, что выводы суда о том, что мошеннические действия Ананченко А.А. и Архипова И.М. сопряжены с преднамеренным неисполнением договорных отношений в сфере предпринимательской деятельности, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и противоречат совокупности исследованных судом доказательств.
Согласно п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 N 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", судам необходимо иметь в виду, что состав мошенничества, предусмотренного частями 5 - 7 статьи 159 УК РФ, имеет место в случае, если: в действиях лица имеются признаки хищения чужого имущества или приобретения права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием; указанные действия сопряжены с умышленным неисполнением принятых на себя виновным лицом обязательств по договору в сфере предпринимательской деятельности, сторонами которого являются только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации; виновное лицо является индивидуальным предпринимателем или членом органа управления коммерческой организации.
В соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2016 N 48 "О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности", по смыслу части 5 статьи 159 УК РФ, под преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности следует понимать умышленное полное или частичное неисполнение лицом, являющимся стороной договора, принятого на себя обязательства в целях хищения чужого имущества или приобретения права на такое имущество путем обмана или злоупотребления доверием, когда сторонами договора являются индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации. О наличии у лица прямого умысла на совершение мошенничества с очевидностью должны свидетельствовать имеющиеся по делу доказательства.
Так, из обвинительного заключения следует, что Ананченко А.А., являясь <данные изъяты>, одновременно занимая должность <данные изъяты>, знал о планируемом ремонте здания, расположенного по адресу: <адрес>, принадлежащего <данные изъяты>, а также о том, что на расчетный счет <данные изъяты> должны поступить денежные средства от продажи данного объекта. ДД.ММ.ГГГГ Ананченко А.А. от лица <данные изъяты> заключил договор аренды указанного объекта недвижимости с <данные изъяты> в лице <данные изъяты> Свидетель N 3, который в свою очередь заключил договор субаренды данного здания с <данные изъяты> в лице <данные изъяты> ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> ФИО1 заключил договор подряда на проведение ремонтных работ арендованного здания с <данные изъяты> Свидетель N 2 Несмотря на то, что строительно-монтажные работы по ремонту здания стало осуществлять <данные изъяты>, зная об этом обстоятельстве, ДД.ММ.ГГГГ Ананченко А.А. заключил от имени <данные изъяты> договор подряда на выполнение ремонтных работ указанного объекта с <данные изъяты>, <данные изъяты> которого являлся Архипов И.М., не уведомив <данные изъяты>, специализированные службы которого должны были проверить ресурсный сметный расчет на предмет обоснованности применения расценок на работы и товары, в результате чего у <данные изъяты> похищены денежные средства в размере <данные изъяты> рублей, которые в последующем легализованы через <данные изъяты>, <данные изъяты>.
Мошенничество в сфере предпринимательской деятельности - это квалифицированный вид мошенничества, совершение которого возможно только в сфере предпринимательской деятельности, и о наличии умысла, направленного именно на совершение данного мошенничества, свидетельствует, в частности, то, что у лица, вступившего в договорные отношения, нет реальной возможности их исполнить, а также сокрытие им от контрагентов своего хозяйственно-финансового состояния, что отличает данный вид мошенничества от мошенничества вообще, предусмотренного ст. 159 УК РФ.
Изложенные в обвинительном заключении обстоятельства инкриминируемых Ананченко А.А. и Архипову И.М. преступлений, исследованные судом доказательства свидетельствуют о том, что инкриминируемое Ананченко А.А. и Архипову И.М. деяние не было сопряжено с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, поскольку, как следует из материалов дела, заключенный договор подряда, акт о приемке выполненных работ, послужили лишь способом для перечисления денежных средств в организацию, подконтрольную Архипову И.М. с их последующей легализацией, о чем судом первой инстанции также сделан вывод о наличии в действиях последнего состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 174.1 УК РФ.
При таких обстоятельствах, судебная коллегия полагает, что выводы суда, изложенные в обжалуемом приговоре о необходимости квалификации действий осужденных по ст.159.4 ч.3 УК РФ, основаны на неправильном понимании и применении уголовного закона и не могут быть признаны правильными.
