Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 26 октября 2020 года №22-5437/2020

 
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН
 
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
 
от 26 октября 2020 года Дело N 22-5437/2020
Судебная коллегия по уголовным делам
Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:
председательствующего судьи Хомечко М.Ю.,
судей: Гизатуллиной Д.У., Нурмухаметовой Л.М.
при секретаре Валетдиновой Г.М.,
с участием:
прокурора Муфтиева А.И.,
адвоката Исмагилова Р.Г.,
осуждённого Чапленко О.С. посредством видеоконференц-связи,
потерпевшего А.А.Ю.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе (с дополнением) осуждённого Чапленко О.С. на приговор Октябрьского районного суда г.Уфы Республики Башкортостан от 24 августа 2020 года, по которому
Чапленко О.С., ..., ранее судимый:
- 18 декабря 2014 года по приговору Советского районного суда г.Уфы по ч.2 ст.228 УК РФ к 3 годам лишения свободы, условно с испытательным сроком на 2 года;
- 27 июля 2015 года по приговору Советского районного суда г.Уфы по ч.2 ст.228 УК РФ, на основаниич.5 ст.74, ст. 70 УК РФ - к 3 годам 1 месяцу лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Освобожден 2 марта 2018 года по отбытии срока наказания,
осужден по п. "з" ч.2 ст.111 УК РФ к 4 годам лишения свободы, по ч.1 ст.158 УК РФ - к 1 году лишения свободы. На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено наказание в виде 4 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.
Мера пресечения в виде содержания под стражей до вступления приговора в законную силу оставлена без изменений.
Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. В соответствии с п. "а" ч.3.1 ст.72 УК РФ зачтено в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 14 января 2020 года по день вступления приговора в законную силу включительно из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.
Заслушав доклад судьи Хомечко М.Ю., изложившей краткое содержание приговора, доводы апелляционной жалобы (с дополнением), выступления осуждённого Чапленко О.С., его адвоката Исмагилова Р.Г., потерпевшего А.А.Ю. в поддержку доводов апелляционной жалобы с дополнением, мнение прокурора Муфтиева А.И., поддержавшего отзыв апелляционного представления, судебная коллегия
установила:
Чапленко О.С. признан виновным в умышленном причинении потерпевшему А.А.Ю. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.
Он же, Чапленко О.С., признан виновным в краже, то есть умышленном тайном хищении принадлежащего потерпевшей А.А.И. сотового телефона марки "Samsung Galaxy A 8" с не представляющими материальной ценности защитным стеклом и чехлом, причинив ей материальный ущерб на сумму 8500 рублей.
Преступления совершены 7 ноября 2019 года по адресу: адрес при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора суда.
В судебном заседании суда первой инстанции Чапленко О.С. вину в инкриминируемых преступлениях признал.
Апелляционное представление государственным обвинителем по делу Умутбаевым Р.Р. отозвано до начала заседания суда апелляционной инстанции.
В апелляционной жалобе осуждённый Чапленко О.С. выражает несогласие с приговором, считает его несправедливым, вынесенным с нарушением правовых норм УК и УПК РФ, а наказание излишне суровым.
Считает, что судом не были учтены все обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы. Полагает квалификацию его действий по п. "з" ч.2 ст.111 УК РФ неверной, подлежащей изменению на ст.113 УК РФ. Судом не было учтено, что сами потерпевшие А.А.Ю. и А.А.И. также считают, что его действия в отношении них явились результатом сильного душевного волнения, вызванного переживаниями в связи со смертью его любимого человека - их общей подруги по имени Оксана, которая умерла в квартире потерпевших в сентябре прошлого года. Поэтому вывод суда о том, что ссора с потерпевшим у него возникла на почве неприязненных отношений, считает неправильным.
