Дата принятия: 20 октября 2020г.
Номер документа: 22-6602/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ КРАСНОЯРСКОГО КРАЕВОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 20 октября 2020 года Дело N 22-6602/2020
Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе:
председательствующего судьи Запасовой А.П.,
судей Кундрюковой Е.В., Ревягиной О.С.,
при помощнике судьи Тоночакове И.В.,
с участием осужденного Ибрагимова И.О., адвоката Дрыковой В.С.,
потерпевших потерпевшая, потерпевший,
прокурора Посыльного Р.Н.,
переводчика Мирзаева Ш.Ф.,
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Ибрагимова И.О., его защитника адвоката Курпаса Р.Ю., потерпевшей потерпевшая на приговор Советского районного суда г. Красноярск Красноярского края от 10 декабря 2019 года, которым:
Ибрагимов И.О., <данные изъяты> не судимый,
осужден:
по ч. 1 ст. 105 УК РФ к лишению свободы сроком на 9 лет, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.
Постановлено зачесть Ибрагимову И.О. в счет отбытия наказания время его содержания под стражей в качестве меры пресечения с 21 октября 2018 года до дня вступления приговора в законную силу.
Постановлено взыскать с осужденного в пользу потерпевшей потерпевшая в счет возмещения расходов на погребение 106 395 рублей, в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 700 000 рублей.
В иске потерпевшей потерпевшая к осужденному о взыскании денежных средств, затраченных на перелет ФИО1 и ФИО2 из г. Москва (Внуково) в г. Красноярск (Емельяново) и обратно, постановлено отказать.
По делу решена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Запасовой А.П., осужденного Ибрагимова И.О., адвоката Дрыкову В.С., представившую ордер N, поддержавших доводы апелляционных жалоб стороны защиты, потерпевших потерпевшая, потерпевший, поддержавших доводы апелляционной жалобы потерпевшей, прокурора краевой прокуратуры Посыльного Р.Н., полагающего приговор оставить без изменения, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Ибрагимов осужден за убийство ФИО10, имевшее место 19 октября 2018 года в период времени с 18 часов 44 минут до 21 часа 30 минут в Советском районе г. Красноярск Красноярского края при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе и дополнению к ней потерпевшая потерпевшая просит приговор в отношении Ибрагимова отменить, постановить по делу новый приговор, в соответствии с которым назначить Ибрагимову наказание в виде пятнадцати лет лишения свободы, гражданский иск удовлетворить полностью, взыскать в её пользу в счет компенсации морального вреда 1 500 000 рублей.
Указывает, что Ибрагимов на почве личных неприязненных отношений, будучи в состоянии алкогольного опьянения, убил её дочь ФИО10, нанеся той руками и ногами не менее 25 ударов, после чего покинул квартиру, не оказав никакой помощи. До последнего Ибрагимов отрицал наличие у него умысла на убийство ФИО10
Выражает несогласие с тем, что именно поведение потерпевшей спровоцировало Ибрагимова на зверское убийство. Считает, что дочь не могла оскорблять Ибрагимова, смеяться над ним, ударить. Полагает, что Ибрагимов в этой части оговаривает её дочь, поскольку та уже ничего не может ответить.
Находит несоразмерной содеянному Ибрагимовым сумму, взысканную судом в счет компенсации морального вреда. Она потеряла дочь, перенесла нравственные и физические страдания, её психическое благополучие нарушено. Они с мужем пожилые больные люди, инвалиды, дочь, когда была жива, помогала им.
В апелляционной жалобе адвокат Курпас Р.Ю. просит приговор в отношении подзащитного изменить, исключить указание на признание отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения, смягчить наказание.
Указывает, что, давая показания по обстоятельствам дела, Ибрагимов пояснял, что выпил две рюмки водки, при этом в состоянии опьянения не находился, причиной совершения им преступления явилось поведение самой потерпевшей, ударившей его в область половых органов, оскорблении на национальной почве и высмеивании.