В соответствии с п.6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 07.07.2015 N 32 "О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем", для целей статей 174 и 174.1 УК РФ под финансовыми операциями могут пониматься любые операции с денежными средствами (наличные и безналичные расчеты, кассовые операции, перевод или размен денежных средств, обмен одной валюты на другую и т.п.). К сделкам как признаку указанных преступлений могут быть отнесены действия, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, а равно на создание видимости возникновения или перехода гражданских прав и обязанностей. При этом, по смыслу закона, указанные финансовые операции и сделки заведомо для виновного маскируют связь легализуемого имущества с преступным источником его происхождения (основным преступлением).
В п.7 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 07.07.2015 N 32 указано, что ответственность по статье 174 или статье 174.1 УК РФ наступает и при совершении одной финансовой операции или сделки с денежными средствами или иным имуществом, приобретенными преступным путем (в результате совершения преступления), если будет установлено, что такое деяние было совершено с целью придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом.
Согласно установленным по делу обстоятельствам, Архипов И.М., используя свое служебное положение <данные изъяты>, составил платежные документы, основания в которых не соответствовали действительности, после чего предъявил их в <данные изъяты> с последующим переведением денежных средств на расчетные счета организаций, которые фактически не связаны денежными обязательствами с <данные изъяты>.
Согласно предъявленному обвинению, своими действиями Архипов И.М. замаскировал преступное приобретение денежных средств путем предъявления в банк документов, основания в которых не соответствовали действительности. Однако суд указал в приговоре, что "обналичивание" денежных средств, полученных в результате мошенничества, путем перечисления на расчетные счета фиктивных фирм <данные изъяты>" и <данные изъяты> является способом получения возможности реального распоряжения похищенным на собственные нужды.
Учитывая вышеизложенное, выводы суда о способе получения возможности реального распоряжения Архиповым И.М. похищенным не могут быть признаны правильными.
Кроме того, в описательно-мотивировочной части приговора при описании существа обвинения по ст.174.1 ч.2 УК РФ суд установил, что организация <данные изъяты> перевела денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей на расчетный счет <данные изъяты>, а на расчетный счет <данные изъяты> - <данные изъяты> рублей, а всего совершено финансовых операций с денежными средствами, приобретенными преступным путем, на сумму <данные изъяты> рублей.
Таким образом, выводы суда о легализованной сумме денежных средств в размере <данные изъяты> не соответствуют общей сумме перевода денежных средств в указанные организации. Данные обстоятельства подлежали выяснению в рамках судебного рассмотрения дела, однако судом противоречия в части легализованных денежных сумм не устранены, оценка этому в приговоре не дана.
С учетом изложенного, принимая во внимание, что сумма причиненного преступлением ущерба относится к существу обвинения и является существенным обстоятельством, имеющим значение для дела, судебная коллегия приходит к выводу о том, что обжалуемый приговор в части осуждения Архипова И.М. по ст.174.1 ч.2 УК РФ постановлен с нарушением требований действующего законодательства.
При таких обстоятельствах, судебная коллегия находит, что вышеуказанные выводы суда об осуждении Ананченко А.А. по ст.159.4 ч.3 УК РФ и Архипова И.М. по ст.159.4 ч.3 УК РФ и по ст.174.1 ч.2 УК РФ не соответствуют материалам и фактическим обстоятельствам уголовного дела, что послужило основанием для вынесения незаконного и необоснованного решения, при этом доводы апелляционного представления прокурора в этой части судебная коллегия находит обоснованными.
Учитывая изложенные обстоятельства, которые свидетельствуют о допущенных судом первой инстанции существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, судебная коллегия находит приговор суда в части осуждения Ананченко А.А. по ст.159.4 ч.3 УК РФ и в части осуждения Архипова И.М. по 159.4 ч.3 и ст.174.1 ч.2 УК РФ подлежащим отмене, а уголовное дело направлению на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции, в ином составе.
При этом, указанные нарушения уголовно-процессуального закона являются неустранимыми в суде апелляционной инстанции, поскольку согласно ст. 47 Конституции РФ, никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом, в связи с чем рассмотрение дел должно осуществляться именно законно установленным составом суда. Таким образом, приговор подлежит отмене с передачей данного уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции, в ином составе судей.
Этим же приговором уголовное преследование в отношении Ананченко А.А. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.201 УК РФ, прекращено на основании п.5 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи отсутствием заявления потерпевшего. Выводы суда в этой части основаны на том, что для привлечения <данные изъяты> Ананченко А.А. к уголовной ответственности необходимо заявление или согласие общего собрания акционеров, а также наличия согласия члена Совета директоров, либо назначенного общим собранием акционеров нового лица, уполномоченного представлять их интересы, в том числе делать заявления от имени юридического лица, а в материалах дела отсутствуют какие - либо данные, свидетельствующие о согласии акционерного общества на привлечение Ананченко А.А. к уголовной ответственности, а также нет заявления этого акционерного общества в установленном порядке, необходимого для осуществления уголовного преследования в отношении Ананченко А.А.
Кроме того, обжалуемым приговором Ананченко А.А. оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.174.1 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.
Оправдывая Ананченко А.А. по предъявленному обвинению по ст.174.1 ч.2 УК РФ, суд сослался на то, что утверждение обвинения об умышленном совершении финансовых операций похищенными денежными средствами, поступившими на расчетный счет <данные изъяты>, являвшимся в то время <данные изъяты> Ананченко А.А., с целью придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными средствами, носят предположительный характер, какими - либо доказательствами не подтверждены, в связи с чем, по мнению суда первой инстанции, в действиях Ананченко А.А. отсутствует обязательная часть объективной стороны состава преступления, прямо предусмотренной диспозицией ст.174.1 УК РФ и, соответственно, деяние не образует состава преступления.
Вышеуказанные основания оправдания Ананченко А.А. по предъявленному обвинению в совершении преступления по ст.174.1 ч.2 УК РФ, а также мотивы, по которым суд отверг доказательства стороны обвинения о законности и обоснованности возбуждения уголовного дела в отношении Ананченко А.А. по ст.201 ч.1 УК РФ судебной коллегии представляются неубедительными, однако ввиду отсутствия апелляционного представления на приговор суда в части оправдания Ананченко А.А. по ст.174.1 ч.2 УК РФ и в части прекращения уголовного преследования в отношении Ананченко А.А. по ст.201 ч.1 УК РФ судебная коллегия не вправе отменить приговор суда в этой части.
Учитывая основания отмены постановленного по делу приговора в части осуждения Ананченко А.А. по ч.3 ст.159.4 УК РФ и Архипова И.М. по ч.3 ст. 159.4 УК РФ и по ч.2 ст.174.1 УК РФ, судебная коллегия не усматривает правовых оснований для обсуждения доводов, имеющихся в апелляционных жалобах адвокатов, поскольку в связи с отменой обвинительного приговора эти доводы подлежат рассмотрению судом при новом рассмотрении уголовного дела по существу.
Разрешая в соответствии с п.9 ч.3 ст.389.28 УПК РФ вопрос о мере пресечения, с учетом обстоятельств, послуживших основанием для отмены приговора, судебная коллегия, с учетом характера и тяжести предъявленного обвинения, а также данных о личности осужденных, считает необходимым оставить без изменения действующую в отношении Ананченко А.А. и Архипова И.М. меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
При новом судебном разбирательстве по данному уголовному делу суду необходимо рассмотреть его с соблюдением требований норм УПК РФ, дать надлежащую оценку всем имеющимся по делу доказательствам, а также учесть доводы, изложенные в апелляционных жалобах.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13- 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Приговор Ленинского районного суда г.Самары от 11.09.2020 года в части осуждения Ананченко А.А. по ст.159.4 ч.3 УК РФ и в отношении Архипова И.М. в части осуждения по ст.159.4 ч.3 и по ст.174.1 ч.2 УК РФ отменить, уголовное дело в этой части направить на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ином составе.
В остальной части приговор в отношении Архипова И.М. и Ананченко А.А. оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов Юдина Н.В., Печавина С.А. оставить без удовлетворения, апелляционное представление заместителя прокурора Самарской области Маслова Т.В. удовлетворить частично.
Апелляционное определение может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главами 47.1 и 48.1 УПК РФ.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