Считает, что потерпевший сам спровоцировал ссору, нелицеприятно отзываясь о его покойной подруге, хватал А.А.И. за волосы, кричал, тем самым вел себя аморально, на замечания не реагировал, и именно поэтому он (Чапленко О.С.), возмутившись его поведением и пожалев А.А.И., нанес ему телесные повреждения, находясь в состоянии чрезвычайного душевного смущения, в состоянии депрессии, вызванном переживаниями в связи со смертью его подруги.
Утверждает, что следственные действия в отношении него проводились с обвинительным уклоном; его устные показания при допросе не были приняты во внимание; при проведении очной ставки с потерпевшими на него оказывалось психологическое давление, ему лишь задавались конкретные вопросы, дополнить свои показания он смог только при ознакомлении с материалами уголовного дела.. При проведении судебно-психиатрической экспертизы вопрос о нахождении его в состоянии аффекта не ставился, в связи с чем выводы экспертизы нельзя назвать исчерпывающими.
Тем самым причинение тяжкого вреда А.А.Ю. произошло в состоянии внезапно возникшего душевного волнения (аффекта), вызванного тяжким оскорблением со стороны потерпевшего, а также длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с неоднократным аморальным поведением потерпевшего.
В части содеянного по ч.1 ст.158 УК РФ считает, что была неверно определена форма его вины, как преступление, совершенное из корыстных побуждений. Данное преступление совершено им по небрежности. Его мама сдала данный телефон в ломбард, а деньги передала ему. Суд не учел, что это была вынужденная мера в связи с тяжелым стечением жизненных обстоятельств. Данный телефон был заложен на короткое время, а впоследствии выкуплен. А.А.И. он также направлял смс-сообщение о том, что телефон вернет. Изначально телефон он забрал по привычке, машинально и обнаружил его в кармане, уже когда ушел от потерпевших.
Считает необходимым исключить корысть из его побуждений, так как материальной выгоды из содеянного он не приобрел, а наоборот, потратился, внося комиссионные в ломбард.
Учитывая указанное, а также мнение потерпевшей А.А.И., не имеющей к нему претензий, возмещение имущественного ущерба путем добровольного возвращения телефона, считает возможным снизить ему наказание до минимума.
Просит приговор суда отменить или изменить.
В дополнении к апелляционной жалобе утверждает, что абсолютная идентичность протоколов в качестве подозреваемого и обвиняемого (т.1 л.д.54-58 и 108-111) свидетельствует о нарушении требований УПК РФ при проведении следственных действий. Следователям нужно было подробно допросить его, потерпевших, установить все обстоятельства преступления, для проведения судебно-психиатрической экспертизы предоставить более полный материал для исследования, и только после этого делать выводы относительно причин произошедшего между ним и потерпевшим. Он не знал, что мог поставить дополнительные вопросы экспертам.
Ссылается на объяснение А.А.И. (т.1 л.д.8), из которого следует, что она лишь предполагала возможную причину конфликта. Поэтому считает, что обвинение о возникновении личных неприязненных отношений и о наличии умысла на причинение тяжкого вреда не подтверждается материалами дела, а его "признание вины" суд неправильно расценил как согласие с предъявленным обвинением в полной мере. Утверждает, что умысел на причинение потерпевшему именно тяжкого вреда здоровью сформировался у него не сразу, а лишь в ходе конфликта вследствие потери контроля над своими эмоциями от возмущения поведением потерпевшего. Изначально его действия носили вынужденный характер, так как он не мог позволить потерпевшему издеваться над А.А.И., и не мог позволить потерпевшему подняться после падения, так как иначе он бы набросился на него. Считает, что его вина лишь в том, что он не нашел в себе достаточно сил, чтобы сдержаться и потерял контроль над своими эмоциями.
Обращает внимание, что исходя из показаний А.А.И. (т.1 л.д.41-43, 64-68), она какое-то время наблюдала за конфликтом, тем самым одобряла его действия в отношении потерпевшего А.А.Ю. Утверждает, что между ним и потерпевшим А.А.Ю. и А.А.И. ранее были дружеские отношения, которые никак не изменились и продолжают оставаться таковыми, что исключает иную мотивацию его действий кроме как указанную им самим.
Приводит выдержки из сборника "Основания отмены и изменений судебных решений по уголовным делам" относительно признаков аффекта и делает вывод, что определение его наличия возможно только на основании психолого-психиатрической экспертизы, перед которой в отношении него такой вопрос не ставился. Полагает, что из показаний его самого, А.А.И., его матери Д.Л.К., заключения психиатрической экспертизы следует, что его поведение свидетельствует о том, что он находился в состоянии аффекта.
Просит приговор отменить и принять соответствующее решение.
В суде апелляционной инстанции:
- осуждённый Чапленко О.С., его адвокат Исмагилов Р.Г. и потерпевший А.А.Ю. выступили в поддержку доводов апелляционной жалобы;
- прокурор Муфтиев А.И. поддержал отзыв апелляционного представления.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы с дополнениями к ней, выслушав стороны, судебная коллегия приходит к следующему.
Вина осужденного в инкриминируемых ему деяниях подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств, положенных в основу приговора, которые не вызывают каких-либо сомнений в их достоверности.
Так, в судебном заседании Чапленко О.С. заявил, что вину в содеянном признает. Ссора с потерпевшим А.А.Ю. у него произошла в ходе распития спиртных напитков, когда потерпевший нелицеприятно отозвался о его умершей подруге. Когда он вел по коридору опьяневшую А.А.И., они упали. Это увидел А.А.Ю., стал тащить ее за волосы, кричать, что где-то был нож, побежал на кухню. Поэтому он сам, взяв табурет, догнал А.А.Ю. в коридоре у кухни, ударил его табуретом по голове, отчего тот упал. После этого он вновь несколько раз ударил потерпевшего табуретом по голове, а когда он раскололся, продолжил наносить удары по голове и телу ножкой от табурета. Всего нанес более 10 ударов. Затем нанес еще два удара когтеточкой. После чего А.А.И. оттащила его.
В оглашенных показаниях, данных в ходе предварительного следствия при допросах в качестве обвиняемого и на очных ставках с потерпевшими Чапленко О.С. давал аналогичные показания об обстоятельствах и мотивах нанесения им телесных повреждений А.А.Ю. (т.1 л.д.108-111, 232-236, 59-63, 64-68).
При этом указание в дополнении к апелляционной жалобе осужденного об идентичности его показаний в качестве подозреваемого и обвиняемого не свидетельствует о нарушении требований УПК РФ, поскольку судом были исследованы и использованы в качестве доказательства лишь показания Чапленко О.С. в качестве обвиняемого (т.1 л.д.108-111), которые им не оспаривались, и при проведении данного допроса нарушений норм УПК и права на защиту не имелось. Показания Чапленко О.С. в качестве подозреваемого судом не учитывались в качестве доказательства по делу. Также суд не использовал в качестве доказательства объяснение А.А.И., на которое в дополнении к апелляционной жалобе ссылается осужденный. Ходатайства об исследовании этого объяснения в суде ни сам Чапленко О.С., ни его защитник не заявляли.
В части хищения телефона Чапленко О.С. пояснил суду, что не помнит, как взял его, обнаружил его у себя в кармане только когда зашел в магазин, уйдя из квартиры А.А.Ю., А.А.И.. Он сомневался, что этот телефон, ранее принадлежавший его умершей подруге, А.А.И. был подарен. Затем он попросил свою мать сдать этот телефон в комиссионный магазин, за что она передала ему 6 000 рублей, которые он потратил. Впоследствии телефон матерью был выкуплен и через сотрудников полиции возвращен потерпевшей.
В ходе предварительного следствия Чапленко О.С. показывал, что забрал телефон, так как был сильно зол, и поскольку ему были нужны деньги, попросил свою мать сдать его в комиссионный магазин (т.1 л.д.108-111), он пользовался телефоном, а перед тем, как заложить его в комиссионный магазин, сим-карту выкинул, а информацию в телефоне удалил (т.1 л.д.232-236), в ходе очной ставки подтвердил показания А.А.И., пояснившей, что телефон после смерти ее подруги остался у неё с согласия бывшего мужа этой подруги, и она им пользовалась, а Чапленко О.С. распоряжаться этим телефоном не разрешала (т.1 л.д.64-68).
Виновность осужденного Чапленко О.С. подтверждена показаниями в судебном заседании:
- потерпевших А.А.Ю. и А.А.И. об обстоятельствах причинения потерпевшему А.А.Ю. телесных повреждений, причинивших тяжкий вред его здоровью, обстоятельствах обнаружения пропажи телефона из их квартиры и о принадлежности похищенного телефона А.А.И., сведениями о составе семьи и материальном положении потерпевшей;
- свидетеля Д.Л.К. о том, что сын принес телефон, который она по его просьбе сдала в ломбард, а впоследствии выкупила и отдала следователю;
- а также оглашенными в полном соответствии уголовно - процессуальным законом с согласия сторон показаниями свидетеля Ульябаева Х.Н. в ходе предварительного следствия, который подтвердил, что Д.Л.К. в комиссионный магазин, где он работает, был сдан телефон за 6 000 рублей, в последующем ею же выкуплен.
Каких-либо данных о заинтересованности вышеназванных лиц, при даче показаний в отношении Чапленко О.С., равно как и существенных противоречий, в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих эти показания под сомнение, и которые повлияли, или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности осуждённого, на правильность применения уголовного закона, судом апелляционной инстанции не установлено. В судебных заседаниях суда первой инстанции и при проверке дела в апелляционном порядке не установлено наличие у потерпевших и свидетелей причин оговаривать осужденного.
Содержание исследованных показаний подробно изложено в приговоре. Эти показания согласуются, взаимодополняют друг друга и не имеют существенных противоречий, а потому они обоснованно приняты судом в качестве допустимых доказательств. Поэтому судебная коллегия оценку, данную судом показаниям потерпевших и свидетелей в ходе судебного разбирательства и предварительного расследования, находит правильной и объективной.
Кроме того, выводы суда о виновности осужденного в содеянном подтверждаются исследованными в судебном заседании:
- протоколом осмотра места происшествия от 8 ноября 2019 года, в ходе которого осмотрена квартира потерпевших А.А.Ю., А.А.И., из неё изъяты элементы деревянного табурета и когтеточки (т.1 л.д.14-20);
- справкой из ГКЗ N 21 г.Уфы, согласно которой в приемно-диагностическое отделение больницы 8 ноября 2019 года в 3-55 часов обратился А.А.Ю., у которого диагностированы: ЗЧМТ, ушиб головного мозга, перелом затылочной кости (т.1 л.д.10);
- заключением эксперта N 269, в котором, в котором отражено наличие у потерпевшего А.А.Ю. телесных повреждений, относящихся к тяжкому вреду здоровью по признаку опасности вреда здоровью для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни; указана их локализация, количество, механизм образования (т.1 л.д.73-81);
- протоколами выемки у Д.Л.К. сотового телефона, его осмотра, в ходе которого установлено наличие в фотогалерее изображений потерпевшей А.А.И. (т.1 л.д.97-98, 167-170), протоколом опознания А.А.И. данного телефона как принадлежащего ей (т.1 л.д.179-183);
- протоколом осмотра договора комиссии, на основании которого данный сотовый телефон был сдан в комиссионный магазин (т.1 л.д.201-203);
- заключением эксперта о рыночной стоимости телефона, которая с учетом износа составляет 8 500 рублей (т.1 л.д.187-194);
- заключением комиссии судебно-психиатрических экспертов N 150 от 18 марта 2020, согласно которому Чапленко О.С. каким-либо хроническим психическим расстройством или слабоумием не страдает, обнаруживает признаки органического расстройства, которые не лишают его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими (т.1 л.д.139-142).
- другими материалами дела, исследованными судом первой инстанции, анализ которых приведен в приговоре суда.
Экспертные заключения по делу оформлены надлежащим образом, соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ, являются научно обоснованными, выводы экспертиз являются непротиворечивыми и понятными. Нарушений ФЗ РФ от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" при проведении экспертиз не усматривается.
Оценка в соответствии с законом установленных судом фактических обстоятельств и исследованных в судебном заседании доказательств позволяет прийти к выводу, что Чапленко О.С. умышленно на почве личных неприязненных отношений причинил потерпевшему А.А.Ю. тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предметов - табурета, когтеточки, используемых в качестве оружия, а также совершил тайное хищение сотового телефона принадлежащего потерпевшей А.А.И., причинив ей материальный ущерб на сумму 8 500 рублей.
Правовая оценка содеянного Чапленко О.С. соответствует установленным фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем квалификация его действий по п. "з" ч.2 ст.111 УК РФ является правильной и с ней соглашается судебная коллегия.
Характер действий осужденного, их последовательность, нанесение неоднократных ударов в область жизненно важных органов - головы потерпевшего, использование предметов (табурета, ножки от табурета, когтеточки) в качестве оружия, свидетельствуют о том, что Чапленко О.С. осознавал опасность своих действий и действовал с умыслом на причинение тяжкого вреда здоровью А.А.Ю.
При этом оснований полагать, что Чапленко О.С. находился в состоянии аффекта, о чем он указывает в своей апелляционной жалобе и дополнении к ней, исходя из исследованных судом и получивших оценку в приговоре доказательств, не имеется.
Так, согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов N 150 от 18 марта 2020 Чапленко О.С. каким-либо хроническим психическим расстройством или слабоумием не страдает, обнаруживает признаки органического расстройства F 06.68. Однако указанные изменения выражены не столь значительно и не лишают Чапленко О.С. возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, он не обнаруживал какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности и мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т.1 л.д.139-142).
Чапленко О.С. как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании давал последовательные показания об обстоятельствах совершенных им преступлений, подробно рассказывал, что именно повлекло проявление агрессии с его стороны, в связи с чем между ним и потерпевшим А.А.Ю. возникли неприязненные отношения. При этом он конкретно описывал все свои действия по нанесению ударов потерпевшему, последовательность этих ударов, их локализацию, пояснял о замене предметов, используемых им в качестве оружия.
При таких обстоятельствах, учитывая, что конфликт возник в ходе употребления спиртных напитков и никем не оспаривается, что Чапленко находился в состоянии алкогольного опьянения; характер развития конфликта и показания, данные о нем осужденным в ходе судебного и предварительного следствия; постпреступное поведение, когда Чапленко О.С. после нанесения вреда здоровью А.А.Ю. похитил телефон его жены и сразу же направился к своей матери с просьбой сдать этот телефон в ломбард, судебная коллегия не находит оснований для переквалификации действий Чапленко О.С. на ст.113 УК РФ либо его оправдания. Но при этом судебная коллегия соглашается с выводом суда о том, что аморальное поведение потерпевшего А.А.Ю., послужившее поводом для совершения преступления, является смягчающим наказание Чапленко О.С. обстоятельством.
Тем самым довод апелляционной жалобы осужденного о совершении им преступления в отношении потерпевшего А.А.Ю. в порыве сильного душевного волнения, судебная коллегия находит необоснованным и голословным, он опровергается приведенной в приговоре совокупностью доказательств, в том числе, как показаниями свидетелей, так и письменными документами. Не соглашаться с такой оценкой у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.
При этом исходя из того факта, что, как отражено в заключении судебно-психиатрической экспертизы Чапленко О.С. не отрицал употребление им наркотических веществ, в момент инкриминируемого преступления находился в состоянии алкогольного опьянения, давал конкретные последовательные показания об обстоятельствах преступления, учитывая вышеприведенные доказательства, судебная коллегия не находит оснований для назначения и проведения по делу дополнительной судебно-психиатрической экспертизы для разрешения вопроса о нахождении Чапленко О.С. в состоянии аффекта.