Суд признал в качестве смягчающего обстоятельства противоправное поведение потерпевшей, явившееся поводом для совершения Ибрагимовым преступления.
Полагает, что при таких обстоятельствах выпитое подзащитным спиртное не может являться ключевым фактором, который снял внутренний контроль за его поведением, вызвал немотивированную агрессию к потерпевшей, что и привело к преступлению.
В апелляционной жалобе и дополнениям к ней осужденный Ибрагимов И.О. просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции, либо вернуть прокурору, считая себя невиновным.
Указывает, что он не владеет русским языком, при ознакомлении с материалами уголовного дела не всё понял, получив обвинительное заключение, просто расписался за него.
Ссылается, что его действия подпадают под признаки состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Изначально именно по указанной статье было возбуждено уголовное дело, он в этом признавал свою вину, сотрудничал со следствием, указывал, что хотел помочь потерпевшей, вызвать скорую помощь, принести воды, и не желал смерти. Но суд указанные обстоятельства не учел, смягчающими наказание не признал.
Он является юридически неграмотным, малообразованным, русским языком владеет плохо, также плохо воспринимает его (не читает, не пишет), также плохо владеет узбекским языком. Его адвокат и переводчик неумышленно ввели его в заблуждение относительно его прав на защиту. Предоставленному ему переводчику он не полностью доверяет, некоторые слова (фразы) он переводил некорректно. Поэтому он не уверен, что его показания переведены на русский язык правильно, также, как и все разъяснения следователя на узбекский язык. Обвинительное заключение, переведенное на узбекский язык, содержит массу ошибок, в результате чего он не понимает, в чем его обвиняют, что нарушает его право на защиту.
Выражает недовольство работой председательствующего судьи, сомневается в его компетентности и независимости.
Обращает внимание, что при первом разговоре со следователем ему не был предоставлен переводчик и адвокат, при этом давали на подпись какие-то бумаги.
Он не согласен с предъявленным ему по ч. 1 ст. 105 УК РФ обвинением. Согласно заключению экспертизы, смерть потерпевшей наступила спустя продолжительное время после нанесения им ударов. Кроме этого, согласно экспертизе, на статуэтке (орудии преступления) и трусах имеется кровь третьего человека, но следствие в этом не разобралось. Никаких прямых доказательств, кроме его показаний и отпечатков пальцев, в деле не имеется.
Оспаривает размер компенсации морального вреда, считает его завышенным, поскольку потерпевший и потерпевшая со своей дочерью общались мало.
Указывает, что назначенное ему наказание является чрезмерно суровым, суд, имея к нему личную неприязнь, фактически не учел имеющиеся смягчающие обстоятельства, предусмотренные п.п. "г", "з" ч. 1 ст. 61 УК РФ. Он в содеянном раскаивается, имеет на иждивении двоих малолетних детей, является гражданином другого государства. Причиной его действий послужило аморальное поведение самой потерпевшей. Та постоянно употребляла спиртное, была склонна к оскорблениям, иным правонарушениям, за что привлекалась к ответственности.
Считает, что его действия были вызваны психотравмирующей ситуацией, носили бессознательный характер. Оскорбления со стороны потерпевшей были неоднократными, унижали его человеческое достоинство, что указывает на наличие в его действиях признаков состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 107 УК РФ. Когда он покидал жилище ФИО10, та была жива, находилась в сильной степени опьянения. Не исключено, что к ней домой после его ухода могли приходить разные люди, которые и могли нанести ей смертельные повреждения, то есть "добить". При этом, государственный обвинитель на стадии судебных прений просил назначить ему наказание в виде семи лет лишения свободы.
Полагает, что в отношении него возможно применить положения ч. 6 ст. 15 УК РФ, ст. 64 УК РФ, поскольку имеется явка с повинной и двое малолетних детей, ранее он не судим, характеризуется положительно.
Проверив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб стороны защиты и стороны обвинения, судебная коллегия считает, что выводы суда о виновности Ибрагимова в совершении при изложенных в приговоре обстоятельствах инкриминированного ему органом предварительного расследования преступления основаны на совокупности собранных по делу доказательств, исследованных и оцененных судом в строгом соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, подробный анализ которых приведен в приговоре.
Вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты, допустимость положенных в основу обжалуемого судебного решения доказательств сомнений у судебной коллегии не вызывает, поскольку они получены в установленном законом порядке. Нарушений требований УПК РФ, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого приговора, судебной коллегией не установлено.
Тщательный анализ и должная оценка имеющихся доказательств позволили суду, вопреки доводам стороны защиты, правильно квалифицировать действия Ибрагимова именно по ч. 1 ст. 105 УК РФ как умышленное причинение смерти ФИО10, то есть убийство последней.
Оснований для переквалификации действий осужденного на иные более мягкие нормы уголовного закона, как об этом, в том числе, ставится вопрос в апелляционной жалобе самого Ибрагимова, в частности, на ч. 4 ст. 111 УК РФ, на ч. 1 ст. 107 УК РФ, для отмены или изменения приговора по иным обстоятельствам, судебная коллегия не усматривает.
Доводы стороны защиты об отсутствии у Ибрагимова умысла на убийство ФИО10 проверялись судом первой инстанции, верно отвергнуты как несостоятельные.
Судебная коллегия считает правильными выводы суда первой инстанции о том, что Ибрагимов, действуя из-за личной неприязни, с прямым умыслом, кулаками и ногами нанес потерпевшей не мерее 25 ударов в область головы, лица, туловища и конечностей, чем причинил, в том числе, телесные повреждения, образовавшие закрытую тупую травму грудной клетки, приведшую к травматическому шоку, от которого и наступила смерть ФИО10.
Смерть ФИО10 наступила в промежуток времени с 21 часа 30 минут 19 октября 2018 года до 08 часов 00 минут 20 октября 2018 года от травматического шока, развившегося в результате закрытой тупой травмы грудной клетки, сопровождавшейся множественными переломами ребер с повреждением пристеночной плевры и ткани левого легкого с развитием гемопневматоракса.
Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, смерть потерпевшей наступила спустя непродолжительное время после того, как Ибрагимов причинил ей телесные повреждения и покинул квартиру.
Изложенные в приговоре доказательства, механизм образования, локализация и давность причинения телесных повреждений, приведших к смерти ФИО10, бесспорно подтверждают, что обнаруженные на трупе ФИО10 телесные повреждения получены последней в собственной квартире, в короткий промежуток времени, в результате умышленных действий Ибрагимова, опровергают доводы апелляционных жалоб стороны защиты об отсутствии у Ибрагимова умысла и мотива на убийство потерпевшей.
Об умысле Ибрагимова на совершение убийства потерпевшей свидетельствуют конкретные обстоятельства дела, в том числе, способ нанесения ударов, их количество, место приложения силы, а также и поведение виновного непосредственно после причинения ФИО10 телесных повреждений, поскольку, вернувшись в квартиру потерпевшей, Ибрагимов не оказал ей необходимой помощи.
Из показаний самого Ибрагимова следует, что вечером 19 октября 2018 года он на почве личных неприязненных отношений, возникших из-за поведения и оскорбления со стороны ФИО10, в квартире последней действительно нанес по голове и телу потерпевшей несколько ударов руками и ногами.
Из показаний свидетеля Свидетель N 1 в судебном заседании следует, что 20 октября 2018 года Ибрагимов рассказывал ему, что избил девушку.
Из показаний потерпевшего потерпевший в судебном заседании следует, что он видел свою дочь ФИО10 19 октября 2018 года, при этом никаких повреждений у неё не было. Утром 20 октября 2018 года пришла соседка дочери и сказала, что у той открыта входная дверь. Он пошел в квартиру дочери, увидел ту лежащей на диване, мертвую.
Из протокола осмотра места происшествия с фототаблицей и схемой к нему от 20 октября 2018 года видно, что в ходе осмотра квартиры N <адрес> в период времени с 10 часов 40 минут до 14 часов 50 минут был обнаружен труп ФИО10 с множественными телесными повреждениями, также была зафиксирована обстановка на месте происшествия.
Согласно заключения N 6252 судебно-медицинской экспертизы трупа причиной смерти ФИО10 явился травматический шок, развившийся в результате закрытой тупой травмы грудной клетки, сопровождавшийся множественными переломами ребер с повреждением пристеночной плевры и ткани левого легкого, с развитием гемопневматоракса. Смерть ФИО10 наступила не менее чем за двое - двое с половиной суток до момента проведения экспертизы трупа (22 октября 2018 года с 10 часов 00 минут). Повреждения, входящие в закрытую тупую травму грудной клетки, являются прижизненными, возникли в короткий промежуток времени, незадолго до момента наступления смерти, возникли не менее чем от 15 воздействий твердого тупого предмета (предметов) с ограниченной и преобладающей контактирующей поверхностью или при ударе о таковой (таковые), отнесена к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда, опасного для жизни человека, квалифицируется как тяжкий вред здоровью.
Также на трупе ФИО10 были обнаружены иные многочисленные телесные повреждения, не состоящие в причинно-следственной связи с её смертью, возникшие прижизненно, незадолго до наступления смерти, от воздействия твердого тупого предмета (предметов) или ударе о таковой (таковые).
Последовательность причинения повреждений определить не представляется возможным ввиду того, что они возникли в короткий промежуток времени незадолго до наступления смерти, и располагаются на разных поверхностях тела, взаимно не пересекаясь. Судя по характеру и расположению повреждений можно высказаться, что потерпевшая могла находиться в любом положении (стоя, сидя, лежа) и была обращена по отношению к травмирующему предмету всеми поверхностями туловища.
Поза трупа после наступления смерти изменялась не менее чем за 11-13 часов после момента наступления смерти. Обнаруженные при экспертизе трупа повреждения, располагающиеся на верхних и нижних конечностях, могут свидетельствовать о возможной борьбе или самообороне.
Учитывая локализацию и характер обнаруженных на трупе повреждений, исключается возможность их возникновения при падении с высоты собственного роста.
Согласно показаниям эксперта Эксперт N 1, проводившего судебно-медицинскую экспертизу трупа ФИО10, данным указанным лицом в ходе предварительного расследования неоднократно, исследованным в судебном заседании с согласия всех участников процесса, не исключается возможность возникновения обнаруженных на трупе повреждений при обстоятельствах, указанных в протоколе дополнительного допроса обвиняемого Ибрагимова от 19 июля 2019 года, в результате нанесения множественных ударов кулаками и ногами по телу потерпевшей, а также в результате её падения из положения стоя, с ударами о выступающие части мебели, от ударов частями мебели, которая относится к твердому тупому предмету (предметам), за исключением закрытой тупой травмы грудной клетки, которая, с учетом её характера и области расположения повреждений, возникла в результате нанесения множественных ударов кулаками и ногами по грудной клетке потерпевшей.
Из показаний свидетеля Свидетель N 2, данных в ходе предварительного расследования и исследованных в судебном заседании с согласия всех участников процесса, следует, что он видел Ибрагимова в состоянии алкогольного опьянения около 18-19 часов вечера 19 октября 2018 года, тот ушел в сторону дома ФИО10.
Из показаний свидетеля Свидетель N 3 в судебном заседании следует, что вечером 19 октября 2018 года ФИО10 пришла в магазин, в котором она (свидетель) работала, вместе с парнем нерусской национальности, купили бутылку водки. При этом она каких-либо телесных повреждений у ФИО10 не видела.
Из показаний свидетеля Свидетель N 4 в судебном заседании следует, что вечером около 20-21 часа 19 октября 2018 года он слышал крики в квартире ФИО10, во время криков - звуки ударов, похожих на падение мебели. Когда он постучал в дверь квартиры, то крики прекратились, а из-за двери мужчина с каким-то акцентом в грубой форме сказал ему уходить, двери никто не открыл. На следующее утро, около 07 часов, увидел, что дверь в квартиру ФИО10 приоткрыта, зайдя в квартиру, обнаружил, что мебель в квартире разломана, ФИО10 лежала на диване, на боку, без одежды, а на её теле имелись синяки. Он попросил Свидетель N 5 посмотреть, все ли в порядке с ФИО10, та осмотрела ФИО10 и сказала, что ФИО10 умерла.
Из показаний свидетеля Свидетель N 5 в судебном заседании следует, что утром 20 октября 2018 года она пришла к Свидетель N 4, чтобы поставить укол. Свидетель N 4 рассказал ей, что накануне вечером из квартиры соседки ФИО10 были слышны крики, шум, а утром он увидел, что входная дверь в квартиру открыта, ФИО10 лежит на диване. Вместе с Свидетель N 4 они зашли в квартиру ФИО10, в квартире был беспорядок, мебель разбита, лежала на полу. ФИО10 лежала на диване в одной футболке, была мертва, что было понятно из-за трупного цвета, начинающегося трупного запаха.
Из показаний свидетелей Свидетель N 6, Свидетель N 7, данных на стадии предварительного расследования и исследованных в судебном заседании с согласия всех участников процесса, видно, что вечером около 21 часа, 19 октября 2018 года они слышали в квартире ФИО10 шум, через занавеску на окне - силуэт человека, который замахивался и как будто наносил чем-то удары, а также слышали стоны.
Из показаний свидетеля Свидетель N 8 в судебном заседании видно, что вечером, около 21 часа, 19 октября 2018 года она слышала шум из квартиры ФИО10, расположенной под её квартирой, как будто швыряли мебель. Шум продолжался около 15-20 минут, после чего прекратился.
Из показаний свидетеля Свидетель N 9 в судебном заседании видно, что утром 20 октября 2018 года в дежурную часть отдела полиции N 10 поступило сообщение об обнаружении в квартире трупа ФИО10 с признаками насильственной смерти. При просмотре записей с камер видеонаблюдения магазина установили, что вечером 19 октября 2018 года ФИО10 приобретала спиртное с мужчиной нерусской национальности - Ибрагимовым.
Согласно протокола выемки от 14 июня 2019 года и фототаблицы к нему, у свидетеля Свидетель N 9 был изъят DVD-R диск с видеозаписью за 19 октября 2018 года из магазина "Серебряный шар", расположенного в <адрес>.
При осмотре в ходе предварительного расследования содержания видеозаписи с указанного диска видно, что 19 октября 2018 года в 18 часов 38 минут 32 секунды в магазин заходит ФИО10 вместе с Ибрагимовым, покупают водку.
Из протокола дополнительного осмотра места происшествия с фототаблицей к нему от 21 октября 2018 года видно, что из <адрес> края изъяты плавки мужские серого цвета со следами вещества бурого цвета на них и имеющимися волосами темного цвета на них.
Согласно экспертизы вещественных доказательств N 438, на представленных на исследование мужских трусах, изъятых с места происшествия при дополнительном осмотре 21 октября 2018 года, обнаружена кровь человека.
Согласно заключению криминалистической судебной экспертизы волокнистых материалов и изделий из них N 1960/26-(18), на мужских трусах, изъятых в ходе осмотра места происшествия 21 октября 2018 года, имеются наслоения микрочастиц текстильных волокон различной природы и цветов, которые изъяты и зафиксированы на листе дактилоскопической пленки.
Согласно протокола выемки от 30 октября 2018 года с фототаблицей к нему, у Ибрагимова изъяты джинсы синего цвета, кофта темного цвета, трусы темного цвета, пара туфель темного цвета.
Согласно заключения эксперта N 448/26-1(19) на дактопленке с наслоениями, изъятыми с трусов, изъятых с места происшествия 21 октября 2018 года, имеются хлопковые волокна общей групповой принадлежности с такими же волокнами, входящими в состав джинсов Ибрагимова, изъятых у последнего.
Согласно заключения трассологической судебной экспертизы N 1260 след подошвы обуви, изъятый с пола в коридоре при осмотре места происшествия 20 октября 2018 года, оставлен мокасином на левую ногу Ибрагимова, изъятым у него в ходе выемки 30 октября 2018 года.
Согласно заключения дактилоскопической судебной экспертизы N 1259 на двух отрезках ленты скотч, изъятых в ходе осмотра места происшествия 20 октября 2018 года, имеется один след ладони и один след пальца руки, оставленные ладонью правой руки и указательным пальцем левой руки Ибрагимова.
Согласно заключениям экспертизы вещественных доказательств N 439, биологической экспертизы N 374, следы крови, обнаруженные на фрагменте статуэтки, изъятой с места происшествия 20 октября 2018 года, произошли от ФИО10 и не произошли от Ибрагимова.
При этом, из заключения биологической экспертизы N 374 также следует, что обнаруженные следы крови на трусах, изъятых в ходе осмотра места происшествия 21 октября 2018 года, произошли от ФИО10 и не произошли от Ибрагимова. Обнаруженные следы, содержащие кровь на этих трусах, произошли за счет генетического материала ФИО10 и Ибрагимова.
Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, крови третьего лица, то есть не произошедшей от ФИО10, ни на статуэтке, ни на трусах, изъятых с места происшествия, экспертами обнаружено не было.
Показания потерпевших и всех свидетелей по делу получили надлежащую оценку суда и обоснованно признаны достоверными, так как они соответствуют фактическим обстоятельствам, последовательны, логичны, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу. Эти показания содержат исчерпывающие сведения относительно обстоятельств, имеющих значение для принятия правильного решения по настоящему уголовному делу.
Сведений о заинтересованности потерпевших и свидетелей при даче показаний в отношении осужденного, оснований для его оговора судом не установлено. Данных, которые бы свидетельствовали о фальсификации доказательств органами предварительного следствия, из материалов дела не усматривается.
Каких-либо объективных данных, указывающих на то, что ФИО10 получила телесные повреждения, в том числе, и те, от которых наступила её смерть, при иных, чем установил суд, обстоятельствах, в деле не имеется.
Нарушений норм уголовно-процессуального закона, как в ходе предварительного расследования, так и в ходе судебного разбирательства по делу, ставящих под сомнение законность и обоснованность окончательного решения, судебной коллегией при настоящей проверке материалов не установлено.
Как видно из материалов дела, в судебном заседании исследованы все существенные для дела доказательства, представленные сторонами, все заявленные сторонами ходатайства разрешены судом в соответствии с требованиями закона, принятые по этим ходатайствам решения суда достаточно мотивированы и являются правильными.
Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов стороне защиты в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено. Судом были созданы все необходимые условия для исполнения сторонами своих обязанностей и осуществления предоставленных им прав.
Судебной коллегией данных, свидетельствующих о личной заинтересованности судьи в исходе дела, о его предвзятости, некомпетентности, об обвинительном уклоне при рассмотрении дела, при настоящей проверке не установлено.
Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, судебной коллегией не обнаружено нарушения права Ибрагимова на защиту, как в ходе предварительного расследования, так и в ходе судебного разбирательства.
Представленные материалы уголовного дела свидетельствуют о том, что профессиональным защитником в лице адвоката Курпаса Р.Ю., также, как и переводчиком узбекского языка в лице Мирзаева Ш.Ф., Ибрагимов был обеспечен с 22 октября 2018 года, замечаний по их работе не высказывал, отводов им не заявлял. Более того, в судебном заседании на соответствующие вопросы председательствующего судьи Ибрагимов пояснил, что разногласий по поводу устного и письменного перевода у него с переводчиком нет.
Из материалов дела также видно, что Ибрагимов в ходе предварительного расследования и судебного заседания не делал заявлений об отводе адвоката, о недобросовестном исполнении защитником своих профессиональных обязанностей. Нарушений защитником норм уголовно-процессуального закона, а также Федерального закона РФ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", из материалов дела судебная коллегия не усматривает.
Согласно протокола ознакомления в порядке ст. 217 УПК РФ обвиняемого и его защитника с материалами оконченного расследованием уголовного дела, Ибрагимов совместно с адвокатом и переводчиком был в полном объеме без ограничения во времени ознакомлен с материалами уголовного дела, при этом претензий к следствию не имел, каких-либо ходатайств не заявлял.
Все документы, подлежащие обязательному вручению Ибрагимову, включая обвинительное заключение, были вручены ему как на русском, так и на родном для него, узбекском языке.
Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, показания Ибрагимова, данные на стадии предварительного расследования, его первоначальные объяснения, которые он, якобы, давал без адвоката и переводчика, в основу обвинительного приговора не положены.
При настоящей проверке представленных материалов уголовного дела не имеется оснований полагать, что в ходе предварительного расследования к Ибрагимову применялись недозволенные методы ведения следствия. Доказательств этого в деле не имеется.
В соответствии с заключением первичной амбулаторной комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы, Ибрагимов каким-либо хронических психическим расстройство, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которые лишали бы его способности осознавать фактический характер, общественную опасность своих действий и руководить ими в период деяния, в котором он обвиняется, не страдал и не страдает в настоящее время, <данные изъяты> При этом он понимает противоправность и наказуемость преступления, в котором обвиняется, критически оценивает сложившуюся ситуации, активно защищается, не выявляет грубых нарушений в мышлении и интеллектуально-мнестических сферах, а потому может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Во время деяния, в котором он обвиняется, подэкспертный находился вне какого-либо временного психического расстройства, а находился в состоянии простого алкогольного опьянения, о чем свидетельствуют сведения об употреблении им значительного количества спиртного, незадолго до совершения противоправных действий, легкости возникновения внешних проявлений агрессии. Ибрагимов правильно ориентировался в окружающем, вступал в адекватный речевой контакт, действия его носили последовательный, целенаправленный, завершенный характер, отсутствовали психопатические мотивы преступления, а потому он мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Частичное запамятование своих действий в период времени, относящихся к инкриминируемому ему деянию, не исключает у него в то время простого алкогольного опьянения и характерно для лиц, систематически злоупотребляющих алкоголем. Заявление подэкспертного о полном запамятовании своих действий в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, имеет характер психологической защиты в период, относящийся к следственным действиям. Выявленные у подэкспертного психические особенности не препятствуют назначению ему наказания. В настоящее время он может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значения для дела и давать о них показания, понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, учувствовать в судебно-следственных мероприятиях, самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве. <данные изъяты> По своему психическому развитию Ибрагимов не обнаруживает существенных отклонений от нормативных показателей его возрастного периода. Индивидуально-психологические особенности Ибрагимова <данные изъяты> не оказали существенного влияния на его поведение во время совершения инкриминируемого деяния. Во время совершения преступления Ибрагимов не находился в состоянии аффекта.
Выводы амбулаторной судебной психиатрической экспертизы в отношении виновного сомнений и неясностей не содержат, оснований не доверять заключению экспертизы, сомневаться в правильности выводов у судебной коллегии не имеется. Психическое состояние Ибрагимова судом проверено. С учетом фактических обстоятельств содеянного, заключения психиатрической экспертизы, суд обоснованно признал его вменяемым в отношении инкриминируемого преступления, подлежащим уголовной ответственности.
Вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты и стороны обвинения, назначенное Ибрагимову наказание не является ни чрезмерно суровым, ни чрезмерно мягким, поскольку назначено в соответствии с законом, с учетом тяжести и общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, характеризующего материала, с учетом обоснованно установленных судом первой инстанции смягчающих обстоятельств, как то: совершение преступления впервые, раскаяние, наличие двоих малолетних детей, противоправность поведения потерпевшей, явившаяся поводом для преступления, а также отягчающего обстоятельства в виде совершения преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением спиртных напитков.
Иных обстоятельств, подлежащих обязательному учету в качестве смягчающих при назначении Ибрагимову наказания, как того требует ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд первой инстанции не установил, с чем судебная коллегия соглашается.
Имеющийся в материалах уголовного дела протокол принятия устного заявления от 21 октября 2018 года, на который в своих показаниях ссылаются свидетели Свидетель N 10 и Свидетель N 11, из которого следует, что оперуполномоченный Свидетель N 10 в указанную дату принял от Ибрагимова устное заявление, что тот вечером 19 октября 2018 года выпивал в квартире женщины на <адрес>, где между ними на почве сексуальных отношений возникла ссора, при этом, он не помнит, что бил эту женщину, но допускает, что это было, судебная коллегия не принимает в качестве явки с повинной Ибрагимова, поскольку этот документ явкой с повинной ни по внешнему оформлению, ни по внутреннему содержанию не является, требованиям ст. 142 УПК РФ не соответствует, составлен после фактического задержания Ибрагимова.
Также обоснованно, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, обстоятельств его совершения, личности виновного, <данные изъяты>, в качестве отягчающего обстоятельства судом признано совершение Ибрагимовым преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, с приведением в приговоре соответствующего мотива принятого решения.
В соответствии с ч. 1-1 ст. 63 УК РФ судья (суд), назначающий наказание, в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств или других одурманивающих веществ.
Факт совершения Ибрагимовым преступления в состоянии алкогольного опьянения установлен судом, и оснований ставить это под сомнение у судебной коллегии не имеется. О том, что преступление Ибрагимовым совершено в состоянии алкогольного опьянения, указано и в формулировке обвинения.
В судебном заседании установлены обстоятельства, свидетельствующие о связи состояния опьянения осужденного с совершением им преступления, за которое он осужден - именно нахождение Ибрагимова в состоянии алкогольного опьянения не позволило адекватно отреагировать на поведение потерпевшей, и стало причиной совершения убийства.
Таким образом, нахождение Ибрагимова в состоянии опьянения в момент совершения инкриминированного ему преступления снизило его самоконтроль.
При наличии отягчающего обстоятельства, а также с учетом фактических обстоятельств дела и степени его общественной опасности, суд первой инстанции на законных основаниях не счел возможным изменить категорию совершенного Ибрагимовым преступления на менее тяжкую, верно установил отсутствие законных оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, ст. 73 УК РФ.
Судом первой инстанции обсуждался вопрос о возможности назначения Ибрагимову, совершившему особо тяжкое преступление, наказания, не связанного с изоляцией от общества. Выводы суда о нецелесообразности назначения Ибрагимову наказания без реального лишения свободы, мотивы, по которым суд пришел к таким выводам, изложены в приговоре. Судебная коллегия с данными выводами соглашается, поскольку при настоящей проверке материалов дела также не установлено оснований, позволяющих применить в отношении осужденного условную меру наказания.
Назначенное Ибрагимову наказание судебная коллегия находит соразмерным содеянному.
Вид исправительного учреждения, в котором Ибрагимову надлежит отбывать назначенное в виде лишения свободы наказание, судом первой инстанции определен верно - исправительная колония строгого режима.
Гражданский иск потерпевшей в части компенсации морального вреда и возмещения материального ущерба разрешен судом в соответствии с требованиями закона, с учетом принципов разумности и справедливости. Решение суда первой инстанции в этой части является обоснованным и достаточно мотивированным. Оснований для пересмотра приговора в части гражданского иска не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389-9, 389-13, 389-20, 389-28 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Приговор Советского районного суда г. Красноярск Красноярского края от 10 декабря 2019 года в отношении Ибрагимова И.О. оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного, его адвоката, потерпевшей - без удовлетворения.
Председательствующий А.П. Запасова
Судьи Е.В. Кундрюкова
О.С. Ревягина
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
