Дата принятия: 10 июля 2020г.
Номер документа: 22-684/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ САХАЛИНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 10 июля 2020 года Дело N 22-684/2020
Судебная коллегия по уголовным делам Сахалинского областного суда в составе:
председательствующего - судьи Проворчука В.А.,
судей Краснова К.Ю., Лавлинского В.И.,
при секретаре Коршуновой И.В.,
с участием:
прокурора - Мелиховой З.В.,
защитника осужденной - адвоката Апишиной О.Д.
рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденной Спицыной Н.А. и ее защитника - адвоката Апишиной О.Д. на приговор Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области от 04 февраля 2020 года в отношении Спицыной Н.В., <данные изъяты>
осужденной по части 3 статьи 159 УК РФ к лишению свободы на срок 02 года 06 месяцев условно с испытательным сроком 02 года 06 месяцев с возложением в порядке части 5 статьи 73 УК РФ обязанностей, подлежащих выполнению в период испытательного срока: не менять места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, являться на регистрацию в указанный орган в установленные им дни.
В приговоре решен вопрос о мере пресечения, которую в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить после вступления приговора в законную силу; разрешен граждански иск потерпевшего - ГБУЗ "Курильская центральная районная больница", в пользу которой в счет причиненного преступлением ущерба взыскано 85500 рублей; определена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Проворчука В.А., изложившего обстоятельства дела, содержание приговора, апелляционных жалоб, мнения осужденной и ее защитника - адвоката Апишиной О.Д., просивших об отмене приговора по доводам апелляционных жалоб и об оправдании Спицыной Н.В., а также прокурора Мелихову З.В., просившую оставить приговор без изменения, судебная коллегия
установила:
по приговору суда первой инстанции Спицина Н.В. признана виновной и осуждена за мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное с использованием служебного положения.
В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденная Спицина Н.В. просит отменить приговор, ее оправдать, указывая следующее:
умысла на обман ГБУЗ "Курильская ЦРБ" она не имела;
она не знала о несоответствии сведений, изложенных в документах на возмещение клинике "ВитаДент" расходов по оказанию услуг протезирования Б.Н.А. на основании договора от 08 июня 2016 года N 3/16, поскольку таких договоров было много;
она не давала указаний бухгалтеру клиники Ж.В.Н., являющейся отцом Б.Н.А., о чем ей не было известно, а также врачу О.Е.В., ассистенту врача Л.В.О., своей дочери С.В.А., замещавшей ее на период отпуска - с 08 июня по 03 июля 2006 года, составить в отношении Б.Н.А. документы, сведения в которых не соответствуют действительности;
врач О.Е.В., свидетельствующий в пользу обвинения, имел причины для ее оговора, так как недобросовестно относился к исполнению трудовых обязанностей, что стало основанием для прекращения 17 июля 2016 года заключенного с ним трудового договора;
между Ж.В.Н., воспользовавшейся услугами клиники по лечению и протезированию зубов, и О.Е.В. мог состояться сговор на использование в ее отсутствие подложного договора под видом оказания услуг Б.Н.А. по протезированию с целью увеличения объема медицинских услуг в пользу Ж.В.Н. без несения ею личных - дополнительных финансовых затрат;
Б.Н.А. показал, что женщина по имени Н. разъясняла ему право на бесплатное протезирование по программе "Дети войны", от которого он отказался, однако в судебном заседании свидетель не указал на Спицына Н.В. как на лицо, разъяснившее ему указанное право;
Б.Л.М., являющаяся супругой Б.Н.А., а также матерью Ж.В.Н. показала, что именно ее дочь предлагала отцу воспользоваться услугами по бесплатному протезированию, от чего Б.Н.А. отказался;
в приговоре суда отсутствует указание на факты: обращения ею имущества в виде денежных средств в размере 85500 рублей в свою пользу либо пользу других лиц; причинения ущерба собственнику или иному владельцу этого имущества; распоряжения денежными средствами по собственному усмотрению, что указывает на отсутствие в ее действиях признаков мошенничества;
место совершения преступления не установлено, что порождает правовую неопределенность в части возможности правильно установить надлежащее место производства предварительного расследования (СГ ОМВД России по Курильскому городскому округу либо другой орган) и допустимость последующего рассмотрения уголовного дела Южно-Сахалинским городским судом при условии установления в приговоре факта совершения преступления в г. Курильске;
точное время совершения преступления не установлено, что негативно отразилось на защите, лишившейся возможности определиться с наличием у нее алиби, а также с тем, какие же материальный и процессуальный законы подлежат применению в уголовном деле по правилам их действия во времени, пространстве и по кругу лиц;
неустановление точного времени совершения преступления не позволяет проанализировать вопрос о том, подлежала ли применению в уголовном деле статья 159.4 УК РФ, предусматривающая ответственность за мошенничество в сфере предпринимательской деятельности, утратившая свое действий 15 июля 2016 года;
в выдвинутом против ее обвинении нет указания на время, место и способ привлечения к совершению преступления не подозревавших о ее умысле и находящихся в материальной зависимости от нее Ж.В.Н., О.Е.В., Л.В.О., С.В.А., которые были причастны к составлению документов, ставших основанием для перевода денежных средств в пользу клиники "ВитаДент", а также не описаны роли каждого из них в преступлении в части составления конкретных документов, ставших основанием для осуществления перевода средств;
в приговоре нет указания на то, в чем выразилось использование ею служебного положения при совершении преступления;
показания ряда свидетелей беспредметны вследствие отсутствия у них сведений о преступлении, якобы совершенном ею, другие свидетели, например, Л.В.О. опровергли показания свидетеля О.Е.В., данные в начальной стадии предварительного расследования, о даче ею в присутствии последней указания на заполнение документов в отношении Б.Н.А.;
основными доказательствами виновности являются противоречивые показания свидетелей О.Е.В. и Ж.В.Н., которые несогласованы и между собой;
О.Е.В. и Ж.В.Н., дав показания о совершении ею преступления, тем самым избегают уголовной ответственности за подлог, совершенный ими с целью получения выплат за неоказанные О.Е.В. услуги;
неуказание в резолютивной части приговора периодичности ее явки в уголовно-исполнительную инспекцию в порядке выполнения обязанностей, возложенных судом на основании части 5 статьи 73 УК РФ, обусловливает произвольное установление инспекцией этой периодичности, что недопустимо и свидетельствует о неправильном применении уголовного закона.
В апелляционной жалобе защитник осужденной - адвокат Апишина О.Д. просит отменить приговор, Спицыну Н.В. оправдать, указывая, что при производстве по уголовному делу существенно нарушен уголовно-процессуальный закон, не учтены все установленные в стадии рассмотрения уголовного дела судом обстоятельства, имеющие квалифицирующее значение, что обусловило несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела.
Изучив материалы уголовного дела, проверив и обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, суд апелляционной инстанции учитывает, что уголовное дело Спицыной Н.В. рассмотрено в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона Российской Федерации, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон.
Все ходатайства, заявленные сторонами в стадии рассмотрения дела судом, о чем свидетельствуют протокол судебных заседаний, приговор, а также мотивы, которыми руководствовался суд, принимая решения, разрешены правильно.
Предусмотренные статьями 87 и 88 УПК РФ правила проверки и оценки доказательств по делу соблюдены. Признаков, указывающих на установление фактических обстоятельств посредством использования недопустимых, недостоверных доказательств, - нет.
Постановляя приговор, суд принял во внимание доказательства обвинения и защиты, указал в приговоре, почему он принимает одни доказательства и отвергает другие.
По уголовному делу правильно установлены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со статьей 73 УПК РФ.
Они свидетельствуют о том, что не позднее 08 июня 2016 года Спицына Н.В., являясь единственным учредителем и директором ООО "ВитаДент", возымела умысел, направленный на совершение хищения чужого имущества путем обмана с использованием своего служебного положения.
Для этого от имени ООО "ВитаДент" 08 июня 2016 года с ГБУЗ "Курильская ЦРБ" она заключила договор N 3/16 на оказание стоматологических услуг протезирования жителям Курильского района области по программе "Дети войны" на сумму 85500 рублей, в соответствии с которым ГБУЗ "Курильская ЦРБ" обязалось возместить клинике расходы по протезированию в размере 100%.
С целью получения денежных средств в указанном размере Спицына Н.В., достоверно зная о том, что житель Курильского района Б.Н.А., подпадающий под программу "Дети войны", отказался от услуг по протезированию и таковые фактически ему оказаны не были, не желая лично заполнять документацию, необходимую для подтверждения факта оказания стоматологических услуг, используя свое служебное положение, с привлечением находящихся от нее в материальной зависимости работников ООО "ВитаДент", не осведомленных о ее преступных намерениях: врача ортопеда О.Е.В., ассистента врача-стоматолога-ортопеда Л.В.О. и бухгалтера Ж.В.Н., а также своей дочери С.В.А., организовала заполнение бланков, в соответствии с которыми Б.Н.А. был представлен в качестве пациента клиники и якобы воспользовался услугами по протезированию, что нашло свое отражение в договоре на оказание стоматологических услуг (протезирование) от 08 июня 2016 года (без номера), акте оказания услуг к договору от 08 июня 2016 года (без номера), наряде на ортопедическое лечение от 08 июня 2016 года, медицинской карте стоматологического больного от 08 июня 2016 года N 37.
По указанию Спицына Н.В. бухгалтер Ж.В.Н. для предоставления в ГБУЗ "Курильская ЦРБ" не позднее 08 июля 2017 года подготовила бухгалтерские документы на возмещение расходов по протезированию на сумму 85500 рублей: счет от 08 июня 2016 года N 3, счет-фактуру от 08 июня 2016 года N 3, акт от 08 июня 2016 года N 3, после подписания которых Спицына Н.В. 08 июля 2016 года предоставила их в ГБУЗ "Курильская ЦРБ" и в соответствии с договором на оказание стоматологических услуг от 08 июня 2016 года N 3/16, а также дополнительным соглашением к договору от 21 июля 2016 года ГБУЗ "Курильская ЦРБ" платежным поручением от 25 июля 2016 года N 1352 перечислило выделенные из средств бюджета Сахалинской области на расчетный счет ООО "ВитаДент" 85 500 рублей.
Доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд в порядке, определенном процессуальным законом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для дела.
В качестве доказательств допускаются: показания свидетеля, заключение эксперта, протоколы следственных и судебных действий, а также иные документы (статья 74 УПК РФ).
Проверка доказательств производится судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство (статья 87 УПК РФ).
Изучение оспариваемого приговора показало, что доказательства, представленные суду, в нем приведены и оценены. Свой анализ и оценку с точки зрения регламентированных законом правил оценки доказательств получили и те из них, которые, по мнению осужденной, являются недостоверными - показания свидетеля О.Е.В., бухгалтера Ж.В.Н., якобы оговоривших ее.
Постановивший приговор суд не усмотрел оснований согласиться с позицией Спицына Н.В., указав, что данные в стадии предварительного расследования и в судебных заседаниях показания О.Е.В. и Ж.В.Н., а также ряда других свидетелей, обладающих сведениями, имеющими квалифицирующее значение по уголовному делу, к числу которых следует отнести показания потерпевшего Б.А.П., свидетелей Б.Н.А., Б.Л.М., Д.Е.А., С.В.Б., Ц.Ю.Т., Д.О.Г., А.Н.П., Т.К.Д., Б.О.И., Л.В.О., Б.Д.Ю. достаточны для вывода о причастности Спицыной Н.В. к преступлению в пределах, предъявленных органом предварительного расследования, а также ее виновности в нем; заслуживающих внимания доказательств, подтверждающих заинтересованность названных лиц в оговоре Спицыной Н.В., вопреки доводу ее апелляционной жалобы, не установлено.
Показания О.Е.В. свидетельствуют о том, что в качестве врача-стоматолога-ортопеда в период с декабря 2015 года по сентябрь 2016 года он работал в клинике "ВитаДент", руководителем которой являлась Спицына Н.В. В мае 2016 года Б.Н.А. обращался в клинику с просьбой отремонтировать зубной протез, от установки нового по программе "Дети войны" он отказался, услуг по протезированию ему не оказывалось. После посещения клиники Б.Н.А. к нему подошла Спицына Н.В. и попросила заполнить на имя Б.Н.А. дневник посещений, медицинскую карту и наряд на ортопедическое лечение. В ответ на его вопрос о том, что фактически медицинские услуги указанному лицу не оказывались, Спицына Н.В. попросила не задавать лишних вопросов. Запрошенные документы были составлены им после обращения Б.Н.А., то есть в мае или начале июня 2016 года.
В последующем Спицына Н.В. говорила о том, что клиника несет убытки и их необходимо компенсировать.
Из показаний свидетеля Ж.В.Н. следует, что в период с марта 2016 года по июль 2017 года она работала бухгалтером ООО "ВитаДент", руководителем которого являлась Спицына Н.В. В клинике оказывались услуги по протезированию, в том числе по программе "Дети войны". Ее отец Б.Н.А. подпадал под действие указанной программы, но так как был доволен имеющимся протезом, то воспользоваться услугами по протезированию в указанной клинике отказался.
08 июня 2016 года к ней обратилась Спицына Н.В. с просьбой оказать содействие в заполнении документов путем внесения паспортных данных пациентов клиники в пустые бланки договоров на оказание стоматологических услуг по протезированию. Среди документов она увидела копию паспорта своего отца Б.Н.А., а Спицына Н.В. пояснила, что последний уже был в клинике и согласился воспользоваться льготной программой по протезированию. В договоре на отца она заполнила его паспортные данные, а также указала номер своего мобильного телефона. Подпись в договоре на имя Б.Н.А. она не ставила, все документы отдала Спицыной Н.В., при этом в заполненных ею договорах были заполнены не все графы, равно как не было там и подписи Спицыной Н.В. и печати клиники. В некоторых документах по просьбе руководителя она расписывалась за нее, поскольку периодически Спицына Н.В. из-за большого объема работы не успевала оформить все документы, а иногда их заполнение требовалось осуществить в период отсутствия Спицыной Н.В. в Курильском районе, что происходило исключительно по просьбе последней.
По указанию Спицыной Н.В. от имени ООО "ВитаДент" она также готовила счета, которые оплачивались ГБУЗ "Курильская ЦРБ" в порядке компенсации затрат, понесенных клиникой, предоставлявшей услуги по льготной программе протезирования. В конце июля 2016 года ГБУЗ "Курильская ЦРБ" осуществило переводы денежных средств по счетам, выставленным в июне 2016 года, среди которых числилась оплата во исполнение договора об оказании стоматологических услуг по протезированию Б.Н.А. Она связалась с отцом и выяснила, что услуг протезирования он не получал, договор от 08 июня 2016 года не подписывал.
На вопрос, обращенный к Спицыной Н.В. по этому поводу, она получила совет не вмешиваться, поскольку клиника несет убытки и их необходимо устранить.
Самостоятельными доказательствами, позволяющими проверить достоверность показаний основных свидетелей обвинения, - О.Е.В., Ж.В.Н., а также Б.Н.А. являются:
показания Б.А.Н., являющегося представителем потерпевшего - ГБУЗ "Курильская ЦРБ", в соответствии с которыми 08 июня 2016 года ООО "ВитаДент" заключило с ГБУЗ "Курильская ЦРБ" договор об оказании жителям Курильского района услуг протезирования по программе "Дети Войны"; по условиям договора заказчик обязался оплатить указанные услуги по результатам предоставления таковых. Несмотря на неоказание пациенту Б.Н.А. услуг указанного характера, клиникой в адрес ГБУЗ "Курильская ЦРБ" были предоставлены документы, подтверждающие, что услуги протезирования оказаны в оговоренном размере на сумму 85500 рублей, после чего на счет ООО "ВитаДент" ГБУЗ "Курильская ЦРБ" были перечислены указанные средства;
показания свидетеля А.Н.П., установившего по итогам осмотра Б.Н.А., что в полости его рта отсутствуют признаки такого протезирования, как: установка металлокерамических коронок, многозвеньевого кламмера, бюгельного протеза с опорно-удерживающими кламмерами, установка которых предусмотрена договором на оказание стоматологических услуг Б.Н.А. от 08 июня 2016 года;
заключение эксперта от 21 августа 2018 года N 380/2-5, подтверждающее, что подписи от имени Спицыной Н.В. в строке "Директор ООО "ВитаДент" выполнены в договоре от 08 июня 2016 года N 3/16, заключенном с ГБУЗ "Курильская ЦРБ", дополнительном соглашении от 21 июля 2016 года к договору от 08 июня 2016 года N 3/16; в строке "Руководитель предприятия" счета от 08 июня 2016 года N 3 на возмещение расходов по протезированию на сумму 85500 рублей; в строке "Сдал" акта от 08 июня 2016 года N 3 на выполнение работ-услуг; в строке "Директор ООО "ВитаДент" письма без даты на имя главного врача ГБУЗ "Курильская ЦРБ" Д.Е.А. об изменении банковских реквизитов;
заключение эксперта от 21 августа 2018 года N 380/2-5, в соответствии с которым подписи от имени Спицыной Н.В. в договоре на оказание стоматологических услуг (протезирование) от 08 июня 2016 года (без номера); акте об оказании услуг пациенту Б.Н.А. к договору от 08 июня 2016 года (без номера) вероятно выполнены Спицыной Н.В.;
заключение эксперта от 29 ноября 2018 года N 576/2-1, подтверждающее, что Спицыной Н.В. выполнены подписи в медицинской карте стоматологического больного от 08 июня 2016 года N 37 (в разделе N 7 "Адреса и платежные реквизиты сторон").
Проанализировав доказательств, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом Южно-Сахалинского городского суда о виновности Спицыной Н.В. при этом отвергает довод осужденной е ее неосведомленности о несоответствии сведений, изложенных в документах на возмещение клинике "ВитаДент" расходов по оказанию услуг протезирования Б.Н.А. на основании договора от 08 июня 2016 года N 3/16.
Такое утверждение Спицыной Н.В. противоречит показаниям свидетелей О.Е.В. и Ж.В.Н., заявивших не только о ее осведомленности на предмет несоответствия расходов, но и о том, что именно осужденная просила составить фиктивные документы, представленные в качестве основания для перечисления денежных средств в пользу клиники, что также опровергает довод апелляционной жалобы о непричастности к процедуре составления документов, сведения в которых не соответствуют действительности.
Заключения экспертов подтверждают, что в ряде документов, имеющих правовое значение для принятия руководством ГБУЗ "Курильская ЦРБ" решения о перечислении в пользу ООО "ВитаДент" денежных средств в порядке компенсации расходов на протезирование Б.Н.А. по программе "Дети войны", выполнены Спицыной Н.В., при этом как единственный и ответственный руководитель клиники она не могла не знать о том, какие документы подписывает, каких взаимоотношений они касаются и какие последствия влечет подписание документов.
Суд критически относится к изложенному в апелляционной жалобе осужденной утверждению об опровержении ее виновности показаниями свидетеля Л.В.О., не подтвердившей факт дачи ею, Спицыной Н.В., указания О.Е.В. составить медицинские документы в отношении Б.Н.А. и внести в них недостоверные сведения, поскольку предъявленное виновной обвинение не состоит в причинно-следственной связи с фактом присутствия Л.В.О. в момент дачи указаний при том, что совокупность исследованных доказательств и, в частности, показания свидетеля О.Е.В., которым нет оснований не доверять, указывают на Спицыну Н.В., организовавшую процедуру составления фиктивных документов.
У суда апелляционной инстанции не оставляет сомнений факт причастности Спицыной Н.В. к составлению договора на оказание стоматологических услуг (протезирование) Б.Н.А. от 08 июня 2016 года (без номера), а также акта об оказании услуг пациенту Б.Н.А. к договору от 08 июня 2016 года (без номера), так как в соответствии с заключением эксперта от 21 августа 2018 года N 380/2-5 подписи в указанных документах от имени Спицыной Н.В. вероятно выполнены ею же. О.Е.В. и Ж.В.Н. прямо указали на Спицыну Н.В. как на лицо, которое организовало составление документов в отношении Б.Н.А., просило внести с медицинские документы недостоверные сведения, дало указание составить и подписало соответствующие бухгалтерские документы, а также осуществляло процедуру сопровождения этих документов в ГБУЗ "Курильская ЦРБ".
Судебная коллегия соглашается с правильностью установления факта осведомленности Спицыной Н.В. о том, что от имени ООО "ВитаДент" в адрес ГБУЗ "Курильская ЦРБ" были направлены документы, содержащие заведомо недостоверные сведения о якобы оказанных Б.Н.А. услугах протезирования.
Она же, как единственный собственник средств, поступающих на счет клиники в порядке осуществления ею предпринимательской деятельности, распорядилась поступившей от ГБУЗ "Курильская ЦРБ" суммой в размере 85 5 00 рублей.
Довод апелляционной жалобы осужденной о том, что умысла на обман ГБУЗ "Курильская ЦРБ" она не имела опровергается совокупностью исследованных доказательств, из которых следует, что именно Спицына Н.А. организовала процедуру составления медицинских и иных документов в отношении пациента клиники Б.Н.А., который фактически льготной программой протезирования "Дети войны" не воспользовался, а значит клиника не понесла расходов в размере 85500 рублей, для компенсации которых виновной направлены соответствующие документы в ГБУЗ "Курильская ЦРБ", оплатившего таковые.
Предоставив в ГБУЗ "Курильская ЦРБ" документы, сведения в которых не соответствуют действительности, Спицына Н.В. обусловила наступление обмана от ее действий.
Доказательств, свидетельствующих в пользу позиции Спицыной Н.В. об увольнении О.Е.В. по причине его недобросовестно отношения к исполнению трудовых обязанностей, не представлено, а поэтому довод апелляционной жалобы осужденной о ее оговоре указанным свидетелем вследствие наличия между ними неприязненных отношений является неубедительным.
Наряду с этим в уголовном деле нет доказательств и тому, что между Ж.В.Н., воспользовавшейся услугами клиники по лечению и протезированию зубов, и О.Е.В. мог состояться сговор на использование в ее отсутствие подложного договора под видом оказания услуг Б.Н.А. по протезированию с целью увеличения объема медицинских услуг в пользу Ж.В.Н. без несения ею личных - дополнительных финансовых затрат.
Исследованные доказательства подтверждают, что по итогам изучения документов на имя Б.Н.А., поступивших в ГБУЗ "Курильская ЦРБ", на счет ООО "ВитаДент" были перечислены денежные средства, которыми распорядилась Спицына Н.В., а поэтому причинно-следственной связи между услугами, оказанными клиникой Ж.В.Н., и оплатой ею таковых нет.
Нет в уголовном деле доказательств также тому, что О.Е.В. и Ж.В.Н., дав показания о совершении преступления Спицыной Н.В., тем самым избегают уголовной ответственности за подлог, якобы совершенный ими с целью получения выплат за неоказанные О.Е.В. услуги.
Неуказание Б.Н.А. в судебном заседании на Спицыну Н.А., то есть лицо, которое разъясняло ему право воспользоваться льготной программой протезирования "Дети войны", основанием для ее оправдания не является, так как, во-первых, свидетель находится в преклонном возрасте, а, во-вторых, влияния на обвинение Спицыной Н.В. это обстоятельство не оказывает.
В своих показаниях свидетель Ж.В.Н. не отрицает, что после разговора со Спицыной Н.В. сообщила последней о том, что предложит своему отцу - Б.Н.А. воспользоваться льготной программой протезирования, а поэтому показания свидетеля Б.Л.М. о том, что именно Ж.В.Н. предложила отцу осуществить протезирование в клинике "ВитаДент" обвинение не опровергают.
Изучение фактических обстоятельств уголовного дела, отраженных в описательной части приговора, показало, что, несмотря на утверждение Спицыной Н.В. об обратном, место и время совершения ею преступления органом следствия и судом установлены, что позволило правильно определить место производства предварительного расследования, рассмотрения уголовного дела судом, а также обеспечить право Спицыной Н.В. на защиту.
По материалам уголовного дела установлено, что возбуждено оно врио начальника СГ ОМВД России по Курильскому городского округу 29 августа 2018 года в отношении Спицыной Н.В. по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159 УК РФ (т. 1, л.д. 1 - 2).
Умысел на совершение преступления у Спицыной Н.В. возник в <адрес>, то есть по месту фактического нахождения клиники "ВитаДент".
В этом же городе преступление было начато, поскольку в клинике Спицыной Н.В. была организована процедура составления фиктивных документов и их предоставления в ГБУЗ "Курильская ЦРБ".
Между тем, окончено преступление было в <адрес>, когда со счета ГБУЗ "Курильская ЦРБ", 13 июня 2014 года открытого в отделении по Сахалинской области Дальневосточного главного управления Центрального банка Российской Федерации, денежные средства были перечислены на счет ООО "ВитаДент".
Признавая, что окончено преступление было в <адрес>, суд апелляционной инстанции учитывает положения пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года N 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", разъясняющее, что если предметом преступления при мошенничестве являются безналичные денежные средства, в том числе электронные денежные средства, то по смыслу положений пункта 1 примечания к статье 158 УК РФ и статьи 128 ГК РФ содеянное должно рассматриваться как хищение чужого имущества. Такое преступление следует считать оконченным с момента изъятия денежных средств с банковского счета их владельца или электронных денежных средств, в результате которого владельцу этих денежных средств причинен ущерб.
Если преступление было начато в одном месте, а окончено в другом месте, то уголовное дело расследуется по месту окончания преступления (часть 2 статьи 152 УПК РФ).
Установив, что местом окончания преступления является <адрес>, своим постановлением от 29 мая 2019 года начальник СГ ОМВД России по Курильскому городскому округу направил уголовное дело начальнику СУ УМВД России по Сахалинской области (т. 5, л.д. 175 - 177).
Постановлением заместителя начальника СУ УМВД России по Сахалинской области от 30 мая 2019 года местом производства предварительного расследования определена территория ОМВД России по Курильскому городскому округу (т. 5, л.д. 179 - 180).
Принимая решение, руководитель органа следствия руководствовался положениями части 4 статьи 152 УПК РФ, предусматривающей возможность осуществления предварительного расследования по месту нахождения обвиняемого или большинства свидетелей в целях обеспечения его полноты, объективности и соблюдения процессуальных сроков.
Учитывая, что в стадии предварительного расследования органом следствия соблюдены правила определения места производства расследования, чему способствовало правильное установление мест совершения преступления и, в частности, его окончания, а также по правилам уголовно-процессуального закона уполномоченным должностным лицом в пределах его полномочий самостоятельно определено место расследования, то расследование уголовного дела силами СГ ОМВД России по Курильскому городскому округу является правомерным.
Правильным является и решение о рассмотрении уголовного дела Южно-Сахалинским городским судом, так как если преступление было начато в месте, на которое распространяется юрисдикция одного суда, а окончено в месте, на которое распространяется юрисдикция другого суда, то данное уголовное дело подсудно суду по месту окончания преступления (часть 2 статьи 32 УПК РФ).
Судебная коллегия не разделяет высказанное в апелляционной жалобе Спицыной Н.В. суждение о том, что неустановление точного времени совершения преступления негативно отразилось на защите, лишившейся возможности определиться с наличием у нее алиби, а также с тем, какие же материальный и процессуальный законы подлежат применению в уголовном деле по правилам их действия во времени, пространстве и по кругу лиц.
Задействованная в приговоре при описании преступного деяния фраза о том, что умысел на хищение у осужденной возник в неустановленное органом предварительного следствия время, но не позднее 08 июня 2016 года, не порождает сомнений в том, что в уголовном деле имеются доказательства, позволяющие установить соответствующий период.
Исследованные доказательства подтверждают, что создано ООО "ВитаДент" было 04 сентября 2015 года, а лицензию на право ведения деятельности получило 01 июня 2016 года. В этой связи очевидным является то обстоятельство, что умысел Спицыной Н.В. не мог возникнуть ранее указанного времени, но не позднее 08 июня 2016 года.
Учитывая, что Спицына Н.В. признана виновной в совершении одного преступления, обстоятельства которого подробно установлены, оснований полагать о том, что при таком формулировании обвинения она была лишена возможности защищаться не имеется.
Поскольку в соответствии с постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2014 года статья 159.4 УК РФ признана утратившей силу с 12 июня 2015 года, постольку суд первой инстанции правомерно не рассматривал возможность ее применения при даче правовой оценке содеянного осужденной, учредившей ООО "ВитаДент" 09 сентября 2015 года, то есть после прекращения действия указанной уголовно-материальной нормы.
С точки зрения конструкции статья 159 УК РФ отнесена к числу материальных составов преступлений, когда момент его окончания связан с наступлением возможности по распоряжению похищенным имуществом виновным лицом.
Спицыной Н.В. не отрицается, что она являлась единственным учредителем и руководителем ООО "ВитаДент", созданным для осуществления предпринимательской деятельность с целью получения материальной выгоды.
Расчетный счет, открытый Спицыной Н.В. в банковском учреждении для осуществления финансовых операций, находился в ее ведении, денежные средства, поступающие на счет, в ее распоряжении.
Таким образом, указание в описательной части приговора на факт осуществления перевода ГБУЗ "Курильская ЦРБ" на расчетный счет ООО "ВитаДент" денежных средств в размере 85500 рублей недвусмысленно свидетельствует о том, что денежные средства поступили в распоряжение Спицыной Н.В., таким способом завладевшей ими (в заседании суда первой инстанции виновная заявила о том, что денежные средства были потрачены на нужды клиники).
В этой связи по уголовному делу нет оснований для утверждения о том, что в приговоре суда отсутствует указание на факты обращения Спицыной Н.В. имущества в виде денежных средств в размере 85500 рублей в свою пользу и распоряжения ими по собственному усмотрению; эти факты являются очевидными.
Установленная по уголовному делу незаконность действий руководителя клиники "ВитаДент" по предъявлению требования о компенсации затрат на лечение Б.Н.А., которые фактически понесены не были, привела к переводу от потерпевшей стороны в пользу Спицыной Н.В. 85500 рублей, что свидетельствует о причинении собственнику ущерба, хотя и не являющегося вмененным элементом объективной стороны состава преступления, установленного в действиях осужденной, но подлежащего доказыванию в силу отнесения деяния к категории хищений.
Посредством показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей О.Е.В., Ж.В.Н., Л.В.О., С.В.А., которые были причастны к составлению документов, ставших основанием для перевода денежных средств в пользу клиники "ВитаДент", установлено кто из них и в какой части составлял и подписывал документы, направленные в ГБУЗ "Курильская ЦРБ". Об этом же свидетельствуют и заключения почерковедческих экспертиз, с помощью которых установлены лица, сделавшие записи и совершившие подписи в документах.
Так, в приговоре имеется указание на то, что врач ортопед О.Е.В., ассистента врача-стоматолога-ортопеда Л.В.О., бухгалтер Ж.В.Н. и С.В.А. по просьбе Спицыной Н.В. заполнили бланки: договор на оказание стоматологических услуг (протезирование) от 08 июня 2016 года (без номера), акт оказания услуг к договору от 08 июня 2016 года (без номера), наряд на ортопедическое лечение от 08 июня 2016 года, медицинскую карту стоматологического больного от 08 июня 2016 года N 37, а также ряд бухгалтерских документов.
Принимая во внимание, что приговор суда, состоящий из разных, согласующихся между собою частей, представляет из себя единый судебный акт, в описательно - мотивировочной части которого приведены все доказательства, позволившие установить хронологию преступления, довод апелляционной жалобы Спицыной Н.В. об отсутствии в описательной части судебного решения описания роли указанных лиц в преступлении в части составления конкретных документов основанием для отмены приговора не является.
Суд апелляционной инстанции не соглашается с доводом апелляционной жалобы осужденной о том, что в выдвинутом против ее обвинении нет указания на время, место и способ привлечения ею к совершению преступления не подозревавших о ее умысле и находящихся в материальной зависимости О.Е.В., Ж.В.Н., Л.В.О., С.В.А., поскольку период, в течение которого совершалось преступление, судом установлен, а так как действия по привлечению указанных лиц, о чем указано в приговоре, являются составной частью деяния, то они поглощены установленным периодом совершения такового.
Способом вовлечения явилось прямое указание на составление документов, их заполнение, подписание, местом стала клиника "ВитаДент".
Под лицами, использующими свое служебное положение при совершении мошенничества, следует понимать должностных лиц, обладающих признаками, предусмотренными пунктом 1 примечаний к статье 201 УК РФ, например, лицо, которое использует для совершения хищения чужого имущества свои служебные полномочия, включающие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные обязанности в коммерческой организации (пункт 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года N 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате").
По материалам уголовного дела установлено, что Спицина Н.В. является единственным учредителем и руководителем ООО "ВитаДент", а поэтому на момент совершения преступления также осуществляла текущее руководство клиникой, обладала организационно-распорядительными и административно-хозяйственными обязанности в коммерческой организации.
Это обстоятельство подразумевало, что Спицына Н.В. направляла ход работы клиники, ведала кадровым вопросом, вопросами выплаты заработной платы, премирования, а также другими.
Установлено, что требование о составлении фиктивных документов в адрес О.Е.В., Ж.В.Н., а также других лиц Спицына Н.В. выдвинула только благодаря своему руководящему положению в клинике и сделала это в адрес тех лиц, которые находились в ее прямом подчинении и материальной зависимости.
При таких обстоятельствах признак использования виновной при совершении преступления своего служебного положения необходимо считать доказанным.
Доводы апелляционной жалобы адвоката Апишиной О.Д. по своему содержанию согласуются с доводами жалобы осужденной; оснований для их удовлетворения нет.
Следует признать, что правовая оценка действий Спицыной Н.В. соответствует фактическим обстоятельствам.
Каждый из квалифицирующих признаков предусмотренного частью 3 статьи 159 УК РФ преступления нашел подтверждение в исследованных доказательствах и оценке суда.
Наказание, назначенное осужденной, справедливо.
Определяя его вид и срок, Южно-Сахалинский городской суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, все известные данные о личности Спицыной Н.В., наличие смягчающих наказание обстоятельств в виде наличия несовершеннолетнего ребенка и совершения преступления впервые.
По уголовному делу не установлено смягчающих наказание обстоятельств, не учтенных судом при постановлении приговора, а те, которые таковыми признаны, в полной мере оказали позитивное влияние на его срок и порядок отбывания.
Неуказание в резолютивной части судебного решения на периодичность явки Спицыной Н.В. в уголовно-исполнительную инспекцию в порядке выполнения обязанностей, возложенных судом на основании части 5 статьи 73 УК РФ, действительно обусловит самостоятельное установление инспекцией этой периодичности, но, вопреки доводу апелляционной жалобы осужденной, произвольным оно являться не будет, поскольку такое право и обязанность инспекции предусмотрены положениями части 6 статьи 188 УИК РФ,
Гражданский иск потерпевшего - представителя ГБУЗ "Курильская ЦРБ" о возмещении причиненного преступлением материального ущерба путем взыскания с виновной 85 500 рублей разрешен правильно, так как в результате действий Спицыной Н.В. потерпевшему причинен ущерб в указанном размере; гражданскими истцом и ответчиком надлежащие участники судопроизводства были признаны в стадии предварительного расследования, соответствующие процессуальные права и обязанности им разъяснялись также и в заседании судов.
Нарушений уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, влекущих отмену приговора, по уголовному делу не допущено.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.9, 389.13, 389.15, 389.18, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия
определила:
приговор Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области от 04 февраля 2020 года в отношении Спицына Н.В. оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной Спицыной Н.В. и ее защитника - адвоката Апишиной О.Д. - без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.
Председательствующий - В.А. Проворчук
Судьи - К.Ю. Краснов
В.И. Лавлинский
Копия верна: В.А. Проворчук
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