Оснований для назначения осужденному лечения у психиатра в амбулаторных условиях, о чем Чапленко О.С. заявил в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия также не усматривает, поскольку в применении принудительных мер медицинского характера он не нуждается, что прямо отражено в заключении судебно-психиатрической экспертизы (т.1 л.д.142).
Сам по себе факт дружеских отношений с потерпевшим, вопреки суждениям дополнения к апелляционной жалобе, также не исключает возможности совершения в отношении него преступления, а потому никак не влияет на квалификацию действий осужденного. К тому же суд в качестве смягчающего обстоятельства учел мнение потерпевших, не настаивающих на строгом наказании.
Доводы, изложенные в апелляционной жалобе и дополнении к ней, по существу сводятся к переоценке правильных выводов суда; основаны не на чем ином, как на собственной интерпретации исследованных доказательств в отрыве от установленных ст.ст.87, 88 УПК РФ правил их оценки, которыми в данном случае руководствовался суд, а потому не могут служить основаниями для отмены или изменения приговора.
Такую позицию осужденного судебная коллегия расценивает как один из способов защиты. Достоверных доказательств, опровергающих обвинение, в судебное заседание как суда первой инстанции, так и суда апелляционной инстанции представлено не было.
Квалификация действий Чапленко О.С. по ч.1 ст.158 УК РФ также является правильной, поскольку Чапленко О.С. в момент завладения телефоном никто не видел, хищение обоснованно квалифицировано судом как тайное, то есть кража.
Согласно правовым позициям п.6 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 29 от 27 декабря 2002 года "О судебной практике по делам о краже, грабеже, разбое" кража считается оконченной, если имущество изъято и виновный имеет реальную возможность им пользоваться или распоряжаться по своему усмотрению. В данном случае, учитывая показания самого Чапленко О.С. о том, что он попросил свою мать сдать похищенный им телефон в ломбард, так как ему были нужны деньги, прямо свидетельствует как об оконченном характере преступления так и о наличии корыстного мотива в действиях осужденного. При таких обстоятельствах факт последующего выкупа телефона из комиссионного магазина и его возврата потерпевшей не влияют на квалификацию действий осужденного, тем более, что эти данные, как и мнение потерпевших о нестрогом наказании, правильно учтены судом в качестве смягчающих обстоятельств при назначении наказания.
Доводы апелляционной жалобы осужденного, что его устные показания при допросе не были приняты во внимание, опровергаются тем, что исходя из протоколов его допросов в качестве обвиняемого от 15 января 2020 года и от 9 апреля 2020 года, которые были оглашены судом и положены в основу приговора, он давал показания в присутствии адвоката, после допроса прочитал протокол лично, замечаний ни от него самого, ни от защитника не поступило, что подтверждается соответствующими записями в протоколах.
Доводы об оказании психологического давления при проведении очных ставок, и о том, что ему лишь задавались конкретные вопросы опровергаются протоколами указанных следственных действий от 14 января 2020 года, поскольку очные ставки проведены в полном соответствии с требованиями УПК РФ - защитник обвиняемого присутствовал, что исключает оказание него какого-либо давления, имеются собственноручные записи обвиняемого, что с его слов напечатано верно, им прочитано, и об отсутствии каких-либо заявлений и замечаний к протоколу. Поскольку в силу ст.38 УПК РФ следователь является самостоятельным процессуальным лицом, то тактика проведения следственного действия - задавать конкретные вопросы или предложить дать пояснения об обстоятельствах дела в свободном рассказе, - выбирается именно им. К тому же, во-первых, очные ставки были проведены после проведенного допроса Чапленко О.С. в качестве подозреваемого, а, во-вторых, исходя из протокола (т.1 л.д.61, 66, 67), Чапленко О.С. на вопрос, подтверждает ли он показания, данные А.А.Ю., заявил, что подтверждает и вновь подробно рассказал об обстоятельствах нанесения им ударов по голове А.А.Ю. и о завладении сотовым телефоном А.А.И.
В то же время вопреки утверждению апелляционной жалобы о дополнении своих показаний лишь при ознакомлении с материалами уголовного дела, из протокола ознакомления (т.2 л.д.1-8) следует, что с материалами дела Чапленко О.С. был ознакомлен без ограничения во времени, совместно с защитником, заявлений и ходатайств не имел.
Вопреки голословному утверждение апелляционной жалобы об обвинительном уклоне судебного разбирательства по уголовному делу, оно проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе, состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности.
Суд не ограничивал прав участников процесса по исследованию имеющихся доказательств, стороне защиты и осужденному предоставлялось право заявлять ходатайства и реализовать иные права, предусмотренные УПК РФ.
По окончании судебного следствия ни у кого из участников процесса, в том числе у стороны защиты, каких-либо ходатайств о дополнении не было. Судебное следствие было завершено судом после того, как все имевшие значение для исхода дела доказательства были исследованы.
Таким образом, в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства нарушений прав осужденного, в том числе, на защиту, гарантированного Конституцией РФ и уголовно-процессуальным законодательством, не допущено.
Ни одно из исследованных доказательств не имело заранее установленной силы, все перечисленные, а также другие доказательства, содержащиеся в протоколах следственных действий проведенных по делу и в экспертных исследованиях, подробно изложены в судебном решении, они дополняют друг друга, не содержат существенных противоречий, в связи с чем, правильно, в соответствии с требованиями ст.ст.17, 87, 88 УПК РФ, оценены судом и взяты за основу при постановлении обвинительного приговора, их совокупность была признана достаточной для установления вины Чапленко О.С.
Содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств; фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц, выводов экспертов таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, судом апелляционной инстанции не установлено.
Вместе с тем из описательно-мотивировочной части приговора подлежит исключению ссылка на протокол явки с повинной от 14 января 2020 года (т.1 л.д.45) как на доказательство виновности осужденного, поскольку данный документ составлен в отсутствие защитника; более того, Чапленко О.С. был предупрежден об уголовной ответственности по ст.306-308 УК РФ, то есть за заведомо ложный донос, дачу заведомо ложных показаний и отказ от дачи показаний. Указанное, однако, не влечет уменьшение объема обвинения, не влияет на доказанность и квалификацию действий осужденного и не отменяет решение суда о признании её смягчающим наказание обстоятельством.
При назначении Чапленко О.С. наказания суд обоснованно учел требования ст.6, 60-63 УК РФ, характер и степень общественной опасности преступления, установленные судом первой инстанции данные о личности осужденного, смягчающие обстоятельства, указанные в приговоре, - признание вины, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, явку с повинной по преступлению в отношении А.А.Ю. и аморальное поведение потерпевшего, послужившее поводом к совершению преступлений, положительную характеристику по месту жительства, наличие хронических заболеваний у самого осужденного и у его матери, добровольное возмещение имущественного ущерба потерпевшей А.А.И. и морального вреда А.А.Ю., просьбу потерпевших о нестрогом наказании, а также наличие отягчающего обстоятельства - рецидива преступлений.
Все смягчающие обстоятельства, о которых Чапленко О.С. указал в суде апелляционной инстанции, уже были учтены в приговоре в качестве таковых. Оснований для признания смягчающими иных обстоятельств судебная коллегия не усматривает.
Поскольку Чапленко О.С. по приговору суда от 18 декабря 2014 года был осужден за умышленное тяжкое преступление к лишению свободы условно; по приговору суда от 27 июля 2015 года он осужден за умышленное тяжкое преступление, при этом суд отменил условное осуждение и назначил наказание по правилам ст.70 УК РФ, по настоящему делу Чапленко О.С. вновь осужден за умышленное тяжкое преступление, то в силу разъяснений п.45 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 58 от 22 декабря 2015 года "О практике назначения судами РФ уголовного наказания", при постановлении третьего приговора при определении наличия рецидива преступлений учитываются первая и вторая судимости.
Поэтому определение судом в приговоре вида рецидива, как особо опасного соответствует п. "а" ч.3 ст.18 УК РФ.
С учетом указанных обстоятельств суд пришел к правильному выводу о невозможности исправления Чапленко О.С. без реального отбывания наказания и назначении ему наказания в виде лишения свободы, не находя оснований для применения положений ч.3 ст.68 УК РФ. Суд также верно указал об отсутствии оснований для применения норм ст.73 УК РФ и об отсутствии исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, достаточных для применения ст.64 УК РФ. Соответствующие выводы надлежаще мотивированы в приговоре, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции. Более того, в силу п. "в" ч.1 ст.73 УК РФ условное осуждение Чапленко О.С. не могло быть назначено.
Вид и размер наказания судом в достаточной мере мотивирован и оснований для его смягчения судебная коллегия не находит, поскольку судом назначено наказание с учетом как всех обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности преступлений, так и с учетом имеющихся по делу смягчающих и отягчающего обстоятельств и с учетом данных о личности подсудимого, исследованных в ходе судебного заседания. При этом размер назначенного наказания при наличии в действиях осужденного рецидива преступлений, свидетельствует, что учет судом смягчающих обстоятельств и положительных характеристик осужденного не являлся формальным.
Таким образом, исходя из содержания ст.6 УК РФ назначенное осужденному наказание является соразмерным и справедливым, а доводы апелляционной жалобы о наличии оснований для смягчения назначенного наказания до минимума, не подлежащими удовлетворению.
По совокупности преступлений суд правильно назначил Чапленко О.С. окончательное наказание по правилам ч.3 ст.69 УК РФ.
Вид исправительного учреждения - исправительная колония особого режима судом назначен верно, в соответствии с требованиями п. "г" ч.1 ст.58 УК РФ.
При указанных обстоятельствах, приговор суда является законным, обоснованным, а наказание справедливым, в связи с чем суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы осужденного и апелляционного представления государственного обвинителя и изменения постановленного приговора по указанным в них доводам.
Между тем, приговор подлежит изменению, поскольку суд зачел в срок отбывания наказания время содержания под стражей Чапленко О.С. с 14 января 2020 года по день вступления приговора в законную силу включительно, хотя по смыслу с п. "а" ч.3.1 ст.72 УК РФ данный период засчитывается до дня вступления приговора в законную силу.
Все обстоятельства, имеющие значение для дела судом исследованы полно, выводы суда являются правильными, нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора суда, при рассмотрении судом уголовного дела и постановлении приговора не допущено. Следственными органами в ходе расследования уголовного дела нарушений уголовно-процессуальных норм также не допущено.
Учитывая, что до начала заседания суда апелляционной инстанции апелляционное представление государственным обвинителем по делу Умутбаевым Р.Р. отозвано, на основании ч.3 ст.389.8 УПК РФ апелляционное производство по этому представлению подлежит прекращению.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.15, 389.17, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
определила:
приговор Октябрьского районного суда г.Уфы Республики Башкортостан от 24 августа 2020 года в отношении Чапленко О.С. изменить:
- исключить из описательно-мотивировочной части ссылку на протокол явки с повинной от 14 января 2020 года как на доказательства виновности осужденного;
- в резолютивной части приговора указать о зачете в срок отбывания наказания времени содержания осужденного под стражей в период с 14 января 2020 года до дня вступления приговора в законную силу.
В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу (с дополнением) осужденного Чапленко О.С. - без удовлетворения.
Апелляционное производство по апелляционному представлению государственного обвинителя по делу Умутбаева Р.Р. прекратить в связи с его отзывом.
Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в шестой кассационный суд общей юрисдикции.
Председательствующий: п/п
Судьи: п/п
Справка: дело N 22-5437/2020,
Судья: Лебедев А.В.


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка