Определение Севастопольского городского суда от 30 сентября 2020 года №22-673/2020

 
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ СЕВАСТОПОЛЬСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА
 
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
 
от 30 сентября 2020 года Дело N 22-673/2020
Судебная коллегия по уголовным делам Севастопольского городского суда в составе:
председательствующего- судьи Кожевникова И.В.,
судей - Дубовцева А.С., Радовиля В.Л.,
при секретаре - Курманском А.С.,
с участием прокурора - Симак Ю.В.,
защитников- адвокатов: Бабушкиной Т.А., Смирновой М.М., осужденной Богдасаровой Е.Н., участие которой в суде апелляционной инстанции обеспечено путем проведения видеоконференц-связи,
потерпевших З.Е.А., А.М.Э., К.Л.В., представителя К.Л.В..-Ющук Т.Н.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Симак Ю.В., апелляционным жалобам осужденной Богдасаровой Е.Н. и её защитников-адвокатов Бабушкиной Т.А., Смирновой М.М., потерпевших З.Е.А., А.М.Э. на приговор Ленинского районного суда г. Севастополя от 22.01.2020, которым:
Богдасарова Е.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <данные изъяты>, гражданка РФ, со средним образованием, незамужняя, имеющая пятерых малолетних и несовершеннолетних детей, работающая ассистентом в ООО "<данные изъяты>", зарегистрированная по адресу: <адрес>, проживающая по адресу: <адрес>, ранее не судимая,
признана виновной и осуждена:
- по ч. 3 ст. 159 УК РФ (3 преступления) к 2 годам 6 месяцев лишения свободы за каждое;
- по ч. 4 ст. 159 УК РФ (2 преступления) к 3 годам лишения свободы за каждое.
На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, Богдасаровой Е.Н. назначено наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
Мера пресечения подписка о невыезде изменена на заключение под стражу, осужденная взята под стражу в зале суда.
Судом разрешен вопрос о гражданских исках и процессуальных издержках.
Заслушав доклад судьи Кожевникова И.В., мнение осужденной Богдасаровой Е.Н., её защитников, поддержавших доводы апелляционных жалоб, не возражавших против удовлетворения апелляционного представления государственного обвинителя, возражавших против удовлетворения апелляционных жалоб потерпевших; государственного обвинителя Симак Ю.В., поддержавшую доводы своего апелляционного представления, возражавшую против удовлетворения апелляционных жалоб осужденной и её защитников; потерпевших, поддержавших доводы своих апелляционных жалоб, не поддержавших доводы апелляционного представления, возражавших против удовлетворения апелляционных жалоб осужденной и её защитников, Судебная коллегия
установила:
по приговору суда первой инстанции Богдасарова признана виновной в мошенничестве, т.е. в хищении чужого имущества и приобретении права на чужое имущество путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное в особо крупном размере (эпизод в отношении потерпевшей К.Л.В.);
мошенничестве, т.е. хищении чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенном в крупном размере (эпизоды в отношении потерпевших Я.П.В., О.Л.Г., З.Е.А..);
мошенничестве, т.е. хищении чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное в особо крупном размере (эпизод в отношении потерпевшей А.М.Э.).
Преступления совершены Богдасаровой при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.
В апелляционном представлении государственный обвинитель просит приговор суда изменить в связи с неправильным применением уголовного закона:
срок наказания осужденной исчислять с момента вступления приговора в законную силу; зачесть Богдасаровой в срок отбытия наказания время содержание под стражей с 22.01.2020 по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.
В апелляционных жалобах потерпевшие А.М.Э. и З.Е.А.., каждая в отдельности, считая приговор суда первой инстанции незаконным и необоснованным, ввиду чрезмерной мягкости назначенного осужденной наказания, просят назначить Богдасаровой Е.Н. максимально строгое наказание (т.11 л.д.136-138, 140-142). В обоснование своих доводов потерпевшие ссылаются на то, что раскаяние в содеянном, признание вины Богдасаровой носит формальный характер, обусловленный доказанностью обвинения, собранными по делу доказательствами и направлены исключительно на смягчение наказания, личность осужденной не в полной мере оценена судом. Имущественный вред никому из потерпевших она не возместила.
Кроме того, потерпевшая З.Е.А. просит удовлетворить её исковые требования в полном объеме, т.к. сумма причиненного имущественного вреда подтверждается приобщенным к материалам дела нотариально удостоверенным договором займа на сумму 3 100 000 рублей.
В возражениях на апелляционные жалобы потерпевших осужденная просит оставить их без удовлетворения, т.к. свою вину в преступлениях она признала в полном объеме и никогда не оспаривала (т.11 л.д. 175, 177).
В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденная Богдасарова, считая приговор суда незаконным и необоснованным, просит его отменить в виду чрезмерной строгости назначенного наказания. Жалобу мотивирует тем, что преступления совершены в 2012-2013 года на территории Украины в связи с чем, её действия должны были быть квалифицированы по ст.190 УК Украины. Указывает, что вину она признала в полном объеме по всем эпизодам предъявленного обвинения, работает с шестнадцати лет, воспитывает детей. Судом первой инстанции не были применены положения ст.73 и 82 УК РФ. С учетом смягчающих обстоятельств и наличия постоянного места жительства, просит изменить ей меру пресечения до вступления приговора в законную силу с содержания под стражей на домашний арест (т.11 л.д.166, 168, 170).
В апелляционной жалобе адвокат Бабушкина Т.А. считает, что приговор необходимо изменить в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенным нарушением уголовного-процессуального закона и неправильным применением материального закона. Просит уголовное дело по эпизодам в отношении потерпевших Я.П.В., О.Л.Г., З.Е.А. прекратить на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ (в связи с истечением сроков давности уголовного преследования); уголовное дело в части предъявленного обвинения по эпизоду в отношении К.Л.В. возвратить прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, т.к. обвинение не конкретизировано; по эпизоду в отношении потерпевшей А.М.Э. назначить осужденной наказание с применением положений ст.73 УК РФ либо 82 УК РФ.
Указывает, что судом первой инстанции было необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства об освобождении от уголовной ответственности в связи с истечением шестилетнего срока давности, предусмотренного ст.78 УК РФ по эпизодам в отношении потерпевших Я.П.В., О.Л.Г., З.Е.А., по которым действия осужденной были квалифицированы ч.3 ст.159 УК РФ.
Судом первой инстанции не была допрошена потерпевшая О.Л.Г.., т.е. не установлены обстоятельства совершения в отношении неё преступления.
Адвокат обращает внимание, что при назначении наказания не были в полной мере учтены смягчающие обстоятельства, данные о личности осужденной, наличие на её иждивении пятерых детей и не применены положения ст.ст.64, 73, 82 УК РФ.
Сторона защиты акцентирует внимание, что по эпизоду в отношении потерпевшей К.Л.В. обвинение носит неконкретный характер, что нарушает право Богдасаровой на защиту. Указывает на противоречивые показания потерпевшей в части получения денежных средств и согласия на продажу квартир. В приговоре не приведено доказательств наличие умысла у осужденной на хищение трех объектов недвижимости у К.Л.В.. Между двумя фактами хищения денег от продажи двух долей в квартирах по улицам Луначарской и Вакуленчука прошло значительное время, однако действия Богдасаровой были квалифицированы как единое продолжаемое преступление, что в свою очередь ухудшило положение осужденной в части возможности прекращения уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Наличие многочисленных постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлением К.Л.В., равно как и изменение ею своих показаний, свидетельствует о наличии гражданско-правовых отношений между потерпевшей и осужденной. В связи с чем, адвокат приходит к выводу о необходимости возвращения уголовного дела в данной части прокурору в порядке ст.237 УПК РФ (т.11 л.д.146-147).
В апелляционной жалобе защитник Богдасаровой - адвокат Смирнова М.М. просит приговор суда отменить, смягчить назначенное осужденной наказание с применением положений ст.73 УК РФ. В обоснование жалобы приводит аналогичные доводы, изложенные в жалобе адвоката Бабушкиной (т.11 л.д.156-157).
В возражениях на апелляционные жалобы защиты и потерпевших прокурор просит оставить их без удовлетворения (т.11 л.д.179-181).
Проверив материалы дела и имеющиеся доказательства, Судебная коллегия полагает, что обвинительный приговор по делу постановлен правильно.
Виновность Богдасаровой в совершении инкриминируемых преступлений подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств:
по эпизоду мошенничества в отношении К.Л.В.:
- заявлением К.Л.В. о совершенном Богдасаровой Е.Н. преступлении (т. 1 л.д. 175-177);
- показаниями потерпевшей К.Л.В. установлено, что после смерти М. она и П. стали наследниками квартир по <адрес> и <адрес>. Переверзина обратилась к Богдасаровой для продажи квартир, была оформлена генеральная доверенность. Богдасарова дала ей в долг около 20000 украинских гривен. Эти деньги Богдасарова должна было взять с продажи квартир. С осени 2013 года счета за коммунальные услуги стали поступать на иное лицо, поэтому ей стало известно, что Богдасарова продала по доверенности в 2012 году её квартиру на <адрес>, в которой она проживала, и о продаже которой она её не просила. Также узнала, что Богдасарова продала квартиру на <адрес>, однако деньги за продажу ? части квартиры ей не отдала. С 2012 года по 2014 год Богдасарова о продаже квартир ей не говорила, денежные средства не вернула;
- в ходе очной ставки между Богдасаровой и К.Л.В. последняя подтвердила свои показания (т.1 л.д.108-118);
- из показаний свидетеля Ч.Н.А. видно, что в 2012 году она решилакупить квартиру, нашла объявление о продаже квартиры <адрес>. На ее звонок ответила женщина, представилась директором агентства недвижимости "<данные изъяты>" - Богдасаровой, которая назвала стоимость квартиры - 185000 гривен. 26.10.2013 она приехала к нотариусу К.Н.П., где передала лично в руки Богдасаровой деньги в сумме 185807 украинских гривен в счет оплаты за квартиру. На сделке также присутствовал представитель собственника ? квартиры - П.. В марте 2015 года познакомилась с К.Л.В., которая сообщила, что Богдасарова обманула её, завладев не только деньгами от продажи квартиры по <адрес>, но и лишила её квартиры, в которой она проживала;
- показаниями свидетеля Ш.Ю.В. о том, что в конце 2012 года он познакомился с Богдасаровой, которая занималась продажей недвижимости. Продавцом квартиры по <адрес> выступила Богдасарова на основании доверенности от К.Л.В.. Квартиру он приобрел за 200000 гривен, сделку оформили у нотариуса. На выезд К.Л.В. из квартиры был установлен 6 месячный срок, деньги за квартиру отдал Богдасаровой. Через полгода Богдасарова квартиру не передала, объясняя тем, что возникли проблемы с К.Л.В.. Обратился в суд с иском о принудительном выселении. В 2017 году К.Л.В. выселили из квартиры;
- показаниями К.Н.П. установлено, что доверенность она прочитала вслух. Последствия подписания доверенности сторонам разъяснила. От К.Л.В. вопросов не было.
- из показаний представителя потерпевшей О.Э.С. - О.Л.Г. видно, что летом 2013 года он искал квартиру, познакомился с Богдасаровой, которая выступила в качестве продавца квартиры по <адрес>. Она действовала на основании доверенностей от К.Л.В. и П.. Стоимость квартиры была определена в 29000 долларов США. В счет аванса мать передала Богдасаровой 1300 долларов США. Богдасарова сообщила, что оформить договор купли-продажи квартиры не представляется возможным, поскольку К.Л.В. пока не вступила в наследство и на данную квартиру претендует еще М.. Богдасарова предложила заключить предварительный договор купли-продажи квартиры, попросив большую часть денег вперед. Он настаивал, чтобы при заключении предварительного договора присутствовала К.Л.В., однако Богдасарова сообщила, что та проживает на севере и присутствовать не может. Предварительный договор купли-продажи был заключен у нотариуса П.З.В., где перед его подписанием он передал в качестве аванса Богдсаровой 15000 долларов США. Всего за квартиру было передано 16300 долларов США. В договоре была отражена сумма в гривнах, что по курсу составляло около 132000 гривен. Квартиру он получил впоследствии от К.Л.В. и П.. Кроме того летом 2013 года Богдасарова взяла в долг у его матери денежные средства в сумме 29800 долларов США;
- из показаний потерпевшей О.Л.Г. усматривается, что летом 2013 года О.Э.С. решилприобрести квартиру. На сделку к нотариусу приехали вдвоем. Представителем продавца являлась Богдасарова. Передали в счет аванса за квартиру Богдасаровой 1300 долларов США. Заключили предварительный договор купли-продажи. В кабинете нотариуса О.Э.С. передал Богдасаровой 15000 долларов США. 16.07.2013 Богдасарова попросила одолжить 20000 долларов США на полтора месяца. Богдасарова написала расписку, оговорив сроки возврата займа до 30.08.2013. За пользование денежными средствами Богдасарова обещала вернуть процент в сумме 2400 долларов США. В расписке указала, что эту сумму также берет в долг. 08.08.2013 Богдасарова подъехала к ней в офис, где она передала 4000 долларов США. 23.08.2013 вновь встретилась с Богдасаровой, и на улице передала еще 5000 долларов США. К 30.08. 2013 Богдасарова основную сумму долга не вернула, попросила подождать. 12.09.2013 Богдасарова приехала к ней на работу и попросила еще 600 долларов США на оформление документов на приобретаемую её сыном квартиру по адресу: <адрес>, деньги для этого дала. Таким образом, Богдасарова путем обмана и злоупотребления доверием, похитила принадлежащие ей денежные средства.
- показаниями нотариуса П.З.В.., удостоверившей предварительный договора купли-продажи квартиры между Богдасаровой Е.Н. и О.Э.С. При его заключении документы, подтверждающие право собственности, не требуются.
- свидетель К.Л.В. - сын потерпевшей К.Л.В. показал, что квартира по адресу: <адрес> досталась его матери по наследству, в ней она проживала. Мать и П. вступали в наследство на квартиры по <адрес> и <адрес>. К.Л.В. выписала доверенность на Богдасарову с правом восстановления документов, без права продажи, так как не собиралась продавать квартиры. Богдасарова попросила передать ей на хранение правоустанавливающие документы, написала расписку о принятии на хранение документов. Впоследствии она отказывалась вернуть документы якобы потому, что они находятся в ячейке банка. Потом мать заметила, что квитанции за коммунальные услуги приходят на постороннее лицо;
- из показаний заместителя начальника Управлении государственной регистрации права и кадастра Севастополя Я.П.В. видно, что договор купли-продажи от 08.12.2012 между продавцом Богдасаровой Е.Н., действующей от имени К.Л.В., и покупателем Ш.Ю.В. устанавливает право собственности за Ш.Ю.В., так как является документом, подтверждающим наличие ранее возникшего права. Момент возникновения права собственности у Ш.Ю.В. по указанному договору наступил с момента вступления в силу Закона города Севастополя от 25 июля 2014 N 46-ЗС "Об особенностях регулирования имущественных и земельных отношений на территории города Севастополя";
- из оглашенных показаний юриста-регистратора прав на недвижимое имущество в КП "БТИ и ГРОНИ" Севастопольского городского совета Н.А.И. видно, что согласно инвентаризационного дела право собственности на <адрес> зарегистрировано за К.Л.В. на основании дубликата договора дарения N 3-1556 от 01.06.2011, удостоверенного 3-й Севастопольской государственной нотариальной конторой (договор дарения N 4-610 от 27.03.2001). При этом, в материалах инвентаризационного дела имеется светокопия договора купли-продажи квартиры, заключенного между продавцом Богдасаровой Е.Н., действующей от имени Карайченцевой Л.В. на основании нотариальной доверенности и покупателем Ш.Ю.В. Светокопия договора была представлена Ш.Ю.В. в ГУП БТИ г. Севастополя 17.07.2013 вместе с заявлением на изготовление технического паспорта на квартиру (т. 2 л.д. 240-243);
- протоколом у К.Л.В. изъяты документы, впоследствии осмотренные следователем, согласно которым 16.10.2012 К.Л.В. оформила нотариальную доверенность, которой уполномочила Богдасарову быть её представителем, а также управлять и распоряжаться имуществом. В расписке от 16.12.2012 указано, что Богдасарова взяла у К.Л.В. оригиналы документов, в том числе, её свидетельство о рождении и свидетельство о браке родителей для оформления наследства. В расписке от 03.12.2012 указано, что Богдасарова взяла у К.Л.В. дубликат договора дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес> от 08.12.2012 года, в которой проживала потерпевшая. Из договора купли-продажи от 26 октября 2012 года усматривается, что Богдасарова продала по доверенности от имени Карайченцевой ? доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, Ч.Н.А.. Общая сумма сделки, с учетом ? доли в праве собственности, принадлежащей П., составила 185807 украинских гривен. Заявлением от 18.10.2013 К.Л.В. отменила доверенность, выданную Богдасаровой Е.Н. от 16.10.2013; светокопия уведомления нотариуса об отмене доверенности К.Л.В. к Богдасаровой, датированного 18.10.2013 (т. 2 л.д. 73-87, 122-130, т. 5 л.д. 172-182);
- протоколом у О.Э.С. изъяты документы, которые были осмотрены: постановление об отказе К.Л.В. в выдачи свидетельства о праве на наследство по закону на ? часть квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. Предварительный договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес> от 29.07.2013, был заключен Богдасаровой, действующей от имени Карайченцевой на основании доверенности от 16.10.2012, и О.Э.С. Согласно п. 2 указанного договора О.Э.С. передал Богдасаровой аванс в сумме 132030 украинских гривен (т. 4 л.д. 18-29, т. 5 л.д. 172-182);
- протоколом у О.Э.С. изъяты документы, которые в последствии были осмотрены: свидетельство о рождении Ш.В.А., свидетельство о смерти Ш.В.А., свидетельство о рождении К.Л.В., свидетельство о заключении брака между К.Л.В. и К.В.Н., свидетельство о браке Ш.В.А. и У.Н.Д. (т. 2 л.д. 136-137, л.д. 201-206);
- протоколами выемки и осмотра, а также заключением судебной оценочной экспертизы установлено, что квартира, расположенная по адресу: <адрес>, была осмотрена и по состоянию на 08.12.2012 ее рыночная стоимость составляла 1114812 рублей (т. 2 л.д. 145-147, 197-199, т. 5 л.д. 172-182);
- протоколом в помещении нотариальной конторы Р.Э.А. изъят договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес> от 08.12.2012 года который был заключен Богдасаровой, действующей от имени К.Л.В. на основании доверенности от 16.10.2012, и покупателем Ш.Ю.В. В качестве правоустанавливающего документ к договору купли-продажи приобщен дубликат договора дарения указанной квартиры между Ш.Н.Д. и К.Л.В. (т. 2 л.д. 184-196, 210-213);
- из протокола осмотра расписки, выданной от имени К.Л.В. и заключения эксперта видно, что рукописные записи и подпись в расписке, составленной от имени К.Л.В., выполнены К.Л.В. (т. 2 л.д. 207-209, т. 3 л.д. 34-36).
- согласно заключению эксперта рукописный текст и подписи от имени Богдасаровой Е.Н. в расписке о получении документов от К.Л.В., составленной от имени Богдасаровой Е.Н., датированной 16.10.2012; в расписке о получении документов от К.Л.В., датированной 03.12.2012, - выполнены Богдасаровой Е.Н. (т. 5 л.д. 198-205);
- уведомлением об отсутствии в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним на квартиру, расположенную по адресу <адрес> (т. 2 л.д. 48, 53-55);
- согласно выписке из единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, является О.Э.С. (т. 2 л.д. 49);
- уведомлением об отсутствии в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним на квартиру, расположенную по адресу <адрес> (т. 2 л.д. 51);
- согласно сведениям из ГУП г. Севастополя "Бюро технической инвентаризации" в материалах инвентаризационного дела по адресу: <адрес> имеется копия договора купли-продажи, удостоверенного 08.12.2012 Р.Е.О., реестр N 4587, согласно которому Богдасарова Е.Н. от имени К.Л.В. продала, а Ш.Ю.В. купил квартиру <адрес>. Копия указанного договора представлена 17.07.2013 для изготовления технического паспорта на квартиру по заявлению Ш.Ю.В. Договор купли-продажи в БТИ по состоянию на 31.12.2012 не зарегистрирован (т. 2 л.д. 56-58).
по эпизоду мошенничества в отношении Я.П.В.:
- в заявлении Я.П.В. сообщил о совершенном Богдасаровой Е.Н. преступлении (т. 3 л.д. 76-77);
- из показаний потерпевшего Яковлева видно, что 30.05.2013 он в присутствии О.Л.Г. занял Богдасаровой 19000 долларов США. Была составлена расписка, определена дата возврата денежных средств - 31.07.2013. В указанный срок деньги возвращены не были. О.Л.Г. переживала по этому поводу, и они решили, что долг будет возвращен квартирой, которая со слов Богдасаровой была в её собственности. 31.12.2013 у нотариуса был заключен предварительной договор купли-продажи квартиру по <адрес>. До апреля 2014 года ни денег, ни квартиры не получили. Богдасарова меняла телефоны, приходилось её искать. Всего осужденная должна вернуть 19000 долларов США, без учета процентов;
- из показаний свидетеля О.Л.Г. усматривается, что в 2013 года она познакомила Богдасарову с Я.П.В.. Тот передал Богдасаровой в займы денежные средства. Позднее от Я.П.В. ей стало известно, что Богдасарова деньги не вернула, взамен предложила купить квартиру, с учетом ранее переданных денег. С этой целью Богдасарова и Я.П.В. заключили предварительный договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. Однако квартиру осужденная не продала, деньги не вернула;
- протоколом у потерпевшего Я.П.В. изъяты документы (т. 3 л.д. 110-117), из них видно, что 30.05.2013 Богдасарова выдала расписку Я.П.В. о получении денежных средств в сумме 19000 долларов США с обязательством вернуть их до 30.07.2013. Кроме того, 31.12.2013 между Я.П.В. и Богдасаровой был заключен предварительный договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу <адрес>. Согласно п. 3.1. договора квартира принадлежит на праве частной собственности Богдасаровой Е.Н. (т. 5 л.д. 172-182);
- согласно заключению эксперта рукописный текст и подписи от имени Богдасаровой Е.Н. в расписке, составленной от имени Богдасаровой Е.Н. о получении денег у Я.П.В. в сумме 19000 долларов США, датированной 30.05.2013, и на оборотной стороне предварительного договора купли-продажи квартиры в графе "сторона 1", датированного 31.12.2013, заключённого между Я.П.В. и Богдасаровой Е.Н. - выполнены Богдасаровой Е.Н. (т. 5 л.д.198-202);
- согласно выписке из единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним, выданной управлением государственной регистрации права и кадастра Севастополя, собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес> с 2015 года является С., проживающая по адресу: <адрес>. (т. 3 л.д.83-84);
- сведениями, представленными ГУП г. Севастополя "Бюро технической инвентаризации" установлено, что право собственности по состоянию на 31.12.2012 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, принадлежало М.Е.В. и М.Н.В. в равных долях (т. 2 л.д. 56).
по эпизоду мошенничества в отношении О.Л.Г..:
- протоколом у потерпевшей О.Э.С. изъяты документы, которые были осмотрены: расписка, составленная от имени БогдасаровойЕ.Н. о получении денег от О.Л.Г. в сумме 20000 долларов США, датированная 16.07.2013, дополненная рукописным текстом о получении 2400 долларов США, датированная 16.07.2013; расписка, составленная от имени Богдасаровой Е.Н. о получении денег от О.Л.Г. в сумме 4000 долларов США от 08.08.2013, дополненная рукописным текстом об изменении срока возврата; расписка, составленная от имени Богдасаровой Е.Н. о получении денег от О.Л.Г. в сумме 5000 долларов США от 23.08.2013 (т. 3 л.д. 192-196, т. 4 л.д. 33-35, 40-43);
- согласно заключению эксперта рукописный текст и подписи от имени Богдасаровой Е.Н. о получении денег от О.Л.Г. в сумме 800 долларов США; расписке, составленной от имени Богдасаровой Е.Н. от 16.07.2013 о получении денежных средств от О.Л.Г., расписке, составленной от имени Богдасаровой Е.Н. от 08.08.2013 о получении денежных средств от О.Л.Г.; в расписке, составленной от имени Богдасаровой Е.Н. 23.08.2013 о получении денежных средств от О.Л.Г. - выполнены Богдасаровой Е.Н. (т. 5 л.д. 198-202).
Вышеприведенными в описательно-мотивировочной части определения показаниями потерпевшей О.Л.Г. и её представителя О.Э.С.
по эпизоду мошенничества в отношении З.Е.А.:
- в заявлении З.Е.А. сообщила о совершенном Богдасаровой Е.Н. преступлении (т. 4 л.д. 82);
- показаниями потерпевшей З.Е.А. установлено, что в 2013 году О.Л.Г. познакомила её с Богдасаровой, которая попросила занять денежные средства. Она согласилась при условии залога, в качестве которого выступал дом матери Богдасаровой, у нее была генеральная доверенность на право распоряжения этим имуществом. 14.10.2013 у нотариуса П.З.В. был оформлен договор займа под ? части дома по <адрес>. По просьбе Богдасаровой давала ей в долг деньги: 10000долларов, 2000 долларов - 14.10.2013 для нотариуса П.З.В., 1000 долларов в декабре 2013 года, 9000 долларов за комнату 27.12.2013. Денежные средства осужденная не вернула. По предложению Богдасаровой 19.12.2014 в нотариальной конторе по ул. <адрес> заключили договор займа на 3100000 рублей со сроком возврата до 01.03.2015. Потом выяснилось, что договор займа от 14.10.2013 не отражал сведений о залоговом обеспечении.
- из показаний свидетеля О.Л.Г. видно, что она познакомила З.Е.А. с Богдасаровой. Она никогда не просила Богдасарову занять у З.Е.А. для неё деньги, какие-либо золотые изделия в обеспечение займа З.Е.А. не предлагала, какие-либо деньги от Богдасаровой не получала и не просила Богдасарову её имуществом обеспечивать договор займа со З.Е.А.;
- согласно показаниям нотариуса П.З.В. она знакома с Богдасаровой, последняя обращалась к ней для удостоверения сделок;
- из оглашенных показаний свидетеля Н.М.М. - матери З.Е.А. видно, что в конце сентября 2013 года она передала деньги в сумме 10000 долларов США своей дочери, а та передала их Богдасаровой в долг. Всего Богдасарова просила в долг 12000 долларов США. Со слов З.Е.А. Богдасарова намеривалась заключить договор займа, обеспечив его залоговым имуществом- ? доли в праве собственности дома, расположенного по адресу: <адрес>, принадлежащим матери Богдасаровой. 14.10.2013 по инициативе Богдасаровой для заключения договора займа она, Богдасарова и З.Е.А. поехали в нотариальную контору, где Здобнова передала Богдасаровой еще 2000 долларов США. Нотариусом П.З.В. был составлен договор займа. Согласно условиям договора Богдасарова должна была вернуть деньги в сумме 13500 долларов США до 31.10.2013, из них 1500 долларов США в качестве процентов. В последующем ей стало известно, что Здобнова еще "одалживала" Богдасаровой деньги в сумме 10000 долларов США. До настоящего времени Богдасарова денежные средства, не вернула, попыток к возвращению долга не предпринимала (т. 4 л.д. 137-139);
- протоколом у потерпевшей З.Е.А. изъяты: расписка от имени Богдасаровой Е.Н. от 13.12.2014 о получении денежных средств от З.Е.А. в сумме 53550 долларов США; договор займа от 13.12.2014 между Богдасаровой Е.Н. и З.Е.А. на 3100000 рублей, договор займа от 14.10.2013 заключенный между Н.М.М. и Богдасаровой Е.Н. (т. 4 л.д. 96, 142-145);
- протоколом осмотрены вышеуказанные документы (т.5 л.д. 172-178);
- заключением эксперта установлено, что рукописный текст и подписи от имени Богдасаровой Е.Н. в расписке о получении денег у З.Е.А. в сумме 53559 долларов США от 13.12.2014; в договоре займа серия и номер 92 АА 0064743, заключенном между Богдасаровой Е.Н. и З.Е.А., от 13.12.2014 - выполнены Богдасаровой Е.Н. (т. 5 л.д. 198-202).
по эпизоду мошенничества в отношении А.М.Э.:
- в заявлении А.М.Э. сообщила о совершенном Богдасаровой Е.Н. преступлении (т. 4 л.д. 193-197);
- из показаний А.М.Э. видно, что в июне 2014 года она обратились к Богдасаровой для приобретения жилья. Последняя предложила дом стоимостью 50000 долларов США, составили договор об авансе, и она заплатила Богдасаровой 3000 долларов США. Богдасарова сообщила, что дом принадлежит Д., которая на основании доверенности дала ей право продавать его. В договоре был прописан срок полной оплаты за дом - до 18.09.2014, до этого же времени Богдасарова должна была оформить документы на дом. В дальнейшем Богдасарова звонила ей, просила деньги за государственную пошлину, оформление документов и для хозяйки. Предложила выплачивать деньги за стоимость дома частями. Она согласилась. 27.07.2014 ее муж передал Богдасаровой 3000 долларов, 11.12.2014 - 5000 долларов она отправила на счет Богдасаровой, 18.12.2014 муж передал еще 5000 долларов Богдасаровой в агентстве, 10.03.2015 муж передал Богдасаровой 3000 долларов. Указанные суммы прописывались в договоре в счет оплаты за дом. После этого она не могла дозвониться до Богдасаровой. Муж нашел хозяйку дома Д., которая сказала, что не может продать дом, ищет риэлтора, также пояснила, что не уполномочивала Богдасарову продавать её дом и никаких денег от той не получала. После чего она говорила с Богдасаровой, та обещала вернуть деньги, писала расписки, но деньги не вернула;
- в ходе очной ставки между А.М.Э. и Богдасаровой потерпевшая подтвердила свои показания, указала, что Богдасарова представлялась директором агентства "Магнат" (т. 5 л.д. 84-97);
- из показаний свидетеля Д. видно, что в 2014 году она пыталась продать дом <адрес>. С Богдасаровой ни устно, ни письменно о продаже дома она не договаривалась, доверенность той не выдавала, денег за продажу дома от Богдасаровой не получала, ключи от дома не давала. На тот момент в доме никто не проживал. Богдасаровой она не доверяла, так как та предлагала ей свою помощь в продаже дома, постоянно приходила к ней домой. В один из дней схватила у неё какую-то бумажку (документы) и "побежала радостная", что сразу её насторожило. Указанный дом она продала в 2016 году;
- согласно показаниям свидетеля А.Р.З. установлено, что для покупки жилья они обратились в агентство, где работала Богдасарова. Она показала им дом в с. Полюшко, открывала дом ключом. В доме никто не жил, он был пустой, его готовили к продаже. Сначала стоимость дома была озвучена в сумме 50000 долларов, затем 44000 долларов, с оформлением - 46000 долларов. Богдасарова сказала, что хозяйка попросила помочь продать дом, говорила, что у неё есть на это доверенность. Был заключен договор об авансе, они заплатили 3000 долларов, полностью оплатить дом надо было до 18.09.2014. После этого они с женой передавали Богдасаровой деньги в счет оплаты дома: в её офисе он передал ей 3000 долларов, через банк А.М.Э. перечислила 5000 долларов, и еще три раза он Богдасаровой передавал деньги в размере 3000, 3000 и 1000 долларов США. Потом он нашел хозяйку дома Д., которая пояснила, что Богдасарова ей деньги за дом не передавала, и что она той не давала право продавать свой дом.
- показаниями свидетеля А.Э.З. о том, что летом 2014 года его брат А.Р.З. с женой приехали в г. Севастополь, хотели купить дом. Им посоветовали обратиться к риэлтору на Северной стороне, где Богдасарова была директором агентства недвижимости. Она предложила им дом в Орловке, стоимость которого была 50000 долларов, затем снижена до 46000 долларов. Ключей от калитки у Богдасаровой не было, они через заднюю калитку проникли в дом, осмотрели его, в нем никто не жил. В тот же день отдали задаток 3000 долларов, составили договор. Также при нем весной 2015 года его брат передал Богдасаровой еще 2000 долларов. Всего брат с женой передали Богдасаровой за дом 20000 долларов США;
- протоколом у потерпевшей А.М.Э. изъяты документы, которые были осмотрены и из них усматривается, что между А.М.Э. и Богдасаровой Е.Н. 18.06.2014 был заключен договор об авансе за домовладение, расположенное по адресу: <адрес>, общая стоимость которого составляет 46000 долларов США. На обратной стороне договора есть записи о получении денежных средств Богдасаровой Е.Н. на общую сумму 20000 долларов США. 06.10.2015, 31.10.2015, 09.02.2016 Богдасарова Е.Н. выдала А.М.Э. и А.Р.З. три рукописных расписки, подтверждающие получение Богдасаровой Е.Н. в счет аванса за домовладение 20000 долларов США, которые она обязуется вернуть (т. 5 л.д. 120-128,172-182);
- согласно заключению эксперта рукописный текст и подписи от имени Богдасаровой Е.Н. на лицевой стороне договора об авансе от 18.07.2014, заключенного между Богдасаровой Е.Н. и А.М.Э., в интересах Д. в графе "руководитель агентства недвижимости "<данные изъяты>" и на оборотной стороне указанного договора, начинающийся словами "24.07.14 внесен дополнительный задаток", заканчивающийся цифробуквенным рукописным текстом красного цвета "10.03.2015", в расписке от 06.10.2015, составленной от имени Богдасаровой Е.Н. о получении денег от А.М.Э. в сумме 20000 долларов США, в расписке от 09.02.2016, составленной от имени Богдасаровой Е.Н. о получении денег у А.М.Э. в сумме 20000 долларов США, в расписке от 31.10.2016, составленной от имени Богдасаровой Е.Н. о получении денег у А.М.Э. в сумме 20000 долларов США - выполнены Богдасаровой Е.Н. (т. 5 л.д. 198-202);
- заявлением на перевод денежных средств, согласно которому 11.12.2014 А.М.Э. посредством платежной системы "Лидер" перевела Богдасаровой Е.Н. 5000 долларов США (т. 4 л.д. 199);
- рапортом оперуполномоченного отдела по экономическим преступлениям УВД и выпиской из единого Государственного реестра юридических лиц, согласно которым агентство недвижимости ООО "<данные изъяты>" не зарегистрировано (т. 4 л.д. 235-236).
Указанные доказательства Судебная коллегия признает допустимыми, т.к. они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона; показания потерпевших и свидетелей всегда были последовательны, подробны, согласуются как между собой, так и с другими исследованными письменными доказательствами. При этом заслуживающих внимание каких-либо мотивов и оснований для оговора подсудимой со стороны указанных лиц, Судебная коллегия не усматривает.
Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом допущено не было.
Довод осужденной о том, что её действия необходимо квалифицировать по ст.190 УК Украины (мошенничество) судом первой инстанции обосновано отвергнут с учетом положения ст. 2 ФЗ от 05.05.2014 N 91-ФЗ "О применении положений Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя", согласно которой преступность и наказуемость деяний, совершенных на территориях Республики Крым и города Севастополя до 18 марта 2014 года, определяются на основании уголовного законодательства РФ. Поворот к худшему при этом не допускается. Нормы ст. 190 УК Украины не улучшали положение осужденной.
Действия осужденной по ч. 4 ст. 159 (2 эпизода), ч.3 ст. 159 (3 эпизода) УК РФ квалифицированы верно. При этом судом обоснованно указано, что хищение совершено двумя самостоятельными способами- как с помощью обмана, так и злоупотребления доверием. Ущерб потерпевшим и квалификация содеянного осужденной судом установлена верно с учетом примечания к ст. 158 УК РФ.
Вопреки доводам апелляционных жалоб защиты оснований для освобождения Богдасаровой от уголовной ответственности по ст. 159 ч.3 УК РФ не имеется, т.к. в соответствии с правилами ст. 78 ч. 1 п. "в" УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекло десять лет после совершения тяжкого преступления, поэтому сроки давности за совершенные Богдасаровой преступления не истекли. Она обоснованно привлечена к уголовной ответственности и осуждена за эти преступления.
Утверждение защиты о том, что судом первой инстанции не была допрошена потерпевшая О.Л.Г. в связи с чем, не установлены все юридически значимые обстоятельства, опровергается протоколом судебного заседания от 22.07.2019 (т.11 л.д.5-6), из него видно, что потерпевшая непосредственная была допрошена судом, участники процесса задавали ей вопросы, ее показания в ходе предварительного расследования также исследовались.
Вопреки доводам апелляционной жалобы потерпевшей З.Е.А. гражданский иск направлен для рассмотрения в Ленинский районный суд города Севастополя (т.9 л.д.11). Судом первой инстанции правильно указано, что судьба всех гражданских исков была разрешена апелляционным определением Севастопольского городского суда от 05.10.2018. При этом в этой части вышеуказанное апелляционное определение Президиумом Севастопольского городского суда не отменялось.
Таким образом, все обстоятельства, подлежащие доказыванию, перечисленные в ст. 73 УПК РФ, в том числе описание преступных деяний, совершенных Богдасаровой, с указанием места, времени и способа их совершения, мотива и последствий преступлений, были установлены судом и отражены в приговоре. Обвинительное заключение конкретизировано, составлено в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ.
Судебная коллегия не соглашается с доводами апелляционной жалобы защиты об отсутствии единого умысла у Богдасаровой на хищение трех объектов имущества, принадлежащих К.Л.В., поскольку об изначально возникшем у осужденной умысле на мошенничество свидетельствует не только ее действия охватываемые единым умыслом, но об этом свидетельствует также факт получения Богдасаровой доверенности на распоряжение всем имуществом потерпевшей.
Вопреки доводам жалобы защиты наказание осужденной назначено с учетом наличия у нее малолетних и несовершеннолетних детей, эти обстоятельства признаны судом смягчающим ее вину обстоятельством.
Оснований для признания назначенного наказания несправедливым не имеется. В ходе судебного разбирательства стороны не были ограничены в праве представления доказательств и заявлении ходатайств. По заявленным ходатайствам судом приняты мотивированные и обоснованные решения. Все представленные сторонами доказательства, признанные судом допустимыми были исследованы в судебном заседании в полном объеме, и в приговоре им дана надлежащая оценка.
Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства РФ, влекущих отмену приговора, в ходе предварительного расследования и его рассмотрения судом первой инстанции допущено не было.
Приговор суда является законным, обоснованным и справедливым.
Наказание осужденной назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6,43,60 УК РФ с соблюдением принципа законности и справедливости, с учетом степени и характера общественной опасности содеянного, обстоятельств дела, данных о ее личности в их совокупности, подробно приведенными в приговоре, с учетом смягчающих наказание обстоятельств, влияния назначаемого наказания на исправление Богдасаровой, на условия жизни ее семьи.
При постановлении приговора судом приняты меры попечения в отношении детей осужденной.
Оснований для применения в отношении осуждённой положений статей 64, 73 УК РФ не имеется.
Выводы суда о возможности достижения целей наказания осужденной только в условиях изоляции от общества и об отсутствии оснований для применения положений ст. 82 УК РФ в приговоре должным образом мотивированы, указанные выводы суд апелляционной инстанции признает правильными.
Вид исправительного учреждения назначен в соответствии со ст. 58 УК РФ.
Оснований для изменения категории совершенного преступления в соответствии с ч.6 ст. 15 УК РФ, с учетом личности осужденной, обстоятельств дела не имеется.
Избранный вид наказания судом в приговоре мотивирован.
Постановление об объявлении амнистии от 18.12.2013 и 24.04.2015 Государственной Думы РФ на осужденную не распространяется.
Поскольку Богдасарова не отбывала наказание, назначенное приговором суда, положения ст. 80 УК РФ к ней при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции применены быть не могут.
Вместе с тем, приговор подлежит изменению ввиду неправильного применения судом уголовного закона:
в соответствии с ч. 7 ст. 302 УПК РФ в обвинительном приговоре с назначением наказания, подлежащего отбыванию осужденным, суд должен определить начало исчисления срока отбывания наказания. Учитывая положения ст. 72 УК РФ в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 года N 186-ФЗ о зачете в срок лишения свободы времени содержания лица под стражей до вступления приговора в законную силу началом исчисления срока отбывания наказания необходимо признавать день вступления приговора в законную силу, т.е. его апелляционного рассмотрения.
Учитывая изложенное срок содержания Богдасаровой под стражей с 22 января 2020 года до вступления приговора в законную силу следует зачесть в срок лишения свободы в соответствии с ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
определила:
приговор Ленинского районного суда города Севастополя от 22 января 2020 года в отношении Богдасаровой Е.Н. изменить.
Начало срока отбывания наказания Богдасаровой Е.Н. исчислять со дня вступления приговора в законную силу, то есть с 30 сентября 2020 года.
В соответствии с ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы период содержания Богдасаровой Е.Н. под стражей с 22.01.2020 по день вступления приговора в законную силу (30.09.2020) из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.
В остальной части приговор оставить без изменения.
Председательствующий:
Судьи


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка