Дата принятия: 26 мая 2020г.
Номер документа: 22-529/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ КАЛИНИНГРАДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 26 мая 2020 года Дело N 22-529/2020
Судебная коллегия по уголовным делам Калининградского областного суда в составе:
председательствующего Сызиной Т.И.,
судей Буданова А.М., Медведевой С.В.
с участием прокурора Пятеренко С.С.
осужденных Фица Д.Н., Чумакова А.А.,
защитников - адвокатов Николаец Е.А., Пасечнюка А.А.,
при секретарях Прокошиной Т.В, Сурниной А.С.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Горынина П.А., апелляционным жалобам адвоката Николаец Е.А. в интересах Фица Д.Н. и адвоката Пасечнюка А.А. в интересах Чумакова А.А. на приговор Гвардейского районного суда Калининградской области от 31 января 2020 года, которым
Фиц Дмитрий Николаевич, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>, ранее не судимого,
осужден по п.п. "а, б" ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, с лишением права занимать должности в уголовно-исполнительной системе на срок 2 года.
На основании ст. 73 УК РФ основное наказание Фицу Д.Н. постановлено считать условным с испытательным сроком на 2 года.
Чумаков Александр Андреевич, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>, ранее не судимый,
осужден по п.п. "а", "б" ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, с лишением права занимать должности в уголовно-исполнительной системе на срок 2 года. На основании ст. 73 УК РФ основное наказание Чумакову А.А. постановлено считать условным с испытательным сроком в 2 года.
Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад председательствующего Сызиной Т.И., выступления прокурора Пятеренко С.С. об изменении приговора по доводам апелляционного представления, осужденных Фица Д.Н. и Чумакова А.А., их защитников - адвокатов Николаец Е.А., Пасечнюка А.А. об отмене обвинительного приговора и об оправдании, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Фиц Д.Н. и Чумаков А.А. признаны виновными в том, что, являясь сотрудниками ФКУ ИК-7 УФСИН России по Калининградской области, в период времени с 8.00 до 10.00 часов 1 августа 2017 года в помещении комнаты для проведения обысков ФКУ ИК-7, будучи возмущенными отказом осужденного И.. выполнять их законные требования, находясь при исполнении своих должностных обязанностей, действуя умышленно и несоразмерно поведению осужденного, явно выходя за пределы своих должностных полномочий, не имея законных оснований применения физической силы и специальных средств, с целью принуждения осужденного И. к выполнению их законных требований, применили в отношении последнего насилие, совместно нанеся кулаками, ногами и резиновой палкой не менее 25 ударов в область спины и ног потерпевшего, не причинивших вреда здоровью, чем существенно нарушили права и законные интересы И.., дискредитировали и подорвали авторитет сотрудников Федеральной службы исполнения наказания РФ, как федерального органа исполнительной власти.
Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В апелляционном представлении государственный обвинитель Горынин П.А., не оспаривая выводы суда о доказанности предъявленного обвинения и квалификации содеянного, ставит вопрос об изменении приговора. В обоснование указывает, что суд в нарушение требований ст.ст. 74, 78 УПК РФ признав доказательством постановление прокурора Калининградской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Калининградской области о направлении в порядке ст. 37 УПК РФ материала проверки в орган предварительного следствия для решения вопроса об уголовном преследовании сотрудников ФКУ ИК-7, не учел, что данные процессуальный документ в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 140 УПК РФ является поводом для возбуждения уголовного дела, а изложенные в нем факты подлежат доказыванию по уголовному делу в порядке ст. 73 УПК РФ, в связи с чем указание на повод к возбуждению уголовного дела как на доказательство является необоснованным.
Кроме того, при назначении наказания Фицу Д.Н. и Чумакову А.А. необоснованно применена ч. 1 ст. 62 УК РФ, так как наличие смягчающих обстоятельств, предусмотренных п.п. "и, к" ч. 1 ст. 161 УК РФ, не признавалось. Назначенное наказание в пределах минимального размера низшего предела санкции ч. 3 ст. 286 УК РФ не соответствует требованиям ч. 1 ст. 60 УК РФ о его справедливости.
Просит приговор изменить, исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на постановление прокурора Калининградской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Калининградской области о направлении в порядке ст. 37 УПК РФ материала проверки в орган предварительного следствия для решения вопроса об уголовном преследовании сотрудников ФКУ ИК-7 как на доказательство; исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на применение правил ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания осужденным Фицу Д.Н. и Чумакову А.А. по п. "а, б" ч. 3 ст. 286 УК РФ; усилить назначенное Фицу Д.Н. и Чумакову А.А. наказание за совершение преступления, предусмотренного п.п. "а, б" ч. 3 ст. 286 УК РФ.
Адвокат Николаец Е.А. в апелляционной жалобе, поданной в интересах осужденного Фица Д.Н., выражая несогласие с приговором суда, считает его вынесенным в нарушение требований норм УПК РФ, Конституции РФ, разъяснений Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года N 55 "О судебном приговоре". Указывает, что противоречия в показаниях потерпевшего И. не были устранены в судебном заседании, в основу приговора положены его показания, данные в ходе следствия и очных ставок, из которых следует, что действия сотрудников ФСИН были вызваны его противоправным поведением, что отрицалось потерпевшим в судебном заседании. Показания свидетелей А. и Б. не имеют отношения к предъявленному Фицу Д.Н. обвинению, так как очевидцами произошедших событий они не являлись.
Указанные в приговоре письменные доказательства не могут свидетельствовать о виновности осужденных, а лишь свидетельствуют о правовом положении Фица Д.Н. и Чумакова А.А., определяют их отнесение к системе ФСИН России.
По мнению защитника, неубедительны мотивы, по которым суд первой инстанции признал постановление прокурора, направленное в орган предварительного расследования в порядке статьи 37 УПК РФ, доказательством виновности осужденных, что свидетельствует об обвинительном уклоне суда. Данное постановление не может являться доказательством, поскольку прокурор в силу положений УПК РФ не наделен законодателем полномочиями по сбору доказательств виновности лица на стадии, проводимой им проверки, итогом которой и является вышеупомянутое постановление, так как факт его направления в орган предварительного расследования еще не свидетельствует о виновности лица и не говорит о том, что лицо будет подвергнуто уголовному преследованию.
В ходе судебного следствия прилагаемые к указанному постановлению материалы проверки судом не оглашались, стороной обвинения не исследовались, и в списке доказательств, свидетельствующих о виновности обоих подсудимых, в обвинительном заключении отсутствуют.
Отклоняя в приговоре ничем не опровергнутые показания осужденных о законности применения физической силы и специальных средств к И.., суд в нарушение положений УПК РФ расценил показания осужденных о законности применения физической силы и специальных средств как способ защиты, не приняты во внимание доказательства стороны защиты - показания свидетеля Д.., показания потерпевшего И.., данные на предварительном следствии и оглашенные в судебном заседании, непризнанные незаконными письменные материалы: акт об изъятии запрещенного предмета (зажигалки), акт о применении физической силы, акт о применении специальных средств (резиновой палки), акт о покидании И. строя, постановление о применении к последнему взыскания, рапорта Фица Д.Н. и Чумакова А.А., объяснение Х.
Не согласен с выводами суда о том, что превышение Фицем Д.Н. и Чумаковым А.А. должностных полномочий увязано в обвинении с положениями Закона РФ от 21 июля 1993 года "Об учреждениях и органах исполняющих наказание в виде лишения свободы" - статья 1, а также нормами Федерального закона N 503 от 28 декабря 2016 года, и их должностными инструкциями, поскольку данные нормативно-правовые акты не только регламентируют обязанности сотрудников уголовно-исполнительной системы, в отношении соблюдения прав осужденных, по вопросам гуманизма, соблюдения прав человека, но и предоставляют сотрудникам ФСИН определенные права, сопряженные с пресечением противоправной деятельности со стороны осужденных, в том числе и право применения физической силы и специальных средств.
Ссылаясь на п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 19 от 16 октября 2009 года "О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий", полагает, что суд не конкретизировал, какие именно правовые нормы превысили (нарушили) осужденные.
Действия обоих подсудимых в отношении И. были законны, имелись основания для применения физической силы и спецсредств, о чем свидетельствуют приведенные стороной защиты доказательства, права и обязанности Фица Д.Н. и Чумакова А.А., как сотрудников уголовно-исполнительной системы, закрепленные в положениях Федерального закона N 503 от 28 декабря 2016 года (ст.ст. 28.1, 29 и 30), а также права и обязанности осужденного, указанные в Правилах внутреннего распорядка исправительных учреждений", утвержденных Приказом Минюста России от 16 декабря 2016 года N 295 (ст.ст. 16, 17).
Согласно показаниям Фица Д.Н. основанием для препровождения потерпевшего в помещение для проведения личного обыска послужило наличие оснований полагать о наличии у него запрещенных к обороту предметов, поскольку И. при проведении общего построения самовольно покинул локальный участок жилой зоны, где происходило построение, что прямо запрещено положениями статьи 17 приведенных Правил. Эти же нормы запрещают осужденным иметь при себе зажигалки и бритвы, то есть предметы, которые впоследствии И. выдать отказался перед началом обыска, несмотря на законные требования Фица Д.Н. и Чумакова А.А., хотя они имелись у него в наличии, не выдал он их и в процессе его проведения, всячески препятствуя законным действиям сотрудников ИК-7, и противясь его проведению, в результате чего к нему и была применена физическая сила и специальные средства. Фиц Д.В. и Чумаков А.А. действовали в пределах предоставленных им полномочий и какого-либо превышения не допустили.
Неправомерное поведение И. истолкованное судом первой инстанции как обстоятельство, смягчающее наказание подсудимым, таковым являться не может, поскольку именно такое поведение осужденного и явилось законным поводом для применения к нему физической силы, а затем после того, как он начал оказывать физическое сопротивление производству личного обыска, и специальных средств.
Ни один из нормативно-правовых актов, закрепляющих права осужденных, не содержит в себе права на отказ в выполнении законных требований сотрудников ФСИН, не предоставляет возможности неповиновения их законным требованиям и не устанавливает какие-либо варианты неправомерного поведения, в связи с чем вывод суда о том, что применение Фицем Д.Н. и Чумаковым А.А. физической силы и специальных средств несоразмерно поведению И. неверный, не основанный на приведенных выше нормах материального права.
В силу положений вышеприведенных нормативно-правовых актов законодатель не предоставляет осужденному в рамках правового поля каких-либо возможностей по неповиновению либо неправомерному поведению в ответ на законные требования сотрудника уголовно-исполнительной системы, и прямо возлагает обязанность по их выполнению. Более того, как раз сотруднику уголовно-исполнительной системы и предоставлено право к принуждению осужденного для достижения целей выполнения осужденным возложенных на него обязанностей по исполнению таких законных требований.
Как следует из положений статьи 30 Закона N 503 законодатель четко регламентировал и установил порядок применения специальных средств, однако ни один приведенный правовой акт не содержит в себе понятия соразмерности применения физической силы и специальных средств в той или иной ситуации в ответ на невыполнение осужденным законного требования сотрудника исправительного учреждения. Для применения физической силы и специальных средств является достаточным сам факт невыполнения осужденным законного требования сотрудника уголовно-исполнительной системы, и ее применение не может оцениваться с позиций несоразмерности поведения осужденного, поскольку это ничем не регламентировано.
Просит приговор отменить, оправдать Фица Д.Н. ввиду отсутствия в его действиях состава преступления.
Адвокат Пасечнюк А.А. в апелляционной жалобе, поданной в интересах осужденного Чумакова А.А., приводит аналогичные доводы, указанные в жалобе адвоката Николаец Е.А., просит приговор отменить, оправдать Чумакова А.А. по предъявленному обвинению. Анализируя доказательства, исследованные в судебном заседании, раскрывая правовые нормы, регламентирующие возможность применения физической силы и специальных средств сотрудниками исправительного учреждения, защитник полагает, что осужденные действовали в пределах предоставленных им полномочий и какого - либо превышения не допустили. Считает, что применение сотрудниками уголовно - исполнительной системы физической силы будет законным до тех пор, пока установленные ст. 29 Федерального закона N 503 -ФЗ от 28 декабря 2016 года цели не будут достигнуты. Находит установленным тот факт, что Чумаков А.А. и Фиц Д.Н. прекратили применять физическую силу и специальные средства сразу же после того, как И. перестал оказывать физическое сопротивление и согласился занять безопасное положение для производства личного обыска. Количество телесных повреждений у потерпевшего никак не свидетельствует о превышении должностных полномочий, оно лишь указывает на продолжительность физического сопротивления, объеме применения специальных средств, потребовавшегося для его преодоления. Также адвокат указывает на возможные негативные последствия, которые могли наступить, если бы запрещенный предмет не был изъят.
Проверив материалы дела и обсудив доводы, содержащиеся в апелляционных представлении и жалобах защитников осужденных, судебная коллегия не усматривает таких нарушений уголовно-процессуального закона в ходе следствия и судебном рассмотрении дела, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения, расследования дела, передачу его на стадию судопроизводства и в дальнейшем - саму процедуру судебного разбирательства.
Постановленный судом приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к данному делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.
Описание деяния, признанного судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе совершения, форме вины, цели и об иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности к нему осужденных и их виновности, а также обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного. Вопреки доводам апелляционных жалоб в фабуле предъявленного обвинения превышение Фицем Д.Н. и Чумаковым А.А. должностных полномочий увязано с Законом от 21 июля 1993 года "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы", Федеральным законом от 28 декабря 2016 года N 503-ФЗ "О внесении изменений в закон РФ "Об учреждениях и органах исполняющих наказания в виде лишения свободы" и Федеральный закон "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", должностными инструкциями. Оснований для возвращения дела прокурору не имелось.
Суд подробно привел в приговоре содержание исследованных в судебном заседании показаний Фица Д.Н. и Чумакова А.А., содержание других доказательств, подтверждающих причастность осужденных к преступлению и опровергающих его доводы в свою защиту.
Так, Фиц Д.Н. и Чумаков А.А. вину в совершении преступления, предусмотренного п.п. "а", "б" ч. 3 ст. 286 УК РФ не признали, пояснив, что действовали в рамках возложенных на них полномочий, физическую силу и специальные средства применили ввиду неповиновения осужденного И. который препятствовал проведению обыска, отталкивал руки Чумакова А.А., не реагируя на предупреждения о необходимости прекратить противодействие, что было расценено как нападение. Чумаков А.А. схватил И. за левую руку, отвел немного в сторону и произвел подсечку, повалив на пол, а так как И. продолжил сопротивляться, выворачиваться, с целью пресечь указанное физическое сопротивление, вдвоем применили резиновые палки (ПР-73), нанеся по 4-5 ударов до тех пор, пока И. не прекратил сопротивление.
По результатам состоявшегося рассмотрения дела суд, несмотря на занятую Фицем Д.Н. и Чумаковым А.А. позицию по отношению к предъявленному обвинению, пришел к обоснованному выводу об их виновности в совершении преступления. Этот вывод подтверждается достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств, собранных на предварительном следствии, исследованных с участием сторон и подробно изложенных в приговоре.
Выводы суда о виновности Фица Д.Н. и Чумакова А.А. судебная коллегия находит убедительными, основанными на всестороннем анализе и оценке исследованных доказательств по правилам ст. 88 УПК РФ; считает невозможным согласиться с доводами авторов апелляционных жалоб о том, что эти выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам.
Исследовав в судебном заседании нормативно-правовые акты, приказы начальника ФКУ-7 УФСИН РФ по Калининградской области о назначении на должности дежурного помощника начальника колонии дежурной части отдела безопасности Фица Д.Н. и младшего инспектора группы надзора отдела безопасности Чумакова А.А., суд достоверно установил, что они являлись должностными лицами, в соответствии с Законом РФ от 21 июля 1993 года N 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы", ФЗ "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" и Федеральный Закон "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" от 28 декабря 2016 года N 503-ФЗ, а также должностными инструкциями в их обязанности входило: обеспечение охраны прав, свобод и законных интересов осужденных, сотрудников и работников уголовно -исполнительной системы, а также иных граждан; обеспечение соблюдения осужденными установленного режима отбывания наказания; и имеют права: при нарушении осужденными установленного порядка отбывания наказания требовать от них прекращения нарушения, а при необходимости обеспечить их задержание и сопровождение в помещение дежурной части; принимать решения по изъятию у осужденного запрещенных вещей; применять физическую силу, специальных средств и огнестрельного оружия для пресечения преступлений и административных правонарушений, для задержания осужденного или лица, заключенного под стражу, для пресечения неповиновения или противодействия законным требованиям сотрудника уголовно-исполнительной системы.
Показания потерпевшего И. об избиении его сотрудниками колонии Фиц Д.Н. и Чумаковым А.А. были тщательным образом исследованы, проверены путем сопоставления с другими доказательствами, в том числе с теми, на которые указывала защита, в итоге признаны достоверными. В судебном заседании он дал подробные показания по факту применения насилия, в связи с тем, что защита усматривала противоречия, оглашались его показания, данные в ходе предварительного следствия, участники процесса задали ему ряд вопросов. Незначительные расхождения на суть показаний не повлияли.
Так, из показаний потерпевшего И. в том числе и при проведении очных ставок с обвиняемыми следовало, что 1 августа 2017 года сотрудники колонии Фиц Д.Н. и Чумаков А.А. препроводили его в комнату обыска, где он по их требованию занял безопасное положение у стены. Про выдачу запрещенных предметов ему не говорили. Сначала Фиц Д.Н. ударил ногой в область ягодиц, а затем вместе с Чумаковым А.А. вдвоем беспричинно стали избивать его, нанесли множество ударов резиновыми палками, ногами и кулаками по ногам, рукам, спине, ягодицам. Когда Фиц Д.Н. и Чумаков А.А. вышли из комнаты, опасаясь, что они могут продолжить избиение, он лезвием от бритвенного станка нанес себе порез на левой руке в области предплечья. После того, как сотрудники увидели, что он "вскрылся", еще нанесли удары дубинками по различным частям тела. Отрицал принадлежность зажигалки, считая, что ее подкинули в карман, чтобы оправдать свои действия. Через несколько в медсанчасти ему была оказала медпомощь, в документы внесены сведения о повреждениях, а его поместили в штрафной изолятор. Полагал, что законных оснований для применения к нему физической силы и спецсредств у сотрудников учреждения Фица Д.Н. и Чумакова А.А. не было.
Согласно протоколу проверки показаний на месте потерпевший И. указывал на место, где сотрудники колонии Фиц Д.Н. и Чумаков А.А. нанесли ему телесные повреждения, детально воспроизведя события того дня.
Судом не установлено обстоятельств, указывающих об оговоре Фица Д.Н. и Чумакова А.А. со стороны потерпевшего, с чем согласна и судебная коллегия.
Суд правомерно отверг доводы стороны защиты о невозможности использования показаний свидетеля А. в качестве доказательства ввиду того, что он не являлся очевидцем применения к И. физической силы. Свидетель видел как сотрудники учреждения Фиц Д.Н. и Чумаков А.А. завели осужденного И. в помещение комнаты досмотра, и слышал, что спустя несколько минут оттуда стали доноситься крики И. удары. По характерным звукам он понял, что того избивают сотрудники колонии. Сообщил, что все это продолжалось около 10 минут.
Из показаний свидетеля Б. - врача медсанчасти исправительной колонии следовало, что ею осматривался осужденный И. в связи с применением к нему физической силы сотрудниками исправительного учреждения и порезом на руке. На его теле имелись синяки, сведения о них были внесены в медицинскую справку.
Согласно выводам судебно - медицинских экспертиз у И. обнаружены телесные повреждения в виде гематом на тыле левой кисти (2), в области левого локтя (1), на задней боковой поверхности правого плеча (1), в области спины, на боковой поверхности слева, в нижней части (1), в поясничной области справа (1), в области левой ягодицы (2), на правой ягодице (2), на задней поверхности левого бедра (1), гематомы на задней поверхности левой голени (2), под левым коленом (1), на задней поверхности левой голени (2), на передней боковой поверхности левой голени (3), на задней поверхности правого бедра (3), под коленом (1), на задней поверхности правой голени (3), не причинившие вреда здоровью И. Указанные гематомы образовались от воздействия тупых твердых предметов с ограниченными контактирующими поверхностями, которые могли образоваться от воздействия тупых твердых предметов с ограниченными контактирующими поверхностями и что таким предметом могло быть, в том числе, специальное средство (палка резиновая).
Суд признал несостоятельными доводы осужденных о том, что применение физической силы и специальных средств к осужденному И.. с их стороны было законным и обоснованным, соответствующим требованиям ст.ст. 28-30 Федерального закона N 503 от 28 декабря 2016 года "Об учреждениях и органах исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы".
Названным Федеральным законом установлены особые требования и порядок применения сотрудниками исправительных учреждений физической силы, специальных средств и в случае совершения осужденными насилия или оскорблений в отношении работников исправительного учреждения.
Суд обоснованно указал, что использование физической силы и специальных средств не должно противоречить этическим нормам, унижать человеческое достоинство, попирать права и законные интересы лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы. Спецсредства, а также интенсивность их применения, определяются с учетом обстановки, характера правонарушения и личности правонарушителя. Общепринято, что применение физической силы, специальных средств должно быть адекватным возникшей ситуации, свести к минимуму причиненный вред осужденным.
Судебная коллегия не ставит под сомнение тот факт, что имелись основания к досмотру И. и как было установлено, тот отказался выполнить законное требование, уворачивался, не давая досмотреть содержимое карманов. Однако, потерпевший находился в закрытом помещении наедине с двумя сотрудниками исправительного учреждения, обладающими профессиональной подготовкой, навыками преодоления силовых препятствий, владения боевыми приемами борьбы, обеспечивающими превосходство при силовом противодействии, имевшими при себе спецсредства. Данные обстоятельства не позволяют согласиться с доводами защиты о том, что применение физической силы и спецсредств к И. в таком объеме было оправдано. Вопреки позиции защиты чрезвычайная ситуация, которая бы несла угрозу как самим сотрудникам, так и окружающим, либо особому режиму закрытой территории колонии не возникла, в состоянии необходимой обороны либо крайней необходимости Фиц Д.Н. и Чумаков А.А. не находились.
Эти выводы не входят в противоречие и с данными о личности осужденного, который хотя и состоял на профилактическом учете, но до 1 августа 2017 года не нес угрозу неповиновения сотрудникам администрации колонии. То обстоятельство, что И. не оспаривал взыскание, наложенное на него в связи с изъятием запрещенного предмета, на выводы суда не влияет (т. 1 л.д. 121, 123, 125, 126, 127).
Несмотря на возражения защиты, воздействие на нарушителя режима отбывания наказания должно быть соизмеримо оказываемому противодействию, характеру и степени опасности пресекаемого правонарушения, лица, его совершившего. Это не позволяет произвольно толковать понятие "злостного неповиновения", и разграничить, действовали ли сотрудники в строгом правовом режиме, либо превысили свои полномочия.
Необоснованной видится и ссылка в апелляционной жалобе на неисследование в судебном заседании материала проверки, направленного в орган предварительного расследования для решения вопроса об уголовном преследовании сотрудников ФКУ ИК N 7. На листе 47 протокола судебного заседания зафиксировано, что по ходатайству адвокатов исследовались письменные материалы, собранные в рамках проверки, на основании которых выстраивалась позиция защиты.
Заключение ФКУ ИК-7 от 29 августа 2017 года с выводами о том, что 1 августа 2017 года применение физической силы и специальных средств к осужденному применено законно и обоснованно и нарушений требований статей 29, 30 Федерального закона от 28 декабря 2016 N 503-ФЗ не допущено, не подменяет выводы предварительного следствия.
Давая оценку данному заключению судебная коллегия учитывает, что оно основано на документах, составленных самими сотрудниками Фицем Д.Н. и Чумаковым А.А. Собранные непроцессуальным путем акты о применении физической силы и специальных средств, рапорта, на которые имеются ссылки в апелляционных жалобах, не могут объективно свидетельствовать о произошедшем. Так, в них указывается лишь о том, что Фицем Д.Н. и Чумаковым А.А. применена физическая сила - подсечка ноги, загиб рук за спину, а также нанесен один удар по спине, два удара по левому бедру И. (т. 1, л.д. 131-134, 135-136, 140, 141), что не соответствует данным медицинской документации на потерпевшего, выводам судебно - медицинских экспертиз о количестве, механизме образования телесных повреждений, показаниям свидетелей Б. зафиксировавшей в медицинских документах многочисленные побои, и А. о продолжительности избиения.
Показания свидетеля Д. вопреки доводам апелляционных жалоб в приговоре получили надлежащее отражение и не ставят под сомнения выводы суда о виновности осужденных.
Судебная коллегия соглашается с правовой оценкой действий Фица Д.Н. и Чумакова А.А. по п.п. "а", "б" ч. 3 ст. 286 УК РФ, как превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, совершенное с применением насилия, с применением специальных средств.
В ходе судебного разбирательства установлено, что являясь должностными лицами - сотрудниками УФСИН России по Калининградской области, Фиц Д.Н. и Чумаков А.А. умышленно, несоразмерно поведению осужденного И. явно выходя за пределы своих полномочий, применили насилие в отношении потерпевшего, совместно нанеся ему не менее 23 ударов кулаками, ногами и резиновой палкой, в результате чего были нарушены права и законные интересы И. а также охраняемые законом интересы государства, дискредитировали и подорвали авторитет сотрудников Федеральной службы исполнения наказания РФ, как федерального органа исполнительной власти. Оснований не согласиться с данным выводом суда, а также для оправдания осужденных, судебная коллегия не находит.
Вместе с тем приговор подлежит изменению.
В соответствии с ч. 3 ст. 240 УПК РФ приговор может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании. Данное требование закона судом не соблюдено.
В числе доказательств виновности Фица Д.Н. и Чумакова А.А. суд привел в приговоре данные протокола получения образцов для исследования (т. 4, л.д. 11-12), протокола осмотра смыва вещества бурого цвета (т. 4, л.д. 188-189) и протокола признании вещественным доказательством смыва вещества бурого цвета (т. 4, л.д. 190-191).
Однако, как следует из протокола судебного заседания, указанные письменные доказательства не оглашались, и, соответственно, не использовались. А доказательства могут быть взяты за основу выводов суда и решений по делу лишь после их проверки и оценки по правилам статей 87, 88 УПК РФ.
В связи с чем ссылка суда в приговоре на доказательства, которые не исследовались в суде, является незаконной и по данной причине указанные доказательства подлежат исключению из описательно-мотивировочной части приговора, однако это не влияет на оценку доказанности вины осужденных.
Также подлежит исключению из приговора ссылка суда как на доказательства вины постановление прокурора Калининградской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Калининградской области от 13 октября 2017 года о направлении в порядке ст. 37 УПК РФ материала проверки в орган предварительного следствия для решения вопроса об уголовном преследовании сотрудников ФКУ ИК-7. Суд не учел, что данные процессуальный документ в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 140 УПК РФ являлся поводом для возбуждения уголовного дела, а изложенные в нем факты подлежат доказыванию по уголовному делу в порядке ст. 73 УПК РФ (т. 1, л.д. 79-80).
При назначении наказания суд руководствовался положениями ст. 60 УК РФ, при этом учитывал характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденных, влияние назначенного наказания на исправление и на условия жизни их семей.
В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, признаны - наличие на иждивении у осужденных малолетних детей, положительные характеристики как по месту службы, так и по месту жительства, а также неправомерное поведение самого потерпевшего И. который, отказался выполнять законные требования сотрудников колонии, уворачивался, не давая возможности досмотреть содержимое его карманов.
Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью Фица Д.Н. и Чумакова А.А., их поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, дающих основание для изменения категории совершенного преступления на менее тяжкую в порядке ст. 15 ч. 6 УК РФ, судом обоснованно не усмотрено.
Установленные судом смягчающие наказание обстоятельства не свидетельствуют о наличии условий, предусмотренных ч. 1 ст. 62 УК РФ, ссылка на данную норму подлежит исключению из приговора, на что правильно обращено внимание в апелляционном представлении.
Вместе с тем судебная коллегия не может согласиться с доводами государственного обвинителя о необходимости усиления размера наказания. Прокурор не оспаривает выводы суда о наличии оснований для применения положений статьи 73 УК РФ. Наказание назначено в пределах санкции инкриминируемой статьи, при наличии совокупности смягчающих обстоятельств и отсутствии отягчающих. Доводы представления в обоснование своей позиции о том, что осужденные вину не признали, помощи органам следствия в раскрытии и расследовании совершенного преступления не оказывали, мер к заглаживанию вреда не предприняли, не могут быть признаны состоятельными, поскольку отношение к содеянному является формой реализации права осужденных на защиту, предусмотренного статьей 51 Конституции Российской Федерации, а непризнание ими вины не должно влиять на вид и размер наказания.
Руководствуясь ст.ст. 389-20, 389-28, 389-33 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Приговор Гвардейского районного суда Калининградской области от 31 января 2020 года в отношении Фица Дмитрия Николаевича и Чумакова Александра Андреевича изменить:
- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание как на доказательства:
на постановление прокурора Калининградской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Калининградской области о направлении в порядке ст. 37 УПК РФ материала проверки в орган предварительного следствия для решения вопроса об уголовном преследовании сотрудников ФКУ ИК-7 (т.1, л.д. 79-80), протокол получения образцов для исследования (т. 4, л.д. 11-12), протокол осмотра предметов (т. 4, л.д. 188-189), протокол признания вещественным доказательством (т. 4, л.д. 190 -191);
- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на применение правил ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания Фицу Д.Н. и Чумакову А.А.
В остальной части приговор оставить без изменения.
Апелляционное представление государственного обвинителя удовлетворить частично, апелляционные жалобы адвокатов оставить без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
